Войти | Регистрация

Авторизация пользователя

Статьи

Проверка Памиром

Проверка Памиром

Таджикистан – именно с него началось мое увлечение горной охотой. Не в том смысле, что первый опыт горной охоты состоялся в этой стране, а в том, что я прочел статью про двух испанцев, отправившихся в Горный Бадахшан за баранами Марко Поло. Статья произвела неизгладимое впечатление – каких только лишений и трудностей не пришлось пережить охотникам! Поневоле зауважал этих крутых испанских мачо за упорство и стойкость. И еще у меня сложилось впечатление, что самая трудная охота – это охота на Памире. Из-за длинной, утомительной дороги до угодий, из-за небольшой численности животных с высокими трофейными показателями, из-за своеобразного рельефа: большие пологие пространства, на которых зачастую держатся бараны, подразумевают дальний выстрел. Увы, в условиях Памира выстрел на 600-900 метров не редкость. При этом переменчивый, порывистый ветер не придает уверенности стрелку. Стоимость охоты на барана Марко Поло вряд ли можно назвать трудностью, но задачу она точно не облегчает, поднимаясь год от года, как, впрочем, и на все горные охоты. Но вышеперечисленное не идет ни в какое сравнение с главным коварством Памира под названием горная болезнь, или как ее еще ласково называют альпинисты и матерые горные охотники, горняшка. Первый раз я испытал эти непередаваемые ощущения в 2012 году, охотясь на Тянь-Шане за козерогами. Дикая головная боль до потери сознания, постоянное кровотечение из носа, рвота, и все это на фоне панического страха. Благодаря Алексею Подтяжкину, аутфиттеру и основателю компании Ibex, который сопровождал меня на той охоте, все обошлось благополучно для моего здоровья. Но после киргизского эксперимента, пережитых страданий и сопутствующих им неудач я решил, что все – больше подобного не повторится. Я просто не допущу такой ситуации! Предложение поохотится на Памире поступило неожиданно… Не сказать, что оно было кстати – в тот период я пребывал в не очень хорошем состоянии как в физическом (сказывалась простуда), так и в моральном плане. Однако вспомнилась шутка про два вида подарков. Первый – который никому нафиг не нужен, а второй – который никогда не дарят. И решил, что это второй вариант. Мне предложили практически бесплатно прокатиться на Памир за компанию и по ходу дела добыть барана Марко Поло. Ну и козерога заодно – чтобы «два раза не вставать» (!!!). При этом только я, похоже, чувствовал, что сорвал джек-пот, поскольку до сих пор позволял себе лишь изредка мечтать о подобной охоте! Вообще бараны Марко Поло и козероги с Тянь-Шаня у меня были, а вот памирскими трофеями похвастаться пока не мог. Конечно же выяснилось заодно, что билеты уже куплены и через неделю летим. Если бы мне предложили согласиться на счет «три», даже не знаю, сколько бы я выдержал, но никто отсчитывать до трех не собирался, и я согласился на счет «раз». Друг, пригласивший на охоту, планировал добыть барана Марко Поло, козерога и мархура. Понервничать пришлось еще до вылета. Выехав в аэропорт Шереметьево с большим запасом времени, мы с трудом успели на самолет. Но это нисколько не омрачило настроения. Предвкушение новых приключений в доселе неизведанных местах то и дело рисовало в воображении удачные выстрелы по животным с рекордными трофеями. У-у-х-х-х-х-х-х-х, что-то будет! В эту поездку мы взяли три винтовки: два Blaser R8 в калибрах 7мм и .300 WinMag, а также HS Prcision Pro .338 LM. Ожидая в VIP-зале аэропорта Душанбе оружие, подкрепились сытным пловом и зеленым чаем, потом погрузили свой нехитрый скарб в машины и двинулись в путь. Дорога до места охоты – около 600 километров. Если бы не хорошие машины, то после каменистых, местами очень разбитых трасс поездка показалась бы адской. Однако слоган «Тойота – управляй мечтой» оказался не просто формой речи, а всамделишной реальностью. Дорога тянулась вдоль Пянджа, по границе Таджикистана и Афганистана. Пару раз мы останавливались размяться и сделать фотографии на фоне населенных пунктов. На той стороне реки я видел, как афганцы выпасают скот, моют ковры, дети веселятся и играют. А ведь в не таком уж и далеком прошлом эти места вдоль границы были полны опасности. На подобные мысли натолкнули таджикские пограничные патрули, которые в большом количестве встречались вдоль маршрута нашего следования. В городе Хорог по плану мы должны были переночевать в гостинице. Однако друг предложил двигаться дальше и, не теряя времени, поскорее приступить к охоте. Памятуя о своем киргизском опыте, я все-таки предложил переночевать в гостинице для акклиматизации, на что друг, большую часть дороги проспавший на заднем сидении внедорожника, возразил в том смысле, что мы уже неделю пили диакарб, и теперь нам ничего не страшно. Как говорится, за банкет платит кент, поэтому пьем до дна. Перегрузив вещи и оружие в другую машину, рванули дальше. Друг, все также расположившись на заднем сидении, благополучно заснул, а я принялся расспрашивать водителя о нравах и обычаях памирцев. Много интересного узнал. Преодолели перевал и на подъезде к базовому лагерю в кромешной темноте умудрились заметить стаю из шести волков. Погнались за ними в надежде рассмотреть хищников получше и, если повезет, отправить парочку матерых в царство вечной охоты. Надо сказать, волки были очень большими. Как потом рассказывал один из водителей, таких тут называют «русскими волками». С его слов, местные волки в основном мелкие, а эти, более крупные, приходят из Афганистана. Тогда почему они русские?.. Увлекшись погоней, не заметили яму под снегом и угодили прямиком в этот капкан. Через два часа мытарств высвободились при помощи местных егерей, которые из базового лагеря пришли на свет фар и наблюдали дерзкую погоню за волками. Изрядно подмерзшие мы наконец-то очутились в одном из строений базового лагеря. Нам сразу предложили горячий чай, а чуть позже наваристый мясной суп. За ужином, как водится во всех охотничьих компаниях, зазвучали шутки, смех, байки, всякого рода рассказы. Засиделись за столом и легли спать поздно за полночь, хотя подъем был запланирован на 6 утра. Поднявшись в назначенное время, после водных процедур решил поотжиматься. Для меня это привычное дело. Отжался пять десятков раз, решил не останавливаться на достигнутом и отжался еще столько же. Чувствовал себя очень хорошо, было похоже, что диакарб работает на все 100! Далее были сытный завтрак и выезд на пристрелку. Казалось, что все в порядке… Часа два катались на уазике по угодьям, выискивая подходящих трофейных баранов и козерогов. Численность последних здесь довольно-таки большая, но достойных особей в стадах было мало. Несколько раз попадались небольшие группы, по меркам Киргизии, очень неплохие. Но мы же на Крыше Мира! Естественно, будучи под впечатлением от глянцевых фотографий охотников с их монструозными баранами Марко Поло, мы не хотели идти на компромисс и продолжали фанатично искать самых-самых. Тем более, мои опасения по поводу тяжелых условий охоты не оправдывались. По правде сказать, дышать было тяжело, но минимальные перемещения, заключавшиеся в выходе из уазика и передвижении в пределах пяти метров до подзорной трубы, заставляли наивно полагать, что это самая лайтовая охота, в которой я когда-либо участвовал. Ближе к вечеру первого дня ребята нашли два больших стада айбексов, в одном из которых выделялись три хороших козерога. Один из егерей поинтересовался, кто из нас будет стрелять по черному козерогу, который своей тушей и окрасом здорово превосходил остальных. Я решительно отказался от права первого выстрела, но к чести моего друга, который пригласил меня на эту охоту и знал мое трепетное отношение к этой поездке, он сразу отверг мой отказ и предложил бросить жребий, добавив, что на охоте и в бане генералов нет. Я не первый раз слышу от него это выражение, и мне всегда очень смешно это слышать именно от него. По этическим причинам я умолчу, почему мне смешно всегда слышать данное выражение из уст этого уважаемого человека, но те, кто в теме, поймут. Судорожно начали искать монеты. Я пробовал найти в карманах железные рубли, ребята искали сомони – местную валюту. Победили памирцы. Был подкинут сомони, который лег так, что Фортуна улыбнулась мне. Пришлось спешно собираться. До козерогов было 850 метров. Начали скрадывать их, двигаясь размерено. Сделали небольшой полукруг, в результате чего удалось под прикрытием камней сократить дистанцию до 482 метров. Занял позицию для стрельбы и попытался унять волнение. Дышать было очень тяжело, и, если в горах Кавказа дыхание успокаивалось в разы быстрее, здесь потребовалось много времени. Долго рассматривал козерога в оптический прицел, и с каждой минутой росла уверенность в том, что держу в перекрестье оптического прицела лучшего козерога из этого стада. Обернулся на проводников. Все были сосредоточены и ждали выстрела. Оглянулся вокруг и испытал ощущение, будто оказался на другой планете. Никакой растительности, только холодные камни! И… начинала давать о себе знать гипоксия. Все было как во сне… А моя цель на дистанции 482 метра тем временем вдруг начала волноваться, каким-то звериным чутьем почувствовав неладное. Старший егерь быстро сказал, что козерог встревожен, нельзя медлить с выстрелом. Я глубоко вдохнул-выдохнул, вдохнул-выдохнул и плавно потянул спусковой крючок. Привычный толчок приклада в плечо оповестил о том, что пуля «Бергер» покинула ствол Blaser’a. Через пару секунд я восстановил картинку в прицеле, заранее передернув затвор, чтобы добавить, если потребуется. Но точно посланная пуля сделала свое дело. И я понял, что стал счастливым обладателем памирского козерога! На следующий день все повторилось. Утром – подъем, отжимания, завтрак, биноклевание, и уже к 11 часам мы нашли очень хороших баранов. Подкинутая монетка решила в этот раз, что я буду немым зрителем охоты моего друга. Еще во время сборов у машины местный парень сказал, что будет тяжело и предложил не брать рюкзак и оружие самому, а передать сопровождающим. Я наотрез отказался, пошутив в том смысле, что не из больницы сюда пришел. На что получил не менее остроумный ответ: главное, чтобы отсюда в больницу не попал. Это было сказано с улыбкой в дружелюбной манере. Итак, до баранов было километра два. Двигались мы не спеша, выбирая лучшую позицию для скрадывания животных. Метров через 300 на высоте 4700 м мне вдруг сделалось как-то не по себе. Решил, что виной всему тугие лямки рюкзака. Но вскоре стали появляться мысли отдать рюкзак и ружье сопровождающим. Еще метров через 200-300 я очень сильно побледнел, о чем с тревогой заговорили спутники. У меня возникло ощущение, будто грудь придавило здоровенным бревном, а я не могу его скинуть. Скоро у меня забрали все вещи, а по совету друга, я лег на спину. Боль стала невыносимой. Ощущение такое, словно острый кинжал проколол грудь с левого бока до правого плеча. Перевалился на правый бок, стало чуть легче дышать. Старался вдохнуть побольше воздуха, однако при температуре -18ᴼС и сильном ветре, начал быстро замерзать. Появилась невралгия. В этот момент, как несложно понять, я уже ничего не хотел – только бы побыстрее вернуться туда, где получится дышать. Сопровождавшие настаивали, чтобы я возвращался к машине. От помощи я отказался, чтобы не портить охоту другу. Как я прошел эти пятьсот-шестьсот метров до машины – отдельная история. Скажу, что последние пятьдесят метров полз на четвереньках, включив полный привод, пока водитель не заметил меня и не помог. В базовом лагере мне помогли раздеться. Сил просто не было даже шнурки развязать. Впервые в жизни, будучи физически крепким и развитым мужиком, я понял, что такое немощность в соматическом понимании этого слова. Через час появился какой-то малый, сказав, что он чабан-врач. Сделал мне укол и дал две таблетки валидола. Легче не становилось, чувствовал головную боль, дичайшую слабость, а дыхание становилось все реже и затруднительней. Врач в срочном порядке потребовал госпитализации. Меня усадили в автомобиль и повезли в Хорог, в больницу Ага-хана IV, которая находилась более чем в двухстах километрах от базового лагеря. Там констатировали отек легких, но оперативные и профессиональные меры врачей спасли мне жизнь. Так закончилось моя охота на Памире, лишний раз подтвердив аксиому: Памир ошибок не прощает! Как, кстати сказать, и другие горы. Я не добыл своего памирского барана Марко Поло. Так что… есть повод вернуться! Но в следующий раз я буду готовиться к покорению Памира более ответственно и основательно, не пренебрегая акклиматизацией и заранее доводя физическую форму до нужной кондиции. А за друга искренне рад – он осуществил свою мечту!
13.07.2021
Антон Глушанин

Антон Глушанин

Что заставляет современного жителя мегаполиса ходить на охоту? И на горную охоту в частности? Каковы причины, чтобы, жертвуя зачастую совместным отдыхом с семьей где-нибудь под пальмой, ехать/лететь в другие регионы/страны для встречи с горами? Зачем, обливаясь потом, шагать вверх с каждым шагом чувствуя накапливающуюся усталость? Шагать и считать про себя: «Двадцать пять, двадцать шесть...», договариваясь с самим собой: «Сто шагов сделаю и передохну». Ноги предательски дрожат, ботинки скользят по заледеневшей траве под снегом. Слышны только толчки крови в ушах и скрип снега в такт шагам: «хрусть, хрусть, хрусть»... Рюкзак с каждым вертикальным метром все сильнее тянет вниз, карабин впивается в плечо трехточечным ремнем. Зачем вставать до рассвета и выходить в ледяную темному чуть подкрашенную лучами восходящего солнца? Возвращаться далеко после захода солнца в холодную палатку и питаться в течении дня «Сникерсами»? Зачем измываться физически над своим телом, которое и так не очень хорошо себя чувствует в условиях высокогорья? Человеку далекому от горных охот тяжело понять причины и мотивационную составляющую данных действий, а настоящему горному Охотнику и пояснения никакие не нужны. В четвертый раз В Дагестан я поехал в четвертый раз. Мне очень нравится эта кавказская республика, открытые и полные достоинства люди, ее населяющие, вкуснейшая национальная кухня и конечно же великолепная природа! Цель всех моих поездок была одна – трофей дагестанского тура. И не сказать, что предыдущие поездки были неудачными. Все было: и отличная компания, и настоящая горная охота, и удовольствие от поездок. Но вот с хорошим трофеем не везло – не удавалось добыть то, что хотелось. Причем, каждую поездку я закрывал лицензию в последний день молодым туром «на мясо». Мои спутники добывали неплохие трофеи, а я каждый раз искал Его – большого старого самца. И вместо того, чтобы давно закрыть вопрос с десятилетним самцом дагестанского тура, я искал и выбирал. Мечтал именно о большом. В этом году было решено поехать к уже широко известному организатору охот в Ахтынском районе Дагестана – Эльсону Махмудову. Очень хотел отправиться со спутницей моей жизни Асей, с которой мы в октябре удачно посетили Горный Алтай. Но за две недели до вылета она повредила спину, занимаясь спортом. О поездке не могло быть и речи: она еле передвигалась по равнине. Я пригласил на охоту своего хорошего товарища Дмитрия. Он оказался очень легким на подъем и за неделю до даты вылета легко согласился на совместную поездку. В связи с ухудшающейся эпидемиологической ситуацией по COVID-19, Дмитрий предложил ехать на авто, благодаря чему исключались контакты с социумом в аэропортах. Сначала мне эта идея показалась, мягко скажем, странной – 3000 км в одну сторону. Но, чем больше обдумывал перспективу автомобильной поездки, тем больше она нравилась. В обозначенное время мы вдвоем выдвинулись в сторону Северного Кавказа из СПб. До Махачкалы долетели на одном дыхании. Средняя скорость получилась 95 км/час. Ехали в основном по платным участкам. В целом дорога хорошая, но в Калмыкии, в районе Элисты зачем-то в степи понаделали бесчисленное множество опасных поворотов. Почему в степи, где нет необходимости объезжать горы, реки и озера, запроектировали такую кривую дорогу?! Камеры в Калмыкии, кстати, стоят без опознавательных знаков. В Дагестане сходили в местный ресторан национальной кухни, посмотрели Каспий, переночевали в Махачкале, а на утро встретились с Эльсоном и на двух машинах поехали в село Хнов. Вечером по прибытии проверили оружие – я попал точно в десятку на 200 метров (на это расстояние пристрелян карабин). В селе высота над уровнем моря составляет 1700 метров. Утром на конях выдвинулись в горы. В компании кроме нас с Дмитрием были Эльсон и два проводника: Заур и Рамазан. Пять километров проехали по живописной горной дороге, а потом 7 километров вверх по горам. До базового лагеря, который представлял из себя каркасный утепленный дом, добрались в 12.30. Высота над уровнем моря – 2800 метров. Перекусили. Эльсон предложил остаться в этот день в лагере и наслаждаться природой, а он с Рамазаном пойдет на разведку. Я решил пойти с ними, поскольку сил сидеть в лагере не было никаких. Очень хотелось посмотреть местность и, возможно, объект охоты. Попытка номер «раз» Начали подъем по хребтам, внимательно наблюдая за открывающимися склонами. Буквально, через час увидели первое стадо туров голов на 40 в трестах метрах. Среди них был один самец побольше остальных. Эльсон предложил стрелять. – Эльсон, я сразу обозначу цель и задачу. Мне нужен большой трофей. Я не буду стрелять маленьких и средних, лучше уеду без трофея. Извини за прямоту. Пошли дальше вверх. После непродолжительного подъема на противоположной стороне открывшегося цирка увидели стадо голов в сто! Расстояние было километра 2,5, но и на этой дистанции в десятикратный бинокль было видно, что два тура в стаде выгодно отличаются размерами рогов. – Успеем сегодня к ним подойти до темноты? – Антон, давай сделаем так: ты посмотришь на этих туров внимательно через оптический прицел, и, если размер трофея тебя удовлетворит, попытаемся успеть сегодня. Если нет, подойдем завтра, – отвел Эльсон. Я разложил карабин, поставил максимальную кратность на оптике и улегся на мерзлую землю для наблюдений. Для себя перед поездкой четко обозначил критерии минимального трофея, по которому буду стрелять: рога делают почти полный круг и оба рога закручиваются концами вверх. Два видимых тура в этом стаде имели именно такие рога. – Идем! – Должны за два часа успеть, – кивнул Эльсон. Пошли быстро, потому как день давно перевалил за середину, а темнеет в 17.00. Времени было в обрез. Путь все время лежал вверх. Под подошвами ботинок то хрустел снег, то сминалась осенняя жухлая трава, то шуршала «сыпуха», подло скатываясь вниз. На очередном довольно крутом подъеме по сыпухе, почувствовал, что действительно устал. Присел отдохнуть и вспомнил, что в кармане лежат «Сникерсы». Съели по одному батончику, и силы снова вернулись! Быстрые углеводы – отличный источник энергии в горах! Последние несколько сот метров передвигались на полусогнутых ногах бегом, потому как часть пути скрытно (вне обзора животных) пройти было невозможно. Посмотрел на высотометр – 3700. Получается, что за сегодня поднялся на 2000 вертикальных метров. Подошли к ничего не подозревающему, лежащему на склоне стаду сверху. Единственное место, откуда можно было подкрасться ближе – кусок скалы возле гребня. Начал потихоньку к нему подходить и тут увидел, что на хребет, на котором мы стояли, вышли два очень неплохих старых тура. Они наверняка нас видели, но несмотря на это, спокойно паслись на самом гребне. Рядом со мной оказалась отличная ровная площадка. Поставил карабин на сошки, лег и посмотрел на зверей получше. У обоих были замечательные рога! Дистанция – 608 метров, угол практически нулевой. Для моего уровня стрелковой подготовки вполне себе рабочее расстояние. Можно было стрелять как на стрельбище. Но человек всегда ищет лучшего, и я решил посмотреть на тех двух туров, которые были в стаде. Выглянул из-за скалки. Дальномер показа расстояние до ближайшего большого – 386 метров. Но угол! Вниз под большим углом не люблю стрелять. Почему-то не идет она у меня – несколько раз уже обидно промахивался. – Как думаете: какие туры больше – те, что на гребне, или внизу? – спросил у проводников. – И те, и эти хороши. Надо определяться и стрелять, через 15 минут будет темно, – ответил Эльсон. Уже не помню, какие мысли пронеслись у меня в голове в этот момент. Начал устраивать карабин, чтобы стрелять по нижним. Сошки даже в почти горизонтальном положении мешали. Убрал сошки, положил карабин прямо на скалу. И ведь знал, что это отрицательно скажется на стрельбе – совсем другой «подскок» и прочее! Видел прекрасно, что карабин «завален» на сторону, но по-другому его было не положить. Прицелился в большого тура – он был гораздо темнее остальных и в сумерках казался абсолютно черным. Еще раз убедился, что рога его соответствуют моим критериям – концы сведены друг к другу и загнуты наверх, и нажал на спусковой крючок. Результат такой безалаберной стрельбы не заставил себя ждать – все туры побежали вниз по склону. Рамазан сказал, что пуля пришла выше. Я ее попадания не видел – уж очень неудобная была поза при стрельбе, и «картинка ушла» в момент выстрела. Конечно же расстроился. Даже очень. Такая смешная дистанция для меня, и такой обидный промах. Сам виноват – как подготовился (выставил винтовку), такой результат и получил. Что повлияло? Может быть, усталость, может быть, некая торопливость... Сейчас понимаю, что надо было стрелять по тем двум, которые стояли на гребне. Не смотря на дистанцию, их стрелять было гораздо проще. Эх! Чем думал?! Кстати, Рамазан с Эльсоном, видя мое состояние, стали подбадривать: – Ерунда, бывает, завтра найдем других. Еще только первый день! Спасибо им за это. Мне перед ними было неудобно: столько сил ушло на этот быстрый подъем, а я в последний момент подвел. Отправились вниз, в лагерь. Почти всю обратную дорогу шли в темноте. А в лагере нас ждал замечательный ужин – Заур приготовил отличный суп! Попытка №2 Утром встали и затемно все вместе выдвинулись вверх по уже знакомому маршруту. Только поднявшись на гребень, начали замечать небольшие группы туров на противоположных склонах. Организаторы предлагали попробовать подойти на выстрел, но я отказывался – не было достойных экземпляров. Дошли до стада с туром, которого я вчера отказался стрелять. Дмитрий посмотрел на него в бинокль и выразил желание его добыть. Заур подобрал хорошее, ровное место для выстрела. Туры были ниже по склону на расстоянии 250 метров. Мы втроем подползли к краю хребта. Я установил карабин, настроил сошки так, чтобы не было завала, отстроил параллакс, поставил удобно винтовку. Дмитрий лег, прицелился и нажал на спусковой крючок. Тур дернулся и побежал. Я посоветовал добавить. Но второй выстрел не достиг цели. Через 30 метров пробежки тур остановился и завалился на бок. Мы поздравили Дмитрия с его первым горным трофеем! Рамазан и Дмитрий остались делать фотосессию и разделывать трофей, а Заур, Эльсон и я продолжили путь. Поднялись на гребень цирка, где вчера я стрелял. Практически в том же месте, что и прошлым вечером, расположилось довольно большое стадо туров голов в 150. Среди них были и те два старика. Начали подъем вверх уже знакомым по предыдущему дню маршрутом. Когда до туров оставалось чуть меньше километра, стало понятно, что незамеченными, как вчера, подойти к стаду будет трудно. Их было много, и занимало стадо почти весь склон – сверху до низу. 150 пар глаз следили за окрестностями. Часть пути, где не было возможности укрыться за рельефом, мы преодолевали бегом на корточках. Как бы смешно и странно это ни звучало. Добрались до гребня, с которого вчера стрелял. С противоположной стороны гребня, слева снизу, почти в долине, стояли два огромных старых тура. Они были только вдвоем и то паслись, то ложились в снег. – Сможем к ним подойти? – спросил я. – Точно – нет. Склон северный. Без кошек даже пытаться не стоит. Поедешь по насту – остановишься во-он там, внизу, у реки. Весной сможем тебя оттуда забрать. Я внимательно осмотрел склон, внизу которого стояли эти два прекрасных рогача: снег покрывал его весь, ветер набил толстый слой наста, угол наклона на всем протяжении был очень крутой. Но эти два красавца так и манили! Мы сидели в снегу и думали: как подойти к стаду? На правую сторону склона выходить было нельзя – нас сразу заметили бы, по гребню нельзя по той же причине. Левая сторона была крутая, покрытая метровым слоем ярко-белого снега. При этом Эльсон и Заур сказали, что под снегом много камней, которые сейчас все во льду, и идти по ним опасно. Как я пожалел, что не взял с собой кошки! Оставался единственный возможный вариант – и я настаивал на нем – идти по левому северному склону. Принимающая сторона была против – опасались за мою безопасность. У ребят были с собой палки с крючками на конце, которыми они ловко цеплялись за склон при перемещении, а в мои карбоновые палочки парни не верили. Удалось убедить их, что справлюсь. Начали осторожный подход по склону. Заур все время шел ниже меня – страховал на случай, если меня понесет вниз. Метров 100 удалось пройти с прямой спиной, потом пришлось сесть в снег и передвигаться буквально на пятой точке. Первым полз Эльсон, дальше – я, замыкал Заур. Мы толкали перед собой огромный сугроб, у парней тут же промокла одежда. Таким полуползком пришлось передвигаться метров 200. Когда аккуратно выглянули из-за гребня, до ближайших туров было 250 метров. Эльсон предложил стрелять неплохого самца в ближней группе. Я отказался – дальше и выше лежал тур гораздо больше предложенного. – Что мне с тобой делать? – сказал со вздохом Эльсон. Продолжили движение в сугробах. Еще через 50 метров барахтанья в снегу стало понятно, что ближе подползти незамеченными не представляется возможным – туры нас «срисуют». Я стал внимательно изучать стадо в бинокль. Верхнего большого, лежащего на склоне, закрывали складки местности. Стрелять совсем неудобно. Внизу, в одной из групп увидел хороший трофей. Судя по всему, это был тот второй крупный, которого мы видели изначально. Решил стрелять по нему. Расстояние – 356 метров, угол – минус 20-25 градусов (точно не помню). Поскольку мы лежали в глубоком снегу, сошки пришлось выдвинуть полностью – так, чтобы они доставали до обледенелой под снегом земли. Несколько раз проверил все расчеты по калькулятору, лег в позицию, насколько позволяла местность, и посмотрел на трофей в оптику. Животные кормились и все время перемещались. Большой тур был закрыт телами своих спутников. Я лежал на изготовке, дожидаясь пока появится возможность стрелять, а в голову лезли разные сомнения: «Вчера прилетело выше. Почему? Может, из-за высоты давление ниже, и калькулятор ошибается? Может, надо взять ниже точки прицеливания, чтобы нивелировать эту ошибку? Возьму чуть ниже». В какой-то момент бык отошел чуть в сторону от группы, и открылась его левая лопатка. Я навел перекрестье чуть выше колена и нажал на спусковой крючок. Раздался звук выстрела, и туры побежали. Сколько же их тут много! Где же «мой» среди этого потока коричневых спин?! Я пытался определить того, по которому был произведен выстрел. Когда испуганное стадо отбежало метров на 500, я его увидел. Эльсон с Зауром сказали, что он хромает на правую переднюю ногу. Туры отбежали на 700-800 метров и встали в долине. Я нашел «своего» и стал за ним наблюдать. Действительно, тур хромал на правую ногу, но я-то стрелял в левую! Через несколько минут тур стал… кормиться. Это означало, что я не попал. ОПЯТЬ! С одной стороны – хорошо, что не сделал подранка, а с другой... На меня накатила апатия. Ребята промокли во время нашего горизонтального подхода и замерзли. Предложили попить чаю и возвращаться в лагерь. Мне было все равно. Я был подавлен. Как же так? Что со мной случилось? Почему такие обидные промахи? Третья, она же финальная Карабин поставил на сошки на гребне и пошел кипятить воду для чая. Попили чайку, помолчали. Я собрал Alpen Pod и пошел за карабином. Не доходя до оружия метров 10, поднял голову и на прилегающем слева гребне увидел выглядывающую голову тура с огромными, мощными рогами! Я сразу упал на спину и ползком подобрался к оружию. Измерил дистанцию – 424 метра. Это один из тех двух старых туров, которые паслись внизу северного склона, пришел на гребень к нам. Почему через 15 минут после выстрела он решил подняться? Что его заставило? Я не знаю. Провидение? – Долби отсюда, – громким шепотом сказал Эльсон. Мне позиция не нравилась совсем: в месте, где стоял карабин, было много снега на уходящем вниз склоне. Я осмотрелся и увидел дальше по гребню отличную площадку: ровную, без снега. Схватил карабин и на полусогнутых «нырнул» с гребня в правую сторону так, чтобы для глаз тура оставаться незаметным. Я прекрасно понимал, что животное нас видит и в любой момент может сделать шаг назад, скрывшись за скалами. Но решил рискнуть. Пробежав за гребнем метров 20, выполз на намеченную позицию. Тур стоял на гребне. Видны были только его огромные рога и грудь. Сомнений в трофейности экземпляра не было никаких! Расстояние 391 метр, угол практически нулевой. Я накрутил барабаны, прицелился в основание шеи и выстрелил. В оптику увидел попадание четко по месту, и кувырок назад, который сделал зверь после. Как передать эмоции, которые вспыхнули у меня внутри? Столько поездок, километров преодоленного пути, литров пота, неудач – все вспомнилось и вырвалось из груди победным кличем. Горы безмолвствовали, а я был готов прыгать от счастья и осознания выполненной цели. Ребята подошли с улыбками на лицах, стали поздравлять и на эмоциях обниматься. Это ли не жизнь! Я им очень благодарен за возможность взять этот трофей! Одно в этот момент напрягало – насколько далеко скатился тур? Пошли смотреть, надеясь, что он зацепился за полку, на которой стоял. Чуда не произошло – тело скатилось в полсклона по крутой мелкой сыпухе. Дошли до поверженного зверя, сделали фотосессию и разделали трофей. В связи с тем, что мощная туша все время норовила скатиться вниз, это было не просто. Следующий день был посвящен выносу мяса и спуску в село. Все прошло без приключений. Переночевали у Эльсона в доме, погрузились в авто и рванули в СПб. По уже знакомой дороге поездка прошла в штатном режиме, если не брать в расчет тот факт, что на полутора тысячах километров обратного пути попали в настоящую зиму с морозом, обильным снегом и льдом на дороге. Могу смело утверждать, что в Дагестане появился отличный организатор охот! Все на высшем уровне: еда, лошади, проводники, отношение к клиенту, наличие зверя в угодьях, понимание принципов трофейной охоты. Придраться не к чему! Эльсон, спасибо Тебе большое за охоту! Отдельная благодарность Зауру и Рамазану! Парни отработали на отлично. Надеюсь, что охотничья судьба сведет нас не раз на пути! О бренном: длина левого рога 103 см, правого – 101 см, база 36 см, 13 лет. Оружие – Blaser R93, калибр .300WinMag, пуля Hornady ELD-M 225 gr.
11.07.2021
Антон Глушанин
Вертикаль счастья

Вертикаль счастья

Планы поохотиться в Кабардино-Балкарии зрели давно. От людей старшего поколения, заставших времена Советского Союза в полный рост, не раз приходилось слышать о таком туристическом маршруте: сначала отдыхающие ехали в Сочинские санатории, далее их маршрут лежал через Кабардино-Балкарию, которая славилась своими горными красотами, затем отдыхающие переезжали в Грузию, ближе к пляжам Гагр и Гудауты, где и происходило логическое завершение отдыха. Предложения поохотиться в Кабардино-Балкарии поступали неоднократно, но всякий раз что-то меня останавливало – то спортивная травма, то сомнения в легальности организуемой охоты, то стоимость предлагаемой услуги. В конце концов решил, что за дело нужно браться всерьез, и начал мониторить, собирать по разным каналам информацию. Изучал, смотрел, читал, общался, но решил все случай – один из моих приятелей, увлекающийся трофейной охотой, рассказал о кампании High Hunt Pro, во многом ориентирующейся на организацию горных охот, посоветовал связаться с ними. В процессе общения по телефону представитель фирмы произвел впечатление человека, профессионально разбирающегося в вопросе, честно рассказал о возможностях и перспективах охоты в КБР. Я подумал немного и решил от добра добра не искать. Вместе с Дмитрием, сопровождающим от High Hunt Pro, мы долетели до Минеральных Вод и, заказав такси до Нальчика, скоротали время в пути с колоритным водителем по имени Магомед Гаджи. Он оказался очень интересным собеседником и вообще приятным в общении человеком. Какие темы мы с ним только не обсуждали, особенно было интересно послушать его о народностях, проживающих на Кавказе, обычаях, нравах, культуре, традициях… Так бы дорога и пролетела безоблачно, если бы не инцидент на административной границе Карачаево-Черкесии с Кабардино-Балкарией, где нашу машину остановили для досмотра. Сотрудники МВД начали проверять документы на оружие, и тут один из них, узнав, что мы охотники и собираемся охотиться на туров, обвинил в повальном браконьерстве нас и всех трофейных охотников в нашем лице, включая иностранцев, приезжающих на Северный Кавказ. Наши попытки объяснить, что охотимся только на законных основаниях, о чем свидетельствует наличие лицензий, натыкались на глухую стену неприятия охоты. Наконец после непродолжительного спора он решил открыть нам страшную тайну, после которой мы вряд ли сможем не только охотиться, но и жить. Мы замерли в ужасе. Туры Кабардино-Балкарии, поведал нам суровый полицейский, находятся в… Красной книге! Странно, но желание жить и охотиться после этого почему-то не пропало. Списав этот случай на местный колорит и отсутствие Красной книги в свободной продаже, мы на всякий случай искренне раскаялись в том, что собираемся сотворить, и пообещали больше никогда не участвовать в трофейных охотах, если получим от этого полицейского таковое указание в письменном виде. Событие, воспринятое поначалу как досадная неприятность, в процессе дальнейшего пути стало восприниматься как повод блеснуть остроумием, и под веселое обсуждение происшествия мы без приключений добрались до гостиницы. Разместились в уютном номере, пообедали в ресторане и, когда стемнело, отправились отдыхать. К сожалению, сон никак не шел. Мысли о предстоящей охоте волновали так, будто завтра предстоял ответственный экзамен: удастся ли найти большого тура? на какой дистанции придется стрелять? попаду или промахнусь? То и дело в голове прокручивался видеоролик Максима Воробьева, в котором охотник без ног, на протезе охотился в Кабардино-Балкарии на средне-кавказского тура и в конце концов добыл его. Я восхищаюсь сильными людьми, а человек, который по воле судьбы остался изувеченным, не сломался и продолжает жить и преодолевать любые трудности, вдвойне заслуживает уважения. В общем, как заснул, не заметил… Утром поднялся по звону будильника. Наскоро перекусили, погрузили снаряжение в ожидавший нас автомобиль и отправились в базовый лагерь. По пути организатор сделал небольшой крюк и исполнил мою давнюю мечту – увидеть знаменитые Чегемские водопады, настоящую жемчужину Кабардино-Балкарии. В лагерь попали ближе к вечеру, и здесь узнали, что проводники уже несколько дней мониторят окрестные горы в поисках хорошего трофея. В скором времени появился один из них, показавшийся поначалу не особенно разговорчивым. Может, потому, что я буквально накинулся на него с расспросами о том, видел ли он крупного тура. Оказалось, что да, видел, но сегодня уже поздно идти в горы. С этого момента беседа за хорошим столом с приятными собеседниками потекла обычным чередом. Время летит незаметно, и вот уже на часах 23.00, звучит команда «отбой», подъем запланирован в 01.30. Самым ранним утром (или глубокой ночью?) быстро собрались и прибыли к подножью горы, на которой вчера проводники видели двух трофейных рогачей. Начали подъем. На мой взгляд, в незнакомом месте, в котором охотишься впервые, притом ночью, не видя, куда идешь, и, не зная, насколько долгим будет путь, охотиться психологически легче, чем там, где ты заранее представляешь все тяготы, которые придется перенести. Покоряя очередной горный маршрут, мы неспешно поднимались все выше к обволакивавшему вершины черному небу с невероятно близкими звездами. Едва начало светать, принялись осматривать местность. Несмотря на все мои старания оказаться первым, как всегда местные ребята заметили туров быстрее. Сначала по маршруту следования увидели самок, которые нас заметили еще раньше и теперь пристально следили за нами. Проводник изрек мудрую мысль: сейчас гон, а во время гона самцы должны быть поблизости от самок. Прошло совсем немного времени, и его пророческие слова подтвердились. Примерно в полутора километрах и несколько выше увидели большую группу туров, в которой выделялись два больших рогача. Быстро обсудили положение дел и рванули вверх, к намеченной цели. Проводник из спокойного и очень уравновешенного человека вдруг превратился в сгусток энергии. На пути следования встретился один сложный и опасный участок, по которому он перебежал так, будто двигался по пешеходной дорожке. А я лишний раз убедился в том, что умение виртуозно передвигаться по опасным горным склонам у горцев в крови. В редкие минуты отдыха мы наблюдали за турами, чтобы не упустить их из виду, и вдруг проводник сообщил, что животные почувствовали нас и уходят за гребень. Это прозвучало как приговор! Измотанному подъемом мне казалось, что дальше идти просто не смогу, не осталось сил… В отчаянье мы смотрели на скрывающихся животных, и все больше и больше… заряжались оптимизмом! Похоже, что это была другая группа туров – в ней не было тех крупных рогачей, одного из которых я надеялся добыть. Решили подняться выше и внимательно осмотреть плато. Оставалось всего ничего, но смущала крутизна склона и то, что подступы к нему охраняли сыпучие россыпи камней. Старались не шуметь конечно же, насколько это было возможно, но уж как получилось, так получилось. Наконец добрались до намеченной точки и принялись биноклевать… Наши туры были на месте! Из большой группы выделялись двое – один черный, другой посветлее. Я, не раздумывая, хотел стрелять в черного. Дмитрий считал, что светлый лучше. В конце концов железная аргументация проводника – у светлого тура рога длиннее – заставила принять их сторону. Но нужно было еще подобраться поближе, так как дистанция, на глаз, составляла 600-700 метров, что для меня просто много. Да и в памяти стояла отчетливая картина с уходящими за гребень животными, совсем не вызывавшая в душе тех чувств, которые охотник мечтает испытать. Где ползком, где на четвереньках расстояние удалось на сколько-то сократить. Дальше продвинуться уже не было возможности. Произвели замеры: 488 метров и угол 26 градусов. Вынужден признаться: так далеко в горах я никогда не стрелял. В результате меня буквально стало штормить перед выстрелом. Внеся поправки в прицел и прижавшись к камням, стал готовиться к стрельбе. Не знаю почему, но так долго я еще никогда не тянул с выстрелом. Пару раз практически уже нажал на спусковой крючок, но что-то останавливало палец. В конце концов, поборов волнение, уравновесил дыхание и выстрелил. Грохот разорвал вековую тишину ущелья и запрыгал по склонам, удаляясь прочь. Испуганное стадо рвануло вверх. Дмитрий указал на большого тура, который заметно отставал от группы и постепенно снижал скорость движения. Доли секунды ушли на то, чтобы перезарядить винтовку. Вновь прильнул к окуляру оптического прицела. Но большое увеличение (24х) никак не позволяло быстро поймать тура в визир. Крутанув прицел до 12 крат, увидел наконец раненого зверя. Он тяжело двигался, с каждым шагом замедляя ход, но все так же гордо нес голову, увенчанную крупными рогами. Я поймал в перекрестье прицела лопатку тура и вновь нажал на спусковой крючок. До слуха донесся характерный звук пули, попавшей в тушу! Дмитрий и проводник одновременно воскликнули: «Есть попадание!» Дальше, дав волю эмоциям и обуревавшим меня чувствам, не соблюдая никаких рамок приличия, я кричал от счастья. Ведь в этот момент на земле не было человека счастливее меня. Дальше случилось все, чему положено случаться в таких случаях: фотографирование, разделка трофея, вынос мяса. А у меня душа полнилась громадным желанием вернуться и повторить все заново в этих красивейших местах Кавказа!
03.06.2021
Валерий Юрьевич у себя дома

Ко Дню рождения В.Ю. Янковского

Всегда необходимо помнить о тех, кто создавал и развивал культуру охоты и общечеловеческих ценностей в нашей стране. Неважно, каково было и есть название этого великого государства от Калининграда до Владивостока! Ко Дню рождения Валерия Юрьевича Янковского – охотника на тигров и леопардов, естествоиспытателя, писателя. В этом году ему исполнилось бы 110 лет. «За что бы мы не принимались на хасанской земле, необходимо помнить о примере Янковских. Их опыт обустройства Сидеми уникален, не имеет себе равных в хозяйственной практике региона. На полуострове Янковского сложилась и получила развитие целая отрасль – пантовое оленеводство. Его основы закладывались двумя поколениями представителей этой славной фамилии». Зам. Председателя Законодательного собрания Приморского края Д.А. Текиев. Стоя у гроба, в котором лежало тело Валерия Юрьевича и, глядя на его прижизненную фотографию, установленную за гробом у изголовья, я не мог поверить, что этот оптимистически настроенный человек больше не скажет мне «Милости просим!», когда я входил в квартиру, где они жили со своей супругой Ириной Казимировной. Сердце этого великого человека остановилось 17 апреля 2010 года. Он не дожил немногим месяца до своего 99-летия. Умер этот сильный человек от того, что ударился затылком о небольшой чурбачок при падении. Это произошло тогда, когда он в свои 99 (!) полез подтягиваться на турнике. Небольшой зал для прощальных церемоний на Вокзальном спуске г. Владимира не мог вместить всех желающих проститься. Люди входили и выходили. Некоторые из них были мне знакомы. Многих я не знал. Батюшка, приглашённый для совершения прощальной панихиды начал обряд. Чуть позже приехал губернатор области Виноградов Н.В. чтобы отдать дань памяти узнику ГУЛАГа и высказать слова соболезнования его супруге, прошедшей тот же ГУЛАГ. Про таких людей как Валерий Юрьевич, его отец и дед поэт Владимир Маяковский должен был сказать «Вот это – ЧЕЛОВЕЧИЩЕ!». Я смотрел на входивших и выходивших людей. НЕТ! НЕТ! И ещё раз нет среди них, таких как он, с таким же внутренним стержнем и несгибаемой волей и оптимизмом какие были присущи ему и членам его семьи воспитанных дедом и родителями. Таких, которые, не смотря на то, что Родина пыталась их согнуть через колено и сломать, оставались верными и преданными стране, ставшей для них родной, хотя и оказались здесь в результате ссылки за политическое восстание 1863 года в Польше. Знакомясь с жизнью клана Янковских по воспоминаниям Валерия Юрьевича, я убедился в том, что чувство патриотизма и любви к своей родной земле воспитывалось в детях ненавязчиво, постепенно на протяжении всей жизни. Детей учили любить окружающую их природу, животных. Учили понимать красоту гор, лесов, долин рек и озёр, расположенных в окрестностях семейного имения Сидеми. Янковские буквально врастали корнями в свою землю. Защищая эту землю от хунхузов, чувство любви к своей Родине только укреплялось. Они всегда знали, за что боролись и что отстаивали. Свободолюбивые носители высококультурных ценностей не позволяли хозяйничать на приморской земле различному отребью, привыкшему только грабить других людей и брать у природы, не давая ей ничего взамен. На таких семьях и была призвана расцветать и крепнуть Россия, но … пришли другие времена и к власти пришли те, кто был ничем, и кого звали никак. Могли ли эти люди, не воспитанные в духе патриотизма и любви к родной земле создать, что-либо ценное и стоящее. Таких чудес в природе и в истории человеческого общества не бывает. До основания, а затем… Не дожидаясь откровенного глумления над собой и результатами своего труда Янковские вынуждены были иммигрировать. Но, даже пройдя через великое переселение, клан Янковских продолжил заниматься начатым в России. В Корее было построено новое поместье Новина. Сколько же надо было иметь сил, мужества и упорства, чтобы начать всё с начала на новом месте? Янковские в очередной раз продемонстрировали свои лучшие морально-волевые качества. Чтобы как-то выживать в те трудные для семьи времена они начали организовывать и проводить охоты для иностранцев, приезжавших в Корею за охотничьей экзотикой. Аутфиттерская работа не очень им нравилась, признавался мне сам Валерий Юрьевич в наших беседах об охоте. Их вольнолюбивой натуре охотника-промысловика претило обслуживание мало готовых к настоящим охотам иностранцев. Рождённые на свободе и будучи вольными охотниками по сути своей они с малых лет привыкали переносить неудобства и лишения охотничьих скитаний, скудность пищи и погодные капризы природы. В процессе этих скитаний в юных охотниках воспитывались чувство локтя, отвага взаимопонимание. Охота фактически была школой жизни и сама жизнь для всех мужчин семьи Янковских. Для охоты на дикого зверя требовались, кроме крепкого здоровья и хорошей физической подготовки глубокие познания природы, повадок диких животных, и пернатой дичи. Дети с детства учились распознавать следы различных зверей. Хорошими следопытами и зверобоями они становились уже непосредственно на охотах. Без знания основ топографии и умения ориентироваться в незнакомой местности их охоты не были бы возможны. Стрельбой все потомки Янковских, включая девочек, овладевали с раннего возраста. В доме всегда было много различного огнестрельного оружия, включая пулемёты. Так что умение хорошо стрелять, было у них в крови. Все стреляли много и очень хорошо. Продиктовано это было исторически не только охотой, но и необходимостью самообороны. Нападения хунхузов (китайских бандитов) во времена освоения Приморья были не редки. Охотник и писатель. Валерий Юрьевич неоднократно повторял в наших с ним беседах, что не понимает охоту с вышек, практикуемую в настоящее время во многих охотничьих хозяйствах. Для него были более естественны длительные охотничьи экспедиции от нескольких дней до нескольких недель. Благодаря писательскому творчеству Валерия Юрьевича мы узнали о том, как и на кого охотились Янковские. В его книгах подробно описаны охоты на фазанов, уток, гусей, кабанов, оленей. Но особое место в повествованиях занимали охоты на уссурийских тигров и снежных дальневосточных леопардов. Из этих книг было очевидно, что тигр для Янковских поначалу являлся не столько простым объектом охоты, сколько конкурентом в борьбе за жизненное пространство. Тигры наносили существенный урон их хозяйству. Стоит отдельно сказать о том, что тигры истребляли ценнейший племенной материал лошадей, с которым они работали для выведения лошади приспособленной для помощи людям в освоении Приморья. Переехав в Северную Корею Янковские фактически являлись спасителями мирного населения. В первой трети ХХ века население Кореи, находившееся под оккупацией Японии было лишено возможности иметь какое-либо оружие. Этим искусно пользовались хищники, в изобилии обитавшие в тех местах. Особым коварством отличались умные и осторожные уссурийские тигры. Они таскали домашний скот прямо из загонов во дворах. Некоторые, по всей вероятности старые тигры, вламывались в фанзы, ветхие жилища корейцев и утаскивали людей. Не отличались особым дружелюбием и местные кабаны. Они могли за ночь большим стадом уничтожить урожай картофеля или кукурузы на одном из полей близ корейской деревни. Янковский красочно и в мельчайших подробностях описал свои охоты на тигров, леопарда, кабанов, косуль и оленей. Читатель может узнать о том, где, как, в каких погодных условиях и в какой одежде охотились в 30-х и 40-х годах прошлого столетия Янковские. Из этих рассказов видно, что на таких настоящих охотах от охотника требовались большая физическая выносливость, способность противостоять суровому климату, когда зимой температура опускалась ниже -25 градусов и дул пронизывающий ветер. Именно на таких охотах в Янковских проявлялись все те морально-волевые качества, которые воспитывались у них с детства. Навыки следопытов и знание повадок опасных хищников помогали им в охотах на тигров и леопардов. Чувство отваги и самообладания спасали их жизнь в самых сложных ситуациях. Примером тому может служить описанная Валерием Юрьевичем сцена, когда его младший брат Арсений точным выстрелом спас жизнь своему отцу, на которого напала раненая тигрица. А Арсению на тот момент не было и двадцати лет. Думаю, что выражу мнение тех, кто прочитал такие произведения Янковского В.Ю. как «Нэнуни четырёхглазый» «По следу тигра». «Корея Янковским» о том, что многие факты, описанные в этих произведениях, могут рассматриваться как учебное пособие для тех, кто хотел бы постичь тайну о жизни и повадках диких животных в природе, о самой природе во всех её проявлениях. Эти книги, как ни один школьный учебник, научат читателя любить свою природу и относиться к ней с трепетом человека, пришедшего в этот мир ни на один день. Умение восхищаться красотой первого весеннего цветка и заката над морем сможет сделать наше подрастающее поколение добрее и чувственнее, что в эпоху современной технократии незаконно утрачивает свою актуальность. Янковский - писатель и краевед. Все произведения, написанные В.Ю.Янковским, отражают реальные события, реальные персонажи. Их героями были реальные люди, окружавшие его, приезжавшие в гости к ним в имение, сопровождавшие его по жизни. Именно поэтому интерес к писательскому творчеству Янковского В.Ю. не угасает и среди специалистов в области истории, краеведения, природоведения и охотников. Два самых первых его напечатанных произведений «На грани выживания» и «В поисках женьшеня» явились наглядным свидетельством против хищнического и бездумно-иррациональной эксплуатации естественных ресурсов и его трепетного отношения к сохранению природы. Особо стоят книги написанные Янковским об охоте и просто путешествиях в уссурийской тайге, в Северной Корее и Манчжурии. Первой пробой пера в жанре охотничьей литературы было «В поисках женьшеня». Этой книгой был задан стиль на подлинность в изображении способов охоты, повадок животных и психологии поведения, окружавших Янковского В.Ю. на охоте товарищей, тех на кого он мог положиться в самый ответственный момент. Отношение Янковского к своей исторической Родине – Приморскому краю наиболее ярко выражено в его эссе «Земля отцов. Последний поклон». В нём он рассказывает о том, какой стала и какой могла бы быть его родная земля. Во время одного из своих последних визитов в Приморье его поразило многое, но больше всего то, что звероферму с норками разместили посреди их усадьбы Сидеми и зловонный запах распространялся по всей площади, где ранее была расположена усадьба Янковских. Личные качества. Порядочность, пунктуальность, преданность своей семье, родной земле и стране. Валерий Юрьевич всегда считал необходимым высказать своё мнение. Мне лично приятен был язык, на котором говорил сам Валерий Юрьевич и которому с детства учили меня самого: «Я приглашён», «Я уже принял приглашение», «Кланяйтесь своим дамам!». Интересен был факт, который я установил ещё при жизни самого Янковского и, который был подтверждён с абсолютной исторической точностью уже после его смерти. Оказалось, что и Янковские и Бринеры в то далёкое время не раз были гостями одного из моих родственников по линии отца и деда. Все они гостили на даче Встовских, которая располагалась в 20 верстах от Владивостока. Таким образом, у нас была общей культура общечеловеческих ценностей, которая так сблизила меня с потомком знаменитого рода Янковских. Трудно переоценить вклад Янковских в освоение российского Приморья. Они фактически явились основателями пантового оленеводства, внесли большой вклад в ботанический, орнитологический и энтомологический разделы общероссийской науки. Одному их полуостровов Приморья присвоено имя Янковского. Обитает в Приморье один из видов овсянки, получивший имя Янковского, равно как и некоторые виды бабочек. Выведенная дедом порода лошадей была единственная пригодная для освоения этой территории. Они первыми создали плантацию дикорастущего женьшеня. Ссыльных поляков Михаила Янковского и Бенедикта Дыбовского, как и швейцарца Юлия Бриннера, и финна Фридольфа Гека по праву можно назвать гордостью Российского Дальнего Востока. Эти иностранцы внесли свой вклад в освоение Дальнего Востока в целом и Приморья в частности. Будучи иностранцами по происхождению, но ставшими русскими по сути, они отстаивали эту территорию от китайских и других бандитов и мошенников. Остаётся только сожалеть о том, что сейчас, те же хунхузы только в другом «мирном» обличии осваивают наш Дальний Восток, вползая туда со своими ядовитыми товарами из пластика, поставляя на наш рынок фрукты и овощи выращенные у себя и уже на наших территориях с высоким содержанием ядовитых веществ, травящие наши чистые сибирские реки ядами, для того чтобы вычистит всех земноводных из этих рек. Вероятно, нужны новые иностранцы для спасения природных богатств нашей великой России, потому как сами россияне спокойно созерцают эту тихую экспансию, с вырубкой лесов и расхищением наших природных ресурсов.
25.05.2021
Мечта, ставшая профессией (интервью Дмитрия Станиславовича Встовского областной газете ПРИЗЫВ 2009г.)

Мечта, ставшая профессией (интервью Дмитрия Станиславовича Встовского областной газете ПРИЗЫВ 2009г.)

Дмитрий Встовский – человек весьма редкой нынче профессии и очень интересный собеседник. Он ведет передачи на  телевидении, снимает видеофильмы, печатается в журналах «5 охот» и «Сафари», «Охота и рыбалка ХХ1 век» и охотится. Охота стала его образом жизни. Добытый им в Якутии лось по международной классификации стал вторым трофеем в мире, кубанский тур – семнадцатым. Лошадиное здоровье и стальные нервы.- Дмитрий, как ты стал аутфитером? - По стечению обстоятельств. Уже в три года я ходил в лес вместе с родителями, и у меня был свой рюкзак. Моими первыми осознанными впечатлениями были впечатления о природе, о ловле рыбы, о ночлеге в палатке. Такой образ жизни мне всегда нравился. Дальше моим становлением занялось объединение русских скаутов, которое учило выживать в природе. В первый свой приезд в Америку, в 1989 году, я посещал скаутские школы, и мне нравилось, насколько вдумчиво там выстраивают взаимоотношения человека и природы. Я с детства мечтал стать охотником. Учась в 23-й спецшколе г. Владимира, я весьма неплохо выступал в соревнованиях по стрельбе из нарезного и пневматического оружия. Сколько себя помню, всю жизнь занимался спортом – футболом, волейболом, лыжами, бегом, каратэ, гандболом. Все это мне потом очень пригодилось. В школе очень любил литературу - особенно поэзию, историю, языки, много переводил сам. Высшее образование получил на факультете иностранных языков в нашем ВГПИ, овладел вторым - немецким - языком. До армии работал в агентстве «Интурист», где приобрел бесценный опыт организации туристского дела, усвоил такое понятие, как национальная психология, ведь каждая нация, будь то норвежцы, американцы, немцы, австрийцы, имеет особенности психологии присущие только им, которые хороший аутфиттер обязательно должен знать. Существенным фактором является и умение правильно и тактично вести себя с представителями различных национальностей на территории России и в странах СНГ. Когда ты знаешь местные обычаи, с уважением относишься к истории народа и его духовным ценностям, то тебе легче работать и находить взаимопонимание в сложных ситуцаях. Особенно оценили это мои коллеги в Северной Осетии. Стать охотником в советские времена было очень нелегко. Но в армии по счастливой случайности я стал членом военного охотничьего общества. Там же научился стрелять практически из всего стрелкового вооружения нашей армии, т.к. служил в мотострелковых войсках. Являюсь офицером запаса. Правда, охотиться у меня возможности не было. Уже вернувшись из Забайкалья на родину, я, наконец, стал охотником, впервые попав с ружьем в лес только в 1984 году. - Так что же должен знать и уметь аутфиттер? - Профессии аутфиттера нигде не учат, и по первой специальности аутфиттеры могут быть кем угодно - проектировщиками вертолетных двигателей, экономистами, педагогами. Чтобы прийти в эту нелегкую профессию, нужно знать очень много. Я всегда говорю, что на такой работе, как наша, нужны лошадиное здоровье и стальные нервы. Аутфиттером может быть только выносливый, спортивный, интеллектуально развитый человек, владеющий основами бизнеса, основами таксидермии, двумя, а то и тремя, иностранными языками, страхового дела, разбирающийся в огнестрельном и холодном оружии. Необходимо хорошо знать российское и зарубежное законодательство и быть прекрасным психологом! Представьте, что должен выдерживать организм при многократной смене часовых поясов и постоянных авиаперелётах, максимальных физических нагрузках на высотах от 1000 до 5000 метров над уровнем моря! И всё это в короткий период охотничьего сезона с августа по декабрь. - Короче: не каждому дано? - Все приходит со временем, было бы желание. Все, чему я учился в жизни, мне пригодилось в этой профессии. Я всегда мечтал об охоте, но не мог представить, что стану аутфиттером в самом полном смысле этого слова.   Настоящих аутфиттеров можно пересчитать по пальцам - Много в России аутфиттеров? - Настоящих профессионалов в своём деле очень мало. Хватит пальцев двух рук, чтобы пересчитать всех. В России дефицит ответственных людей с высокими профессиональными навыками. Тех, кто способен заменить любого специалиста в любом звене технологической цепочки туристского охотничьего бизнеса, начиная с прилета иностранного гостя и заканчивая непосредственно охотой, и вовсе единицы. Бывают внештатные ситуации, когда уже по прилете на место не дают лицензию на отстрел животного, например, из-за личных конфликтов, а ведь клиенты пересекли океан, чтобы добыть трофей. Как тут быть? Страдает бизнес, падает мой авторитет. Приходится на ходу перестраивать охотничий тур, для того чтобы найти пути решения проблемы. - Профессионалы-аутфиттеры знают друг друга? - Мы хорошо знакомы, регулярно общаемся и в связи с последними веяниями решили объединиться в Федерацию охотничьего и рыболовного туризма (ФОРТ), куда, по идее, должны входить не только аутфиттеры. Мы приглашаем, например, примкнуть к нам владельцев охотничьих хозяйств. Но они по какой-то причине неохотно идут на такие контакты, считая, что все решится без них. Мы, конечно, отстаиваем не только свои интересы, но хотим, чтобы проблем не было и у наших партнеров. Нам так гораздо спокойнее работать. - Твой авторитет среди аутфиттеров и среди постоянных клиентов сегодня неоспорим. Сколько лет ты его зарабатывал? - Зарабатываешь авторитет десятилетиями, а потерять можешь в одночасье. Поэтому репутация таких людей, как я, ценится дороже любой выгоды. Ради поддержания имиджа из-за чужого просчета или излишней самонадеянности мы порой  работаем только на спасение своей профессиональной репутации. Я обязан сделать всё, чтобы охотнику выставить зверя с определенными трофейными качествами и должен добиться результата любым путем, чтобы у гостя остались самые хорошие впечатления о принимающей стороне.  Часто приходится исправлять ошибки партнеров за счет своих физических или моральных сил и времени, потому что именно я в ответе перед клиентом, который преодолел несколько тысяч километров до Москвы, а потом пересек всю Россию, чтобы сделать единственный выстрел, который может так и не произойти при плохой организации охоты или чисто субъективных факторах. Как раз сейчас я готовлюсь принять группу, которая однажды попала в такую ситуацию. Кстати, у многих охотпользователей есть желание обойтись без аутфиттера и работать с клиентом напрямую, но они в силу определённых причин не обладают всеми необходимыми навыками, чтобы заменить нас. Они не понимают, насколько это технически сложно. А с финансовой точки зрения им это, зачастую, просто невыгодно. - Очевидно, у тебя сложился круг постоянных клиентов? - Один из моих американских клиентов едет со мной на охоту уже шестой раз и рекомендует меня своим знакомым. Американцы вообще не могут понять, что и как я делаю в аэропорту. Между тем мне нужно оформить провоз оружия, трофеев, собрать и показать кучу бумаг, получить ворох разрешений. Когда клиенты видят, как я «мелькаю» туда-сюда и какой объем работы проделываю за короткое время, они проникаются уважением и уже, как правило, «не изменяют» мне. - Дим, сейчас у тебя есть хорошо поставленный собственный бизнес, отличная репутация. Может быть, пора уже кому-нибудь что-нибудь поручить и почивать на лаврах? - Вопрос сложный. Я уже пояснил, что нужно, чтобы стать аутфиттером. Всей жизни может не хватить. Где найдешь такого человека? В основном все мои наемные работники занимались подсчетами, сколько они получат наличными. В нашем бизнесе грести деньги лопатой никогда не получится, а знать и уметь нужно много. У меня были попытки подготовить смену, чтобы не ломаться самому. Взял я как-то на обучение двух парней. Не потянули. Зато подготовил дочь. Дипломат по образованию, она предпочла мой бизнес, помогает мне, когда есть необходимость, организует прием на местах. Недавно она решала очень серьезную проблему в Якутии, когда хотели забрать у наших клиентов оружие. Консультировалась со мной по космической связи, и вместе мы сумели урегулировать назревавший конфликт. Многие потом удивлялись, как ей это удалось. - А разве за ввезенное оружие отвечаешь ты, а не его хозяин? - Абсурд, но это так. По законам нашей страны юридическое лицо отвечает за ввозимое на территорию Российской Федерации оружие и ты, как представитель юр. лица должен везде сопровождать его. За рубежом все решается иначе. В той же Киргизии охотнику выдается разрешение, и он сам отвечает за свое оружие. Наша Федерация пытается решить этот вопрос, поскольку юридическому лицу отвечать за частную собственность физического лица по меньшей мере нелогично.- А у тебя хватает времени охотиться самому? Какие трофеи добыл ты сам? - Так уж получилось, что в этом году 2 апреля мне исполнилось 50 лет, и мои партнеры решили подарить мне возможность отстрела медведя на Камчатке, которая отличается большой плотностью этого животного. Конечно, я позволил себе поохотиться только после клиента, приехавшего ради этого из Америки и удачно добывшего трофей в первый же день. До места охоты меня везли на санках, прицепленных к снегоходу. При пересечении ручья нарты проломили непрочный лед и вместе со всем снаряжением, карабином и мной ушли под воду. Температура воздуха была близкой к нулю, воды – примерно такая же, но от этого было не легче.. Стоя по колено в воде, я прежде всего кинулся спасать рюкзак с видео- и фотоаппаратурой. Потом, на берегу, вылил воду из ботинок, выжал одежду, шерстяные носки. Они по-настоящему испугались, когда я оказался в воде. Но надо было видеть их лица, когда я спросил: «Где медведь?», давая тем самым понять, что намерен продолжить охоту даже после такого купания. Я понимал, что пока я двигаюсь, со мной все будет нормально. В этот день в поисках зверя мне пришлось пройти на лыжах до места охоты около 7 километров. Конечно, были опасения, что придется сидеть и ждать, и тогда я начну быстро остывать. Но выслеженный медведь, на мое счастье, «встал» через полчаса. Я добыл его с расстояния 280 метров, сделав два точных выстрела. Кстати, на пути уже к своему трофею, я искупался еще в одной речке, через которую с лыжами и снаряжением нужно было переправляться по камням. Но в этот момент мне было уже все равно. Мы быстро сфотографировались с трофеем, сняли шкуру и вернулись к снегоходу. По дороге видели еще двух медведей. В лагерь попали уже затемно, часов в одиннадцать вечера. Это была настоящая, ходовая и честная охота! Три дня у меня ушло на то, чтобы все просушить. Главное то, что удалось сохранить почти готовый фильм и кинокамеру, чего не скажешь о фотоаппарате. Я даже доснял задуманный мною охотничий сюжет. Мне дороги все трофеи, но об одном хотел бы сказать отдельно. Это – трофей  лося, добытый в Якутии, куда я привез на охоту трех венгров. Они успешно отстрелялись, а когда пришла моя очередь, я уже подхватил вирусную инфекцию, занесенную в лагерь одним из егерей. На охоту я отправился совсем больным, но не идти не мог, потому что не знал, когда еще раз выдастся возможность поохотиться  в Якутии на расстоянии 6 часов перелёта до Якутска; трёх часов до Зырянки и двух часов на вертолёте до лагеря.. Я сделал выстрел с расстояния в 180 метров почти в сумерках на последнем дыхании, больной, разбитый и усталый. До этого я не стал стрелять по этическим нормам двух хороших трофейных лосей. Но местный Бог охоты Байанай послал мне лося, который потом стал по системе измерения SCI вторым в мире трофеем, попавшим в Международную книгу рекордов «Safari Club International» (SCI). - А как эксперты определяют, что твой лось - второй в мире? - Это делают эксперты сертифицированные по системе SCI. Кабанов оценивают по размеру клыков, медведей, рысей и волков - по черепу и шкуре, а лосей по нескольким параметрам - размаху рогов, длине и толщине отростков. В качестве подтверждения этих параметров мне прислали специальный сертификат и плакетку из ореха с укрепленной на ней золотой медалью. Но самое главное в этой истории то, что твое имя вписано в мировой охотничий табель о рангах под номером два. - Рога, стало быть, останутся на родине? У тебя уже есть охотничий зал с камином и трофеями на стенах? - Чего нет, того – нет. Но думаю, что время когда-нибудь придет. Если у меня плохое настроение, я смотрю на фотографии и добытые трофеи, вспоминаю, как это было, и на душе становится тепло. Каждый трофей это – часть моей жизни! У меня есть ещё прекрасные трофеи марала, козерога и, очень почётный трофей дагестанского и кубанского туров. Эндемиков, живущих только на территории Кавказа. Но кроме трофейной охоты я очень люблю охоту по перу в любых её видах: на утку с подхода и на перелётах, на рябчика с манком, на тетерева «на току» и по выводкам с легавой. Захватывает охота на дупеля и бекаса с моими верными друзьями дратхаарами. В этой охоте есть всё; и поэзия красоты природы, и гармония общения с твоим четвероногим другом, и завораживающий момент выстрела. Именно на таких охотах мне удаётся расслабиться и забыть на время все накопившиеся проблемы. Интервью вела корреспондент ПРИЗЫВа    ОЛЬГА РОМАНОВА.
26.04.2021
Per Aspera, ad Astra (сквозь тернии к звёздам). Или путь к заветному трофею. Киргизский козерог.

Per Aspera, ad Astra (сквозь тернии к звёздам). Или путь к заветному трофею. Киргизский козерог.

Уже много лет прошло с момента той охоты, но она до сих пор в моей памяти. Впечатлениями о ней я и решил всё же найти время и поделиться с читателями. 2006 год. Киргизия. Долгий 9-ти часовой переезд из аэропорта Бишкека в угодья. Подъём на высоту в 3 500 метров всегда становится непростым испытанием для любого человеческого организма. Разница лишь в  том, как физиология отдельно взятого организма воспринимает столь резкое изменение места твоего пребывания. Для меня этот подъём с равнины на такую высоту уже не являлся на тот момент большой проблемой. Постоянно сопровождая охотников на козерога и барана Марко Поло я, вернее мой организм, уже привык к значительным перепадам и изменениям кислородного состава  воздуха. К тому же в Киргизии одинаковые с Памиром высоты переносятся гораздо легче. Не знаю с чем конкретно это связано, но на собственном опыте со всей ответственностью заявляю, что это так.         Приятно в конце пути оказаться в тепле и уюте, пусть и не хорошей гостиницы, но достаточно комфортного полевого лагеря, где есть и тёплые вагончики, и кухня со столовой. Радушные хозяева быстро собрали стол и угостили вкусным обедом. В процессе обеда мне представили проводников, с которыми предстояло на следующий день уходить в горы. За трапезой обсудили и план действий. Предстояло провести в горах несколько дней в полевом лагере и уже оттуда уходить в самые высокие горы, где обычно в это время держаться козероги.        Был октябрь месяц и у этих животных начинался гон. С одной стороны это хорошо, потому, что самцы становятся более активными, но с другой не очень. Взрослые самцы, которые держатся в основном всегда отдельно от самок, во время гона соединяются со стадом самок и молодняка. А когда местность контролируют не только самцы, но и наиболее осторожные самки, шансов на скрадывание и подход на расстояние уверенного выстрела становится гораздо меньше. Но потому мы и охотники, что зная все тонкости поведения зверя, стараемся выиграть соревнование с ним.       На высоте базового лагеря температура днём была с лёгким минусом, но зато ночью опускалась до – 10-15 С. Проводники вдобавок сказали мне, что там, куда мы собираемся подниматься, температура может быть ещё ниже. Как известно, нет плохой погоды, есть плохая одежда. К холодам подобного рода в горах мне не привыкать. В то время у меня уже было хорошее термобельё и одежда способная противостоять холодам. Но вот со спальником была проблема. По своим параметрам он был неплохой. Я купил его на выставке в ВВЦ. Утеплитель квалифил был рассчитан на температуру до – 15 С. Квалифил это такой синтетический материал, полость которого пронизана семью воздушными каналами, что предполагает наличие воздуха внутри них и за счёт этого обеспечивает плохую теплопроводность. Это помогает сохранять тепло тела внутри спального мешка. Учёные попытались повторить идею пухового наполнителя спальников. Отчасти им это удалось. Но в мире нет ничего абсолютно совершенного. Поэтому все температуры ниже – 15 С могли составить проблему для здоровья и физической формы. Честно говоря, я в тот раз никак не думал, что в октябре в киргизских горах может быть минус 25 С и даже больше по ночам. Оставалось надеяться на термобельё  и быстрое выполнение поставленной задачи по добыче трофейного козерога.       Рано утром следующего дня, основательно подкрепившись, тронулись в путь. Караван состоял кроме меня из двух проводников Алмаза и Алика. Алмаз был среднего роста, крепкого телосложения. На его лице, почти всегда сияла улыбка, к тому же он в отличие от Алика неплохо говорил по-русски, что вселяло надежду на хороший контакт во время экспедиции в горы. Алик был моложе, тоже среднего роста, худощавый, но не обделённый физической силой. Оба проводника могли хорошо управляться с лошадьми и помогали с упряжью, когда это было необходимо.  Читателю стоит иметь в виду, что в такие сильные морозы снаряжать лошадь по утрам становится не таким простым занятием. А если ещё учесть тот факт, что местные ребята, как-то не очень тщательно следят за збруей, стременами, удилами и подпругами, то иногда даже застегнуть ремень подпруги становится  не так легко. Упряжь за день намокает от пота лошади, а к утру замерзает и, порой, её бывает даже трудно расправить. Вообще, хочется отметить тот факт, что в Киргизии практически всегда используют только одну подпругу, что создаёт зачастую проблемы при передвижении в горах. Вниз, вверх и так весь день. Седло часто начинает двигаться взад-вперёд, а ты чувствуешь себя как-то не очень уверенно. Иногда на подъёмах, кажется, что ты вот-вот свалишься назад, а на спусках можешь перелететь через голову лошади вперёд. Такое снаряжение зачастую приводит к потёртостям, а это приводит к тому, что лошадь может выбыть из строя из-за серьёзных ран на спине. Так что приходилось постоянно следить и подтягивать подпругу.      На контрасте отмечу подготовленных к долгим походам лошадей у моих друзей в Горном Алтае. Там у каждой лошади – три подпруги, обязательно нагрудник и потфея. По бокам кожаные арчимаки. На таком коне чувствуешь себя уверенно, как в сиденье автомобиля. Но я был в то время в горах Киргизии. Выбирать уже не приходилось. Можно было только приспосабливаться.     Итак, караван в пути.  Около трёх часов в седле и мы прибыли в полевой лагерь. Он был на высоте уже около 4 000 метров н.у.м. и представлял из себя некую землянку с небольшой печкой внутри. Правда учитывая, что дрова там – огромный дефицит, а топилась печь только высушенным помётом КРС, или кизяком, по простому, то можно представить какого тепла там внутри  можно было ожидать. Но и таким условиям в горах бываешь рад. Это лучше, чем спать на морозе под открытым небом, хотя приходилось испытать не раз и такой ночлег.       Решили скинуть и оставить здесь весь походный багаж, перекусить и отправиться на активную разведку. В лагере уже находился, прибывший до нас местный смотритель. Он и должен был следить за порядком и сохранностью наших вещей.      На переход до мест охоты ушло ещё полтора-два часа. По дороге всматривались в горные склоны в надежде увидеть трофейных козерогов. Долгое время не могли заметить ни одного. Даже самки не проявлялись. Такое в горах бывает. Кажется, порой, что здесь зверя нет, и ты идёшь дальше. Спустя некоторое время оглядываешься, и на том месте, где ты не мог найти зверей, видишь сразу целое стадо. Горные животные искусны в мастерстве затаивания, к чему располагает и знакомый им ландшафт. Начало смеркаться, и нам пора было возвращаться в лагерь. Для надежды на добычу трофея было ещё достаточно времени. По прибытии в лагерь, быстро перекусили и усталые забрались в спальники.      Ранний утренний подъём, завтрак, не отличавшийся особо богатой калорийностью, опять снаряжение лошадей на крепком морозе и снова в седло. Очень красивый рассвет в горах всегда впечатляет разнообразием красок. Кажется, что вокруг тебя разворачивается некое сказочное действо, а ты – зритель в первых рядах и благодарный ценитель искусного творение Природы-Матушки. Благо хватает времени любоваться этим зрелищем из седла, не прикладывая больших усилий для управления лошадью, так как она покорно следует за впереди идущей. Вот уже солнце золотит верхушки заснеженных гор, сияющих девственной белизной и переливающейся в его лучах как дорогие кристаллы бриллианта. Но приходится заботиться и о коже лица и губах, которые всё то же солнце в горах обжигает очень быстро. Хоть и холодно, но необходимо было намазать защитным кремом лицо, и специальной помадой губы. Что такое солнечные ожоги знаю на своём опыте.      Тем временем, от неподвижного положения в седле ноги начинает прихватывать мороз. Для того чтобы не замёрзнуть окончательно и не отморозить конечности, что может произойти в таких условиях очень быстро, приходится регулярно сходить на землю и разминаться.      Очередные два часа прошли в постоянном наблюдении тех мест, которые, по заверениям проводников, являлись излюбленными местами обитания козерогов. Видели небольшую группу самок с детёнышами и молодых самцов. Трофейных зверей в этот день увидеть не удалось. Ближе к вечеру развернулись и пошли в лагерь. По дороге заметили три конных следа, ведущих в сторону гор, откуда мы только что возвратились.       Когда вернулись наш смотритель Бешен сказал, что мимо проходили трое всадников, представившись работниками экологического контроля. В беседе с Бешеном они сказали, что идут учитывать численность козерогов. Тогда мы даже не представляли, какие способы учёта животных могут существовать. Изрядно утомившись от долгого перехода с нетерпением ждали горячего ужина в любом его виде, лишь бы он был горячий. Был бы рад тогда даже крайне непереносимому мной Дошираку. Но Бешен предусмотрительно сварил из мяса, привезённого с собой похлёбку и под медленное горение кизяка в печи это блюдо казалось нам божественным. Чтобы процесс согревание пошёл бы ещё быстрей я обратился к испытанному мной средству. Оно заключалось в том, чтобы в небольшом количестве водки, которое выпивается за один залп, развести немного чёрного или красного перца и выпить это «зелье»  одним глотком. Эффект наступает очень быстро. Но сразу скажу, что злоупотреблять этим средством не стоит, чтобы не сжечь слизистую пищеварительного тракта. О чём я предупредил своих спутников, когда Бешен чересчур увлёкся этим средством. Согревшись и восстановив силы, отошли ко сну.       Утро такое же раннее, ещё до восхода солнца, завтрак и в путь.  Когда стали подходить к району охоты, заметили следы трёх упомянутых ранее конников. Следы вели в небольшое ущелье. Наш путь пролегал как раз в этом же направлении. Мы углубились на расстояние примерно метров пятьсот-семьсот и наткнулись на стоянку этих счетоводов. Сразу бросились в глаза разделанные туши трёх козерогов. Этих животных, как мы поняли, они уже сосчитали. Надо сказать, что угодья, где мы охотились, являлись частными и поэтому все охоты должны были согласовываться с владельцем угодий. Мы подумали, что вряд ли такой вид «учёта», с позволения сказать, был согласован. Проводники попросили меня сделать фотографии это откровенного безобразия, чтобы потом использовать это в качестве вещественного доказательства. Я достал свой CANON и сделал несколько снимков. Алмаз сказал, что вероятно знает этих людей и обратился ко мне с просьбой о том, чтобы я при возможности сфотографировал бы и лица тех, кого мы можем встретить в угодьях. Тут мы услышали ещё несколько выстрелов. Очевидно, ещё несколько козерогов были пересчитаны. Алмаз сказал, что знает место, откуда прогремели выстрелы. Мы прыгнули в сёдла и быстро направились туда, где стреляли. Это заняло у нас 30-40 минут.        Алмаз не ошибся, и вскоре мы встретили этих горе счетоводов, а попросту, браконьеров. На Востоке не принято сразу же ругаться и выяснять отношения на повышенных тонах или с использованием кулаков и других средств. По сему, проводники начали о чём-то мирно говорить с этими охотниками. Воспользовавшись ситуацией я достал фотоаппарат, и, делая вид, что снимаю природу, сфотографировал лица этих людей. Все снимки, позже передал мои друзьям, владельцам охотугодий.  Позже они мне сообщили, что всех этих «учётчиков» уволили с работы и привлекли к ответственности. Вот так мы помогли выявить нарушения и привлечь к ответственности браконьеров с государственным лицом. Правда, в тот момент нам легче от этого не было. Ещё один охотничий день нам испортили. Не солоно хлебавши, отправились в наш лагерь.       Итак, дни проходили, а реального шанса даже подойти на выстрел у нас до сих пор не было. В душу начинало закрадываться некое сомнение в успехе при такой ситуации. Срок пребывания в горах растянуть было нельзя из-за жёсткого графика, а охота как таковая ещё не начиналась. В очередной охотничий день с надеждой, что удастся увидеть козерогов и всё-таки что-то предпринять мы отправились в горы на следующий день. Мороз по ночам крепчал всё сильнее, и садится по утрам в седло было с каждым разом всё тяжелее. В тот день проводники придумали мне ещё одно испытание, только изначально кажущееся рациональным и сберегающем силы. Они предложили уйти в горы с ночёвкой и оставаться там до результата. Пришлось взять с собой весь скарб, включая спальники, коврики и всю тёплую одежду, которая была с собой. Честно говоря, всегда готов ко многому, к любым испытаниям в любых условиях. Но в этот раз закрадывались сомнения по поводу адекватности предпринимаемых усилий для поимки трофейного животного. Моё снаряжение не было рассчитано на такие суровые условия пребывания в горах. Костров там разводить невозможно было из-за отсутствия топлива. Переносных горелок в то время в Киргизии ещё не знали. Так что перспективы были не очень радужные, мягко говоря. Но мы не привыкли отступать и собрав всё необходимое и погрузив это в сумины, тронулись на встречу новым испытаниям.       Привычный путь занял у нас около часа, но в этот раз мы свернули с проторенного путь чуть раньше и ушли влево через небольшое ущелье на подъём в скалистые горы.  Прошли ещё около часа и упёрлись в очень крутой подъём. Алмаз сказал мне, когда я вопросительно посмотрел вверх, что другого пути в тот район, который он наметил, просто НЕТ! На мой вопрос, о том, поднимался ли он вообще когда-нибудь в этом месте, он сказал, что было пару раз, но там должны быть трофейные самцы. Их излюбленное место по его словам было на небольшом плато, окружённым со всех сторон ущельями. Он добавил, что козероги любят это место потому, что со всех сторон удобен просмотр и ни хищники, ни люди не могут подойти к ним незамеченными. Хорошо. Надо так надо!  Только вот как это «надо» воплотить в жизнь? С первых шагов стало ясно, что опасность на таком подъёме поджидает нас на каждом шагу. Путь пролегал по очень узкой тропе, с одной стороны которой была хоть и не очень глубокая, но пропасть, с другой, ты упираешься плечом в скалу, а лошади постоянно задевают суминами о выступы в скалах. Естественно, что мы все спешились и штурмовали, если это можно так назвать, этот подъём пешком. А высота там была уже за 4 000 метров н.у.м. Тут и гипоксия навалилась. Когда ты в седле и мало двигаешься, то нехватка кислорода не так ощущается, но как только ты пошёл с нагрузкой, то сразу же понимаешь, с чем имеешь дело. На пути попадались места с сыпучкой, состоявшей из мелких и крупных камней, которые «растекались» в стороны, как только твоя нога попадала на них. Оттолкнуться для продвижения вверх на такой породе чрезвычайно сложно. Но выбирать не приходилось. Цепляясь за породу и горными ботинками (спасибо проверенным годами MEINDL) а иногда и руками, мы медленно продвигались вперёд. Лошади шли за нами. Им было, по-моему, гораздо легче. Всадника нет в седле, груз не так велик, ну а к высоте они давно уже привыкли. Так мы продвигались около часа с небольшими остановками, чтобы перевести дыхание и набраться сил на следующий бросок.      Вот, наконец, выбрались на относительно пологую часть. Выше нас в тот момент были только остроконечные вершины неприступных гор, на которые взбираться нам не было необходимости. Можно было немного перевести дух и собраться с новыми силами для дальнейшего похода. По глотку ещё горячего чая и тронулись в путь. Сделали остановку в одном месте, где проводники сразу же прильнули к биноклям. Алмаз сразу же указал на небольшой хребет, на котором стояли красавцы козероги. Были среди них не только самки с козлятами, но и трофейные самцы.  Именно на это место и возлагали большие надежды Алмаз и Алик. И они оказались правы в своём выборе.       Но одно дело видеть трофей и совсем другое – его добыть. Ребята знали как ходят козероги и рассчитывали перехватить их на переходе, у того места, в которое они уходят на днёвку. Лошади были у нас оставлены за небольшой скалой и для козерогов были незаметны. А мы осторожно вышли к обрыву, с которого открывался вид на широкую долину между хребтов. И каково же было наше удивление, когда прямо из-под обрыва выбежала стая волков из 5-ти голов. Некоторое время мы стояли в замешательстве не зная что делать. Волк – хищник и всегда подлежит добычи при первой же возможности. Но, если сделать хоть один выстрел по ним сейчас, можно будет забыть про охоту на козерога в этих местах. О чём и предупредили меня проводники. С трудом сдерживая свой охотничий азарт, я вынужден был подчиниться советам и здравому смыслу, чтобы не было загублено столько усилий предыдущих дней, включая и сегодняшний опасный переход. Успел лишь быстро вытащить CANON с телеобъективом и сделать несколько снимков хищников. Так что как оказалось кроме двуногих хищников-счетоводов в угодьях обитали ещё и серые. Именно этот фактор и мог служить объяснением того, чтобы мы редко видели животных.       Тем временем видя, что козероги остаются на месте, мы сели на лошадей и медленно укрываясь за хребтами скал стали продвигаться в район назначения. Вскоре мы прибыли к тому месту, в которое и планировали дойти, чтобы уже оттуда производить и разведку и при возможности охоту. Разгрузили багаж и дали лошадям немного отдохнуть. Пока мы с Аликом обустраивали бивуак, Алмаз побежал наблюдать за животными, чтобы определиться с планом охоты. Достали провиант из сумин и подкрепились, тем, что удалось разжевать после воздействия на продукты крепкого мороза. В термосах ещё теплился то, что можно было назвать чаем. Но и такой едва тёплый чай был очень кстати. Мороз крепчал, и без тёплых рукавиц уже было трудно выдерживать такую низкую температуру. Что ниже – 15 С было очевидно. Однако сколько ниже …? Сказать было трудно.       Алмаз пришёл вскоре. Сообщил, что звери на месте и завтра с утра попробуем добыть трофей. Мечты, мечты … подумал я в тот момент. Стали укладываться спать. Под огромной скалой у которой мы остановились, были небольшие углубления, представлявшие собой некие подобия ложи, куда можно было разместить коврик и спальник. На это ушло немного времени. Получилось неплохое спальное место. Самое главное можно было не думать о том, что скатишься вниз по крутому склону, так как и со стороны склона были камни, предохранявшие тебя от соскальзывания. В общем, ты был как в колыбели. Волновало скорей другое – насколько холодно будет ночью. Обычно я предпочитаю ложиться в спальник либо в одних трусах, либо в термобелье, когда холодно. Такой сон помогает лучше восстановить силы. Но  тогда в горах было не просто холодно, а очень холодно и становилось всё холоднее. Пришлось ложиться не только в термобелье, но и в свитере. Верхнюю одежду всё же снял и положил на себя. Очень некомфортно бывает утром вставать, когда ты спал в том,  в чём находился весь день. Ты в это время скорее больше остываешь, нежели можешь согреться, когда ты одеваешь на себя верхнюю одежду после сна. Мои горные ботинки пришлось также поставить поближе к спальнику, чтобы они не смёрзлись окончательно к утру. Так мы и отошли ко сну, под покрывалом чистого и глубокого звёздного неба.       Ночью я проснулся от того, что ребята накрывают меня каким-то плотным и тяжёлым покрывалом. То ли это был потник с лошади, то ли ещё что-то. Но сразу после этого сон наладился, и внутри спальника стало по-настоящему комфортно и тепло. Чего нельзя было сказать про ночной морозец.  Приходилось дышать морозным горным воздухом, температура которого была уже явно за – 20. Не знаю точно, но мне тогда казалось, что мы вообще на полюсе холода. В какое-то время, в проснулся от резкой боли в горле. В горле с левой стороны у меня выскочила опухоль размером со сливу. Позже я определил, что это воспалился лимфоузел. В голове сразу пронеслась мысль: «Всё, Дима, отохотился ты в этих горах! Утром пойдёшь обратно без своего козерога». Пытался гнать эту мысль подальше и надеялся, что всё равно козерога добуду.      Прекрасен рассвет в горах, Сколько я их видел, но каждый раз он имеет свою особенную красоту, несравнимую ни с чем на земле. Когда мы все стали потихоньку выползать из спальников и обмениваться о самочувствии, мне пришлось сказать ребятам, что у меня в горле большая опухоль, но я завершать охоту не собирался. Они смотрели на меня каким-то загадочным взглядом. Наверное, подумали, что «приезжий» охотник сломался. Пока они оценивали ситуацию и обсуждали это на своём языке, я всё же сумел протиснуть себя в верхнюю одежду и самое главное в замёрзшие ботинки. С этим была проблема. Как согреть ноги я просто не знал в той ситуации. Сделал интенсивную зарядку, разогнал кровь по телу, но вот ноги … согреть никак не мог. Ладно, делать было нечего. Затолкали в рот то, что можно было затолкать и хоть как-то пережевать. Алмаз предложил такой план охоты. Они с Аликом попытаются потихоньку направить стадо в определённую сторону. Меня посадят на переходе для того, чтобы я дождался животных. Они знали тропы зверей и были уверены в том, что козероги пройдут именно там, куда меня посадят в засидку. Благо это место было не так далеко от нашей стоянки. Я смог понять, где мне надо находиться и через 20 минут хода я был уже на месте. Я мечтал в том случае о такой прогулке, так как надеялся, что во время движения мои ноги согреются. Примерно так и вышло, но ноги согрелись не полностью. Делать было нечего. Я выбрал удобный уступ и расположился на нём. Место было с прекрасным обзором и чуть утопленное между огромного утёса с правой стороны и небольшого хребта слева. Ни из одной близлежащей точки ущелья и хребтов меня не было видно. Зато у меня был прекрасный обзор на 1-1,5 километра. Был один недостаток. Было очень холодно. И сидеть долгое время без движения было бы затруднительно.      Передо мной была огромная горная чаша, зажатая с двух сторон скалистыми хребтами. Слева от меня поднималось солнце, играя лучами на снегах и скалах хребта что справа. Именно по этому хребту, как сказали проводники, и ожидалось прохождение зверя. Я приготовил свой верный карабин SAKO 75 в калибре 300 Win.Mag. и стал ждать. Ожидание  для настоящего охотника никогда не было большой проблемой эти люди всегда готовы проводить долгие часы в схронах, засидках, практически в любых климатических условиях. Кто был снайперами на войне? Правильно, почти все снайперы до войны были охотниками. Почему? Потому что они уже были готовы к тому, что требовалось от снайпера на войне – ждать возможности сделать один прицельный выстрел. Так вот и я в очередной раз настраивался, не смотря на пронизывающий холод, провести время в ожидании своего трофейного животного и одного точного выстрела.       Время  шло. Прошёл уже час или более. Козерогов не было. Я уже прилично замёрз, и мелкая дрожь периодические проходила через всё тело. Наконец на хребте, что справа стали появляться козероги. Один, два, три … всего вышло около двадцати голов. В бинокль я смог разглядеть всё поголовье. К моему большому сожаленью трофейных самцов в этом стаде я не увидел. Стадо не спеша продвигалось по хребту в мою сторону. Минут через 20 все звери оказались в ущелье в непосредственной близости от меня. Я уже установил, что там были самки с козлятами и молодые самцы в возрасте примерно 2-3 года, о трофейных качествах которых говорить не приходилось. Так как их тропа проходила через то место, где находился я, то в конце-концов животные оказались метрах в 5-7 от меня. При этом даже первые ведущие самки не смогли меня сразу заметить. Я затаил дыхание и только провожал животных взглядом. Я мог разглядеть даже ресницы на глазах козерогов. Даже если не стреляешь, зрелище завораживающее. Не всегда удовольствие доставляет только выстрел. Видеть животных на таком расстоянии в их среде обитания…! Это – великое наслаждение. Мой принцип в охоте – подойти или оказаться как можно ближе к животному сработал и на этот раз. Меня не огорчило даже то, что я не смог тогда добыть трофей. Зато я был так близко к этим осторожным животным, да и ранее видел волков на расстоянии в 70-100 метров!     Неизбежно в таких случаях, долго оставаться незамеченным не получается. И одно из животных толи увидело меня толи причуяло, но всё стадо вдруг резко сорвалось и побежало вниз по склону, поднимая огромный столб пыли. Я проводил их спокойным взглядом и понял, что теперь можно двигаться, чтобы согреться.      На хребте показался Алмаз, который подал мне знак возвращаться. Скорее довольный, чем расстроенный я пошёл к месту нашей стоянки с огромной надеждой согреться в движении. Когда команда собралась, Алмаз объяснил неудачу. В стаде были два очень крупных рогача. Но эти ребята в основном всегда держаться обособленно. И когда всё стадо двинулось по привычному для них маршруту, эти два решили пойти другим путём. Этим объяснялось то, что я вообще их не увидел. Делать было нечего. Я уже свыкся с мыслью о неудачной охоте. Стали собираться в обратный путь. Время поджимало. Оказалось, что лошадей поблизости нигде не было, хотя они были стреножены верёвками. Очевидно, ушли ночью в поисках сочной травы или просто гуляли. Без них никак не вернёшься, и Алмаз побежал на поиски.    Алик тем временем решил ещё раз посмотреть козерогов и быстро удалился по нашему хребту. Не успел он пройти пары сотен метров, как повернулся назад и стал махать мне рукой и указывать на ущелье, откуда только что вышли козероги.  Я понял, что он ещё что-то обнаружил. Карабин на плече и я уже на ходу. К тому моменту и озноб, и опухоль в горле всё ещё меня не отпускали. Но нужно ли обращать внимание на такие вещи, когда ты имеешь возможность добыть трофейного козерога. Шёл по склону за хребтом, чтобы не оказаться на горизонте, когда ты можешь быть обнаружен зверем. Алик сказал мне, что там на склоне в ущелье - два козерога. На мой вопрос о том, насколько они далеко, тот  сказал, что далеко. Но я решил всё равно использовать эту возможность. У ребят была ещё одна свободная лицензия, которую можно было использовать и при удачном стечении обстоятельств они сказали мне, что можно будет добыть и двух козерогов. Алик повёл меня к месту, откуда можно было сделать выстрел по его мнению. «Сколько метров до козерогов»,- ещё раз спросил я. «Далеко!», - был его ответ. Хорошо, подумал я и решил брать всю инициативу на данном этапе на себя. Достал дальномер и аккуратно выполз на хребет. Быстро навёл на одного из животных и нажал кнопку. 204 метра высветилось на табло.  Понятие Алика о «далеко» и «близко» я усвоил.  В то время мало кто из охотников мог стрелять на расстояния свыше 300 метров. У местных были в основном гладкие стволы и они должны были приблизится к козлам не далее чем на 70 метров.       Для меня же эти 204 метра были расстоянием, на которое я и пристрелял карабин. Я дослал патрон в патронник, снял с предохранителя, положил на камни мягкий суконный чехол для оружия, который я всегда беру с собой, аккуратно водрузил на чехол цевьё карабина, подполз к краю хребта и продвинул карабин до необходимой точки опоры. Чем удобен такой чехол, это тем, что он небольшой, предохраняет карабин и оптику от пыли, грязи и вместе с тем всегда даёт возможность отрегулировать положение карабина без каких-либо неудобных положений. Итак, я выполз, принял удобное для стрельбы положение. Поставил кратность на «8» и только тогда смог разглядеть животных. Это были два самца среднего возраста с трофеями среднего качества. Конечно не те старые монстры, которые так мне и не показались. Но не размер трофея говорит о его ценности, а тот путь, который ты проходишь к нему. Вот и настал момент истины и подведение итога пребывания в горах. Главное – зверь был на дистанции выстрела. Перекрестие прицела на основании шеи первого козерога, плавный спуск курка, выстрел. Эхо долго ещё неслось по ущелью. Козерог свалился и поехал по каменной осыпи вниз. В это время, его собрат смотрел, как первый спускается вниз и рутил головой в поисках направления, откуда исходила угроза.      Справа от себя я слышал нескрываемую радость проводника и его настоятельную просьбу стрелять второго. Перезарядившись, я также навёл перекрестие на шею второго козерога, выстрел и второй зверь последовал по пути первого. Мощный патрон и хорошая пуля CDP 10,7гр производства RWS для BLASERа уверенно сделали своё дело. Тут Алик уже не стал сдерживать своих эмоций, бросился меня поздравлять и обнимать. Он тогда не мог поверить, что на таком расстоянии возможно добыть двух козерогов всего двумя выстрелами. Честно говоря, не знаю, кто был рад больше произошедшему, я, как охотник, или Алик как проводник. Но его, мне казалось, больше грело чувство того, что у них будет много дикого мяса.      У меня же наоборот наступило чувство опустошенности, выхолощенности прежде всего из-за общей усталости, озноба и опухоли в горле наложившиеся на  общее недомогание. Меня буквально сразу же просто вырубило. Захотелось в тёплое кресло и к огню.  Силы в ногах кончились, и я еле добрёл до бивуака. Вскоре показался Алмаз, который вёл в узде найденных лошадей. Его лицо также сияло от улыбки. Собрав и упаковав свой скарб, мы стали спускаться вниз к добытым козерогам. По дороге немного согрелся, да и температура внизу и благодаря солнцу на небосводе была уже значительно выше.       Только тогда, когда я подошёл и коснулся рогов своего трофейного животного, я понял, что результат есть и всё что было ранее не напрасно! Но расслабляться в тот момент было рано. После короткой фотосессии предстояло обработать козерогов, погрузить мясо и трофеи на лошадей и только после этой работы, на которую у нас ушло около двух часов, отправиться в обратный путь. Путь домой всегда кажется короче, но были у землянки только  ближе к вечеру. Так что пришлось провести ещё один день в полевых условиях. Зато на следующий день старый, но надёжный УАЗик переместил нас, наконец, в базовый лагерь. И там была баня, был праздничный ужин и мягкая кровать. Ушли и озноб, сопровождавший меня все последние дни, и исчезла опухоль в горле. Осталось только обожженное солнцем лицо и незабываемые впечатления.      С тех пор прошло уже более 14-ти лет, но вся эта охота до сих пор стоит у меня перед глазами и навевает приятные впечатления о том, через что ты прошёл, чтобы добыть заслуженный тобой трофей.   P.S. Ещё один плюс моего пребывания там на высоте выразился в том, что тех «счетоводов-экологов» благодаря моим фотографиям привлекли к ответственности и выгнали с госслужбы. Дмитрий Встовский.
01.04.2021
Раз, два, три…

Раз, два, три…

Заметил, что многие охотники предпочитают иметь дело не с турфирмами-посредниками, а с аутфиттерами, по-нашему – охотпользователями. Поэтому, когда несколько лет назад на Камчатке были выставлены на торги угодья на севере полуострова, на границе с Чукотским автономным округом, я решил поучаствовать. Цена была относительно небольшой в виду того, что логистика очень сложная, и в конце концов на ближайшие 49 лет стал охотпользователем угодий площадью 700 тысяч гектаров. Вообще, когда я взял эти угодья, то начал считать. Правильно делать наоборот – сначала считать, а потом действовать. Но у меня просто не было времени считать – как в анекдоте: некогда думать, трясти надо. А дальше – дальше, как уже в другом анекдоте, видимо, просто повезло – прошедший сезон показал, что все было сделано правильно. Угодья представляют собой местность с разнообразным рельефом – тут есть и горы, хотя не такие высокие и скалистые, как в центральной Камчатке. Они довольно пологие, скорее сопки. Есть здесь долины, где водится лось. Но на севере Камчатского края охота на лося запрещена. Поэтому весь расчет на снежных баранов и в меньшей степени на медведей, поскольку на севере региона медведь заметно уступает в размерах тем, что встречаются в центре и на юге, да и численность их невелика. То есть медведя в этих угодьях целесообразно рассматривать только как попутный трофей, поскольку добираться сюда – серьезная проблема. Не знаю, к сожалению или к радости. Почему к радости? Потому что охраной угодий в этих местах заниматься было бы сложно – здесь отсутствуют поселения и набрать местных сотрудников невозможно, но как раз отсутствие местного населения и труднодоступность угодий для неместного населения решает проблему с охраной – она попросту не нужна. А вот по поводу того, как добраться сюда с охотником-клиентом, у меня были кое-какие мысли. Понятно, что камчатские охотпользователи в силу того, что проживают на полуострове, используют одну и ту же проверенную временем схему для доставки клиентов на север: сначала самолетом летят до поселка Тиличики, там арендуют большой вертолет и на нем отправляются в угодья. Мне же предстояло летать туда из Москвы. Изучив альтернативные варианты, пришел к заключению, что удобнее будет добираться до места через Анадырь. А из него уже вертолетом. Охотничий сезон в этом году начался в конце июля. И, соответственно, мы с одним из членов КГО, Сергеем Разживиным, в самом конце июля вылетели из Москвы в Анадырь. Здесь нас, согласно предварительной договоренности, встретил на машине местный охотник Ильдар, привез в какой-то гаражный кооператив, где можно было бы переодеться в камуфляж. К моему удивлению оказалось, что гараж, в котором предстояло оставить цивильную одежду, отделан так, что хоть ночуй в нем. Нам ночевать не требовалось, быстро переоделись, и на той же машине нас доставили в аэропорт, где уже ждал вертолет. Нужно понимать, что вертолет – дорогое удовольствие и, чтобы максимально уменьшить транспортные расходы, я принял решение проводить охоты в этих местах по принципу разумного минимализма. Путем проб и ошибок нашел оптимальную формулу для охотника, который не боится оказаться лицом к лицу с дикой природой. Во-первых, доставка до места осуществляется вертолетом «Робинсон» – это самый дешевый вариант. Машина рассчитана на трех пассажиров, так что летим мы только вдвоем с охотником – никаких поваров, работников лагеря, егерей-проводников в данном случае нет. Соответственно, все их функции я беру на себя. Третье пассажирское место – под снаряжение. Постольку поскольку мы прибываем на место в вертолете, нет смысла садиться в долине, чтобы потом тратить время на подъем в горы. Сразу высаживаемся на хребте и происходит это обычно во второй половине дня, к вечеру. Территорию я успел изучить заранее – полетал там в позапрошлом и прошлом годах, посмотрел и знаю, где следует искать баранов. Все-таки 700 тысяч га – это 70 на 100 километров, и нужно хорошо представлять, где и что тут можно найти. Высадка наша оказалась не самой удачной. Подкачала погода – в день вылета была низкая облачность, и мы не смогли сесть там, где планировали. Летчики предлагали подождать день-другой, но я знаю, что на Камчатке день-другой легко может обернуться неделей-другой. Поэтому полетели, не дожидаясь. А правы оказались летчики. Самые высокие горы были окутаны тучами, постоянно моросил противный дождик. Пришлось высаживаться ниже, там, где смог сесть, а точнее – присесть, не выключая двигателя – вертолет. Посбрасывали снаряжение на землю, помахали рукой вертолетчикам. Как только они улетели, мы установили две односпальные палатки, ставшие нашим лагерем на ближайшие два дня. Единственное преимущество этого места состояло в том, что рядом были ручьи. На вершинах ручьев нет, и спускаться к ним – это метров 700-800 – не самое большое удовольствие. Поэтому я беру с собой 15 литров воды в пластиковых бутылках, и этого количества обычно хватает на все время охоты – она занимает от одного до трех дней, как правило. Побросали в палатки снаряжение, взяли все самое необходимое и сразу же ушли на весь остаток дня, сделав довольно большой крюк по горам. Обычно я передвигаюсь по гребням – это экономит силы, не нужно вверх-вниз бегать. Ну и с гребня хороший обзор. Хорошо видны следы жизнедеятельности животных на соседних склонах. Опытный человек, осмотрев место, где в данный момент не видно животных, всегда сможет составить представление об их наличии, если заметит следы – тропинки, натоптанные животными, лежки и так далее. По ним поймет, насколько здесь активна жизнедеятельность интересующего его зверя. Ни в первый день, ни во второй мы не видели даже самок с ягнятами. Следы были, но такие, что не оставляли сомнений – в это время баранов нужно искать выше. На глаза нам попались несколько медведей на достаточно большом расстоянии, но они нас совсем не интересовали. Через два дня погода улучшилась, и потому был вызван по спутниковому телефону вертолет. В последнее время я использую «Иридиумы», в которых есть функция навигации. Отправляешь летчику точку, и он забирает тебя там, где ты находишься. Разумеется, нужно подобрать подходящее место, поскольку не везде даже «Робинсон» может сесть. Новое место, куда высадились, было значительно выше и, соответственно, лучше в плане охоты. Еще на подлете заметили стадо самок с молодняком. Когда вертолет «присел» на гребне, животные отбежали, но как только он улетел, они успокоились и продолжили спокойно пастись. Этот факт более чем доходчиво указывал на то, что территория дикая, животные здесь не знакомы с человеком. Просто в прошлом году я успел поохотиться в Тыве и видел, как самки козерогов с козлятами рванули прочь, едва заслышав где-то вдали шум вертолета, которого еще и видно-то не было. Мы опять разбили лагерь – поставили палатки, посмотрели на спокойно пасущееся стадо и пошли искать трофейных рогачей. Передвигались все время по гребню, периодически останавливаясь, чтобы побиноклевать. Прошли, наверное, километра четыре, не больше и увидели рогачей. Приблизились к ним метров на триста уже в сумерках. Два самца были очень неплохими. Сергей решил стрелять. Установил свой карабин калибра .338 LM, и после выстрела один из рогачей сразу же упал. Второй бросился вниз. Должен сказать, что Сергей и стреляет хорошо, и ходит по горам очень хорошо, что, вообще говоря, редкость. Одну лицензию я заранее решил потратить на себя и, когда увидел, как баран помчался, побежал со своим Блазером .300 WinMag за ним в надежде, что зверь остановится осмотреться. Так и произошло. Баран остановился, а я упал грудью на землю и приготовился стрелять. До него было 360 метров, и он находился значительно ниже меня. Я пользуюсь сравнительно недорогим винчестверовским патроном с биметаллической гильзой и пулей Баллистик Сильвертип. Все данные патрона с сайта компании «Винчестер» забил в баллистический калькулятор «Лейка», и на 500 метров стреляю достаточно уверенно. Баран постоял немного и двинулся вниз. Первым выстрелом попал ему по корпусу, а вторым добрал уже остановившегося. Между добычей одного и второго баранов прошло не больше десяти минут. Разумеется, первым делом сфотографировались с трофеями. Потом принялись за разделку. Когда закончили, уже стемнело. Идти предстояло еще прилично до палаток, так что мы взяли один трофей и часть мяса, чтобы за вторым вернуться на следующий день. Погода благоприятствовала, и на следующий день был вызван вертолет. Все утро занимались тем, что таскали к посадочной площадке то, что не удалось забрать вчера. Во второй половине дня распрощались с угодьями, подарившими нам обоим по трофею. Высадились на базе у друзей, километрах в 300 от Анадыря. На самом деле есть возможность использовать две базы – одна в виде загородного домика со всеми удобствами и баней, где мы и оказались. Другая – квартира в поселке Марково. И в зависимости от ситуации, можно остановиться там или там – переночевать, дождаться погоды и так далее. На базе первым делом отправили мясо в морозильник, а наутро я занялся первичной обработкой трофеев – аккуратным снятием и засолкой шкур для кейпа, вываркой черепов. Дня два мы ждали, когда ветер разгонит тучи, и как только позволила погода, тот же «Робинсон» перебросил нас в Чукотский автономный округ. На этот раз обошлось без приключений, вылетели рано и сразу сели в хорошем месте. То есть на господствующей высоте, на гребне, от которого расходилось несколько других гребней, благодаря чему у нас была возможность без особых хлопот осмотреть большую территорию. Сразу поставили палатки и сложили в них базовое снаряжение. Было как раз обеденное время, а бараны в такие часы не пасутся. Я предложил спокойно пообедать, а потом идти. В горы я обязательно беру газовую горелку и сублимированные продукты. Не могу на верхотуре без горячего. Обычно покупаю «Ролтон», только не наши «бич-пакеты», а хороший, европейского качества. Aptonia очень нравится – меня «подсадил» на нее Кажым Джумалиев. Спокойно пообедали, проверили оружие и отправились на поиски. Баранов видели немало – больше трех десятков, хотя на трофейных не везло поначалу. Двигались мы по гребню и прошли, наверное, не больше двух километров, как вдруг справа, метрах в семистах увидели трех баранов примерно одного трофейного качества, один из которых немного все-таки выделялся в лучшую сторону. Звери были явно постарше тех, что попадались до сих пор. Сергей решил стрелять. Он готов был сделать выстрел на эти самые 700 метров, но поскольку имелась возможность подойти ближе, я его отговорил. Мы спустились с хребта влево и двинулись под прикрытием гребня вперед так, чтобы подняться снова на хребет и оказаться как раз над баранами. Идти было в общем-то недалеко, но когда выглянули из-за хребта, оказалось, что мы то ли ошиблись в расстояниях, то ли бараны немного отошли. До них было примерно двести метров. Сергей посмотрел и сказал, что даже кликать оптикой не будет. Он выстрелил, зверь сразу упал. И не успел я его поздравить, как вдруг замечаю, что метрах в трехстах от нас срывается группа баранов с просто превосходными рогами!.. А что делать?! Стрелять еще одного – дорого слишком. Если у меня были лицензии на свои угодья, то здесь – увы. Как же он переживал! Дальше была фотосессия, разделка барана… Ночью мы посидели на вершине горы, у костра, наговорились вдоволь. Это вообще здорово посидеть ночью в хорошую погоду на вершине такой горы, вокруг которой на сотни километров нет ни одного человека. А самое главное, наверно, то, что с Сергеем было очень комфортно общаться – такое бывает не часто. Нет, не зря я участвовал в торгах…
22.03.2021
Охота в Пакистане

Охота в Пакистане

Для того, кто любит путешествовать, открытие новых стран, далеких уголков планеты – настоящий подарок. Спасибо профессиональной деятельности, благодаря которой, зачастую удается побывать там, где сам я вряд ли смог бы оказаться. А сопровождать на охоте трофейного охотника – это особый уровень путешествия и возможность повысить свои профессиональные навыки, погрузившись в особенности и нюансы захватывающей трофейной охоты. Пакистан – на слуху, одно из не такого уж и большого числа мест на планете, где обязательно нужно побывать. Но, к сожалению, в сознании многих еще с тех самых времен, когда Индия была «за наших», а Пакистан «за ихних», укоренились устойчивые штампы, которые могут отпугнуть желающих совершить туда путешествие. На самом деле, для опасений совсем нет оснований. Пакистан – гостеприимная страна, очень привлекательная для индустрии мирового туризма. Сюда приезжают ради покорения гималайских вершин, знакомства с древнейшей историей человечества и, конечно, на охоту, организация которой здесь находится на высоком профессиональном уровне, трофеи разнообразны, а трофейные показатели могут удовлетворить самого взыскательного охотника. Собирателям отечественных и международных наград и шлемов не миновать путешествия в Пакистан. Почти все трофейные животные имеют исключительно локальный «адрес прописки». Здесь проводятся охоты на таких трофейных животных как гималайский горный козел, каракурумский голубой баран, синдский горный козел, уриал Бландфорда, пенджабский уриал, афганский уриал, нильгау, асторский мархур, кашмирский мархур, сулейманский мархур. За одну поездку в Пакистан, к сожалению, невозможно добыть все желаемые трофеи. Это и вопросы сезонов, оптимальных сроков охоты, и логистика. По площади – это 34-я из полутора сотен страна в мире, и ареалы трофейных животных разбросаны по всей территории страны. Если хочется пополнить свою коллекцию по максимуму, охотник должен обладать достаточным запасом времени, терпением и быть готовым к корректировке планов в сторону изменения запланированного количества дней в сторону увеличения. Как правило, в одну поездку большинство старается включить 2-3 вида. Многие охотники возвращаются в Пакистан по несколько раз, пока трофейный план не будет выполнен на 100%. Для первой охоты в Пакистане очень часто выбирают комбинацию из синдского горного козла и уриала Бланфорда. На каждый вид выделяется по три дня охоты, но по многолетней практике добыть этих животных удается гораздо быстрее. Бывало, что цель достигалась и за один день! синдский козерог и уриал Бланфорда обитают на юго-востоке страны. Заброска в угодья осуществляется из Карачи – гигантского мегаполиса с международным аэропортом. Малое количество дней хоты на одно животное не должно вводить в заблуждение и говорить об относительной легкости этой охоты. Охота проходит на открытых территориях. Несомненным плюсом является то, что плотность зверя очень высокая, высоты тоже не критичны – охота проходит на отметках 700 – максимум 1200 метров над уровнем моря. Нет скальников, осыпей или крутых склонов. Из минусов – длительные переходы и дыхание выжженной солнцем пустыни Тар. Именно марш-бросок через эти земли когда-то погубил не одну фалангу из войска Александра Македонского. Для первой поездки прекрасным вариантом является комбинация из двух упомянутых видов с добавлением пенджабского уриала. Правда, нужно иметь в виду, что в районе охоты на этого барана горы круче, чем на юге, подъемы и спуски более утомительны. Склоны покрыты плотными зарослями кустарников и низкорослых деревьев. При планировании путешествия необходимо учитывать особенности логистики. И очень важно решить, будет ли карабин арендован или свой собственный. Если охотник отправляется за синдским козерогом и уриалом Бландфорда и берет оружие в аренду, то он смело прилетает в Карачи. Но если в его багаже еще и любимый охотничий карабин, ему не избежать аэропорта назначения Исламабад. Только там можно ввезти официально охотничье оружие в страну. И получается, что после Исламабада будет внутренний перелет в Карачи, а после охоты на южные виды, придется опять возвращаться в Исламабад. Добавить третьим пенджабского уриала я предложил потому, что этот вид обитает на севере, и трансфер в район охоты на него осуществляется как раз из Исламабада. Совсем другие особенности еще при одной популярной комбинации – голубой баран и гималайский козерог. Охота проходит на самом севере. Отправной пункт – город Гилгит. Перелет осуществляется рейсами внутренних авиалиний из Исламабада. Но зачастую свои корректировки в планы вносит непредсказуемая гималайская погода. Рейсы могут быть отменены, и тогда единственная возможность добраться – только на машине. Такой путь займет 14-17 часов в одну сторону. Интересная особенность или традиция: в Пакистане охотника сопровождает не просто несколько егерей, а целая команда. Во время охоты на синдского козерога и уриала Бландфорда я насчитал в «свите» одного клиента-охотника 12 человек – егерей, представителей властей, местных проводников. А при охоте на гималайских копытных количество только носильщиков может достигать 20 человек, плюс егерь и представители местной общины и природоохранных организаций. На юго-западе Пакистана проводится охота на афганского уриала. Заброска в угодья осуществляется из города Кветта. В этом же районе можно добыть и сулейманского мархура. Мархуры – это аукционные охотничьи виды. Для бронирования охоты на одного из них вначале нужно принять участие в аукционе. Кроме сулейманского мархура Пакистан предлагает охоты на асторского и кашмирского мархуров. Чтобы добраться до ареала асторского необходимо прибыть в Гилгит. А кашмирский обитает в Читрале. Решение об охоте в этой стране следует принимать заранее, особенно охотнику, который редко отправляется на охоту без своего карабина. Оформление документов соответствующими органами Пакистана занимает в среднем 3-4 месяца. Сейчас стало проще в вопросе получения визы. Кроме традиционного способа – подача документов в консульский отдел посольства в Москве, можно оформить и электронную визу через правительственный сайт. Надеюсь предложенная мной информация была интересной, и, если в планах стоит Пакистан, не сомневайтесь, смело готовьтесь к путешествию. Пакистан вас не разочарует!
15.02.2021
Алексей Павлов, «Профи Хант»
Охота на снежного барана в Якутии в 2020 году

Охота на снежного барана в Якутии в 2020 году

В июле 2020 года ко мне обратился Афанасий Слепцов из компании «Эвен Лайф» на предмет оказания помощи при регистрации охотничьего трофея Снежного барана в Книге Рекордов SCI. По предварительной оценке этот трофей претендовал на звание Чемпиона по системе SCI. В этот момент я предложил Афанасию Слепцову  организовать охоту на Снежного барана в его угодьях. По срокам охоты определились на сентябрь 2020 г. В августе Афанасий Слепцов организует охоту на Снежного барана для охотника из Якутска, который добывает также хороший трофей. Качество трофеев послужило причиной выбора Афанасия Слепцова для организации нашей охоты. Хотя ехать на охоту к неизвестным организаторам всегда рискованно. В сентябре я с двумя охотниками из Санкт-Петербурга прилетели в Якутск, где нас встретил Афанасий и предложил нам посетить его дом. В доме заранее приглашенный шаман совершил обряд посвящения нас в охотники. Мы посчитали, что этот обряд должен был принести нам удачу. Хорошая погода позволила нам вылететь на самолёте АН-2 в район охоты. Не смотря на использование авиации нам пришлось ещё целый день добираться до места охоты на автомобиле ЗИЛ 130. Эти 69 км по камням запомнятся нам надолго. На третий день нашего путешествия мы прибыли в полевой лагерь компании «Евен Лайф». Лагерь был подготовлен заранее и проводники евены сообщили радостные новости, что они нашли баранов с хорошими трофеями. На следующий день рано утром мы выдвинулись в горы для поисков баранов. Поднявшись на вершину мы не обнаружили тех баранов, которых заметили заранее проводники. Решили искать их на соседних вершинах и хребтах. На расстоянии километра мы увидели три группы самок с молодняком. Самцов не наблюдалось. Приняли решение обследовать другие места, но и там баранов не было. Спустившись к концу дня в лагерь, мы предложили проводникам самостоятельно без нас выйти на следующий день двумя группами для поисков баранов. Сообщения проводников по возвращению в лагерь опять внушило нам новую надежду о возможной охоте. Утром пятого дня выехали сначала на автомобиле и затем пешком поднялись на гору, где якобы вчера проводники евены обнаружили хороших самцов. К сожалению, подъем не дал результатов, мы увидели опять только самок с молодыми баранами.  Вызвав проводников евенов на откровенный разговор, нам удалось выяснить, что в действительности они не нашли в этих местах трофейных самцов и об этом уведомили Афанасия Слепцова. Вместо того, чтобы уведомить нас о реальной ситуации, Афанасий сообщил, что бараны найдены и находятся под наблюдением проводников. Всего-то надо было отложить наш прилет до лучших времён. Оценив обстановку, мы приняли решение закончить охоту и вернуться в Якутск. Афанасий не смотря на сложившуюся ситуацию потребовал оплатить вторую половину за организацию охоты. Я предложил ограничиться только компенсацией затрат на это путешествие и перенести охоту на следующий год. Афанасий стоял на своем. Мои охотники выполнили свои обязательства. Уважаемые коллеги охотники! Рекомендуем Вам не бронировать охоты у Афанасия Слепцова, руководителя компании «Евен Лайф», чтобы не разочароваться так же как и мы и не терять самого драгоценного времени.
19.01.2021
Охота в Судане 2020

Охота в Судане 2020

Охота в Судане была организована компанией “HUNTGEO” (Эрик Мюллер). На месте - в Судане – аутфиттерами выступила семья местных предпринимателей, которые до этого момента не имели опыта в организации подобного рода охот. Возможно, кто-то скажет, опираясь на опыт международных охот, что свет не сошелся клином на одном местном организаторе и должны быть какие-то альтернативы. Да, действительно, в Судане зарегистрированы еще несколько туристических компаний, но, ни одна из них и близко не имеет отношения к охоте. И побывав там вместе с с Сергеем Ястржембским могу с полной уверенностью заявить, что охоту в Судане организует всего лишь одна компания, услугами которой мы и пользовались. С момента крайней международной официально организованной трофейной охоты в Судане прошло почти десять лет. Охота Константина Попова была организована в январе 2011 году Анжелом Дейси. За эти десять лет браконьеры (в основном массе это золотоискатели) очень сильно подорвали популяции охотничьих животных. Потому, при рекламе охот направления, ссылаться на данные десятилетней давности, не имея представления о текущей ситуации (новый организатор, состояние популяций) как это делает компания Профи Хант как минимум непрофессионально. И безусловно информация ,что «Успех добычи близок к 100%»вводит в читающих такую рекламу в заблуждение. Как человек, который непосредственно посетил места охоты на всех заявленных животных, заявляю, что об успешности охоты «близкой к 100%» и речи быть не может. Не способствует повышению успешности охоты и существующий на данный момент запрет на временный ввоз охотниками своего оружия. Полагаю, что каждый понимает его значимость при горных охотах. Оружие, которое было нам предложено в аренду было само по себе хорошее, но абсолютно не пристрелянное. Прицелы мы везли с собой и осуществляли монтаж, что называется «на коленке». В результате продолжительной пристрелки удалось уложить группу в лист А4 на 200 м. Охоту решили начать с нубийского горного козла. Про охоту с подхода в Судане не слышали и всегда использовали загон, и стреляют все, что попадется. При этом местные загонщики ведут себя чрезвычайно эмоционально, в результате чего животные на махах проносятся на дистанции минимум в 300 м. Попытки добыть козлов с подхода оказались абсолютно безуспешными, из-за отсутствия у проводников понимания основных принципов скрытого подхода к животным. Но козлы, несомненно, в этих горах есть и я категорически полагаю, что, изменив тактику охоту и имея в руках свое оружие, шансы добыть трофей довольно высоки. После охоты на козлов мы переместились в места обитания гривистых баранов. Местный организатор нам сообщил, что добыть барана гораздо сложнее козла по причине его малой численности. Объехав все близлежащие горы, где ранее были добыты бараны Константином Поповым и Рене Шнайдер, мы обнаружили старый след барана. Попытки найти хоть какой-то свежий след или хоть какого-то представителя вида аудад в течение нескольких дней не увенчались успехом. Зато мы обнаружили местных браконьеров, пытавших свое счастье за соседним хребтом. Это окончательно подтвердило наши догадки в ответе на вопрос о присутствии баранов в местных горах. Времени оставалась совсем немного и переехав в угодья, где по словам организаторов должна обитать газель, разбили лагерь (про лагерь и условия жизни в нем – можно написать отдельную статью). За сутки, которые оставались нам на охоту на газель было замечено три самца, но дистанции, на которых они находились оставляли мало шансов на успех с арендованным оружием. Несмотря на это мне удалось добыть небольшой трофей. Конечно же, нас честно предупреждал организатор о том, что после долгого перерыва в охоте нет понимания о текущей ситуации и данная охота будет своего рода «тестовая». Поэтому, не питая особых иллюзий мы принимали происходящее будучи морально подготовленными. Для себя я принял решение обязательно повторить эту охоту после того как будет возможность ввозить в Судан своё оружие. Со слов местного предпринимателя, который организовывал эту охоту , решение о разрешении ввоза охотниками оружия в Судан будет получено в ближайшие месяцы. Все подробности этой экспедиции можно будет узнать в статье Сергея Ястржембского , которая выйдет в ближайшее время. Приношу свою признательность Эрику Мюллеру и Сергею Ястржембскому за предоставленную возможность участия в этой охоты. Благодарю Евгения Харитонова (компания Сталкер групп) за помощь во время охоты.
16.12.2020
ОХОТА В СУДАНЕ С ПРОФИХАНТ!

ОХОТА В СУДАНЕ С ПРОФИХАНТ!

Уважаемые члены Клуба горных охотников ! Что касается рапорта, размещенного г-м Резником на сайте КГО, касательно, по его словам, "рекламы ПрофиХант, вводящей в заблуждение", опубликованной в "Магии настоящего Сафари" https://kgo-club.ru/stati/item/vnimanie-reklama-vvodyashhaya-v-zabluzhdenie.html хотелось бы сделать некоторые комментарии: введение в заблуждение является синонимом размещения предложения с намеком на аферу и иные неправомочные действия. Подобное утверждение является неприемлемым по отношению к нашей компании. 1) Охота господина Резника в Судане никакого отношения к компании "ПрофиХант" не имеет. Нам неизвестно у кого и на каких условиях он ее бронировал и нам неизвестны детали его охоты. Мы считаем некорректным связывать результаты его охоты с компанией «ПрофиХант". 2) Его решение о поездке в Судан, было основано, как очевидно, на основании какой-то другой рекламы. 3) В нашей рекламе размещены фото Константина Попова, а не Михаила Попова, как указано г-м Резником. 4) В нашей рекламе мы открыто пишем о том, что охота открыта после 7-ми летнего перерыва. 5) Говоря об успешности, близкой к 100%, мы основываемся на результате охоты Попова К., в которой он добыл 3 из заявленных 3 видов - результат охоты 100%. 6) Вот ссылка на сайт ПрофиХант,в которой дается детальная информация по данной охоте: http://profihunt.com/hunt/ohota-v-sudane      С уважением, ООО "ПрофиХант"
16.12.2020
Внимание! РЕКЛАМА, ВВОДЯЩАЯ В ЗАБЛУЖДЕНИЕ

Внимание! РЕКЛАМА, ВВОДЯЩАЯ В ЗАБЛУЖДЕНИЕ

В 12 выпуске журнале Магия настоящего САФАРИ на 74 странице опубликовано рекламное объявление компании ProfiHunt с предложением срочно бронировать охоту на аудада , нубийского козерога и эритрейскую газель в Судане. Особо подчеркивается , что успех добычи близок к 100%При этом прилагаются фотографии трофеев 10 летней давности добытых Михаилом Поповым.На прошлой неделе я вернулся из Судана, где благодаря Сергею Ястржембскому вместе с ним , принял участие в первой за последние 10 лет охоте на указанные виды.Краткие выводы по итогам прошедшей охоты.1. Шансов добыть гривистого барана за 14 дней практически нет. Ни самок, ни ягнят, ни тем более самцов мы не встречали. За все время мы пару раз видели старые следы. 2. Трофейного уровня козерога добыть можно, но при условии если вы привезли своё оружие, а не с тем оружием , которое арендовали на месте. Один раз ( за наши 7 попыток ) Сергею Владимировичу повезло увидеть трофейного качества самцов, но стрелять из арендованного оружия на дистанции их нахождения было бессмысленно.3. Эритрейскую газель добыть действительно можно. Мне это удалось.Рекомендации:Ехать при условии разрешения на ввоз собственного оружия.Не рассчитывать на добычу гривистого барана.Все подробности этой экспедиции читайте в будущей статье Сергея Ястржембского.
14.12.2020
Охота на Камчатского снежного барана

Охота на Камчатского снежного барана

В этой поездке очень повезло с погодой. Заброс вертолетом прошёл нормально, видимость была отличная. Высаживалось две группы охотников в разные базовые лагеря. В первый день подходящего трофея небыло, хотя следов баранов было много. На второй день пошли по другому ущелью. После обеда обнаружили 4-ех баранов, где 2-ое из них были достойные. Стрелял из Блайзера 300 winmag, дистанция 215 метров сверху вниз. После выстрела баран пробежал метров 100 и лег. Пока доставали и разделывали наступил вечер. Решили ночевать на месте добычи. Ночью пошёл дождь и сильно похолодало. Хорошо что захвали с собой примус-спасались горячим чаем. Утром вернулись в лагерь и я на следующий день улетел в Мильково. Спасибо егерю Владимиру и организаторам этой охоты.
14.11.2020
Новый интеллектуальный оптический прицел "Дедал-НВ"

Новый интеллектуальный оптический прицел "Дедал-НВ"

Интеллектуальный оптический прицел DHF 4-28×56 Harrier оборудован встроенной системой обработки информации и дисплеем с настраиваемым интерфейсом, расположенным в поле зрения стрелка. Для совершения быстрого высокоточного выстрела достаточно установить на дисплее дистанцию стрельбы, вращая барабан ввода вертикальной поправки. Стрелок одновременно наблюдает актуальное положение барабанов и цель, что очень удобно и информативно в светлое время суток и необходимо в ночное время при работе с предобъективными насадками.АО «Дедал-НВ» входит в тройку мировых производителей, реализующих данную технологию.Расположение прицельной сетки в фокальной плоскости объектива (FFP) позволяет пропорционально масштабировать размеры сетки с изменением увеличения прицела, что необходимо для определения дистанции до цели на любых кратностях при стрельбе выносом. Линии центрального перекрестия сетки имеют минимальную толщину для стрельбы по малоразмерным целям на больших дистанциях.Подробнее на сайте dedalnvoptics.com
31.10.2020
dedalnvoptics.com
Призы "Бараны мира", "Козлы мира"

Новые призы КГО

Уважаемые члены клуба, рады сообщить Вам, что Клубом утверждены новые призы в номинациях Клубных наград: Козлы мира (подробное описание) и Бараны мира (подробное описание)Заказать изготовление приза может член Клуба, достигший уровня Козлы мира (или Бараны мира), т.е. добывший 12 горных козлов (или баранов) из рейтинговых списков Клуба. При достижении следующих уровней данных призов (Супер 20, Супер 30 и т.д.) - можно заказать дополнительные бронзовые шильды и разместить их на трехярусном мраморном основании приза. Призы изготавливаются на заказ, имя номинанта гравируется автором на призе.Получить более информацию и направить заявку на изготовление призов можно по электронной почте администрации Клуба:kgo.alexander@gmail.comkgo.irina@gmail.comВ ближайшее время информация о новых призах появится в разделе Награды и в ваших личных кабинетах.
05.10.2020
КГО
Охота в Пакистане!

Охота в Пакистане!

Не знаю, как у кого, а у меня путешествия часто начинаются с увиденной в печати или соцсетях фотографии. В Инстаграм есть куча аккаунтов, где выложены фото самых фантастических по красоте мест на Земле. Там лет пять назад мне и попалась на глаза фотография гор Каракорум и долины реки Хунза в Пакистане. С тех пор я запланировал поездку туда. У человека, родившегося и выросшего в СССР, не самое лучшее представление о Пакистане. В свое время наше государство приняло сторону Индии, враждующей с Пакистаном не одну сотню лет, из-за чего эта горная страна представлялись нам не иначе, как оплотом мирового терроризма, а ее жители – безжалостными головорезами. И хотя внутренне я понимал, что живут там такие же люди, как и везде, все же беспокойство было. Знакомство туриста со страной обычно начинается с местного аэропорта, но, поскольку лететь пришлось в переполненном самолете, на 98% состоявшем из граждан Пакистана, присматриваться начал уже на борту. Некоторые бородачи – форменные башибузуки. Но, как оказалось, это только на вид. Наблюдая за тем, как трогательно они относятся к своим родным, понял, что все будет хорошо. В аэропорту Исламабада, проходя таможенный и пограничный контроль, удивился приветливости местных госслужащих, отсутствию придирок, а ведь летел с оружием. Окончательно понимание того, что проблемы с туризмом не у них, а у нас, пришло уже в горах. Машина мчалась по живописному шоссе от Гилгита в сторону Китая и в долине реки Хунза я увидел сотни отельчиков, гостевых домов, офисов туркомпаний и других обязательных атрибутов развитого туризма. И это на фоне того, что все говорят по-английски! Первые впечатления Горные деревушки в долине реки образцово показательные. В силу традиций ислама очень чистые, этнические. Люди тут имеют мало общего с привычным для нас обликом перса – они светлокожие, часто рыжие или русые, через одного зеленоглазые. За все поселки не скажу, но в Гульмит, где мы остановились, большинство таджики. Разговаривают на уахи – древнем персидском языке. Ислам исповедуют не сильно радикальный, женщины часто ходят с непокрытой головой, свободно общаются с иностранцами, ездят за рулем, работают в сфере туризма. Народ очень приветливый, особенно когда узнают, что ты из Казахстана. «Стан» тут как волшебное слово. По-моему, язык уахи больше всего похож на язык таргариенов. Наверно, авторы сериала его тут и нашли. Ни слова не понятно! Но пару-другую разучил: шукари – охотник, юкш – козерог, баф – хороший, лук – большой… Скажу немного об устройстве охотничьего хозяйства, точнее о conservation hunting. Охотничьего хозяйства тут в привычном понимании нет, численность населения в сотни миллионов человек и маленькая площадь страны делают это невозможным. Но все же дикие животные есть, и их надо охранять. Пакистан одним из первых государств принял стратегию «Охота во имя сохранения». Запретительные меры результатов не давали, местные шукари неуловимыми тенями истребляли живность, толкаемые врожденной страстью к охоте, желанием добыть мясо для семьи или по каким-то другим причинам. Численность большинства видов копытных стремительно сокращалась. Ни мировая общественность, ни официальные власти ничего сделать не могли. Тогда правительство решилось на беспрецедентные меры и выставило на Международный охотничий аукцион одну лицензию на мархура (винторогий козел). Выручив более 200 тысяч долларов, власти снова поступили очень благоразумно и основную часть средств отдали местной общине. Дело в том, что в горной части Пакистана, в Гималаях проживает очень много малых народностей, которые весьма мирно сосуществуют на правах ограниченного самоуправления. И выделение средств непосредственно старейшинам, управляющим общинами, позволило добиться невозможного – остановить браконьерство! Селяне быстро оценили ценность животных ресурсов и вместо шашлыка выбрали дороги, водопровод, новые школы, больницы и другие блага. Таким образом локальные комьюнити стали фактически охотпользователями. Камаль Бей – инспектор, сопровождавший нас на охоте, признался, что конечно в небольшом количестве браконьерство сохранилось – в регионе масса оружия, и всегда найдутся субъекты, ставящие себя выше интересов общества. Но принятые меры дали результат. Численность мархуров довольно быстро с 70 голов увеличилась до 2500 (!). Аналогично обстоит дело с пенджабским уриалом, синдхским козерогом... Государство не обошло вниманием и пакистанских охотников, на все виды выделяется лимит для жителей деревни, страны и отдельно для иностранцев. Государственная стоимость лицензий разная (для деревенских самая низкая). Право передачи лицензии не предусмотрено! Аутфиттеры, ищущие клиентов, зарабатывают на сервисе и участвуют в аукционах. И вот с этим тут не все хорошо. Лимит утверждается за месяц до начала охоты, аукционы проводятся за две недели до открытия сезона. Понятно, что охотник сильно рискует, покупая заранее билеты, оформляя все необходимые документы, визы и прочее. Кроме того, ты до конца не знаешь, за сколько выкупит лицензию твой аутфиттер. Наша группа, как и многие другие, «попала»: на четырех охотников в границах цены, на которую мы были согласны, удалось купить только три лицензии на охоту в разных местах. В итоге мой друг Джорди, известный аутфиттер из Испании, взявшийся за организацию этой экспедиции, отказался от нее в мою пользу (но не отказался от поездки ради съемок фильма об охоте). Еще два охотника-испанца из Мадрида встретили нас в Исламабаде, откуда мы в сопровождении местного аутфиттера по имени Рази вылетели в Каракорум. Аэропорт города Гилгит прячется в глубоком ущелье. Никогда не приземлялся в самолете в таких условиях: километра полтора ты летишь в каменном туннеле из двух вертикально ниспадающих горных хребтов. Уже на летном поле я понял, что даже если все сразу закончится, поездка уже состоялась! Виды сногсшибательные – как на той фотографии из Инстаграм! Пирамидальные тополя, деревья хурмы и айвы, увешанные плодами, солнечный свет, отражаемый, как зеркалом, светлыми скалами в долину, золото поздней осени и непостижимые в своем величии горы… От Гилгита на двух джипах мы ехали по отличному шоссе, построенному китайцами по старому треку Шелкового пути. Эта долина реки Хунза в моем рейтинге дорог – на верхней ступени пьедестала. У любого фотографа тут начнется паника – потрясающие виды через каждые сто метров! Даже глядя на фото, сделанные на ходу через стекло на смартфон, проникаешься величием и красотой этих мест. Когда осознаешь, что карта памяти телефона не бесконечна, начинаешь присматриваться к жизни людей. Первое, что бросается в глаза, это отсутствие мечетей. Живущие здесь народы, как я уже говорил, в основном таджики, исповедуют ислам исмаилитского толка с духовным лидером Ага Ханом Четвертым. Это религиозное направление имеет свои особенности: учение говорит о разумности, культурном, этническом и расовом разнообразии, социальной справедливости и так далее. Видимо. поэтому люди тут очень доброжелательные и гостеприимные. А еще хунзиты, как называют жителей долины, самые долгоживущие люди на планете, очень многие доживают до 110 лет. А вот, что нашему казахстанскому уму непостижимо, так это то, как квадриллионы камней, из которых состоит земля этого края, трудолюбивые горцы упорядочивают в подпорные стенки, террасы, заборы, небольшие домики и сарайчики. Очень трудолюбивые люди! В один из дней напросились в гости к семье ковроделов, появилась возможность поближе познакомиться с местным бытом. Хижина каменная с парой окон, встроенных в крышу (в стенах окон, как правило, нет). Одно из этих отверстий является еще и дымоходом, топят традиционно по-черному. Жилище поделено на правую и левую половины – мужскую и женскую. Живут не богато, в основном собственным хозяйством. У каждого есть огород, сажают картофель, морковь и что-то типа репы; у большинства есть бараны или козы, у тех, кто побогаче, коровы и яки. Еда тут тоже супер! Где бы мы ни останавливались поесть, все было на пятерку. Из этнических кухонь каракорумская стряпня точно на первом месте! Сплав индийской и тюркской, еда яркая и не тяжелая, с хорошим балансом углеводов и белка, но главное – она не приедается! Столько риса, сколько здесь, не ел никогда в жизни. Кстати, поесть вдвоем на базаре можно за один доллар. Пробуем охотиться Группа наша в долине разделилась. Братья Хорхе и Израэль уехали с Рази ближе к границе с Афганистаном. А мы с Джорди и Салвадором остались в Гульмите (Сальво прилетел сюда в качестве оператора). Поселили нас в небольшом гостевом комплексе, в котором было все, даже вай-фай. В это время туристов немного, в основном люди едут с мая по сентябрь, поэтому владельцы были очень рады иностранным гостям и оказывали всяческие знаки внимания. Первый день прошел бестолково: ждали каких-то бумаг и приезда госинспектора (по пакистанским законам, трофейная охота проводится только при сопровождении представителя Wild Live Department). Единственное полезное дело сделали – проверили винтовку. После обеда какие-то хлопцы вместе с Камаль Беем, закрепленным за нами госинспектором, уехали биноклевать. А к вечеру сообщили, что напротив лагеря есть группа козерогов. В подзорную трубу мы без особых проблем определили, что это были молодые самцы, о чем и сообщили Рази. Показалось, что гиды были немного удивлены нашей разборчивостью в определении размеров трофея. За ужином пришлось настоять на том, что мы тоже должны принимать участие в поиске зверей, так как один китайский бинокль на всех местных – это не слишком эффективно. И опять та же реакция – видимо, кто-то им внушил, что охотник должен лежать в обнимку с кальяном, пока они ищут подходящее животное... Утром следующего дня выехали на стареньком джипе все вместе. Процесс поиска оказался несложным: остановки на шоссе и спотинг прилегающих склонов. За утрянку видели голов 35, но в основном самки. Среди самцов подходящего трофея обнаружить не удалось. Ничего другого не оставалось, как вернуться в кемпинг и переговорить с организатором охоты. Вечер и следующее утро снова ничего не дали. Лежать и ждать у моря погоды смысла не было, так что к обеду ближе выдвинулись в горы. Предстояло подняться в течении 4-5 часов до «шепард хаус» и провести вечерние наблюдения. Подъем был несложный, по хорошей тропе, правда, местами экстремальной. Для организации проходов на пастбища прямо в вертикальной скале с использованием взрывчатки «гравировался» проход. Сколько труда на это ушло! Команда на подъем состояла из нашей казахско-испанской группы, Камаль Бея и ребят, выполнявших роль не то гидов, не то портеров. Уже наверху стало очевидно, что это первое их восхождение. Все были в джинсах и кроссовках, то есть абсолютно не подготовлены к такому путешествию. Финальной точкой в осознании того, что нам достались проводники-новички, стала модель газовой плиты с 20 литровым баллоном, которую они притаранили наверх для приготовления пищи, – такой пакистанский ответ «Оптимусу». То есть, до этого дня, надо так понимать, вся охота проводилась с дороги. Если проводилась вообще. Представитель госинспекции Камаль Бей подтвердил, что этой общине право проводить охоту для иностранцев предоставили впервые. А сменить локацию или отказаться от охоты, по пакистанским правилам, невозможно! Участвуя в аукционе, ты под этим подписываешься... Что оставалось делать? Правильно: охотиться и искать зверя! Чем мы и занялись. Спотинг с высоты 3700 метров показал наличие козерогов. В этом цирке мы их насчитали несколько десятков. Были и неплохие самцы, но с рогами меньше, чем допустимо пакистанскими правилами. Что ж, у нас еще был запас времени… (Продолжение не за горами)
12.07.2020
Александр Егоров лауреат международной премии Фонда Weatherby 2020!

Александр Егоров лауреат международной премии Фонда Weatherby 2020!

Александр Егоров родился в России, вырос в Сибири. Охотиться начал в возрасте 6-ти лет с отцом. С тех пор все его мечты были только об охоте. Он работал траппером, служил в пограничных войсках на Камчатке и очень много путешествовал по огромной России, самоотверженно и бесстрашно осваивая для охоты ее самые отдаленные и труднодоступные места. В 2003году Александр становится членом SCI. В этом же году впервые выезжает на охоту за приделы  России и с этого времени начинает регистрировать трофеи. Первым его зарегистрированным трофеем был Марко Поло, добытый в Киргизии.С 2003 года Александр охотился с такой скоростью, которую очень трудно себе представить и немногие могут с этим сравниться.Его страстью всегда была горная охота, он собрал 38 разных видов овец, 35 разных видов дикой козы. В общей сложности он добыл 118 горных животных.Его коллекция из более чем 440 различных охотничьих трофеев со всего мира (81 трофеев из которых и по сей день входят в Топ-10 SCI) является результатом 173 международных сафари, посетив 56 стран на всех пяти континентах. 173 различных видов добыл в Африке, совершив 40 полных африканских сафари в 12 странах Африки. 104 раза охотился в 14 различных странах Азии и добыл 75 различных видов. 105 раз охотился в Европе и добыл 51 видов трофеев в 24 странах Европы. Очень много провёл охот в России, по четыре раза в Монголии, Пакистане, Киргизии, Казахстане,  Турции и Иране. Трижды Таджикистане, дважды в Армении, а также в Узбекистане, Азербайджане и Непале. Александр охотился по всему миру с изумительным усердием и стойкостью. Он за четыре года завершил свой  “SUPER SLAM” of “NORTH AMERICA BIG GAME”. Для достижения его последнего вида он совершил две безрезультатных экспедиции за Рузвельт Elk в 2015 году и только на третий раз в 2016 году добыл его.39 сафари в Северной Америке и добыл 76 различных видов, в том числе 44  коренных видов Северной Америки.Кроме того, он получил бриллиантовые уровни SCI в Южной Америке, Австралии и Новой Зеландии.Среди его достижений нужно отметить:●    “CONKLIN AWARD”; ●    “INTERNATIONAL HUNTING AWARDS” SCI;●     “WORLD CONSERVATION AND HUNTING AWARD” SCI; ●    “PANTHEON AWARD”●    “SUPER SLAM  RUSSIA Big Game” (35 animals of Russia) 2019 The first and only Russian hunter to receive an award; ●    “16 GRAND SLAM’S” SCI; ●    “26 DIAMOND LEVEL AWARDS” SCI; ●    “WORLD HUNTING AWARD" SCI;●    “ОVIS WORLD SLAM SUPER 30”, 2016;●    “CAPRA WORLD SLAM SUPER 30”, 2015;●    “TRIPLE SLAM”, 2014;●    “SUPER SLAM OF NORTH AMERICA BIG GAME”, 2016;●    №1 Высшую Российскую награду КЛУБА ГОРНЫХ ОХОТНИКОВ – “RUSSIAN MOUNTAIN HUNTING AWARD”, 2016;●     “WEATHERBY FOUNDATION“ - Finalist 2018;●    “WEATHERBY FOUNDATION“ - Finalist 2019;Он активно сотрудничает с многочисленными охотничьими и природоохранными учреждениями: WEATHERBY, CONKLIN FOUNDATION, SCI, GSCO, DALLAS SAFARI CLUB, COFRADIA CULMINUM MAGISTER, WILD SHEEP FOUNDATION. Является членом совета директоров “CONKLIN FOUNDATION”; членом правления Клуба горных охотников и Московского Клуба Сафари Он стал инициатором и ведущей силой для внесения изменений в закон об охоте в России с луком. С 30 января 2020 года охота с луком разрешена в России! Опубликовал более 200 статей, пропагандирующих  охоту и сохранение дикой природы в различных Российских журналах.- Полностью финансировал участвовал в съемках более 20 фильмов для российского и болгарского телевидения:- «Охота в Америке»;  «Охота в Таджикистане»; «Охота в Пакистане»; «Охота в Намибии»; «Охота в Африке»; «Охота на Крайне Севере России. Заполярье Якутии»; «Горная охота в Иране».● Автор книги по охоте «АНАТОМИЯ ОХОТЫ».Александр живет с семьей в Москве, имеет двух сыновей и дочь. Сейчас является успешным бизнесменом, владеет и управляет крупной строительной компанией в Московском регионе, что позволяет ему значительно улучшить качество жилья для людей в своем регионе и создать много рабочих мест. В 2005г. Александр основал и финансирует Благотворительный природоохранный Фонд «Gletcher-Помощь», который оказывает помощь одарённым детям, выделяет средства на сохранение дикой природы, поддержание природоохранных проектов, таких как среда обитания диких животных, защита и восстановление исчезающих видов. Фонд в 2011году построил православный храм в Москве. Александр постоянно вносит свой вклад во многие полезные охотничьи инициативы и организации охоты / природопользования во всем мире и считает, что только благодаря охотникам многие виды животных сохранены по сей день и полностью согласен со слоганом  - «Охота лучший способ сохранения дикой природы».www.weatherbyfoundation.com
28.06.2020
Weatherby Foundation International
Эдуарду Бендерскому — 50!

Эдуарду Бендерскому — 50!

50 лет – ​юбилей особенный: за спиной – ​полвека, а впереди – ​целая жизнь с новыми интересами и планами! Это рубеж, начиная с которого предстоит очень многое сделать уже в новом качестве. Говорят, что в 20 лет человек руководствуется желаниями, в 30 – ​разумом, в 40 – ​рассудком, а к 50 годам все это преображается в новое качество – ​мудрость. К таким датам принято напоминать читателям о биографии юбиляра, и мы не видим причин изменять традиции. Родился Эдуард 25 июня 1970 года в семье военнослужащего в Гусь-Хрустальном районе Владимирской области. Благодаря особенностям службы отца, Виталия Юльевича, семья переезжала несколько раз из одной союзной республики в другую, но сознательные детство и юность Эдуарда прошли в Туркмении. Там же десятилетнего мальчика отец стал приучать к охоте. С 1987 по 1991 год Эдуард Бендерский проходил обуче­ние в Рязанском воздушно-десантном училище, после чего был отобран в Отдельный учебный центр КГБ СССР (группа «Вымпел») и сразу попал в гущу драматических событий, разворачивающихся в стране. В 1994 году пришлось принять непростое решение и уволиться в запас. В 1997 году возглавил частное охранное предприятие «Вымпел-А», а в 2002 году – ​Объединение предприятий «Вымпел-А», занимающееся вопросами безопасности. С 2003 по 2008 год Эдуард Бендерский возглавлял Региональную общественную организацию ветеранов Группы специального назначения органов государственной безопасности «Вымпел», деятельность которой направлена на оказание всесторонней помощи ветеранам подразделений специальных служб, действующему подразделению, семьям погибших и раненых сотрудников ЦСН ФСБ России. В 2007 году окончил юридический факультет Государственного университета «Высшая школа экономики». С 2008 года является президентом Благотворительного фонда «ВЫМПЕЛ». Сейчас среди основных направлений деятельности фонда: помощь детским домам и детям, нуждающимся в медицинской помощи; помощь ветеранам, а также действующим сотрудникам спецподразделений органов безопасности и членам их семей; содействие духовному развитию личности; поддержка профессионального и любительского спорта; развитие детско-юношеского спорта; военно-патриотическое воспитание молодежи и многое другое. С 2006 по 2013 год Эдуард Бендерский возглавлял Российскую ассоциацию общественных объединений охотников и рыболовов (РОРС). Мы хорошо помним те сомнения некоторых общественников от охоты и порождаемые этими сомнениями разговоры о том, что ассоциацию правительство решило прикрыть, а Бендерский как раз этим и будет заниматься. Помним, как в огромном кредите, взятом Бендерским на ремонт и реконструкцию давно пришедших в убогое состояние здания РОРСа, гостиницы и убыточного завода «Сатурн», конспирологи от охоты увидели верный способ окончательно уничтожить ассоциацию и передать здания банку за долги. Мы-то помним, а они постарались забыть о своих горе-прогнозах, когда увидели, что Дом охотника на Головинском из «гадкого утенка» превратился в прекрасного «лебедя», что при Эдуарде Бендерском ассоциация не только не была разорена, но, ставшая еще в 1992 году организацией юридических лиц, была наконец юридически грамотно переоформлена, а Центральное правление обрело финансовую независимость. Время убедительно доказало продуманность и правильность экономических решений Эдуарда Витальевича на посту президента РОРСа. Отличающее Эдуарда Бендерского умение заглядывать далеко вперед выразилось и в таком, как поначалу казалось, безнадежном деле, как создание Клуба горных охотников. На первом учредительном собрании в феврале 2014 года было высказано немало сомнений в целесообразности и принципиальной возможности существования такого клуба в России – ​кому тут нужна горная охота? Сегодня КГО насчитывает уже около 850 членов, и практически с самого начала своего существования клуб вышел на международный уровень! Читатели нашего журнала могли неоднократно убедиться в том, что Эдуард Бендерский ставит перед собой незаурядные цели и умеет их достигать. Не далее, как в конце прошлого года, мы поздравили его с уникальным достижением – ​он стал первым в мире охотником, добывшим 50 разновидностей Capra по списку КГО. Вот такой подарок, сделанный самому себе к полувековому юбилею! Теперь очередь за Ovis! Эдуард Витальевич, редакция журнала «Магия настоящего САФАРИ» от всей души поздравляет Вас с полувековым юбилеем и желает реализации самых сокровенных, самых желанных достижений на жизненном пути! Пусть все у Вас в жизни сложится так, как Вы задумали, и пусть ангел-хранитель не оставит Вас без своего внимания ни на секунду!
25.06.2020
Магия настоящего САФАРИ
Юбилей Леонида Палько

Юбилей Леонида Палько

Если перефразировать детскую считалку, то про Леонида Палько можно с полным на то основанием сказать: «Он охотником родился». Случилось это в поселке Подлесный Убинского района Новосибирской области в 1960 году. Лес начинался сразу за домом, и, по выражению самого Леонида, труднее было не стать охотником, чем стать. Первый выстрел шестилетнему Лене разрешил сделать брат из берданки 32-го калибра, и консервная банка была поражена. Через несколько лет состоялась и первая охота – ​тайком от взрослых был добыт чирок. К 14 годам Леня заслужил работой в сов­хозе бесценный подарок от дяди, Сергея Филипповича – ​новенькую ТОЗ БМ, и с этих пор начались бесконечные скитания по лесам, лугам, болотам и озерам. В поселке все, включая участкового, знали, что не достигший еще совершеннолетия мальчик самостоятельно охотится с огнестрельным оружием, но относились к этому с пониманием. Леонид завел тетрадь, в которую записывал свою добычу, и оказалось, что за один только сезон он сумел добыть больше ста крякв и чирков! После окончании школы поступил в Новосибирский сельскохозяйственный институт и закончил его в 1982 году с дипломом зооинженера. За годы учебы Леонида увлекла общественная работа, и по окончании института девять лет он посвятил этой деятельности, став в январе 1987 года первым секретарем Новосибирского обкома ВЛКСМ. С 1989 и до декабря 1991 года работал инструктором ЦК ВЛКСМ. И при этом каждый свободный день проводил с ружьем в лесах. В 1991 году Палько переехал в Москву и тогда же вместе с Валерием Еленским (несколько позже их партнером стал Сергей Дмитриев) создал издательство «Вече», генеральным директором которого Леонид является с 1996 года. Сегодня «Вече» входит в десятку крупнейших российских издательств. В нем публикуется как художественная, так и справочная литература, мемуары, исторический нон-фикшн и прочее. «Вече» одно из немногих российских изданий, регулярно выпускающих книги о любимом хобби Леонида Палько – ​охоте (серии «Мир охоты» и «Охотничьи приключения»). В Москве Леониду пришлось заново открывать для себя охотничьи места, а спустя непродолжительное время он увлекся трофейной охотой, хотя главным для него остается не трофей, а сама охота. Потому не случайно Леонид пришел к идее создать свое охотничье хозяйство и реализовал ее в Касимовском районе Рязанской области. Охотхозяйство «Вязы» вполне можно отнести к образцовым. В конце первого десятилетия нынешнего века Палько начал охотиться в Африке и прошел по известному пути – ​от Намибии и ЮАР до экзотов вроде Либерии. Ну а вслед за африканскими трофеями в коллекции Палько стали появляться горные копытные самых разных стран и континентов. В Клубе горных охотников Леонид Палько стал членом Попечительского совета. Леонид Леонидович является членом Правления Российского книжного союза, членом Московского городского совета книгоиздания, членом Союза журналистов г. Москвы, Почетным членом Ассоциа­ции «Росохотрыболовсоюз», действительным членом и профессором Академии русской словесности и изящных искусств им. Державина, членом-корреспондентом Академии российской словесности, членом-корреспондентом Петровской академии наук и искусств, Заслуженным работником культуры России. А в конце прошлого года Леонид Леонидович был удостоен правительственной награды – ​ордена «Знак Почета». Редакция журнала от всей души поздравляет нашего постоянного автора и просто хорошего человека Леонида Палько с шестидесятилетием и желает прежде всего крепкого здоровья! И пусть Удача всегда ведет юбиляра к новым достижениям и покорению еще не покоренных вершин!
25.06.2020
Магия настоящего САФАРИ
Титановая винтовка компании Фанзой

Титановая винтовка компании Фанзой

Винтовка для горных охот на базе системы М98, изготовленной из титанового сплава, калибра .300 WinMag массой 2,870 кг. Ствол из никель-хром-молибденовой ствольной стали длиной 665мм. Емкость магазина 3+1. Изготовитель компания «Иоган Фанзой» (г.Ферлах, Австрия). Постоянное стремление к совершенствованию и оптимизации оружия – главная черта сегодняшнего руководства компании «Иоган Фанзой». Одно из генеральных направлений деятельности – совершенствование классической винтовки Маузер с продольно- скользящим затвором, «канонизированной» в 1898 году. Приверженность этой системе объясняется ее гениальной конструкцией, которая обеспечивает контролируемую подачу патрона из магазина при любой ориентации винтовки в пространстве и при любой скорости движения затвора. У системы М98 самое надежное запирание патрона в патроннике среди винтовок такого класса. Это обеспечено тем, что у оригинального маузеровского затвора есть третий, его можно назвать резервным, боевой упор в задней части затвора, который фиксируется в заднем мостике ствольной коробки. Он начинает работать, только когда стебель затвора сместится назад на 0,2 мм. Еще одно важное преимущество этой системы состоит в том, что при открывании (повороте) затвора зацеп выбрасывателя не скользит по закраине гильзы, а остается неподвижным. Более того, по мере возрастания усилия, прилагаемого стрелком для извлечения стреляной гильзы, зацеп выбрасывателя сильнее прижимается к гильзе, исключая срыв с закраины. Все это делает систему М98 самой надежной и безопасной. В недалеком пошлом компания «Иоган Фанзой» изготавливала винтовки на базе стальной системы М98. Понятно, что штучное производство позволяло значительно улучшить качество винтовок по сравнению с оригинальными чертежами армейской винтовки М98 столетней давности. Кроме более высококачественной стали, для всех деталей были обеспечены значительно более узкие размерные допуски. Кроме того, значительно повышен класс чистоты обработки всех поверхностей, особенно взаимодействующих. Это позволило обеспечить более высокий ресурс фирменных винтовок. Был уменьшен диаметр ударника и диаметр отверстия для него в зеркале затвора. Эта мера снизила опасность прорыва пороховых газов в случае сквозного прокола капсюля. Отверстие в образующих стебля выводит порвавшиеся газы в сторону, перпендикулярно оси оружия. Большое удобство управления винтовкой обеспечивается и благодаря использованию трехпозиционного предохранителя, поворачивающегося на вертикальной оси с правой стороны курка. Думая о создании винтовки для горных охот, сегодняшнее руководство компании хорошо понимает, как важно сделать ее массу минимальной. Семейные охотничьи угодья Фанзой находятся на крутых склонах хребта Караванкен. Очевидно, что облегчать винтовку за счет снижения длины и диаметра ствола, неправильно. Это неизбежно приведет к потере баллистических свойств. Кто охотился в горах, тот знает, что там действительно каждый грамм имеет значение. Поэтому стремление горных охотников иметь точное, но легкое и одновременно дальнобойное оружие хорошо понятно. Известное соображение об увеличении отдачи при снижении веса оружия для охоты в горах малозначимо, поскольку радость от обнаружения редкого трофейного животного и удачного выстрела просто перекрывает ее физическое восприятие. Да и вообще вопрос отдачи становится актуальным только при высоком темпе стрельбы, что чаще бывает в спорте. В случае особой непереносимости отдачи можно заказать карабин с дульным тормозом-компенсатором, а специальный упругий затыльник на винтовке компании Фанзой уже установлен. В размышлениях об облегчении карабина, предназначенного для горных охот, прошло несколько лет. В результате анализа различных вариантов были отвергнуты все варианты, связанные с облегчением ствола и системы запирания. Точно так же маловероятно получить хороший бой при длине ствола менее 600-650 мм. Так появилась мысль использовать для изготовления всех металлических частей горного карабина (кроме ствола) титан. Точнее, не чистый титан, а легированный. Интересна истории освоения этого металла. Его окислы были открыты в различных минералах еще в конце XVIII века. Вскоре окись титана нашла широкое применение в производстве краски (титановых белил). Еще и сегодня около 90% окиси титана используется как пигмент в красках, наполнитель пластиков и бумаги. Только около 10 процентов титана используется в виде металла. Это стало возможно лишь после созданию в Голландии в 1925 году приемлемой технологии его получения. Титан оказался на удивление легким. Его плотность – 4,54 г/см3, тогда как у сталей (в зависимости от состава) плотность находится в диапазоне 7,8-7,9 г/см3. Чистый титан мягок и пластичен, но легирование даже небольшими количествами других металлов придает ему значительно более высокую прочность. Его прочность, приведенная к сечению равного веса, значительно превосходит большинство конструкционных сталей. К тому же титан весьма теплостоек и достаточно химически инертен. Правда склонен к окислению кислородом воздуха, но этот процесс ограничивается тонким поверхностным слоем. Механическая обработка этого металла связана с проблемами, происходящими от близости предела вынужденной текучести к пределу прочности при растяжении. Кроме того, теплопроводность титана примерно в четыре раза ниже теплопроводности стали. В результате в зоне резания происходит значительный локальный разогрев, переводящий титан в пластическое состояние. Металл начинает налипать на режущий инструмент, что приводит к катастрофическому ухудшению качества обрабатываемой поверхности. Изменением геометрии режущей части инструмента радикально изменить ситуацию не удается. Решение находится только в значительном снижении скорости резания и подачи с одновременным интенсивным охлаждением зоны резания эмульсией и использованием резцов со специальными покрытиями. Не облегчает жизнь и способность титановой пыли к самовозгоранию. Понятно, что и шлифование титановых поверхностей также требует специальных решений. Вязкость титана в сочетании с низкой теплопроводностью приводит и к проблемам при взаимном трении деталей из этого металла. Ради справедливости нужно сказать, что сегодня, благодаря использованию титановых изделий в ряде наукоемких отраслей, есть технологии, позволяющие преодолевать перечисленные трудности. К чести руководства компании Фанзой, они нашли предприятия с квалифицированными специалистами, и сегодня могут производить оружие, обладающее точностью боя тяжелых тактических винтовок при несравненно меньшей массе. Впервые маузеровскую версию карабина, произведенную компанией Фанзой из титана, я взял в руки года четыре тому назад, когда был у них в Ферлахе. Сознаюсь, что первое впечатление было просто ошеломляющим. Представьте себе серьезный карабин калибра .300 WinMag с достаточно длинным и толстым стволом весом… всего 2,870 кг! Правда, баланс у титанового карабина несколько отличается от обычной маузеровской винтовки – он смещен к стволу. Однако при стрельбе с упора или сошек это не имеет значения. Ствол получен методом холодной ротационной ковки из никель-хром- молибденовой легированной стали, используемой для стволов автоматических пушек современных натовских истребителей Eurofighter. Кроме высокой коррозионной стойкости эти стволы обладают повышенной живучестью благодаря стойкости к высокотемпературной эрозии. Это свойство связано с содержанием никеля, который повышает температуру отпуска стали. Для охотничьей винтовки это гарантирует высокий ресурс ствола. Изготовление всех частей затвора, кроме пружин и бойка, из титана привело к снижению массы ударника с курком и уменьшило время срабатывания ударно-спусковой системы. Это прямая дорога к повышению точности стрельбы. Ведь оружие всегда совершает некоторые колебания в районе точки прицеливания, и мы стремимся «поймать» момент оптимального положения прицельной марки. Чем быстрее происходит выстрел, тем больше шансов сделать его точным. Кроме того, чем легче движущиеся детали ударно-спускового механизма, тем меньше смещается оружие до начала горения пороха. Специальные покрытия, напыляемые в вакууме, применяемые при создании гоночных автомобилей Формулы I, использованы и в титановых карабинах компании Фанзой для обеспечения легкого и мягкого движения всех титановых деталей. Даже совершенно сухой затвор движется в ствольной коробке «как по маслу». Как и на всем оружии компании Фанзой, на этой титановой винтовке поставлен орех самой высокой категории, предварительно высушенный в естественных условиях до постоянного веса. Хотя гравировка и врезка драгоценных металлов в титан более сложный процесс, если сравнивать со сталью, винтовка украшена элегантной, легкой, контурной гравировкой, а крышка магазинной коробки украшена золотым гербом компании «Иоган Фанзой».
02.06.2020
Владимир Тихомиров