Войти | Регистрация

Авторизация пользователя

  • Проверка Памиром

    Проверка Памиром

  • Призы "Бараны мира", "Козлы мира"

    Новые призы КГО

  • Антон Глушанин

    Антон Глушанин

  • Раз, два, три…

    Раз, два, три…

  • Российский кубок горного охотника

    Российский кубок горного охотника

  • Проверка Памиром
  • Новые призы КГО КГО
  • Антон Глушанин Антон Глушанин
  • Раз, два, три…
  • Российский кубок горного охотника КГО

Статьи в слайдер

Проверка Памиром

Проверка Памиром

Таджикистан – именно с него началось мое увлечение горной охотой. Не в том смысле, что первый опыт горной охоты состоялся в этой стране, а в том, что я прочел статью про двух испанцев, отправившихся в Горный Бадахшан за баранами Марко Поло. Статья произвела неизгладимое впечатление – каких только лишений и трудностей не пришлось пережить охотникам! Поневоле зауважал этих крутых испанских мачо за упорство и стойкость. И еще у меня сложилось впечатление, что самая трудная охота – это охота на Памире. Из-за длинной, утомительной дороги до угодий, из-за небольшой численности животных с высокими трофейными показателями, из-за своеобразного рельефа: большие пологие пространства, на которых зачастую держатся бараны, подразумевают дальний выстрел. Увы, в условиях Памира выстрел на 600-900 метров не редкость. При этом переменчивый, порывистый ветер не придает уверенности стрелку. Стоимость охоты на барана Марко Поло вряд ли можно назвать трудностью, но задачу она точно не облегчает, поднимаясь год от года, как, впрочем, и на все горные охоты. Но вышеперечисленное не идет ни в какое сравнение с главным коварством Памира под названием горная болезнь, или как ее еще ласково называют альпинисты и матерые горные охотники, горняшка. Первый раз я испытал эти непередаваемые ощущения в 2012 году, охотясь на Тянь-Шане за козерогами. Дикая головная боль до потери сознания, постоянное кровотечение из носа, рвота, и все это на фоне панического страха. Благодаря Алексею Подтяжкину, аутфиттеру и основателю компании Ibex, который сопровождал меня на той охоте, все обошлось благополучно для моего здоровья. Но после киргизского эксперимента, пережитых страданий и сопутствующих им неудач я решил, что все – больше подобного не повторится. Я просто не допущу такой ситуации! Предложение поохотится на Памире поступило неожиданно… Не сказать, что оно было кстати – в тот период я пребывал в не очень хорошем состоянии как в физическом (сказывалась простуда), так и в моральном плане. Однако вспомнилась шутка про два вида подарков. Первый – который никому нафиг не нужен, а второй – который никогда не дарят. И решил, что это второй вариант. Мне предложили практически бесплатно прокатиться на Памир за компанию и по ходу дела добыть барана Марко Поло. Ну и козерога заодно – чтобы «два раза не вставать» (!!!). При этом только я, похоже, чувствовал, что сорвал джек-пот, поскольку до сих пор позволял себе лишь изредка мечтать о подобной охоте! Вообще бараны Марко Поло и козероги с Тянь-Шаня у меня были, а вот памирскими трофеями похвастаться пока не мог. Конечно же выяснилось заодно, что билеты уже куплены и через неделю летим. Если бы мне предложили согласиться на счет «три», даже не знаю, сколько бы я выдержал, но никто отсчитывать до трех не собирался, и я согласился на счет «раз». Друг, пригласивший на охоту, планировал добыть барана Марко Поло, козерога и мархура. Понервничать пришлось еще до вылета. Выехав в аэропорт Шереметьево с большим запасом времени, мы с трудом успели на самолет. Но это нисколько не омрачило настроения. Предвкушение новых приключений в доселе неизведанных местах то и дело рисовало в воображении удачные выстрелы по животным с рекордными трофеями. У-у-х-х-х-х-х-х-х, что-то будет! В эту поездку мы взяли три винтовки: два Blaser R8 в калибрах 7мм и .300 WinMag, а также HS Prcision Pro .338 LM. Ожидая в VIP-зале аэропорта Душанбе оружие, подкрепились сытным пловом и зеленым чаем, потом погрузили свой нехитрый скарб в машины и двинулись в путь. Дорога до места охоты – около 600 километров. Если бы не хорошие машины, то после каменистых, местами очень разбитых трасс поездка показалась бы адской. Однако слоган «Тойота – управляй мечтой» оказался не просто формой речи, а всамделишной реальностью. Дорога тянулась вдоль Пянджа, по границе Таджикистана и Афганистана. Пару раз мы останавливались размяться и сделать фотографии на фоне населенных пунктов. На той стороне реки я видел, как афганцы выпасают скот, моют ковры, дети веселятся и играют. А ведь в не таком уж и далеком прошлом эти места вдоль границы были полны опасности. На подобные мысли натолкнули таджикские пограничные патрули, которые в большом количестве встречались вдоль маршрута нашего следования. В городе Хорог по плану мы должны были переночевать в гостинице. Однако друг предложил двигаться дальше и, не теряя времени, поскорее приступить к охоте. Памятуя о своем киргизском опыте, я все-таки предложил переночевать в гостинице для акклиматизации, на что друг, большую часть дороги проспавший на заднем сидении внедорожника, возразил в том смысле, что мы уже неделю пили диакарб, и теперь нам ничего не страшно. Как говорится, за банкет платит кент, поэтому пьем до дна. Перегрузив вещи и оружие в другую машину, рванули дальше. Друг, все также расположившись на заднем сидении, благополучно заснул, а я принялся расспрашивать водителя о нравах и обычаях памирцев. Много интересного узнал. Преодолели перевал и на подъезде к базовому лагерю в кромешной темноте умудрились заметить стаю из шести волков. Погнались за ними в надежде рассмотреть хищников получше и, если повезет, отправить парочку матерых в царство вечной охоты. Надо сказать, волки были очень большими. Как потом рассказывал один из водителей, таких тут называют «русскими волками». С его слов, местные волки в основном мелкие, а эти, более крупные, приходят из Афганистана. Тогда почему они русские?.. Увлекшись погоней, не заметили яму под снегом и угодили прямиком в этот капкан. Через два часа мытарств высвободились при помощи местных егерей, которые из базового лагеря пришли на свет фар и наблюдали дерзкую погоню за волками. Изрядно подмерзшие мы наконец-то очутились в одном из строений базового лагеря. Нам сразу предложили горячий чай, а чуть позже наваристый мясной суп. За ужином, как водится во всех охотничьих компаниях, зазвучали шутки, смех, байки, всякого рода рассказы. Засиделись за столом и легли спать поздно за полночь, хотя подъем был запланирован на 6 утра. Поднявшись в назначенное время, после водных процедур решил поотжиматься. Для меня это привычное дело. Отжался пять десятков раз, решил не останавливаться на достигнутом и отжался еще столько же. Чувствовал себя очень хорошо, было похоже, что диакарб работает на все 100! Далее были сытный завтрак и выезд на пристрелку. Казалось, что все в порядке… Часа два катались на уазике по угодьям, выискивая подходящих трофейных баранов и козерогов. Численность последних здесь довольно-таки большая, но достойных особей в стадах было мало. Несколько раз попадались небольшие группы, по меркам Киргизии, очень неплохие. Но мы же на Крыше Мира! Естественно, будучи под впечатлением от глянцевых фотографий охотников с их монструозными баранами Марко Поло, мы не хотели идти на компромисс и продолжали фанатично искать самых-самых. Тем более, мои опасения по поводу тяжелых условий охоты не оправдывались. По правде сказать, дышать было тяжело, но минимальные перемещения, заключавшиеся в выходе из уазика и передвижении в пределах пяти метров до подзорной трубы, заставляли наивно полагать, что это самая лайтовая охота, в которой я когда-либо участвовал. Ближе к вечеру первого дня ребята нашли два больших стада айбексов, в одном из которых выделялись три хороших козерога. Один из егерей поинтересовался, кто из нас будет стрелять по черному козерогу, который своей тушей и окрасом здорово превосходил остальных. Я решительно отказался от права первого выстрела, но к чести моего друга, который пригласил меня на эту охоту и знал мое трепетное отношение к этой поездке, он сразу отверг мой отказ и предложил бросить жребий, добавив, что на охоте и в бане генералов нет. Я не первый раз слышу от него это выражение, и мне всегда очень смешно это слышать именно от него. По этическим причинам я умолчу, почему мне смешно всегда слышать данное выражение из уст этого уважаемого человека, но те, кто в теме, поймут. Судорожно начали искать монеты. Я пробовал найти в карманах железные рубли, ребята искали сомони – местную валюту. Победили памирцы. Был подкинут сомони, который лег так, что Фортуна улыбнулась мне. Пришлось спешно собираться. До козерогов было 850 метров. Начали скрадывать их, двигаясь размерено. Сделали небольшой полукруг, в результате чего удалось под прикрытием камней сократить дистанцию до 482 метров. Занял позицию для стрельбы и попытался унять волнение. Дышать было очень тяжело, и, если в горах Кавказа дыхание успокаивалось в разы быстрее, здесь потребовалось много времени. Долго рассматривал козерога в оптический прицел, и с каждой минутой росла уверенность в том, что держу в перекрестье оптического прицела лучшего козерога из этого стада. Обернулся на проводников. Все были сосредоточены и ждали выстрела. Оглянулся вокруг и испытал ощущение, будто оказался на другой планете. Никакой растительности, только холодные камни! И… начинала давать о себе знать гипоксия. Все было как во сне… А моя цель на дистанции 482 метра тем временем вдруг начала волноваться, каким-то звериным чутьем почувствовав неладное. Старший егерь быстро сказал, что козерог встревожен, нельзя медлить с выстрелом. Я глубоко вдохнул-выдохнул, вдохнул-выдохнул и плавно потянул спусковой крючок. Привычный толчок приклада в плечо оповестил о том, что пуля «Бергер» покинула ствол Blaser’a. Через пару секунд я восстановил картинку в прицеле, заранее передернув затвор, чтобы добавить, если потребуется. Но точно посланная пуля сделала свое дело. И я понял, что стал счастливым обладателем памирского козерога! На следующий день все повторилось. Утром – подъем, отжимания, завтрак, биноклевание, и уже к 11 часам мы нашли очень хороших баранов. Подкинутая монетка решила в этот раз, что я буду немым зрителем охоты моего друга. Еще во время сборов у машины местный парень сказал, что будет тяжело и предложил не брать рюкзак и оружие самому, а передать сопровождающим. Я наотрез отказался, пошутив в том смысле, что не из больницы сюда пришел. На что получил не менее остроумный ответ: главное, чтобы отсюда в больницу не попал. Это было сказано с улыбкой в дружелюбной манере. Итак, до баранов было километра два. Двигались мы не спеша, выбирая лучшую позицию для скрадывания животных. Метров через 300 на высоте 4700 м мне вдруг сделалось как-то не по себе. Решил, что виной всему тугие лямки рюкзака. Но вскоре стали появляться мысли отдать рюкзак и ружье сопровождающим. Еще метров через 200-300 я очень сильно побледнел, о чем с тревогой заговорили спутники. У меня возникло ощущение, будто грудь придавило здоровенным бревном, а я не могу его скинуть. Скоро у меня забрали все вещи, а по совету друга, я лег на спину. Боль стала невыносимой. Ощущение такое, словно острый кинжал проколол грудь с левого бока до правого плеча. Перевалился на правый бок, стало чуть легче дышать. Старался вдохнуть побольше воздуха, однако при температуре -18ᴼС и сильном ветре, начал быстро замерзать. Появилась невралгия. В этот момент, как несложно понять, я уже ничего не хотел – только бы побыстрее вернуться туда, где получится дышать. Сопровождавшие настаивали, чтобы я возвращался к машине. От помощи я отказался, чтобы не портить охоту другу. Как я прошел эти пятьсот-шестьсот метров до машины – отдельная история. Скажу, что последние пятьдесят метров полз на четвереньках, включив полный привод, пока водитель не заметил меня и не помог. В базовом лагере мне помогли раздеться. Сил просто не было даже шнурки развязать. Впервые в жизни, будучи физически крепким и развитым мужиком, я понял, что такое немощность в соматическом понимании этого слова. Через час появился какой-то малый, сказав, что он чабан-врач. Сделал мне укол и дал две таблетки валидола. Легче не становилось, чувствовал головную боль, дичайшую слабость, а дыхание становилось все реже и затруднительней. Врач в срочном порядке потребовал госпитализации. Меня усадили в автомобиль и повезли в Хорог, в больницу Ага-хана IV, которая находилась более чем в двухстах километрах от базового лагеря. Там констатировали отек легких, но оперативные и профессиональные меры врачей спасли мне жизнь. Так закончилось моя охота на Памире, лишний раз подтвердив аксиому: Памир ошибок не прощает! Как, кстати сказать, и другие горы. Я не добыл своего памирского барана Марко Поло. Так что… есть повод вернуться! Но в следующий раз я буду готовиться к покорению Памира более ответственно и основательно, не пренебрегая акклиматизацией и заранее доводя физическую форму до нужной кондиции. А за друга искренне рад – он осуществил свою мечту!
13.07.2021
Антон Глушанин

Антон Глушанин

Что заставляет современного жителя мегаполиса ходить на охоту? И на горную охоту в частности? Каковы причины, чтобы, жертвуя зачастую совместным отдыхом с семьей где-нибудь под пальмой, ехать/лететь в другие регионы/страны для встречи с горами? Зачем, обливаясь потом, шагать вверх с каждым шагом чувствуя накапливающуюся усталость? Шагать и считать про себя: «Двадцать пять, двадцать шесть...», договариваясь с самим собой: «Сто шагов сделаю и передохну». Ноги предательски дрожат, ботинки скользят по заледеневшей траве под снегом. Слышны только толчки крови в ушах и скрип снега в такт шагам: «хрусть, хрусть, хрусть»... Рюкзак с каждым вертикальным метром все сильнее тянет вниз, карабин впивается в плечо трехточечным ремнем. Зачем вставать до рассвета и выходить в ледяную темному чуть подкрашенную лучами восходящего солнца? Возвращаться далеко после захода солнца в холодную палатку и питаться в течении дня «Сникерсами»? Зачем измываться физически над своим телом, которое и так не очень хорошо себя чувствует в условиях высокогорья? Человеку далекому от горных охот тяжело понять причины и мотивационную составляющую данных действий, а настоящему горному Охотнику и пояснения никакие не нужны. В четвертый раз В Дагестан я поехал в четвертый раз. Мне очень нравится эта кавказская республика, открытые и полные достоинства люди, ее населяющие, вкуснейшая национальная кухня и конечно же великолепная природа! Цель всех моих поездок была одна – трофей дагестанского тура. И не сказать, что предыдущие поездки были неудачными. Все было: и отличная компания, и настоящая горная охота, и удовольствие от поездок. Но вот с хорошим трофеем не везло – не удавалось добыть то, что хотелось. Причем, каждую поездку я закрывал лицензию в последний день молодым туром «на мясо». Мои спутники добывали неплохие трофеи, а я каждый раз искал Его – большого старого самца. И вместо того, чтобы давно закрыть вопрос с десятилетним самцом дагестанского тура, я искал и выбирал. Мечтал именно о большом. В этом году было решено поехать к уже широко известному организатору охот в Ахтынском районе Дагестана – Эльсону Махмудову. Очень хотел отправиться со спутницей моей жизни Асей, с которой мы в октябре удачно посетили Горный Алтай. Но за две недели до вылета она повредила спину, занимаясь спортом. О поездке не могло быть и речи: она еле передвигалась по равнине. Я пригласил на охоту своего хорошего товарища Дмитрия. Он оказался очень легким на подъем и за неделю до даты вылета легко согласился на совместную поездку. В связи с ухудшающейся эпидемиологической ситуацией по COVID-19, Дмитрий предложил ехать на авто, благодаря чему исключались контакты с социумом в аэропортах. Сначала мне эта идея показалась, мягко скажем, странной – 3000 км в одну сторону. Но, чем больше обдумывал перспективу автомобильной поездки, тем больше она нравилась. В обозначенное время мы вдвоем выдвинулись в сторону Северного Кавказа из СПб. До Махачкалы долетели на одном дыхании. Средняя скорость получилась 95 км/час. Ехали в основном по платным участкам. В целом дорога хорошая, но в Калмыкии, в районе Элисты зачем-то в степи понаделали бесчисленное множество опасных поворотов. Почему в степи, где нет необходимости объезжать горы, реки и озера, запроектировали такую кривую дорогу?! Камеры в Калмыкии, кстати, стоят без опознавательных знаков. В Дагестане сходили в местный ресторан национальной кухни, посмотрели Каспий, переночевали в Махачкале, а на утро встретились с Эльсоном и на двух машинах поехали в село Хнов. Вечером по прибытии проверили оружие – я попал точно в десятку на 200 метров (на это расстояние пристрелян карабин). В селе высота над уровнем моря составляет 1700 метров. Утром на конях выдвинулись в горы. В компании кроме нас с Дмитрием были Эльсон и два проводника: Заур и Рамазан. Пять километров проехали по живописной горной дороге, а потом 7 километров вверх по горам. До базового лагеря, который представлял из себя каркасный утепленный дом, добрались в 12.30. Высота над уровнем моря – 2800 метров. Перекусили. Эльсон предложил остаться в этот день в лагере и наслаждаться природой, а он с Рамазаном пойдет на разведку. Я решил пойти с ними, поскольку сил сидеть в лагере не было никаких. Очень хотелось посмотреть местность и, возможно, объект охоты. Попытка номер «раз» Начали подъем по хребтам, внимательно наблюдая за открывающимися склонами. Буквально, через час увидели первое стадо туров голов на 40 в трестах метрах. Среди них был один самец побольше остальных. Эльсон предложил стрелять. – Эльсон, я сразу обозначу цель и задачу. Мне нужен большой трофей. Я не буду стрелять маленьких и средних, лучше уеду без трофея. Извини за прямоту. Пошли дальше вверх. После непродолжительного подъема на противоположной стороне открывшегося цирка увидели стадо голов в сто! Расстояние было километра 2,5, но и на этой дистанции в десятикратный бинокль было видно, что два тура в стаде выгодно отличаются размерами рогов. – Успеем сегодня к ним подойти до темноты? – Антон, давай сделаем так: ты посмотришь на этих туров внимательно через оптический прицел, и, если размер трофея тебя удовлетворит, попытаемся успеть сегодня. Если нет, подойдем завтра, – отвел Эльсон. Я разложил карабин, поставил максимальную кратность на оптике и улегся на мерзлую землю для наблюдений. Для себя перед поездкой четко обозначил критерии минимального трофея, по которому буду стрелять: рога делают почти полный круг и оба рога закручиваются концами вверх. Два видимых тура в этом стаде имели именно такие рога. – Идем! – Должны за два часа успеть, – кивнул Эльсон. Пошли быстро, потому как день давно перевалил за середину, а темнеет в 17.00. Времени было в обрез. Путь все время лежал вверх. Под подошвами ботинок то хрустел снег, то сминалась осенняя жухлая трава, то шуршала «сыпуха», подло скатываясь вниз. На очередном довольно крутом подъеме по сыпухе, почувствовал, что действительно устал. Присел отдохнуть и вспомнил, что в кармане лежат «Сникерсы». Съели по одному батончику, и силы снова вернулись! Быстрые углеводы – отличный источник энергии в горах! Последние несколько сот метров передвигались на полусогнутых ногах бегом, потому как часть пути скрытно (вне обзора животных) пройти было невозможно. Посмотрел на высотометр – 3700. Получается, что за сегодня поднялся на 2000 вертикальных метров. Подошли к ничего не подозревающему, лежащему на склоне стаду сверху. Единственное место, откуда можно было подкрасться ближе – кусок скалы возле гребня. Начал потихоньку к нему подходить и тут увидел, что на хребет, на котором мы стояли, вышли два очень неплохих старых тура. Они наверняка нас видели, но несмотря на это, спокойно паслись на самом гребне. Рядом со мной оказалась отличная ровная площадка. Поставил карабин на сошки, лег и посмотрел на зверей получше. У обоих были замечательные рога! Дистанция – 608 метров, угол практически нулевой. Для моего уровня стрелковой подготовки вполне себе рабочее расстояние. Можно было стрелять как на стрельбище. Но человек всегда ищет лучшего, и я решил посмотреть на тех двух туров, которые были в стаде. Выглянул из-за скалки. Дальномер показа расстояние до ближайшего большого – 386 метров. Но угол! Вниз под большим углом не люблю стрелять. Почему-то не идет она у меня – несколько раз уже обидно промахивался. – Как думаете: какие туры больше – те, что на гребне, или внизу? – спросил у проводников. – И те, и эти хороши. Надо определяться и стрелять, через 15 минут будет темно, – ответил Эльсон. Уже не помню, какие мысли пронеслись у меня в голове в этот момент. Начал устраивать карабин, чтобы стрелять по нижним. Сошки даже в почти горизонтальном положении мешали. Убрал сошки, положил карабин прямо на скалу. И ведь знал, что это отрицательно скажется на стрельбе – совсем другой «подскок» и прочее! Видел прекрасно, что карабин «завален» на сторону, но по-другому его было не положить. Прицелился в большого тура – он был гораздо темнее остальных и в сумерках казался абсолютно черным. Еще раз убедился, что рога его соответствуют моим критериям – концы сведены друг к другу и загнуты наверх, и нажал на спусковой крючок. Результат такой безалаберной стрельбы не заставил себя ждать – все туры побежали вниз по склону. Рамазан сказал, что пуля пришла выше. Я ее попадания не видел – уж очень неудобная была поза при стрельбе, и «картинка ушла» в момент выстрела. Конечно же расстроился. Даже очень. Такая смешная дистанция для меня, и такой обидный промах. Сам виноват – как подготовился (выставил винтовку), такой результат и получил. Что повлияло? Может быть, усталость, может быть, некая торопливость... Сейчас понимаю, что надо было стрелять по тем двум, которые стояли на гребне. Не смотря на дистанцию, их стрелять было гораздо проще. Эх! Чем думал?! Кстати, Рамазан с Эльсоном, видя мое состояние, стали подбадривать: – Ерунда, бывает, завтра найдем других. Еще только первый день! Спасибо им за это. Мне перед ними было неудобно: столько сил ушло на этот быстрый подъем, а я в последний момент подвел. Отправились вниз, в лагерь. Почти всю обратную дорогу шли в темноте. А в лагере нас ждал замечательный ужин – Заур приготовил отличный суп! Попытка №2 Утром встали и затемно все вместе выдвинулись вверх по уже знакомому маршруту. Только поднявшись на гребень, начали замечать небольшие группы туров на противоположных склонах. Организаторы предлагали попробовать подойти на выстрел, но я отказывался – не было достойных экземпляров. Дошли до стада с туром, которого я вчера отказался стрелять. Дмитрий посмотрел на него в бинокль и выразил желание его добыть. Заур подобрал хорошее, ровное место для выстрела. Туры были ниже по склону на расстоянии 250 метров. Мы втроем подползли к краю хребта. Я установил карабин, настроил сошки так, чтобы не было завала, отстроил параллакс, поставил удобно винтовку. Дмитрий лег, прицелился и нажал на спусковой крючок. Тур дернулся и побежал. Я посоветовал добавить. Но второй выстрел не достиг цели. Через 30 метров пробежки тур остановился и завалился на бок. Мы поздравили Дмитрия с его первым горным трофеем! Рамазан и Дмитрий остались делать фотосессию и разделывать трофей, а Заур, Эльсон и я продолжили путь. Поднялись на гребень цирка, где вчера я стрелял. Практически в том же месте, что и прошлым вечером, расположилось довольно большое стадо туров голов в 150. Среди них были и те два старика. Начали подъем вверх уже знакомым по предыдущему дню маршрутом. Когда до туров оставалось чуть меньше километра, стало понятно, что незамеченными, как вчера, подойти к стаду будет трудно. Их было много, и занимало стадо почти весь склон – сверху до низу. 150 пар глаз следили за окрестностями. Часть пути, где не было возможности укрыться за рельефом, мы преодолевали бегом на корточках. Как бы смешно и странно это ни звучало. Добрались до гребня, с которого вчера стрелял. С противоположной стороны гребня, слева снизу, почти в долине, стояли два огромных старых тура. Они были только вдвоем и то паслись, то ложились в снег. – Сможем к ним подойти? – спросил я. – Точно – нет. Склон северный. Без кошек даже пытаться не стоит. Поедешь по насту – остановишься во-он там, внизу, у реки. Весной сможем тебя оттуда забрать. Я внимательно осмотрел склон, внизу которого стояли эти два прекрасных рогача: снег покрывал его весь, ветер набил толстый слой наста, угол наклона на всем протяжении был очень крутой. Но эти два красавца так и манили! Мы сидели в снегу и думали: как подойти к стаду? На правую сторону склона выходить было нельзя – нас сразу заметили бы, по гребню нельзя по той же причине. Левая сторона была крутая, покрытая метровым слоем ярко-белого снега. При этом Эльсон и Заур сказали, что под снегом много камней, которые сейчас все во льду, и идти по ним опасно. Как я пожалел, что не взял с собой кошки! Оставался единственный возможный вариант – и я настаивал на нем – идти по левому северному склону. Принимающая сторона была против – опасались за мою безопасность. У ребят были с собой палки с крючками на конце, которыми они ловко цеплялись за склон при перемещении, а в мои карбоновые палочки парни не верили. Удалось убедить их, что справлюсь. Начали осторожный подход по склону. Заур все время шел ниже меня – страховал на случай, если меня понесет вниз. Метров 100 удалось пройти с прямой спиной, потом пришлось сесть в снег и передвигаться буквально на пятой точке. Первым полз Эльсон, дальше – я, замыкал Заур. Мы толкали перед собой огромный сугроб, у парней тут же промокла одежда. Таким полуползком пришлось передвигаться метров 200. Когда аккуратно выглянули из-за гребня, до ближайших туров было 250 метров. Эльсон предложил стрелять неплохого самца в ближней группе. Я отказался – дальше и выше лежал тур гораздо больше предложенного. – Что мне с тобой делать? – сказал со вздохом Эльсон. Продолжили движение в сугробах. Еще через 50 метров барахтанья в снегу стало понятно, что ближе подползти незамеченными не представляется возможным – туры нас «срисуют». Я стал внимательно изучать стадо в бинокль. Верхнего большого, лежащего на склоне, закрывали складки местности. Стрелять совсем неудобно. Внизу, в одной из групп увидел хороший трофей. Судя по всему, это был тот второй крупный, которого мы видели изначально. Решил стрелять по нему. Расстояние – 356 метров, угол – минус 20-25 градусов (точно не помню). Поскольку мы лежали в глубоком снегу, сошки пришлось выдвинуть полностью – так, чтобы они доставали до обледенелой под снегом земли. Несколько раз проверил все расчеты по калькулятору, лег в позицию, насколько позволяла местность, и посмотрел на трофей в оптику. Животные кормились и все время перемещались. Большой тур был закрыт телами своих спутников. Я лежал на изготовке, дожидаясь пока появится возможность стрелять, а в голову лезли разные сомнения: «Вчера прилетело выше. Почему? Может, из-за высоты давление ниже, и калькулятор ошибается? Может, надо взять ниже точки прицеливания, чтобы нивелировать эту ошибку? Возьму чуть ниже». В какой-то момент бык отошел чуть в сторону от группы, и открылась его левая лопатка. Я навел перекрестье чуть выше колена и нажал на спусковой крючок. Раздался звук выстрела, и туры побежали. Сколько же их тут много! Где же «мой» среди этого потока коричневых спин?! Я пытался определить того, по которому был произведен выстрел. Когда испуганное стадо отбежало метров на 500, я его увидел. Эльсон с Зауром сказали, что он хромает на правую переднюю ногу. Туры отбежали на 700-800 метров и встали в долине. Я нашел «своего» и стал за ним наблюдать. Действительно, тур хромал на правую ногу, но я-то стрелял в левую! Через несколько минут тур стал… кормиться. Это означало, что я не попал. ОПЯТЬ! С одной стороны – хорошо, что не сделал подранка, а с другой... На меня накатила апатия. Ребята промокли во время нашего горизонтального подхода и замерзли. Предложили попить чаю и возвращаться в лагерь. Мне было все равно. Я был подавлен. Как же так? Что со мной случилось? Почему такие обидные промахи? Третья, она же финальная Карабин поставил на сошки на гребне и пошел кипятить воду для чая. Попили чайку, помолчали. Я собрал Alpen Pod и пошел за карабином. Не доходя до оружия метров 10, поднял голову и на прилегающем слева гребне увидел выглядывающую голову тура с огромными, мощными рогами! Я сразу упал на спину и ползком подобрался к оружию. Измерил дистанцию – 424 метра. Это один из тех двух старых туров, которые паслись внизу северного склона, пришел на гребень к нам. Почему через 15 минут после выстрела он решил подняться? Что его заставило? Я не знаю. Провидение? – Долби отсюда, – громким шепотом сказал Эльсон. Мне позиция не нравилась совсем: в месте, где стоял карабин, было много снега на уходящем вниз склоне. Я осмотрелся и увидел дальше по гребню отличную площадку: ровную, без снега. Схватил карабин и на полусогнутых «нырнул» с гребня в правую сторону так, чтобы для глаз тура оставаться незаметным. Я прекрасно понимал, что животное нас видит и в любой момент может сделать шаг назад, скрывшись за скалами. Но решил рискнуть. Пробежав за гребнем метров 20, выполз на намеченную позицию. Тур стоял на гребне. Видны были только его огромные рога и грудь. Сомнений в трофейности экземпляра не было никаких! Расстояние 391 метр, угол практически нулевой. Я накрутил барабаны, прицелился в основание шеи и выстрелил. В оптику увидел попадание четко по месту, и кувырок назад, который сделал зверь после. Как передать эмоции, которые вспыхнули у меня внутри? Столько поездок, километров преодоленного пути, литров пота, неудач – все вспомнилось и вырвалось из груди победным кличем. Горы безмолвствовали, а я был готов прыгать от счастья и осознания выполненной цели. Ребята подошли с улыбками на лицах, стали поздравлять и на эмоциях обниматься. Это ли не жизнь! Я им очень благодарен за возможность взять этот трофей! Одно в этот момент напрягало – насколько далеко скатился тур? Пошли смотреть, надеясь, что он зацепился за полку, на которой стоял. Чуда не произошло – тело скатилось в полсклона по крутой мелкой сыпухе. Дошли до поверженного зверя, сделали фотосессию и разделали трофей. В связи с тем, что мощная туша все время норовила скатиться вниз, это было не просто. Следующий день был посвящен выносу мяса и спуску в село. Все прошло без приключений. Переночевали у Эльсона в доме, погрузились в авто и рванули в СПб. По уже знакомой дороге поездка прошла в штатном режиме, если не брать в расчет тот факт, что на полутора тысячах километров обратного пути попали в настоящую зиму с морозом, обильным снегом и льдом на дороге. Могу смело утверждать, что в Дагестане появился отличный организатор охот! Все на высшем уровне: еда, лошади, проводники, отношение к клиенту, наличие зверя в угодьях, понимание принципов трофейной охоты. Придраться не к чему! Эльсон, спасибо Тебе большое за охоту! Отдельная благодарность Зауру и Рамазану! Парни отработали на отлично. Надеюсь, что охотничья судьба сведет нас не раз на пути! О бренном: длина левого рога 103 см, правого – 101 см, база 36 см, 13 лет. Оружие – Blaser R93, калибр .300WinMag, пуля Hornady ELD-M 225 gr.
11.07.2021
Антон Глушанин
Раз, два, три…

Раз, два, три…

Заметил, что многие охотники предпочитают иметь дело не с турфирмами-посредниками, а с аутфиттерами, по-нашему – охотпользователями. Поэтому, когда несколько лет назад на Камчатке были выставлены на торги угодья на севере полуострова, на границе с Чукотским автономным округом, я решил поучаствовать. Цена была относительно небольшой в виду того, что логистика очень сложная, и в конце концов на ближайшие 49 лет стал охотпользователем угодий площадью 700 тысяч гектаров. Вообще, когда я взял эти угодья, то начал считать. Правильно делать наоборот – сначала считать, а потом действовать. Но у меня просто не было времени считать – как в анекдоте: некогда думать, трясти надо. А дальше – дальше, как уже в другом анекдоте, видимо, просто повезло – прошедший сезон показал, что все было сделано правильно. Угодья представляют собой местность с разнообразным рельефом – тут есть и горы, хотя не такие высокие и скалистые, как в центральной Камчатке. Они довольно пологие, скорее сопки. Есть здесь долины, где водится лось. Но на севере Камчатского края охота на лося запрещена. Поэтому весь расчет на снежных баранов и в меньшей степени на медведей, поскольку на севере региона медведь заметно уступает в размерах тем, что встречаются в центре и на юге, да и численность их невелика. То есть медведя в этих угодьях целесообразно рассматривать только как попутный трофей, поскольку добираться сюда – серьезная проблема. Не знаю, к сожалению или к радости. Почему к радости? Потому что охраной угодий в этих местах заниматься было бы сложно – здесь отсутствуют поселения и набрать местных сотрудников невозможно, но как раз отсутствие местного населения и труднодоступность угодий для неместного населения решает проблему с охраной – она попросту не нужна. А вот по поводу того, как добраться сюда с охотником-клиентом, у меня были кое-какие мысли. Понятно, что камчатские охотпользователи в силу того, что проживают на полуострове, используют одну и ту же проверенную временем схему для доставки клиентов на север: сначала самолетом летят до поселка Тиличики, там арендуют большой вертолет и на нем отправляются в угодья. Мне же предстояло летать туда из Москвы. Изучив альтернативные варианты, пришел к заключению, что удобнее будет добираться до места через Анадырь. А из него уже вертолетом. Охотничий сезон в этом году начался в конце июля. И, соответственно, мы с одним из членов КГО, Сергеем Разживиным, в самом конце июля вылетели из Москвы в Анадырь. Здесь нас, согласно предварительной договоренности, встретил на машине местный охотник Ильдар, привез в какой-то гаражный кооператив, где можно было бы переодеться в камуфляж. К моему удивлению оказалось, что гараж, в котором предстояло оставить цивильную одежду, отделан так, что хоть ночуй в нем. Нам ночевать не требовалось, быстро переоделись, и на той же машине нас доставили в аэропорт, где уже ждал вертолет. Нужно понимать, что вертолет – дорогое удовольствие и, чтобы максимально уменьшить транспортные расходы, я принял решение проводить охоты в этих местах по принципу разумного минимализма. Путем проб и ошибок нашел оптимальную формулу для охотника, который не боится оказаться лицом к лицу с дикой природой. Во-первых, доставка до места осуществляется вертолетом «Робинсон» – это самый дешевый вариант. Машина рассчитана на трех пассажиров, так что летим мы только вдвоем с охотником – никаких поваров, работников лагеря, егерей-проводников в данном случае нет. Соответственно, все их функции я беру на себя. Третье пассажирское место – под снаряжение. Постольку поскольку мы прибываем на место в вертолете, нет смысла садиться в долине, чтобы потом тратить время на подъем в горы. Сразу высаживаемся на хребте и происходит это обычно во второй половине дня, к вечеру. Территорию я успел изучить заранее – полетал там в позапрошлом и прошлом годах, посмотрел и знаю, где следует искать баранов. Все-таки 700 тысяч га – это 70 на 100 километров, и нужно хорошо представлять, где и что тут можно найти. Высадка наша оказалась не самой удачной. Подкачала погода – в день вылета была низкая облачность, и мы не смогли сесть там, где планировали. Летчики предлагали подождать день-другой, но я знаю, что на Камчатке день-другой легко может обернуться неделей-другой. Поэтому полетели, не дожидаясь. А правы оказались летчики. Самые высокие горы были окутаны тучами, постоянно моросил противный дождик. Пришлось высаживаться ниже, там, где смог сесть, а точнее – присесть, не выключая двигателя – вертолет. Посбрасывали снаряжение на землю, помахали рукой вертолетчикам. Как только они улетели, мы установили две односпальные палатки, ставшие нашим лагерем на ближайшие два дня. Единственное преимущество этого места состояло в том, что рядом были ручьи. На вершинах ручьев нет, и спускаться к ним – это метров 700-800 – не самое большое удовольствие. Поэтому я беру с собой 15 литров воды в пластиковых бутылках, и этого количества обычно хватает на все время охоты – она занимает от одного до трех дней, как правило. Побросали в палатки снаряжение, взяли все самое необходимое и сразу же ушли на весь остаток дня, сделав довольно большой крюк по горам. Обычно я передвигаюсь по гребням – это экономит силы, не нужно вверх-вниз бегать. Ну и с гребня хороший обзор. Хорошо видны следы жизнедеятельности животных на соседних склонах. Опытный человек, осмотрев место, где в данный момент не видно животных, всегда сможет составить представление об их наличии, если заметит следы – тропинки, натоптанные животными, лежки и так далее. По ним поймет, насколько здесь активна жизнедеятельность интересующего его зверя. Ни в первый день, ни во второй мы не видели даже самок с ягнятами. Следы были, но такие, что не оставляли сомнений – в это время баранов нужно искать выше. На глаза нам попались несколько медведей на достаточно большом расстоянии, но они нас совсем не интересовали. Через два дня погода улучшилась, и потому был вызван по спутниковому телефону вертолет. В последнее время я использую «Иридиумы», в которых есть функция навигации. Отправляешь летчику точку, и он забирает тебя там, где ты находишься. Разумеется, нужно подобрать подходящее место, поскольку не везде даже «Робинсон» может сесть. Новое место, куда высадились, было значительно выше и, соответственно, лучше в плане охоты. Еще на подлете заметили стадо самок с молодняком. Когда вертолет «присел» на гребне, животные отбежали, но как только он улетел, они успокоились и продолжили спокойно пастись. Этот факт более чем доходчиво указывал на то, что территория дикая, животные здесь не знакомы с человеком. Просто в прошлом году я успел поохотиться в Тыве и видел, как самки козерогов с козлятами рванули прочь, едва заслышав где-то вдали шум вертолета, которого еще и видно-то не было. Мы опять разбили лагерь – поставили палатки, посмотрели на спокойно пасущееся стадо и пошли искать трофейных рогачей. Передвигались все время по гребню, периодически останавливаясь, чтобы побиноклевать. Прошли, наверное, километра четыре, не больше и увидели рогачей. Приблизились к ним метров на триста уже в сумерках. Два самца были очень неплохими. Сергей решил стрелять. Установил свой карабин калибра .338 LM, и после выстрела один из рогачей сразу же упал. Второй бросился вниз. Должен сказать, что Сергей и стреляет хорошо, и ходит по горам очень хорошо, что, вообще говоря, редкость. Одну лицензию я заранее решил потратить на себя и, когда увидел, как баран помчался, побежал со своим Блазером .300 WinMag за ним в надежде, что зверь остановится осмотреться. Так и произошло. Баран остановился, а я упал грудью на землю и приготовился стрелять. До него было 360 метров, и он находился значительно ниже меня. Я пользуюсь сравнительно недорогим винчестверовским патроном с биметаллической гильзой и пулей Баллистик Сильвертип. Все данные патрона с сайта компании «Винчестер» забил в баллистический калькулятор «Лейка», и на 500 метров стреляю достаточно уверенно. Баран постоял немного и двинулся вниз. Первым выстрелом попал ему по корпусу, а вторым добрал уже остановившегося. Между добычей одного и второго баранов прошло не больше десяти минут. Разумеется, первым делом сфотографировались с трофеями. Потом принялись за разделку. Когда закончили, уже стемнело. Идти предстояло еще прилично до палаток, так что мы взяли один трофей и часть мяса, чтобы за вторым вернуться на следующий день. Погода благоприятствовала, и на следующий день был вызван вертолет. Все утро занимались тем, что таскали к посадочной площадке то, что не удалось забрать вчера. Во второй половине дня распрощались с угодьями, подарившими нам обоим по трофею. Высадились на базе у друзей, километрах в 300 от Анадыря. На самом деле есть возможность использовать две базы – одна в виде загородного домика со всеми удобствами и баней, где мы и оказались. Другая – квартира в поселке Марково. И в зависимости от ситуации, можно остановиться там или там – переночевать, дождаться погоды и так далее. На базе первым делом отправили мясо в морозильник, а наутро я занялся первичной обработкой трофеев – аккуратным снятием и засолкой шкур для кейпа, вываркой черепов. Дня два мы ждали, когда ветер разгонит тучи, и как только позволила погода, тот же «Робинсон» перебросил нас в Чукотский автономный округ. На этот раз обошлось без приключений, вылетели рано и сразу сели в хорошем месте. То есть на господствующей высоте, на гребне, от которого расходилось несколько других гребней, благодаря чему у нас была возможность без особых хлопот осмотреть большую территорию. Сразу поставили палатки и сложили в них базовое снаряжение. Было как раз обеденное время, а бараны в такие часы не пасутся. Я предложил спокойно пообедать, а потом идти. В горы я обязательно беру газовую горелку и сублимированные продукты. Не могу на верхотуре без горячего. Обычно покупаю «Ролтон», только не наши «бич-пакеты», а хороший, европейского качества. Aptonia очень нравится – меня «подсадил» на нее Кажым Джумалиев. Спокойно пообедали, проверили оружие и отправились на поиски. Баранов видели немало – больше трех десятков, хотя на трофейных не везло поначалу. Двигались мы по гребню и прошли, наверное, не больше двух километров, как вдруг справа, метрах в семистах увидели трех баранов примерно одного трофейного качества, один из которых немного все-таки выделялся в лучшую сторону. Звери были явно постарше тех, что попадались до сих пор. Сергей решил стрелять. Он готов был сделать выстрел на эти самые 700 метров, но поскольку имелась возможность подойти ближе, я его отговорил. Мы спустились с хребта влево и двинулись под прикрытием гребня вперед так, чтобы подняться снова на хребет и оказаться как раз над баранами. Идти было в общем-то недалеко, но когда выглянули из-за хребта, оказалось, что мы то ли ошиблись в расстояниях, то ли бараны немного отошли. До них было примерно двести метров. Сергей посмотрел и сказал, что даже кликать оптикой не будет. Он выстрелил, зверь сразу упал. И не успел я его поздравить, как вдруг замечаю, что метрах в трехстах от нас срывается группа баранов с просто превосходными рогами!.. А что делать?! Стрелять еще одного – дорого слишком. Если у меня были лицензии на свои угодья, то здесь – увы. Как же он переживал! Дальше была фотосессия, разделка барана… Ночью мы посидели на вершине горы, у костра, наговорились вдоволь. Это вообще здорово посидеть ночью в хорошую погоду на вершине такой горы, вокруг которой на сотни километров нет ни одного человека. А самое главное, наверно, то, что с Сергеем было очень комфортно общаться – такое бывает не часто. Нет, не зря я участвовал в торгах…
22.03.2021
Призы "Бараны мира", "Козлы мира"

Новые призы КГО

Уважаемые члены клуба, рады сообщить Вам, что Клубом утверждены новые призы в номинациях Клубных наград: Козлы мира (подробное описание) и Бараны мира (подробное описание)Заказать изготовление приза может член Клуба, достигший уровня Козлы мира (или Бараны мира), т.е. добывший 12 горных козлов (или баранов) из рейтинговых списков Клуба. При достижении следующих уровней данных призов (Супер 20, Супер 30 и т.д.) - можно заказать дополнительные бронзовые шильды и разместить их на трехярусном мраморном основании приза. Призы изготавливаются на заказ, имя номинанта гравируется автором на призе.Получить более информацию и направить заявку на изготовление призов можно по электронной почте администрации Клуба:kgo.alexander@gmail.comkgo.irina@gmail.comВ ближайшее время информация о новых призах появится в разделе Награды и в ваших личных кабинетах.
05.10.2020
КГО
Российский кубок горного охотника

Российский кубок горного охотника

Учрежден главный приза Клуба: российский кубок горного охотника (Russian Mountain Hunting Award)Форма кубка выбрана не случайно, он имеет традиционно русскую форму ковша, что было характерно для работ мастеров российской школы ювелиров XIX-начала ХХ вв., поставщиков Императорского Двора Хлебникова, Овчинникова. Ковш, как посольский или императорский подарок, восходит к традициям русской братины. Бронзовая композиция Российского кубка горного охотника создана скульптором Владиславом Масловым из Санкт-Петербурга.Положение о Призах Клуба горных охотников
14.12.2015
КГО