Войти | Регистрация

Авторизация пользователя

  • Охота в Пакистане

    Охота в Пакистане

  • Российский кубок горного охотника

    Российский кубок горного охотника

  • Призы "Бараны мира", "Козлы мира"

    Новые призы КГО

  • Раз, два, три…

    Раз, два, три…

  • Охота в Пакистане Алексей Павлов, «Профи Хант»
  • Российский кубок горного охотника КГО
  • Новые призы КГО КГО
  • Раз, два, три…

Articles

Горные системы Гиссаро-Алай и Памир в границах Республики Таджикистан

Формы сибирского горного козла в Республике Таджикистан

В Республике Таджикистан ареал сибирского горного козла охватывает две горные системы: Гиссаро-Алай и Памир (рис. 1). Географически они разделены между собой Алайской долиной и протекающей по ней реке Вахш и ее верхними притоками – реками Сурхоб и Кызыл-Суу. Горная система Гиссаро-Алай состоит из четырех крупных хребтов. Западную и среднюю часть образуют Туркестанский, Гиссарский и Зеравшанский хребты и их отроги; восточную часть составляет Алайский хребет. Памир включает множество крупных и средних горных хребтов, чаще всего имеющих меридиональное направление. В северной части горной системы Памира расположены хребты Петра Первого и Заалайский, восточная граница простирается до гор Кунь-Лунь, южная часть ограничена горным хребтом Гиндукуш, а на западе условной границей Памира принято считать реку Пяндж. Необходимо отметить, что на территории Памирского нагорья отсутствуют значительные географические образования (равнины, крупные реки), которые способны препятствовать перемещению козерогов. Большая часть рек течет с востока на запад. Примерно в таком же направлении расположено и большинство хребтов, входящих в состав горной системы. Следовательно, с географической точки зрения, нет обоснованных предпосылок делить ареал обитающего на Памире козерога на разные формы. Тем не менее, горные козлы, обитающие на Гиссаро-Алае и на Памире, имеют достаточно четко выраженные морфологические отличия. Изучение и сопоставление значительного объема полевого материала, собранного в ходе проведения трофейных охот и наблюдения за животными в природе, позволяет сделать вывод, что горную систему Гиссаро-Алая населяет среднеазиатский подвид сибирского козерога (Capra sibirica alaiana), а в горах Памира обитает гималайский подвид (Capra sibirica sakeen). Указанные подвиды сибирского козерога на территории Республики Таджикистан имеют значительные морфологические отличия, которые особенно хорошо выражены у взрослых самцов. Так, взрослые самцы гималайского козерога характеризуются темно-бурой, иногда почти черной окраской верхней части тела. Хвост от темно-коричневого до почти черного цвета, вокруг корня хвоста имеется небольшое зеркало из светлых волос. Борода коричнево-бурая длиной 10-15 см. У старых самцов (10 и более лет) имеются своеобразные бакенбарды, которые соединяются с бородой. Начиная с 4-х лет у данного подвида козерога появляется на спине белое пятно, так называемое «седло», которое увеличивается по мере старения животного и резко контрастируют с общей темной окраской тела (рис. 2). С восьми лет у некоторых особей этого подвида на шее появляется второе небольшое светлое пятно. Около 70% самцов гималайского козерога имеют серповидную форму рогов, которые загнуты прямо и назад, с небольшим развалом. Около 20% самцов имеют саблевидные рога, которые в начале и середине достаточно прямые и загнуты назад только на конце. Самцы с раскидистыми назад или в стороны рогами встречаются реже, примерно в 10% случаев. Взрослые самцы среднеазиатского козерога более светлые, в окраске преобладают серые тона. Белое пятно на спине выражено незначительно и иногда практически незаметно на фоне общей светлой окраски спины. Рога взрослых самцов этого подвида практически всегда саблевидной формы с небольшим развалом (рис. 3) На границе Гиссаро-Алтая и Памира иногда встречаются особи, которые имеют морфологические признаки обоих подвидов. Это так называемые переходные формы. Такое явление довольно часто встречается в природе и характерно для других видов и подвидов горных копытных животных, например, кавказских туров.
09.01.2019
Юрий Морозов
Investment in to the future

Investment in to the future

В Минприроды РФ 12 ноября я присутствовал и выступал на совещании, проходившем под председательством замминистра Ивана Валентика. Обсуждались вопросы, связанные с развитием трофейной охоты в России, в том числе была поднята и такая тема, как финансирование охраны и изучения редких видов животных за счет ограниченной охоты на эти виды. Тема эта нам представляется актуальной, а такая охота весьма рациональной, но я бы хотел начать совершенно с другого – с проекта Клуба горных охотников по интродукции серны в горах Крыма, о чем я как раз и рассказал на упомянутом заседании. Сегодня, на мой взгляд, и такой же точки зрения придерживаются многие знакомые охотники, создалась достаточно благоприятная ситуация для того, чтобы позаботиться о будущем, о том, чтобы сделать третий шаг в наполнении российских лесов, гор и равнин охотничьими видами животных, причем вовсе не для скорейшей охоты на них. Я говорю о долгосрочных инвестициях в весьма отдаленное будущее. Почему это третий шаг? Может быть, я ошибусь, но первый, по-моему, в свое время сделала Главохота РСФСР, занимавшаяся в советское время расселением охотничьих животных – тех же кабанов, оленей, бобров и других видов по всей пригодной для этого территории СССР. Благодаря Главохоте в европейской части страны были созданы популяции благородных и пятнистых оленей, на которых сегодня охотятся в Тверской, Владимирской, Московской и других центральных областях. В Якутию, на Ямал и Таймыр были завезены овцебыки, и сегодня это уже устойчивые популяции, часть которых можно изымать и расселять в другие регионы. Работы по интродукции и реинтродукции (в советское время это называлось акклиматизацией и реакклиматизацией) начались практически сразу же после окончания Великой Отечественной войны, но до сих пор мы можем видеть плоды этой работы, которая закончилась, увы, с развалом СССР. Вторым шагом, на мой взгляд, стали инвестиции преимущественно частных, а отчасти и общественных охотничьих организаций в воспроизводство охотничьих животных. И хотя эта работа велась и ведется в границах отдельных угодий, нельзя не замечать того, что угодья эти не ограничены загородками, и расселение зверя за их пределы происходит естественным путем. Особенно показательна в этом плане экспансия бобров, создающих уже кое-где проблемы дорожникам, лесникам и сельскому хозяйству. Но охотники не остановились на простой кормежке и лечении зверя. В стране стали появляться вольеры с копытными, сафари-парки. Об одном из весьма продвинутых оленьих парков «Мушкино», что под Калининградом, журнал довольно подробно рассказывал в 2015 году (№№10,11). Идея, как говорится, витает в воздухе. Совсем недавно мы сообщали о том, что член Президиума КГО Игорь Донцов взял в аренду на 49 лет остров Завьялова, находящийся сравнительно недалеко от Магадана, и переселил туда 25 овцебыков из Якутии. На острове есть горы, где планируется развести снежных баранов, северного оленя. Пролетая там на вертолете, мы наблюдали китов, стадо сивучей на побережье. На острове есть нерестовая речка, возле которой Игорь планирует построить эко-отель, посетители которого получат возможность насладиться красотой местной природы, поснимать, порыбачить, отдохнуть. И вот тут я хотел бы обратить внимание читателей на то, что никакой охоты на острове не планируется. Разве что тогда, когда возникнет необходимость регуляции численности переселенных животных. И это может случиться никак не раньше, чем лет через 10-15. А то и больше. Игорь делает инвестиции в будущее, как это делала в свое время Главохота. Я замечаю, что уровень сознательности охотников эволюционирует, и сегодня это хорошо видно на примере Клуба горных охотников, в недрах которого разрабатываются проекты, не связанные с трофейной охотой, а, может быть, и с охотой как таковой. Мы сегодня можем и должны вкладываться в такие прорывные проекты. Должны потому, что государство по разным причинам не в состоянии это сделать. Должны потому, что «Красная книга» не решает проблемы сокращения видов, занесенных в нее. Должны потому, что мы граждане своей страны. Мы должны думать о биоразнообразии и о том, что оставим следующим поколениям. Поэтому в 2019 году КГО хочет начать реализацию нескольких программ по изучению и восстановлению популяций нескольких видов горных животных, а также по интродукции одного из видов в подходящие условия обитания. Начну с последней, о которой мы уже объявили в МПР РФ. Речь идет о создании крымской популяции серны. По мнению ученых, занимающихся изучением горных копытных, горные массивы Крыма идеально подходят для этого животного. В свое время на территорию южного берега Крыма был интродуцирован европейский муфлон. Сейчас объективной картины по его численности нет, поскольку в годы украинского владения Крымом такие работы не велись, да и сложно посчитать животных в лесных массивах в отсутствии снежного покрова. Тем не менее, известно, что муфлон прижился, то есть условия обитания его устроили. Есть большая надежда на то, что и серне они придутся по вкусу. Причем с муфлоном она не будет конкурировать, поскольку предпочитает горные ландшафты со скальниками. Не предвидится и конкуренции за пастбища с домашним скотом, поскольку на той части Крымских гор, которая идеально подходит для серны, нет скотоводства. Разумеется, прежде всего будет проведена научная проработка вопроса, во-первых, о целесообразности и, во-вторых, о практических возможностях реализации этого проекта. Особенно это важно, когда идет разговор о заселении нового для данной территории вида. Серна наверняка стала бы не опасным конкурентом для животных, которые уже обитают на южном берегу Крыма, а хорошим дополнением к ним. Что касается нашего охотничьего интереса, то нужно ясно понимать, что категорический запрет на охоту на этого зверя продлится лет двадцать. Во всяком случае до тех пор, когда станет ясно, что создана устойчивая, постоянно развивающаяся популяция. Хотя, говорить об этом будут скорее всего следующие поколения охотников. Еще два проекта клуба связаны с реинтродукцией. Сегодня в «Красной книге» находится безоаровый козерог. Раньше этот подвид горного козла обитал на всей территории Кавказских гор. По различным причинам, в отношении которых ученые только строят гипотезы, он почти повсеместно пропал. На сегодняшний день популяция этого животного в нашей стране сохраняется только в Ингушетии, Чечне и на какой-то части Дагестана. Мы хотим попытаться восстановить популяцию безоара на территориях, где его сегодня нет, но где раньше он обитал. Эту идею активно поддержали сотрудники охотхозяйств Кабардино-Балкарии и Северной Осетии. Программа предполагает живоотлов животных с правильным половозрастным составом. Речь идет не об одной-двух особях. Необходимо будет отловить оптимальную для реинтродукции группу, численность которой определят специалисты. Понятно, что любая такая программа требует серьезной научной проработки – а есть ли сегодня условия для такого расселения, не существует ли каких-либо ограничений? Поэтому мы планируем привлечь ученых и специалистов-практиков с опытом работы. Как отечественных, так и зарубежных. Если предварительные проработки подтвердят целесообразность проекта, мы будем его двигать. И работа эта тоже будет достаточно кропотливой и финансовоемкой. И еще раз уточню: делать мы ее будем вовсе не для того, чтобы завтра попросить разрешение на добычу. Это также весьма и весьма долгосрочный проект. Еще одна интересная идея, которую предложили реализовать иркутские ученые, связана с аргали. Сегодня, как известно, этот зверь обитает в ограниченном количестве на Алтае и занесен в «Красную книгу». Раскопки на байкальском острове Ольхон показали, что там аргали обитал. Его ареал вообще был довольно обширным и доходил едва ли не до Тувы. Сегодня Ольхон – ООПТ, в теплый период года имеет естественное «ограждение», соответственно, можно попробовать восстановить здесь популяцию аргали. По данным МПР РФ, численность этих животных на территории России растет, и сегодня их уже около 1200 голов против 600, выявленных предыдущим учетом. Живоотлов некоторого количества аргали не скажется сколь-нибудь заметно на общей численности популяции. Если в России по каким-то причинам живоотлов будет сложно сделать, мы готовы обсуждать этот вопрос с монгольскими коллегами. Что касается научной проработки вопроса, то нас поддержала иркутская школа охотоведения, и это будет живая работа для ученых и студентов. Вообще нужно сказать, что три этих проекта – только начало. Впереди у нас много планов и идей. Например, почему Уральские горы лишены копытных? Может быть, и там стоит осуществить интродукцию или реинтродукцию? Но для начала мы планируем остановиться на перечисленных выше проектах и посмотреть, как пойдет дело. В этом смысле 2019 год для нас – это год прорывных инициатив. Разумеется, это проекты не одного года. Срок только запуска подобных программ – 2-3 года. Сначала будет проведен сбор и анализ научного материала, будет осуществлена оценка экспертами и только потом – живоотлов, выпуск в природу и мониторинг. У читателей может возникнуть вопрос об источниках финансирования этих проектов. Прежде всего следует сказать, что речь не идет о бюджетных деньгах. Многие члены нашего клуба готовы вложить в эти программы свои средства. Но я не сомневаюсь, что желающих поддержать наши идеи окажется больше, и мы не собираемся создавать препятствия для сторонней благотворительности. Со своей стороны могу обещать, что финансирование будет предельно открытым, и мы будем отчитываться за каждый рубль, инвестированный в упомянутые выше проекты. Мне хотелось бы обратить внимание читателей на тот факт, что подобные проекты инициируют именно охотничьи организации. Мы в этом смысле не пионеры. В разных странах мира охотники создают фонды, либо проводят аукционы, где продают охоты на редкие виды животных с целью изучения и воспроизводства этих зверей. На последнем аукционе, проходившем в США, где «зеленое» движение представлено куда мощнее, чем в России, охоту на одного из редких разновидностей толсторогов продали более, чем за 300 000 долларов! Эти деньги пойдут на изучение популяций редких животных. Один из свежих примеров – Таджикистан и Пакистан достигли огромных успехов в сохранении и последующем увеличении численности винторогих козлов благодаря открытию ограниченной охоты на них. В свое время из-за слабой охраны этот зверь стал объектом бесконтрольного отстрела местным населением, имевшим весьма невысокий доход. CIC совместно с СИТЕС инициировали программу, принятую правительством Пакистана. Суть ее сводится к тому, что местным общинам выделяется 12 лицензий в год на добычу этих трофейных зверей при приоритетном распределении доходов от продажи охоты в пользу местных общин. С учетом того, что стоимость трофея винторогого козла сегодня составляет порядка $ USA150 000, местное население из браконьеров довольно быстро переквалифицировалось в рьяных охранников этих животных от хищников и тех же браконьеров. Аналогичным образом поступили и в Таджикистане, где в течение довольно длительного времени охота на винторогих козлов и бухарского уриала была запрещена, они были занесены в «Красную книгу» и особо настойчиво охранялись в заповедниках. Только результат этой пассивной деятельности не принес ощутимого результата. В конце концов власти страны стали передавать угодья в охотпользование и после изучения ситуации начали предоставлять ограниченное право на охоту на этих редких животных, создав таким образом экономический инструмент для стимуляции инвестиций в их охрану и воспроизводство. В результате сегодня численность винторогого козла в Таджикистане оценивается в 1900 голов. Проанализировав результаты деятельности охотхозяйств, СИТЕС с 2014 года легализовала вывоз 6-9 особей мархура за пределы страны. Приведу еще один пример. Правительство Казахстана после многолетнего запрета на охоту на аргали в этом году приняло решение о выделении 3 разрешений, которые будут выставлены на ежегодно проводимом аукционе SCI (Международный Клуб Сафари, США). Организаторы гарантируют начальную сумму торгов от 100 000 долларов за одно разрешение. Каких величин достигнет окончательная цена, можно только предполагать, но, я думаю, она будет около 200-250 тысяч долларов США. Популяция аргали в Казахстане оценивается в 16 000 голов, и конечно же ограниченная охота не может нанести никакого ущерба. При этом трофейная охота привлечет значительные инвестиции в охрану и изучение аргали. В этой связи мне хотелось бы сказать несколько слов об охоте на редкие виды животных, о чем было объявлено в самом начале этой статьи. В традиционном природоохранном представлении упомянутая тема звучит, по-видимому, как нечто кощунственное. Одна только мысль о том, что может быть легализована пусть и ограниченная охота на редкие виды животных, у инертно мыслящих людей вызывает едва ли не истерику. То есть, когда идет разговор о положительном подобном опыте за рубежом – это воспринимается спокойно. Но у нас почему-то так быть не может. На самом деле такая охота лишь ломает сложившиеся стереотипы и предлагает новый, эффективный механизм быстрого увеличения численности редких видов животных. На совещании в МПР, о котором я говорил выше, были представители природозащитных организаций, которые говорили о том, что бюджетного финансирования на охрану, мониторинг и изучение редких видов животных (за исключением нескольких культовых, таких как тигр, дальневосточный леопард, снежный барс) откровенно недостаточно. Какая-то работа ведется с краснокнижными видами в заповедниках, но все это на уровне энтузиазма, поскольку денег едва хватает на хозяйственные нужды и зарплату сотрудникам. Поднимался вопрос и о нашем пилотном проекте по путоранскому барану. Ситуация, сложившаяся с этим проектом, оставляет желать лучшего. Но не потому, что проект плох, а потому, и я говорил об этом на совещании, что общественность нас не услышала. А услышала тех, кто, публикуясь в более доступных для большинства людей средствах массовой информации, либо не знает деталей проекта, либо, руководствуясь корпоративными интересами, трактует их в нарочито искаженном виде, либо доносит до общественности информацию однобоко. В результате общественность услышала только одну сторону – сторону противников проекта. Но мы не опустили руки. Я планирую организовать по этому поводу публичную пресс-конференцию, чтобы рассказать о целях проекта, о том, что стоит за нашей идеей – какая научная составляющая, кто ее будет реализовывать, какие финансы предполагается инвестировать в это дело. Один из участников совещания высказался в том плане, что по нескольким угрожаемым видам они работают с крупными компаниями, в том числе, с нефтяниками. И эти компании взамен ничего не просят для себя, а КГО скрыто просит 6 баранов. На что я возразил, что ничего скрытого тут нет. Мы прямо говорим, что хотели бы получить 6 лицензий (по две в год), поскольку это тот самый принцип, который уже дал позитивные результаты в других странах, и который, я уверен в этом, станет со временем, с изменением традиционных подходов к охране и воспроизводству редких видов животных, основополагающим в деле их сохранения и приумножения. Прежде всего следует сказать, что программа родилась после того, как Путоранский заповедник обратился к нам с просьбой о содействии в уточнении ареала путоранского снежного барана, который простирается далеко за территорию заповедника. Если в заповеднике какая-то работа проводится, то за его пределами мониторинг уже не осуществляется. И суть программы была в изучении баранов как в заповеднике, так и за его пределами. «Путоранский проект» предполагает участие Заповедников Таймыра, научного учреждения МПР РФ и Клуба горных охотников. Приходилось читать заявления совершенно некомпетентных людей о том, что изучение животного, в частности анализ ДНК можно проводить по шерсти или фекалиям, то есть без отстрела. Вот, что говорит по этому поводу квалифицированный ученый-практик: «Добытый зверь дает биологической науке несопоставимо больше материала, чем обследование живого иммобилизованного зверя. У добытого животного можно провести полный анализ внешних и внутренних паразитов, в том числе взятых из разных органов, сделать полный морфологический анализ тканей, в том числе скелета, физиологического состояния, исследовать микрофлору и питание достаточно полно, качественно снять все промеры тела и шерстяного покрова, взять полноценный материал для всех типов физиологического, анатомического и генетического исследований. Что касается последнего, то в волосе и помете животных недостаточно генетического материала. Используя их, можно сделать только анализ митохондриальной ДНК. Ткани животных позволяют сделать анализ и митохондриальной, и ядерной ДНК (полногеномный анализ), то есть значительно расширяют возможности генетического исследования, что способствует точности определения систематической принадлежности той или иной популяции. Те, кто с этим спорит, просто не понимают и не осознают всей важности целей и задач науки в сфере изучения диких животных и среды их обитания». Добыча шести баранов не нанесет никакого вреда популяции. Тем более, что планируется добыча старых особей, уже не участвующих в размножении, только за пределами территории заповедника и только после первичного изучения состояния популяции. Мало того, члены КГО готовы подписать документ о том, что полностью откажутся от владения добытым трофеем и передадут его научным организациям для исследований. Вначале мы обсуждали бюджет в районе 12-15 миллионов. Но масштаб работ, которые необходимо провести, чтобы получить полноценный результат, таков, что сумма довольно быстро выросла до 40 миллионов! Предполагается использование современных дронов для оценки поголовья путоранских баранов. Речь идет не о тех квадрокоптерах, которые можно купить в любом магазине. Речь идет о серьезных беспилотниках, которыми могут управлять только сертифицированные летчики. Предполагается живоотлов 12 особей, установка на них современных спутниковых датчиков для изучения миграционных процессов в популяции. Это большая научная работа, которую никто никогда не делал – последние 30 лет не делал точно. Сейчас уже понятно, что программа потребует порядка 60-70 миллионов рублей. Но эта работа даст реальный результат, и мы, как никто, заинтересованы в том, чтобы этот блин не оказался комом. Мы хотим снять научный фильм, показать, как эта работа организована. То есть от идеи реализации «Путоранского проекта» мы не отказываемся и продолжаем консультации с МПР РФ. На совещании высказывались разные мнения. Но большинство склонялось к тому, что это хороший проект с понятным содержанием, правами и обязанностями сторон, понятным и прозрачным финансированием. У любой работы, у любой инициативы есть сторонники и противники – это нормальное явление. Мы можем ошибаться. Нам могут что-то подсказать. Мы за сотрудничество с учеными, экологами, «зелеными». Всегда плоха радикальность взглядов и подходов. Как со стороны охотников, так и со стороны «зеленых». Я всегда за диалог. В целом «Путоранский проект» правильный, а, если так, то давайте искать пути соприкосновения интересов, а не повод объявлять друг другу войну до победного конца. Это наша общая страна, это наша земля, и за нас никто ничего не сделает. Никакие иностранцы не помогут, либо будут делать это сугубо в своих интересах. Я убежден, что им лучше, чтобы мы ничего вообще не делали, чтобы не было никаких научных, творческих, деловых процессов. Проще закидать Россию грантами, лишь бы в ней остановилась жизнь. Поскольку, если мы не делаем ничего, мы теряем специалистов, технологии, компетенцию, желание работать. Понятно, что мы не решим всех проблем и не снимем всех вопросов, но наша инициатива станет хорошим стартом для тех, кто решится продолжить наше дело. Нам не будет стыдно смотреть в глаза последующим поколениям и с гордостью говорить о том, что сделали мы для биоразнообразия, для того, чтобы редкие и исчезающие виды животных стали обычными и встречались в изобилии.
16.12.2018
За куку-яманом в страну Йети

За куку-яманом в страну Йети

Я стоял в пробке в дождливой осенней Москве и без ущерба для дорожного движения уже в который раз просматривал на айфоне фильм Сенкевича о Непале. Как оно все там будет? Смогу ли я? Что надо еще предусмотреть? Будет ли это самая крутая моя охота, после которой все остальные будут казаться детским лепетом? Ведь, если эта охота состоится, то она должна стать вершиной! Или это просто повышение планки, после чего новые охоты планировать будет сложнее?  Решение было принято на выставке в Гостинке, когда выяснилось, что Алексей Подтяжкин сопровождает Николая К. на охоту в Непал – на голубого барана и тара. Николай любезно согласился на мое участие в экспедиции. К сожалению, лицензию можно было приобрести только на барана, да и то последнюю в этом сезоне. На таров все было давно забронировано – на них лицензий выдается в два раза меньше, чем на брахалов. И вот мы, проведя около 10 часов в воздухе с пересадкой в Катаре, попадаем с широко раскрытыми глазами на неведомую землю, в диковинную страну, зажатую между Китаем и Индией восьмитысячниками с севера и малярийными болотами с юга, в страну Будды, Йети, садху и шерпов, страну с самой бедной столицей и с самыми высокими горными вершинами в мире. И, как будто ударившись о невидимую стену, закрываем глаза, а вместе с ними рты и носы – на улицах клубами пыль, нескончаемый шум и тошнотная вонь одновременно от грязи и благовоний. Ну, здравствуй Катманду!!! Дыша через раз, с облегчением загружаемся в кондиционированную машину Самшера, принимающего организатора от Global Safari Nepal. Это жизнерадостный, никогда не унывающий деловой парень, верующий в какого-то своего бога и любящий свою семью. Похоже, что в Непале такие все (за исключением, может, деловитости), потому что по-другому здесь нельзя.  Оружие оставили в какой-то стремной комнатке в аэропорту, поскольку оформление займет следующий полный день. Благодаря опыту Лехи и сноровке Самшера все операции с оружием, начиная от Москвы и заканчивая Катманду с максимально забюрократизированной последовательностью процессов, прошли практически без нашего с Николаем участия. Мы только ставили подписи в многочисленных бумажках, оставили отпечатки пальцев и полдня ходили толпой в сопровождении всяких местных начальничков. Однозначно надо лететь Катарскими авиалиниями, в которых процедура оповещения о перелете с оружием построена наиболее дружелюбно, в чем мы убедились и на обратном пути, без проблем поменяв перелет. Остаток дня провели в отеле, поскольку на осмотр достопримечательностей времени уже не оставалось. И, правду сказать, отели в Катманду представляют собой оазисы посреди столичного смога и пыли, покидать которые без острой нужды не возникает жгучего желания. К моему глубочайшему удивлению, даже жилище самого богатого человека Непала возвышается в центре этой помойки. Правда отгорожено от нее забором, за которым, видимо, гуляют райские птички…  На раннее утро у нас был запланировал вертолет для заброски в горы на высоту 3500 м н.у.м., и, оказавшись в отеле, мы попытались задобрить местных богов погоды употреблением исключительно безалкогольных напитков под непальские закуски. Видимо, это было ошибкой – наутро небо заволокло тучами и пошел дождь. Тем не менее, мы поехали в аэропорт. И не ошиблись. Как только дождь прекратился, и видимость, по мнению авиаторов, стала приемлемой, с задержкой в 2 часа вылетели в горы.  Помахав лопастями Катманду, вертушка застрекотала над предгорьями, которые начинались сразу за чертой города. Весь полет, не отрываясь от иллюминаторов жадно смотрели вниз, с удивлением констатируя достаточно плотную, по меркам Непала, застройку и возделанные холмы на протяжении всего маршрута до промежуточной дозаправки в Покхаре. Несмотря на повальную бедноту, непальцы крайне трудолюбивый и выносливый народ. Похоже, что других вариантов жить и выживать у них просто нет. На запланированную точку, где нас уже ждала команда шерпов, два проводника, два повара и инспектор охотничьей концессии Дорпатан, вертолет опустился примерно в два пополудни и, едва мы выгрузились, поспешил обратно. Вокруг бесконечные горы, цветущие рододендроны, свежайший воздух, улыбчивые шерпы, в небе парит огромный орел и от всего этого возникает ощущение полного счастья и свободы. Вот, в какой Непал мы так стремились попасть! Познакомившись с командой, двинулись к первому лагерю.  Стоит сказать пару слов о команде. К месту нашей встречи они шли пешком – кто семь, а кто-то десять дней. Они принесли с собой гору амуниции, которой существенно прибавилось с нашим прилетом. Один шерп весом около 60-70 кг и ростом около 160 см тащил на себе вес в 30-50 кг. Я понимаю, что у них особая адаптация к горам и все такое, но откуда столько сил? И ходят они в сланцах, а кроссовки одевают только, когда надо идти по глубокому снегу. Для меня так и остались загадкой эти их уникальные способности – на протяжении всей экспедиции я ощущал себя на их фоне тепличным ростком, обделенным способностями к выживанию в дикой природе. Первый лагерь разместился около аутентичной деревушки, состоящей из шести дворов. Домики были построены из местного известняка, обмазаны глиной и покрыты синим металлическим профилем. Не смотря на обилие разнообразного скота повсюду, деревенька оказалась относительно негрязной, особенно в сравнении с теми, в которых нам «повезло» побывать впоследствии. Разве что у них не было воды. За ней жители постоянно спускались на километр, к ручью. Может, они именно таким образом тренируются таскать по горам тяжести?  Лагерь состоял из палатки-столовой со столом и стульями, общей палатки для шерпов, индивидуальных палаток для каждого из «господ-охотников», Самшера и проводников, а также из горы провизии и всякой разной утвари.  Первым делом я выявил наиболее англоговорящего шерпа и вручил ему привезенную из Москвы банку молотого кофе. Промотивировав его чаевыми, попросил (предварительно обучив всем премудростям) готовить для меня этот чудесный напиток. Думаю, что будет нелишним немного рассказать о своей подготовке к высокогорью. Ну, во-первых, исключил полностью алкоголь за 3 месяца до старта, минимум 2 раза в неделю занимался спортом. За 2 недели до поездки начал принимать витамины и милдронат для мозга. За 2 дня до подъема в горы в дело пошли витамины, милдронат, ферменты для пищеварения и печени с целью подготовить организм к местному питанию и недостатку кислорода, а также глицин для профилактики горняшки. В случае малейших симптомов горняшки употреблял половинку или целую таблетку диакарба. Не рекомендую, кстати, пить его вечером, чтобы не бегать туда-сюда всю ночь – это эффективный диуретик. По сути легкое недомогание в виде головной боли я испытывал только на высотах выше 4500 и то почему-то тогда, когда долго сидел на одном месте, а не когда двигался. Ну а ночные сны мне расцвечивал донормил. Что касается одежды и ночевок, то важно понимать, что в Непале везде, и горы не исключение, очень высокая влажность – порядка 70-80 %. Так что температура в -5ºС градусов ощущается как -10ºС и даже -15ºС, поэтому тут целесообразно руководствоваться принципом «Пар костей не ломит». Например, в спальнике с температурой комфорта -5ºС я пару ночей на самом верху комфортно спал только с дополнительным флисовым вкладышем, будучи при этом одетым в пуховые штаны и куртку. Снаружи палатки было -10ºС, а внутри всего -5ºС. На следующее утро нам предстоял семичасовой переход в места охоты. Но, в горах, как выяснилось, поспела какая-то дорогущая травка, на собирание которой ринулись многочисленные толпы местных жителей, разукрашенных и разодетых, босоногих и не очень, а кто побогаче, те в сопровождении вьючных мулов, разукрашенных не меньше хозяев и с огромными бубенцами на шеях. Горы алели цветущими рододендронами, заснеженные вершины сияли немыслимой белизной в лазурном небе, а прозрачный воздух полнился мелодичным звоном этих самых бубенцов. Было в этом что-то божественное! В связи с паломничеством собирателей травы организаторы приняли решение осуществить еще один дневной переход за пятитысячный перевал, подальше от собирателей, которые явно не способствовали результативности охоты. Настолько умело шерпы собирали и разбирали лагерь, что мы даже не замечали этого. От нас требовалось лишь подготовить свои сумки. Для лучшего понимания происходящего скажу, что у меня была с собой та же сумка на колесиках, с которой я прилетел из Москвы. Весом в 32 кг. Ее связывали еще с какой-то сумкой, и кто-нибудь из шерпов взваливал ее себе на спину и топал с ней, распевая песенки. Несколько человек шли побыстрее, и на обед нас ждала свежеприготовленная еда. Я был в шоке! На следующий день мы двинулись на штурм заснеженного перевала. И буквально на половине подъема в стороне обнаружили баранов. Но далеко, километрах в четырех-пяти. Тут же рассредоточились, достали трубы-бинокли и принялись изучать подробности увиденного. После примерно получасового разглядывания и обсуждения было принято решение, что я с Маном (главный проводник) и его сыном Бикезом попытаемся подойти к обнаруженному стаду, в котором вроде бы присутствовал трофейный экземпляр. А Николай с остальной группой двинутся дальше, за перевал в поисках более породистого трофея. Этот подход был не из сложных, и у меня была возможность со стороны понаблюдать за взрослым юнцом, коим был шестнадцатилетний сын Мана. У Мана четверо детей и две официальные жены (в отличие от крупных городов, в деревнях Непала многоженство не редкость). Бикез старший из детей, по причине чего Ман взял его с собой на охоту. Так вот, Бикез всю дорогу играл в какие-то одному ему понятные игры, в процессе которых он то неожиданно вставал на четвереньки, то пил воду из ручья, а то и забирался на подвернувшийся камень или гребень с палкой и начинал что-то жестикулировать. В результате пришлось его с помощью отца утихомиривать, чтобы не распугал все зверье. Такое поведение никак не вязалось с его вполне взрослыми рассуждениями о религии, семье и жизни вообще, о чем мы вели беседы по вечерам на вполне сносном английском.  Подойдя к баранам на километр, Ман определил в трубу, что самец в стаде недостаточно взрослый, и мы вернулись на прежний маршрут.  В тот день, поднявшись на пятитысячный перевал, мы еще немного походили по горам и уже под вечер обнаружили достаточно приличное стадо с трофейными самцами буквально над местом предполагаемого лагеря. Собравшись у палаток, еще раз убедились в наличии баранов и сверстали план на следующий день. Лагерь располагался на высоте 3800 н.у.м., и это была первая относительно бессонная ночь, несмотря на донормил.  Еще по темному прозвучал подъем: «Good morning, sir!» Мне принесли кофе и горячее влажное полотенце для умывания. На небе звезды, а за палаткой легкий утренний морозец. Подгоняемый воспоминаниями об увиденных вчера баранах, глотнул горячий напиток, оперативно оделся и направился в палатку-столовую, где уже кипела жизнь. По плану, мы с Маном идем воевать увиденных вчера баранов, а Николай с Лехой и проводником уходят «на дальний кордон». М-да, никто не мог предположить тогда, чем же закончится этот день… Я медленно ползу вертикально вверх, пока Ман, как тренированная легавая, сканирует пространство справа-слева от выбранного маршрута. С нами опять Бикез и еще один шерп (нести обратно добытого барана).  Вчерашних баранов нет, а до седловины уже рукой подать. И Ман, оставив меня подниматься, уходит подальше влево. Выбравшись на седловину, я ложусь на живот и потихоньку выползаю осмотреть долину. Вижу только полтора десятка самок. Внимательно оглядываю все возможные окрестности и, убедившись, что больше точно никого, начинаю снимать самок на видео. В этот момент сзади и снизу появляется Ман. Жестикулируя и недовольно цокая языком, дает понять, что надо «слиться со склоном» . Метрах в шестистах слева появляются рогачи, которых он, похоже, стронул в результате своих похождений. Бараны видят внизу самок, которых я немного подшумел, и все движутся от нас вверх. Мы на высоте 4200, и похоже, что животных надо догонять, поскольку среди них есть очень достойный экземпляр.  Пересекая долину, спускаемся по вертикали на 300 метров, поднимаемся на 600. Снег жесткий, держит хорошо, иногда только проваливаешься между камнями.  Осматриваемся, потом поднимаемся еще, и тут все окружающее пространство накрывает таким туманом, что видно не дальше 30 метров.  Все, «кина не будет».  С пониманием полной бесперспективности продолжения охоты сидим часа полтора. Начинаю подмерзать и, как уже писал выше, страдать головой. Ман не выдерживает высиживания и уходит на разведку в туман в одном известном ему направлении. Моя голова просится вниз, а тело в горячую ванну. Остатки воли стараются бороться. Еще по прошествии получаса-часа возвращается Ман и не очень уверенно сообщает, что кажется нашел в тумане баранов. Надо только подняться на пару сотен метров и пройти с километр снежного козырька. Так как я уже определился, что идти лучше, чем сидеть, вскакиваю первым. Удивленный Ман ведет за собой.  Еще час мы бредем вверх, останавливаемся и предпринимаем отчаянную попытку перекусить. Сникерс в рот не лезет, даже с изотоником. Но я себя заставляю потому, что надо.  Вокруг сплошной туман. Ман периодически, хотя и не очень уверенно указывает в предполагаемом направлении, и мы усиленно пытаемся пронзить туман взглядами. Совершенно непонятно, как далеко от нас бараны. И есть ли они вообще. И еще более непонятно, как Ман умудрился их обнаружить два часа назад. Не подшуметь бы случайно, если они все-таки есть.  Все тщетно. И понятно, что ждать больше нечего. Но солнце еще светит, время еще есть, и мы ждем… То, что произошло потом, я объясняю так: какой-то из непальских богов, удивившись упорству сумасшедшего русского, предложил другим богам немножко повеселиться. На полминуты они разредили туман. И мы их увидели! Не богов конечно, а баранов. Самый крупный спал под камнем и полностью сливался со склоном. Может, он был не самым выдающимся на свете, но точно трофейным, а для капризов условия уж точно были не самыми подходящими. Впрочем, богам такой расклад показался не самым забавным, и, подразнив виденьем, они еще на полчаса спрятали зверей в тумане, заставив меня отчаянно волноваться. И вот, когда напряжение уже близилось к точке кипенья, они снова разогнали молочную мглу на целую минуту. Могу лишь вообразить, с какой иронической усмешкой они любовались тем, как я, наверное, секунд пятьдесят искал зверя в прицел. Но я нашел его! И буквально перед очередной порцией тумана выдохнул и нажал на спуск, послав на 300 метров из 300 Win Mag пулю массой 180 гран.  Ман успел увидеть, что мой зверь остался лежать, где лежал. Под камнем. Ман с одобрением поцокал языком. Практически так же, как он цокал в расстроенных чувствах, когда полдня назад я позволил баранам нас обнаружить. На меня нахлынула такая буря чувств, что первой же волной вынесла из меня все эмоции и ощущения от произошедшего. Позади осталось все – все, что накопилось за многие годы размышлений, полугодовой подготовки, все, на что я сам себя невольно настроил. ВСЕ! Но счастье осталось, и я с ним бережно спустился под вечер к лагерю. С каждым шагом вниз голова говорила мне спасибо, а удовлетворение заполняло все клетки организма.  P.S. Когда уже в полной темноте закончился непременный здесь снежный буран, и небо осыпалось звездами, Николай с Лехой так и не вернулись. Весь лагерь в ожидании вестей бодрствовал до часу ночи. И когда наконец по рации сообщили, что они в порядке, добыли барана и тормознулись у каких-то местных собирателей травы, я спокойно пошел спать, чтобы предаться смакованию необыкновенно насыщенного охотничьего дня. (Продолжение не за горами)
16.12.2018
За бараном на край России, или туда и обратно

За бараном на край России, или туда и обратно

По завершении третьих суток пути мы (мой тезка и я) уже начали сомневаться в том, что вообще доберемся до охоты! А ведь потом еще все предстояло повторить в обратной последовательности… Этот сон никак не хотел прекращаться. В нем (во «сне») проносился самолет Москва – Петропавловск-Камчатский, потом улетающий от урагана самолет из Петропавловска в Палану, потом гусеничный военный вездеход, потом лошади... Между всем этим был реальный сон, достопримечательности Камчатки, еда, горячие источники, красивейшие пейзажи и общение с новыми людьми. Но теперь казалось, что все это было как бы и не с нами… Изначально проинформированные паланским аутфиттером Виктором Степановым о возможных рисках мы, конечно, готовились к непредсказуемому пути, зависящему, как и все на Камчатке, от погоды. Но нам на удивление везло. Особенно ощутили это везение, когда после вылета Петропавловск-Палана небо над Петропавловском закрыли по погодным условиям из-за пришедшего от японцев урагана. Правда, пережили мы тогда несколько очень неприятных минут на борту ЯК-40, мотавшегося перышком в небе. И вот, забегая вперед, хочу сделать несколько выводов, исходя из нашего опыта преодоления всего пути на север полуострова и обратно: 1. Надо быть готовым к тому, что по погодным условиям вылет самолета между ППК и любым из аэропортов севера могут откладывать буквально у вас на глазах, а потом и вовсе перенести на завтра. Так может продолжаться несколько дней. В этом плане, видимо, менее рискованно прилетать в августе, когда погода более стабильна. Я уж не говорю о том, что самолет может просто поломаться. На обратном пути так случилось с ЯКом (что-то отвалилось прямо в Палане) и вместо него за нами прилетел АН-26. А еще – по выходным внутренние рейсы не выполняются. Это означает, что рейс с пятницы переносится на понедельник, и вы «отмокаете» минимум 2 дня в горячих источниках. 2. Если у вас заброска на вездеходе, не отпускайте его обратно в поселок, договаривайтесь, чтобы он ждал на базе (в лагере), так как в случае более раннего возвращения найти его в поселке может быть нереально (уехал за грибами-ягодами, нечаянно попал на свадьбу случайного знакомого и прочее). 3. Заведите знакомство в каждой маршрутной точке (в нашем случае – ППК и Палана) на случай непредвиденной помощи с билетами, гостиницей и так далее. 4. Можно эффективно отправлять багаж почтой EMS. Хотя туда мы и не рискнули, а вот обратно сумки пришли в Москву за четверо суток. С учетом наличия платы за перевес на рейсах по Камчатке так оказалось даже дешевле, не говоря уже об удобстве. 5. И наконец – предупредите дома, что можете вернуться и на неделю, а то и на две позже!!! И даже если с вами сопровождающий представитель аутфиттера, все перечисленное, на мой взгляд, не будет лишним. Но возвращаюсь к нашим баранам, к тому, ради чего мы оказались в очередной раз на Камчатке. А с ними, со слов Виктора, все было в порядке – бараны пасутся, медведи в кедраче! В Палане нас любезно встретила жена Виктора Наталья, и все вместе на ГТСке мы к ночи прибыли на базу Виктора. Медведей насмотрелись по дороге из Паланы, но трофейный не попался. Будем искать…. Наконец, по завершении третьих суток пути, как я уже сказал, после шестичасового перехода на лошадях мы оказались у подножья горы и разбили палаточный лагерь на границе ольховника и кедрача с изумительным видом на гору с одной стороны и речную долину с другой. Наша команда – проводники Гена и Антон, главный по гужевому транспорту Витя, повар Аня, ну, и мы с Мишей. Первый день, как обычно, был запланирован «разгрузочным», и мы достаточно поздно утром, оставив Аню отгонять от лагеря медведей, неспешно двинулись наверх… Первый выход в горы всегда как первая кружка свежей прохладной воды после долгой изнурительной жажды. Ты впиваешься в нее и начинаешь смаковать, запоминая каждый глоток. Последующие выходы становятся уже более обыденными, не смотря на неменьшую насыщенность событиями. Первый час пути нам надо было проломиться через кедрач, что мы без потерь сделали, и еще через час вышли на высоту в 1000 метров. Здесь нашли ложбинку, сравнительно закрытую от ветра, который с энтузиазмом дул все последующие дни, и принялись наблюдать. С соседнего хребтика можно было полюбоваться водными просторами – с одной стороны Охотское море, с противоположной – Тихий океан. Невообразимая красота и самоутверждение в роли «царя горы». В общем, наслаждались видами, ощущением свободы и началом охоты. И даже не подозревали, что за нами все это время наблюдали… Антон с Геной не ленились таскать с собой постоянно газовые горелки с кастрюльками, и мы принялись неспешно чаевничать. С нашей ложбинки открывался прекрасный вид на дальние хребты и огромный цирк, в котором и вокруг которого, со слов проводников, накануне они видели баранов. Натрапезничавшись, снова принялись биноклевать окрестности, теперь уже более тщательно. И в 4 километрах, на дальних от нас хребтах обнаружили в трубу пасущихся важенок с ягнятами и… следившего за нами все это время одинокого самца. Даже с такого расстояния по всем его повадкам удалось определить, что это самец, хотя достоверно оценить трофей не было возможности. Вел он себя нервозно, периодически каждые 10-15 минут вставал и передвигался выше и дальше от нас метров на 200-300. Между ним и важенками было полкилометра, а между нами, как я уже сказал, открытое четырехкилометровое пространство с небольшими складками местности. Надо было на что-то решаться, так как время играло против нас. Бросили жребий, и «джек-пот» выпал мне – надо было быстро и незаметно обойти по дуге цирк. Да так, чтобы начать подъем между бараном и самками, иначе они двинутся в его сторону, и все дело провалится. Горы на Камчатке конечно невысокие и относительно пологие, но каменистой, как на Кавказе, сыпухи хватает, да и присутствует камчатский «эксклюзив» в виде склонов с большими валунами вулканических пород, бегать по которым то еще удовольствие. А с полпути нам с Антоном пришлось практически бежать. В начале подхода шли тупо на виду у барана, который от такой наглости переместился от нас еще дальше и выше. Потом, уже прикрывшись холмом, спустились по дуге к реке и по ней вверх поднялись аккурат между бараном и важенками, которые были очень нам удивлены и неохотно стали удаляться прочь. Самца мы уже не видели, так как он успел перевалить за хребет. А знали об этом наверняка потому, что оставшиеся в ложбинке все время информировали нас по рации о передвижениях рогача, что весьма и весьма помогало. И вот, взобравшись по вертикали на 300 метров, после аккуратного скрадывания уже на хребте мы обнаружили барана и подошли к нему на 250 метров. Самец лежал на каменистом склоне, переваривая утреннюю трапезу. Я видел, что трофей не выдающийся, но «стрелябельный». Понимание того, что Камчатка непредсказуема, а если представится еще шанс, никто не запрещает использовать и его, привело к однозначному решению – надо добывать трофей, к которому так долго шел. Как всегда дул сильный ветер, аккурат поперек траектории выстрела, и пришлось делать на него хорошую поправку. Ох, как хорошо, что не стал торопиться и заметил в 5 метрах от себя пару камушков, которые могли помешать выстрелу. Поднял рюкзак повыше. «Трехсотый» выполнил свою задачу безукоризненно – отчетливый шлепок был. Но баран встал и почему-то остался стоять, весь дрожа. Со вторым выстрелом все-таки поспешил и попал прямо в эти самые камушки. Баран продолжал стоять. Я понимал, что дело сделано, но для уверенности надо стрелять еще. И третьим выстрелом прекратил мучения зверя. Охота состоялась! Как передать это незабываемое ощущение – вот и свершилось то, к чему ты так долго шел, начав организацию поездки за полтора года! Теперь уже более спокойно, в полную силу наслаждаясь природой, можно продолжать охотиться дальше. Как это бывает обычно, до лагеря добрались «насквозь» уставшие уже в темноте, пройдя около десятка очень длинных (потому что обратные) километров. Так закончился первый «разгрузочный» охотничий день. На следующее утро, находившись изрядно накануне, встали достаточно поздно. В лагерь с базы приехал Виктор, который искренне удивился добытому в первый день трофею и любезно согласовал возможность добычи мною еще одного (если попадется). Но главной задачей теперь было найти барана моему напарнику. И мы с оптимизмом по уже проторенному маршруту двинулись в горы, отправив Антона немного раньше на разведку. Второй день не оставил по себе особенных впечатлений. Опять прошли около 15-20 километров, успев при этом изведать новые подходы к местам обзора. На следующий (третий) день приняли решение перенести лагерь ближе к месту, где был добыт баран, и мониторить сразу два больших цирка. За полдня управились, собрались, погрузились на лошадей и через пару часов оказались в новом живописном месте, на берегу горного ручья и в 400 метрах выше по вертикали от предыдущего лагеря. Вдоль ручья росло множество кустов золотого корня, с помощью которого можно эффективно поднимать бодрость духа и физическую активность. Гена с Антоном ушли на разведку до вечера. Мы же с Мишей размяли ноги до ближайшей вершинки, где провели остаток дня, исследуя долину на предмет косолапых. Развлечение нам обеспечивали грызуны всех сортов, обитающие тут повсеместно и свистящие со всех сторон едва ли не в унисон. И так они меня раззадорили в тот день, что я твердо решил добыть при первой же возможности тарбагана (сурка), но так, чтобы не мешать основной охоте. Вечером Аня приготовила баранину в разных видах и даже состряпала оливье – так она была рада, что ей не пришлось одной весь день охранять лагерь от местных косолапых. Следующий (четвертый) день было решено сделать «ударным». Встали еще потемну, оперативно позавтракали и двинулись вверх. План был прост. Мы с Геной залегаем с трубой на господствующей вершине, а Миша с Антоном потихоньку на среднем уровне обходят все ложбинки. Достаточно комфортно вышли с нового лагеря к вершинам и примерно в 10 утра начали реализовывать задуманное. На этот раз скучать не давала лиса, которая, не обращая на нас никакого внимания, ловила в 10 метрах леммингов. Потом мы с Геной почаевничали и даже умудрились поспать, поочередно неся дозор у трубы. А потом началась движуха! По рации Антон сообщил, что в нашу сторону цепочкой движутся четыре барана, два из которых очень достойные. То есть даже не в нашу сторону, а прямо на нас, через хребет. От них бараны находились в 800-х метрах, и Миша стрелять не решился. Антон принялся судорожно разрабатывать план, итогом которого стало резюме – не пускать баранов через хребет. Мы с Геной начали медленно передвигаться по своему хребту в поисках идущих к нам баранов, чтобы завернуть их обратно. Миша с Антоном ускоренно стали подниматься к нам. Антон, видевший наши перемещения, осуществлял наводку. Вот наконец я замираю с экшн-камерой на голове на фоне одиноко торчащего на хребте камня. И на меня в упор выходит первый из цепочки самец. Расстояние между нами – 20 метров! Я говорю ему: «У-у-у-у». Бараны разворачиваются и… План удался частично. Бараны пошли в полгоры вдоль нашего хребта, но, к сожалению, не в сторону Миши и Антона, а с явным намерением прорвать «границу» в другом месте. Я, насколько это было в моих силах, бегал вверх-вниз, пока не «загнал» баранов на прилегающую к нашему хребту гору. И тогда оставалось только лечь, взять их на прицел и долго с сожалением провожать взглядом. Если бы я выстрелил, то у меня, скорее всего, был бы второй, более крутой трофей, но шансы моего напарника явно уменьшились бы. Я смотрел в оптику на баранов, пока они не разделились по парам. Теперь оставалось только запомнить места, чтобы потом наводить охотника на цель. К сожалению, до темноты догнать баранов, оставшихся в нашем цирке, не удалось и на следующий день, увы, мы их также не нашли. Когда все это мы потом рассказывали Виктору, он был в шоке. Совсем, говорит, сдурели! Кто ж охотится на снежного барана загоном?! На следующий день мы решили опять переместить лагерь еще ближе к верхам, но уже без Ани и Вити – только охотники и на подножном корму. Миша с Антоном ушли в соседний цирк, а мы с Геной остались мониторить соседние горы и наш цирк. Из произошедшего в этот день оставил впечатление только сюжет с росомахой, которая сначала шла медленно на прицеле у Миши (он до сих пор жалеет, что не стал стрелять, боясь сорвать охоту на баранов), а потом бежала в пятистах метрах от меня, и я не успел ее догнать. В ту ночь разверзлись небесные хляби, похолодало до нуля, а под утро еще и все заволокло туманом. Мой напарник, увидев это, да еще и получив по спутнику какие-то известия по работе, предложил сворачивать экспедицию и возвращаться домой. Я не стал возражать. Хотя свою задумку все-таки успел реализовать. Тарбаган был добыт со 100 метров с рук из .300 WinMag. Мясо его мы потом с удовольствием съели, а шкурка пойдет на чучело. Спускался я в промежуточный лагерь с сурком и карабином, наслаждаясь ощущениями и вспоминая яркие моменты этого путешествия – все то, что не описать никакими словами… Ну а дальше была авантюра, которую мы запомним надолго. Мы с Мишей, еще когда только проделали на лошадях шестичасовой путь от базы к месту палаточного лагеря, рассудили так – раз есть река, которая течет в сторону базы, значит обратно можно сплавиться на лодках, любуясь природой. Обсудили эту идею с Виктором, который никогда в этом месте не сплавлялся, но подогреваемый изнутри тягой к авантюрам и исследованиям, повелся на нашу идею и даже где-то нашел две резинки – одну для себя и одну для нас с Мишей. К сожалению, описать достоверно все, произошедшее с нами, невозможно. Примерно через 5 минут сплава мы были наполовину мокрые после первого же порога. Река горная, а на улице +5. Еще через 5 мин я, стоявший на коленях на носу лодки, окунул в воду камеру и карабин. При этом у нашей лодки были два незащищенных клапана, которые постоянно при неаккуратном нажатии на борт подсдували баллоны, и нам приходилось вылезать на берег для надува лодки… ртом. Нужно сказать, что условия сплава были настолько жесткими, что мы достаточно быстро стали отъявленными водниками, работавшими всеми частями тела, чтобы не утонуть и не замерзнуть. Но оно того стоило – места по дороге были фантастически красивыми! Через 4 часа от начала сплава стемнело, и мы, выйдя на берег, еще 2 часа топали под яркими звездами через кедрач, распугивая медведей. На базе нас ждали все те, кто ушел на лошадях, две бутылки водки, припасенные еще по прибытии из Паланы, и натопленная баня. На следующий день, пока ждали вездеход, удалось три часа посвятить рыбалке. Наталья, жена Виктора, оказалась отъявленным рыболовом. А какая может быть рыбалка на Камчатке? Только сумасшедшая!!! Наловив полмешка гольцов и кижучей, заполнили контейнер икрой и довольные вернулись на базу, где основательно попарились и до полной темноты просидели с разговорами за столом под уху и непременную тут икру. А утром, выйдя из домика, замерли от вида гор, покрытых за одну ночь снегом. Теперь предстоял путь обратно.
12.11.2018
А ведь сначала не заладилось…

А ведь сначала не заладилось…

Побывать в Саянах и добыть там сибирского козерога – задача, вроде бы, не самой большой сложности, однако с учетом непредсказуемости местной погоды и непростого маршрута из Минска в Хакасию миссия вполне могла оказаться невыполнимой… К принятию решения стимулировало то, что возможно Саянского сибирского козерога в обозримом будущем внесут в «Красную книгу», так что тянуть с добычей этого трофея, как минимум, неразумно. Но из-за моего непростого рабочего графика согласование сроков охоты с фирмой-организатором затянулось. В конце концов остановились на начале ноября. Прежде всего потому, что во время гона, который как раз в это время и проходит, имелась возможность добыть хороший трофей. Смущал только тот факт, что до места охоты часть пути предстояло пройти по воде на катере, а вот гарантировать такую возможность из-за особенностей погоды в это время никто не мог – была вероятность, что река попросту покроется льдом, по которому ни плыть, ни ехать невозможно. Нельзя сказать, что выбора вообще не было, но это был выбор от противного – в том смысле, что прочие варианты представлялись еще менее перспективными. В общем, поездку поставил в план и начал готовиться. Не скажу, что какие-то роковые предчувствия или фатальный пессимизм владели мной накануне вылета, но обстоятельства следующего утра стали сразу складываться так, что поневоле вспомнишь о злом роке или «черной полосе». Поначалу казалось, что просто «не заладилось», но потом создалось впечатление, что всему этому не будет конца. Началось с задержки авиарейса в Москву, на который уже сданы багаж и оружие, по причине невылета борта из столицы России. Пришлось переоформлять все на ближайший самолет, что само по себе способно доставить удовольствие разве что мазохисту. Полет можно было бы считать спокойным и комфортным, если бы не удачно расположившаяся вокруг меня компания из пяти прелестных особ женского пола, у каждой из которых было на руках по одному, отчаянно заявляющему о своем праве на голос, «грудничку». Так что когда сосед нечаянно опрокинул стакан с чаем мне на колени, я уже был готов принять это безропотно, как знак свыше, как очередное испытание судьбы – если выдержишь, то хорошего трофея достоин! Потому последующую пробежку из терминала F в терминал D «Шереметьево» со штурмовым рюкзаком, кейсом с оружием и амуницией, а потом и очередь в «оружейке» перенес стоически. В самолет на Абакан попал за 5 минут до завершения посадки. После взлета волновала только одна мысль: «Это все или испытания только начинаются?» В Хакасии меня встречал Валера, с которым мы были знакомы до тех пор только заочно. Чтобы не томить читателя, сразу скажу, что «черная полоса» вдруг закончилась, хотя путь к месту охоты еще продолжался. По плану предстояло около трех часов ехать на автомобиле и далее преодолеть 190 километров на катере. Завершить маршрут Валерий намеревался до наступления темноты, а потому рассчитывать на отдых после перелета не приходилось. Впрочем, ехать в машине – не пешком идти, тем более, что машина оказалась вполне себе комфортной, а дорога весьма приличной. В Саяногорске подобрали повара Василия, который сразу же и навечно завоевал мою симпатию, предложив подкрепится перед дальней дорогой превосходным завтраком. Разумеется, даже в условиях ограничения по времени было просто невозможно упустить случай сфотографироваться на фоне мощного сооружения Саяно-Шушенской ГЭС, после чего, обогнув ее через перевал, прибыли на базу на берегу водохранилища. Здесь погрузились на катер, и незабываемые четыре часа хода я не мог оторваться от созерцания величественных скал и зеркальных вод Енисея, способных навсегда пленить своей нереальной красотой сердце даже самого равнодушного к картинам природы урбаниста. Что уж говорить об охотнике, который только в единении с дикой природой и ощущает всю полноту человеческого счастья! В базовом лагере нас встретил еще один Василий. Следопыт и проводник, чья жизнь неразрывно связана с охотой в этих местах. Василий предложил встать пораньше, поняться в гору и обследовать распадки за горным хребтом рядом с базой. При отсутствии результата здесь, он считал целесообразным перейти на катере выше километров на двадцать и заняться поисками зверя там. Завершили этот день баня, шикарный ужин (нашему шефу Василию очередной поклон) и глубокий сон, какого обычно не бывает на новом месте и тем более в ожидании то ли радостных, то ли горестных впечатлений завтрашнего дня. «Нас утро встречает прохладой…», и в самом деле температура на улице соответствовала этой поэтической строке – минус 3°С. Прекрасная погода – ясно и легкий ветерок. Сюрпризом стала «Нива», которая обнаружилась на базе. Для чего же тогда мы четыре часа шли по воде? Оказалось, что российский внедорожник попал сюда все-таки своим ходом, но… по зимнику, то есть по льду реки. Иначе – никак. Оседлав стального «коня», максимально поднялись по северному склону. А дальше спешились и двинулись вверх по редколесью. Идти было не слишком сложно. Толщина снега составляла 15-20 см, но он еще не уплотнился. Хотя без снега было бы намного легче. К вершине хребта подошли часа через два. Последние метры Василий преодолел в одиночестве, выглянул за камни и сразу присел. Сердце ощутимо забилось от радостного предчувствия. – Козероги! – прошептал он, обернувшись ко мне. Осторожно подполз к нему, выглянул из-за камней и увидел впереди и немного ниже 6-7 голов молодняка и самок. Еще через мгновенье заметил позади стала уходящего прочь трофейного козла. Дальномер показал вполне приемлемую дистанцию – 260 метр. Но козел уходил, а его зад не самая лучшая мишень. И тут удача, которая и так уже мне благоволила, решила развернуть зверя к стаду, подставив его правый бок под выстрел. Я нажал на спусковой крючок, и сраженный козерог покатился по склону. Стадо мгновенно сдуло ветром, а у меня с некоторым запозданием кровь забурлила от адреналина. Неужели все!? Охота закончена! Трофей взят! Мы неоднократно потом рассуждали на предмет скоротечности нашей охоты. Что стало причиной? Фарт, сезон, погода, профессионализм организаторов, благорасположение ко мне Дианы-Артемиды вкупе со Св. Губертом? Или просто это был наш день? А что потом творил шеф! Валера не зря предупреждал об умении Василия не повторяться в блюдах и высоком профессионализме в готовке. Мы расстались Друзьями. Впереди была легкая дорога домой и надежда на новые экспедиции. А в качестве бонуса – уверенность в том, что далеко не всегда неудачное начало экспедиции предвещает и ее неудачный финал.
12.11.2018
RECOMMENDATIONS ON FIELD EQUIPMENT, FIREARMS AND AMMUNITION

RECOMMENDATIONS ON FIELD EQUIPMENT, FIREARMS AND AMMUNITION

Shooting in the mountains has its own specifics which depends upon many factors: hunting objects, shooting distance, altitude, temperature, target elevation, wind force and direction, physical discomfort at the moment of aiming, fatigue, increased level of adrenalin and many others. Thereupon, the value of a single shot in the mountain hunt rises, so do the requirements to the firearms and field equipment. Some recommendations given below are based on our Club members’ personal experience of planning and participation in mountain hunting expeditions FIREARMS 1. HUNTING CARBINE Calibers from .300 to .338. Given caliber range enables shooting at great distances preserving sufficient amount of bullet energy for a guaranteed shooting to kill. The main cartridge brands are: .300 Winchester Magnum, .300 Winchester Short Magnum, .300 Weatherby Magnum, .300 Savage, .300 Ruger Compact Magnum, .300 Remington Ultra Magnum, .300 Remington SA Ultra Mag, .300 H&H Magnum. These enable shooting at distances up to 800 meters. Caliber .338 Lapua Magnum – to 1000 meters and more. Such a large selection of brands puts a question of an optimal gun choice. Basically, this should be non-semi-automatic gun with the accurate of the barrel to 0.5 MOA (minute of arc), that corresponds to the error of 1.5cm for100 meters (extreme vertical spread up to 0,5 MOA (minute of arc), which equals an error of 1,5 cm per 100 meters). It’s easy to calculate that ballistic tolerance for firing at 800 m will be about 12 cm which goes well into the overall dimensions of the game. The whole thing could be much easier if only this parameter affected firing accuracy. The rifles of .338 WM and 338 LM calibers being loaded and equipped with a telescopic sight will weigh about 10 kg or even more. This taking into account some extra equipment and ammunition will be significant burden even for a well-trained hunter. Rifles of .300 caliber are less heavy and some of them, made in Ultra light design, are almost “weightless”. However, firing such a lightweight guns has its own peculiarities. Aiming such guns is rather difficult because a heavier barrel is more stable while choosing an aiming point. Besides the recoil of .300 lightweight rifle is quite sensible that is definitely not a problem for an experienced hunter but for the novice this may represent a serious difficulty during aiming and firing. Hunting chamois the .243 caliber is also frequently used but in general, we can conclude that variations of .300 calibers are optimal in terms of bullet weight, energy conservation (sufficient to kill the animal) and shooting distance. As an example, we can recommend Orsis, Blazer, Sako, Heckler-Koch and Remington. Heavier rifles of .338 caliber include such brands as HS Precision, Accuracy AW, Barrett and others. These are specialized sniper’s firearms, the best of its kind in this class. 2. TELESCOPIC SIGHT In our opinion, they should be tactical sights allowing to introduce corrections with vertical (elevation) and horizontal (windage) adjustment controls. The scope must have variable magnification which will help to optimize targeting and firing at different distances. Probably, the top scope brands are Schmidt & Bender, NightForce, Carl Zeiss. Among Russian brands we can recommend Dedal. Maximum magnification is 25 times, sights with higher magnification belong to sport class and firing with these at moving targets is quite problematic, besides, such scopes are quite heavy which is not a positive factor for mountain hunting. The most important thing in choosing your scope is its metric values. Some hunters prefer centimeters, others – MOA, regardless of this it’s important to make proper calculations with the given scope. Optimal reticle design is Mil-Dot with transparent dots. Solid dots at significant distances may cover the target itself, making the targeting difficult. This reticle type also allows firing with deflection. Some words on thermographic and NVD scopes. It is well known that firing at night in the mountains is inadmissible. Most hunters agree with this statement. Therefore, it makes no sense to spare enormous sums of money to buy such devices, because the probability that it will be useless for you is close to 99%. However, during the last years a number of Russian companies made considerable progress in thermographic scopes production. Dedal, IWT, Infratech and Ukrainian scopes ARCHER are quite suitable for 200-800 m, but still these are rather expensive and virtually useless devices for the mountain hunt. 3. AMMUNITION According to the fact that firing distance will be probably of no less than 300 m, the ammunition has to meet high ballistic requirements like that of Scenar. Try to standardize your ammunition set. Fire all types of ammo you have on a shooting range at different distances and make all necessary calculations with corresponding ballistic tables. Different types of ammunition will have different trajectories, which may introduce certain degree of nervousness, unexpectedness and misses during hunting itself. 4. BINOCULARS It’s better to have one combined with a range finder. This type of device should be considered optimal, in other case you’ll have to carry both of them. Leica binoculars with 10 times magnification and built-in ballistic calculator allow getting all the basic shooting data: range, target elevation, air pressure and air temperature. 5. SPOTTING SCOPES Mountain game animals have perfect eyesight, are very shy and are sometimes very difficult to spot in the mountainous areas. While searching them, a hunter may travel up to 20 km a day. It is important just not to spot the animals but to determine their sex, age and to assess the quality of a possible trophy. For instance, many countries have certain restrictions and charge serious fines if juvenile animals are taken. To find an animal and to assess the trophy one can use spotting scopes with high magnification from 25 to 50 times. Leica, Swarovski, Carl Zeiss offer an impressive range of models. All these have high resolution coated optics, but when making your choice you still have to acknowledge the weight of certain model. Apart from the scope itself you’ll need a tripod and a tripod head. We recommend ball-head type Manfrotto 324RC2. Dealing with high magnification optics it is very important to lock the scope quickly and firmly and this model shows excellent performance in this respect. Choosing a tripod one should be guided by its compact size, reliability and steadiness. Too shaky tripod will flutter in the strong wind and will transfer its shaking to the optics which will seriously deteriorate the picture. As an alternative, one could use 25x telescopic sight mounted on a rifle or a photo camera with 30x zoom. A scope with lower magnification won’t give enough resolution to assess the trophy size over significant distances. 6. WRISTWATCH OF CASIO PROTREK TYPE This type of watch allows gaining necessary shooting data, works on sun batteries, has a light and secure watchcase. 7. WEATHER METER It is used to measure wind speed and direction. The Kestrel brand is considered the best of this kind. When shooting at distances less than 300 m wind corrections are subtle but ignoring them at greater distances will certainly make you miss. However, those hunters who have ever had mountain shooting experience know how difficult it can be to judge the wind direction by the bullet trajectory. Wind in the mountain gorge can easily change its direction to the opposite. 8. BALLISTIC CALCULATOR It may be installed into different platforms and mobile devices, like Getac p535f. The main requirements are waterproofness and usability. We can recommend a shock-resistant and waterproof case SLXTreme for IPhone 5S. Having this, you’ll get good quality camera, a navigator, a ballistic calculator and, of course, a mobile communication. You can download a ballistic calculation program specially developed by snipers of Special Task Force of Russian FSS for Windows mobile 6.1, IPhone and Android. For the details see the corresponding page of our site. 9. BALLISTIC TABLES For the convenience and as an alternative option we propose to calculate ballistic tables for principal values of elevation and distance. For example, 1500, 2500, 3500, 4500 m and distances from 100 to 800 m with a step of no less than 25 m. Such a table could be printed, put into waterproof cover and carried in your pocket all the time during hunting. The table may be printed on a metalized self-adhesive plate and fixed directly on a rifle. This way you will have a good prompt on basic shooting distances always at your hands. 9. OPTIC SCOPE COVER We have to add some important accessories to the firearms topic. The scope cover which also covers the rifle barrel is a significant element both in terms of protection and carrying convenience. Another useful item is tactical carry backpack which seriously improves fastening and carrying your gun during the prolonged day marches. Among the best of these are Russian T11 pack made by Group 99 Сompany. It is really useful and important detail for carrying your firearms. 10. MOUNTAIN SHOOTING STICKS The carbine should be equipped with mountain (extended) shooting sticks (Harris, CALDWELL) which enable shooting at wider angles, from lying and sitting positions. According to our experience we recommend all the beginners to include this type of shooting to the self-training program. Short sticks are of limited use in the mountains and a hunter will hardly benefit from it. Moreover, shooting upwards at wide angle on short sticks one can easily injure himself with the scope ocular because of its inconvenient position too close to the hunter’s face. Another common mistake in shooting with short sticks is hitting an obstacle on the bullet trajectory. The scope picture shows that the target is open and you can fire, whereas the barrel is actually much lower and bullet hits a rock or a grass clump placed right to the front of a muzzle. Be very careful and assure that there’re no obstacles. 11. GUN CLEANING KIT You should carry a cleaning kit: ramrod, cleaning rag and gun oil. Everything can happen to your rifle, most often the ingress of snow into the barrel may take place, so do always keep your gun in operation condition. 12. SOUND MODERATOR Sometimes hunters use sound moderator (suppressor or silencer). This device muffles and dissipates the noise, it being virtually impossible to reach complete noiselessness of the firing sound at all because of the ultrasonic characteristics of the ammunition. Using the sound moderator invariably changes the barrel ballistics – as a rule, bullets fall 15-20 cm lower than usual and there may be deflections on horizontal. You will need to recalculate the ballistic tables at all firing distances. And don’t expect that suppressor will make the shot totally silent, it would make it rather more inconspicuous for an animal and of course, it will considerably lower the disturbance factor compared to the usual loud and rolling mountain shot sound when fired without the suppressor. It is also necessary to know that after removal and the next turning of the sound moderator on the barrel, it needs in a control shooting and an adjustment of aiming point. 13. MILITARY TARGETING AND RANGING MODULES Say a few words about devices, which can be attributed rather to exotics than to anything being necessary. These are professional use military sniper modules. Among the most famous are laser rangefinders and targeting optics of American brand Wilcox and Swiss brand Vectronix. The devices like this are able to work at great distances, to calculate the target coordinates, azimuths and designations, transmitting this data to a variety of offensive weapon systems. The computational algorithms they use are excessive for hunting. Thus, being devices of special military purpose it’s almost impossible to buy them on a public sale. ELECTRONIC DEVICES AND GADGETS NECESSARY FOR THE MOUNTAIN HUNT Modern technologies are always one head ahead of us and gradually penetrate into all the fields of our life. Mountain hunting is not an exception. Below are some our recommendations on that matter. The most important element of the coordination iscommunication. 1. SET OF WALKIE-TALKIES We recommend each hunter to have a set of two walkie-talkies with extra batteries. It is always hard to tell in advance whether there’ll be any electricity network or a generator on the spot. Using batteries in such cases is safer. One can easily estimate the necessary amount of them for the trip. Local outfitters may have their own set of radio transmitters but you could hardly rely on that fact. Good coordination work before the start of the hunt is a guarantee of success. 2. SATELLITE PHONE There are several systems of satellite communication, the most common of these are Iridium and Thuraya. It’s better if you’ll type all the necessary contacts to the phone memory in advance. However, the satellite phone will work for no more than two days without being charged. 3. SATELLITE TRACKER In our opinion this device is rather more suited to long hunting trips. Depending on the setup mode it will work up to three months without a charge periodically transmitting signals of your location to a central control center or to mobile device. Modern models support text messaging which makes it a perfect tool for transmitting some important information. For example, it will be useful for a hunter to make some notes on a certain site or to request a weather forecast for the hunting spot. But the most necessary and important feature of the device is the transmission of an emergency signal. The principal factor of your safety in such kind of a situation is timely information on the details of an accident supplemented with exact geographical coordinates. To protect your tracker we recommend to put it into waterproof Aquapac or DRUPAK cases.. 4. MOBILE SATELLITE STATION FOR THE INTERNET CONNECTION It is very important to be well informed about the latest events in the country and the world in general. If you’re a businessman it is absolutely essential to stay in touch and to be able to run your affairs remotely. For this purpose we recommend to have a mobile satellite station. As with satellite phones the principal brands are Iridium, Inmarsat and Thuraya. They offer a range of devices providing stable Internet connection. Although the traffic speed leaves much to be desired it’s quite enough for the most basic purposes. 5. EXTERNAL ACCUMULATORS AND SOLAR BATTERIES One of the most crucial things with all electronic equipment is its recharging ability. Field conditions during the mountain hunt are mostly tough and very few places can provide you even with a simplest electricity network. That’s the moment to think of accumulators and solar batteries. There’s a plenty of variants on offer both of Russian and foreign brands. The models range from very light carpet-like to bulky suitcase-like with huge capacity allowing using them for many hours and even to power up the camp lights. In most cases you’ll be housed in some sort of a base camp, where you can leave your entire luggage and reach it, as a rule, using a car or a helicopter. Of course, you don’t have to carry all that stuff with you directly to the hunting site and it’s actually hardly possible. But creating comfortable conditions at the base camp where you’ll have a kind of command center and recreational area is quite reasonable. 6. PHOTO AND VIDEO Hunting, especially trophy hunting implies photo or video registration of the trophy taken. It’s a kind of mandatory ritual and you can’t go without it. Moreover, when entering a trophy almost all hunting clubs require a photo of a hunter with a trophy. With all these requirements a technical reliability question arises. With plenty of models on offer one should count for compact size, safe casing and good zoom. As we mentioned above an IPhone 5 in waterproof SLXTreme case is a good option. It’s well known that a picture quality taken with this model is quite reasonable; besides, the device has got a number of other useful functions being, in particular, a GPS-navigator. There are good reviews for Canon SX700 HS with 30x optical zoom. Despite its small size it manages to take excellent photos and, if necessary, to capture objects at great distances. It is also helpful in terms of assessing the quality of your future trophy. By the way, the Garmin Company has launched a line of GPS-navigators with built-in photo cameras. 7. GPS-NAVIGATORS They are very important accessories in the equipment of the mountain hunter. They solve a complex of tasks including navigation, reconnaissance, geo-positioning of the current location and notable events happened to a hunter. Base camp coordinate, the spot where the trophy was taken or a place where a cargo container was packed – all this and many other aspects require a precise GPS data. Nevertheless, have in mind that these devices are quite power-hungry and need a constant supply of batteries. 8. E-BOOK ON A NOOK PLATFORM Mountains are notorious with unpredictable and frequent weather changes. It is quite common to get several days of pouring rain, winds quall or impenetrable fog. The long days like these force a hunter to kill the time by all possible ways while waiting for the weather to improve. On these days one more gadget will be of great help to the hunter – the E-book on a Nook platform. It features considerable memory capacity and low power consumption. During the preparations for the hunting trip, you can download the books you want (fiction or documentary) and then enjoy them during the nasty weather. NECESSARY FIELD EQUIPMENT AND FIELD OUTERWEAR 1. BIG ROOMY HANDBAG The number one item in this list is a roomy handbag where you’ll place the bulk of your equipment. It should be a waterproof bag to securely cover all your goods. As an example we can name Tatonka Barrel L and handbags of Beretta Company. 2. BACKPACK It is another important part of the field equipment. Some details will be appropriate here. Today you can find lots of different models on market, but most of them are intended for mountain tourists and not all of them will be suitable for a mountain hunter. A hunter should have several backpacks depending on purpose. Some people classify backpacks by the volume: 20-30-40 liters and so on; others group them in terms of time of the hike: daypacks, two-days and many-days – there’re lots of other classifications. Each backpack has to meet the certain requirements depending on the tasks in a given trip. The basic requirement for all is water and moisture resistance. Despite all the assurances of Gore Tex manufacturer we strongly recommend additional rain cover which will act as an extra waterproof layer. Some backpack models are fully made of rubberized fabric. Backpack has to have comfortable frame and straps to evenly distribute the load. Special pockets and mounts for holding a rifle are very convenient. Always carrying a mountain carbine on a shoulder strap is a tiresome and exhausting work. Whereas, the rifle put into special pocket will improve the overall body balance and will evenly offload its weight over your shoulders. For example, the backpacks of different capacity made by “Group 99” company – is a very good option for mountain hunting. It is important to note and to list the most principal items for an autonomous many day march. These include: A one-person double-skin tent Sleeping bag Sleeping mat (ground pad) Extra set of clothes Water flask and supply of food Electronic devices, including parts of your firearms Ammunition 3. ONE-PERSON TENT We strongly recommend the hunters to have their own one-person tent. It should be equipped with the outer waterproof tent which will protect them from rain, dew and condensate. There are lots of different models on the market, but the principal criterion to be considered – it’s the weight of the tent. 4. SLEEPING BAG It is a very important part of equipment. After long, exhausting marches you’ll have to gain strength and to sleep well. For this you’ll need a sleeping bag which fits the local air temperature. The best option is to have a range of bags for different temperatures from -15, -25 to -40 or even -60°C. Austrian brand Carinthia, Dutch brand Arctic and Russian company BASK are all good enough to provide you with all sleeping bag models you’d need. Take with you only the bag which will surely suit to the expected conditions. 5. SLEEPING MAT It is another necessary detail for safe sleeping on snow or ground. These can be of manually inflated, self-inflated or foam types, made of polyethylene foam. It is important to choose the model of a sleeping mat as to reach maximum insulation properties as well as compact size and shape. At the base camp the camp bed is the best option. No sleeping mat can be compared to a camp bed in terms of comfort. But Iit is necessary to have both items as each of them has its own fdifferent aim. 6. PERSONAL FIRST-AID KIT The Companies as “Group 99” and “Transcript NPC” offer a wide range of individual and group first-aid kits. They are packaged in accordance with the most common potential threats to human health, but certainly each hunter will have to add some of personal medicines. We also recommend the hunters to add broad spectrum of antibiotics, medicines against cold and pain killers. There are some mountain specialties like Glycine and Aquagen which speed up the adaptation to height. 7. HIKING BOOTS It is hard to say what part of the field equipment is more important than others, but the footwear is vital one. Wrongly chosen footwear may result in bruises and corns and consequently, untimely end of hunting or even end in a tragedy. Below there is some advice on proper choosing of your hiking boots. Firstly, these should be specialized hiking boots on a Vibram outsole. This type of sole must have the right rigidity and an excellent grip with any surface. The boots have to be of moderate rigid, to fix an ankle properly and to be made using Gore Tex technology, i.e. to be waterproof. Better to buy boots half a size bigger than your actual foot size, this will allow you to wear thick warm socks and also will leave some space for the first toe – it is very important when descending a mountain slope. We recommend brands MAMMUT and LOWA. The specific trait of specialized hiking boots is a wide rubber strap, covering lower parts of a vamp and a toe cap next to the sole. Boots of these brands are easy to choose; as consultants on the spot will provide you with more than enough information on particular model they have. Travelling by snow-covered peaks requires hiking gaiters to prevent the snow or moisture ingress inside the boot. For some extremely difficult routes in the Pamirs or the Tien-Shan mountains one may need snowshoes or even crampons. However, while being in the base camp you’ll need another kind of footwear. There may be lots of different variants depending on the air temperature, presence of snow cover or if staying in a comfortable lodge. The basic thing is that this kind of footwear should be warm and comfortable and unlike hiking boots, not be tight on your feet, and boots should be quick to put on/take off. As an option, pay your attention to CROCS shoes, present in both summer and winter variants. At higher altitudes and low temperatures feather boots on a rubber outer sole can solve the problem. Lots of models can be found in specialized stores and Internet shops. 8. HUNTING KNIFE Unlike the plain hunting where one can meet the most diverse variations of a hunting knife, the knives for mountain hunt have to be light and compact. The knife in the mountains is a necessary tool for preparing food, skinning and butchering of an animal and for many other things. That’s why you don’t need those exotic machetes, Damascus and bulat steel. What you really need is a jack-knife with a blade length of 10-12 cm. Another good option is multi-tool Leatherman knives. 9. HEADLAMP That is a thing you must have any time, no matter what time of day you leave the base camp, and scheduled time of coming back. It is very difficult to move at night in the mountains. 10. ROPE No, we don’t mean dynamic rope, rather a small but strong “just in case” cord. Paracord bracelets are good option. 11. SUN GLASSES If the group plans to stay at elevations from 3500 m and higher, there is a great probability to get onto snowfields. On a sunny day the light reflection from the snow may lead to snow blindness unless you wear the sun glasses. It may take you just about 30 minutes to feel the pain in the eyes and temporally to lose your vision. Therefore, you should take all possible precautions and simple sun glasses, protecting the eyes from UV rays is the best option. In case of emergency, if you don’t have any glasses, cover your face with a kerchief or bandana and try to screw up your eyes leaving as tiny slits for watching as possible. It’s better to choose sport models or even special glacier glasses with blinders at the sides. Choose the model with rope for quick taking off. 12. KERCHIEF OR BANDANA This accessory came from the Middle East being sort of military symbol adopted by many modern armies. The main reason for becoming that widespread is in being versatile and functional. Arabian keffiyeh may be equally useful in hot afternoon and in freezing cold night. There are models made in white, red or green colors. Depending on climate, it will be useful to cover your neck, face or the whole head. 13. SUNSCREEM FOR FACE AND LIPS 14. CLOTHES Clothes are the most extensive concept. Cotton fabric, thick felt, cloth and beaver lamb all have become things of the past. Today we have light, membrane and multifunctional synthetic materials instead. The principle of five-layered clothing solves different tasks of insulation, transpiration, protection of our body from moisture, wind and low temperatures. Thermal underwear i.e. inner layer, Gore-Tex jackets, shell layer and warming middle layer – that’s the standard of modern outerwear concept. There is a plenty of possibilities, starting with Canadian Sitka, Austrian Carinthia, American 5.11 Tactical and ending with Russian brands like BASK and Group 99. We recommend trousers with knee-pads. During the mountain hunt you have often to crawl and fall to knees so knee-pads are very helpful in doing this. In general, we recommend the following set of clothes Underwear – no less than 3 sets. Better to choose seamless models which won’t bring any discomfort while being in a constant move all day long; Inner layer of warm underwear for everyday use – 2 sets; Warm thermal underwear for sleeping – one pair is enough; Multifunctional warm and light jackets of Polarteс or Softshell technologies; Down-filled vest; Waterproof jacket made of Gore-Tex membrane fabric; Wind stopper jacket; Leather Down jacket; Ghillie suit; Poncho shape raincoat covering the whole body; Base camp clothes; Warm trousers for low temperatures; Warm socks – 3 pairs; Warm hat or cap. Preferably not knitted one, because these are subjected to draughts. At extremely low temperatures it is better to have even two of them; Gloves. A thinner pair for everyday use and a pair of warm gloves for low temperatures. 15. FOAM CAMPING SEAT 16. TEST TUBES FOR GENETIC DATA COLLECTION You can get a plenty of those at the Club of the Mountain Hunters. If you don’t have any on the spot some small vials filled with ethanol will do. Russian scientific community will be thankful to you for genetic data collected from different mountain areas. 17. AQUAPAC WATERPROOF BOXES FOR DOCUMENTATION 18. EXTRA BATTERIES OF ALL TYPES OF USE 19. PERSONAL MEAL KIT It is made of titanium alloys or hard plastic 20. DUCT AND ELECTRICAL TAPE A versatile material useful for camping or repair works. 21. THREADS AND NEEDLES 22. LIGHTER 23. CHAMCAL AND OTHER WARMERS These devices will help to keep your hands and feet warm, to keep warm inside a sleeping bag or a tent. Now you see how impressive is the list of hunting and field equipment that you’ll probably need for a mountain hunting trip. Of course, these are just recommendations to have in mind and each hunter follows its own preferences and personal experience.
12.05.2015
RADIOCATIVE SUNLIGHT AND A BIT OF BIOCHEMISTRY

RADIOCATIVE SUNLIGHT AND A BIT OF BIOCHEMISTRY

The source of energy coming down to the Earth is quite dangerous for us and that’s not just the consequences of the sun stroke. The sunlight or, more correctly, solar radiation (not to be confused with ionizing radiation) – it’s the electromagnetic and corpuscular radiation of the Sun. Firstly, some words about more “enigmatic” corpuscular radiation. It is a part of solar radiation that consists mostly of protons and electrons emitted by solar flares. These high-energy particles form cosmic rays which, in their turn, interact with Earth’s magnetosphere and cause the well-known magnetic storms. Their effect on humans is not fully known except that hypertensive people feel themselves worse on these days, have headache, tiredness, high blood pressure. Today, scientists are able to give quite accurate forecasts for magnetic storms so that meteopathic people could know about solar flares well in advance. What’s for electromagnetic radiation, it works indiscriminately in three ways: – via sunbeams themselves; – via diffused solar radiation (after penetration through Earth’s atmosphere and reflection from clouds); – solar radiation reflected from the Earth surface. There are three basic components into which the sunlight spectrum can be divided – infrared radiation, visible white light and ultraviolet. It is well known that UV is deadly for all living things, it depends only on organism size and radiation dose. It’s the UV part of spectrum that is most dangerous to humans as its threat is the greatest. Long-term exposure to the sun may result in both sunburn and malignant melanoma – the skin cancer. The UV radiation power differs and depends, firstly, on geographical position – the closer to the equator the more power due to shorter distance after passing through the atmosphere through the atmosphere which serves as a natural “light filter”. Secondly, it depends on season due to the Earth’s axis tilt relatively to the plane of ecliptic and because of the snow cover presence (which reflects up to 70 % of UV rays). Thirdly, it depends on time of the day. When the Sun is at the zenith, sunbeams travel the shortest distance through the atmosphere to the Earth surface. At the 30° declination this distance is twice as longer and at the sunset the distance travelled is 35,4 times longer than at the zenith position. In the fourth place is cloudiness. And finally it goes the elevation of the irradiated object above sea level. Passing through the atmosphere (including the notorious ozone layer) and especially through its lower layers containing a suspension of dust, smoke and water vapors, sunbeams are absorbed and dissipated to a considerable extent. Consequently, the longer the distance to travel through the atmosphere and the higher the atmosphere pollution level, the lower the intensity of solar radiation. High mountains are the zone of high intensity solar radiation and UV activity. Bright daylight at high elevations can cause skin burns of first- and second-degree. UV induces skin irritation, redness and blisters. As a result, you may get discomfort, pain of different strength and if the sore is treated badly – blood poisoning and other grave consequences. Of course, hunters don’t stroll around in thongs at 3000 m elevations, but still one should always take care of bare parts of the body – face and hands. The simplest prophylactic measure is a sunscreen. The more its sun protecting factor (SPF) – the two-digit number of no less than 30 – the better it is. Another trouble is ophthalmia, snow blindness which is sunburn of the cornea and conjunctiva by UV rays reflected from snow, ice and water surface. During the most of the hunting season we are at risk zone because of the high intensity of UV rays in high mountains’ sunlight spectrum. It reflects manyfold from the snow and in a few minutes can cause burn of the cornea and if exposed longer to injure the retina. The structure of the eyeball allows reducing the amount of incoming light by means of miosis, nevertheless the risk of snow blindness is always present.The situation is the most hazardous at cloudy weather. UV rays are able to pass through the clouds without any considerable loss, and while your eyes try to adapt to lower contrasts and blurred picture, your pupils dilate to let more light inside the eye chamber. That’s the moment when the ubiquitous UV radiation strikes the blow. The basic symptoms of snow blindness include tearfulness, swelling of the conjunctiva, redness of white of the eye, “sand-like” irritation in the eyes, blurred picture and even total loss of sight. The history of mountaineering numbers a lot of accidents due to the loss of sight. This problem had existed since the earliest times of humans when our ancestors used wooden goggles with narrow slits, eye bandages made of leather with small holes and many other devices. Today, all these troubles are easily solved by sunglasses which can differ in the degree of UV protection. Sunglasses without UV protection can make the situation even worse because dark lenses cause pupil dilation which results in UV burn. By the way, the lenses may be totally transparent, not dark, and still be able to protect your eyes against UV. I use sunglasses with an extra polarized coating which blocks flares and reflections. I prefer warm-colored lenses (orange, brown) because they bring more contrast to the picture. “All of us need the Sun, but the excess of it may be dangerous or even deadly, – fairly says the director of Health Security and Environment department of World Health Organization Dr. Maria Neira. – Luckily, most deseases caused by UV, particalrly malignant melanoma and other forms of skin cancer and eye affections are 100% possible to be prevented by necessary protective measures”. Let’s summarize: use sunscreen with considerable SPF numbers especially if your skin is whiter than average; wear good sunglsasses when staying high in the mountains, especially near the snow fields, no matter how cloudy is the sky! Some words on biochemistry and biophysics Mountain hunters can remember those tears and despair caused by incredible efforts always needed for any move you make there (my personal experience says that the hardest of all is the “carrying-out” of the trophy). How does our organism react to physical load in the mountains? To answer this we have to be absorbed into the world of human physiology, biochemistry and biophysics. All the energy sources of our organism can be divided into several groups: turbo-reactive, comprised by the molecules of adenosine triphosphate (ATP), reactive, consisting of phosphocreatine, fast, comprised by glycogen, slow – fats. ATP is the most powerful source of energy which gives its maximum just for several seconds. For example, during the snatch in the olympic weightlifting. Then, the ATP reserves are instantly exhausted and human cells begin to synthesize new molecules from phosphocreatine and the energy made this way will be enough for 7-8 sec sprinter’s spurt. Then, power is down again and it triggers anaerobic (oxygen-free) metabolism of glycogen which is preserved in the liver and muscle tissues. Glycogen energy will be sufficient for an hour. The side issue of this reaction is the lactic acid, which increases its concentrations in muscles, which leads to painful sensations. The oxygen will be needed again to remove the increased lactate. So, the glycogen energy is an energy of the oxygen paid in advance. Fats are the slowest sources of energy. To process them down to the heat the organism needs enormous (!) amounts of oxygen, which is hard to find in the tenuous air of the mountains. The muscle tissues in their turn can be divided into fast (phasic) and slow (postural), and they work (contract) respectively to their names. Fast muscles need anaerobic metabolism and, correspondingly, fast sources of energy. Slow muscles are more hardy and use the products of oxygen metabolism. Ordinary people living in the cities have equal rate of fast and slow muscles, whereas in well-trained sportsmen, like skiers, the rate of slow muscle may reach 90 %. It means that any of us, given proper training, has the chances to increase the rate of slow muscle tissue which is crucial for the mountains. There are, however, the opponents to this theory who think that only genetic background will determine whether you’re a sprinter or a long-distance runner. I think that truth is somewhere in the middle. So, where does the energy come from? Phosphocreatine, one of the ATP predecessors, is a product of protein group (if you want to be strong – eat meat!). Glycogen is a carbohydrate derivative (if you want to be sound – eat carbohydrates!). You need both vegetable oil and animal fat, you can’t become hardy consuming just one of them! The weight ratio of food for the mountain-lovers should be as follows: 1 part of protein, 1 part of fat, 4 parts of carbohydrates. The classic ratio is 1-1,5-4,4 but for mountains it is highly recommended to eat more carbohydrates which give glycogen – the best fuel for the ultimate physical loads. Another activity regulator of our organism is the adrenalin. Secreted to the blood flow it increases heartbeat, depth of inhale, blood is redirected to the muscles, our body feels at ease sometimes even experiencing euphoria. It is commonly observed during the hunt, when a hunter sees the game animal. Being in the adrenalin excitement a hunter may miss even from several meters and some trophy hunters even ask their guide to fire a shot, being unable to cope with hand tremor. I can’t speak for the others but for me adrenalin works as a powerful stimulator. There’s enough to see a tiny dot far away, near the horizon – and you’re on the move… Unfortunately, quite often it is difficult to reasonably assess your strength and possible consequences of such spurts. It’s generally fraught with different troubles, strengths fail you and you have to stray, you miss again and again, etc. However, it passes away with gaining some experience (closer to the end of season) and you even acquire some discretion… Finally, all those factors like oxygen shortage, muscles overload, calcium consumption during contractions, exhausted reserves of glycogene and slow synthesis of energy from fats cause fatigue. This simply means that muscles can’t keep the same efficiency during a series of repeated movements. Your only salvation is in training. This fights tiredness by increasing energy production, increases the size of cardiac muscle, increases the number of red blood cells, increases the muscle energy and strength, accumulates the extra glycogene, etc. Sadly, the training results are short-lived – without regular repetition all your “physics” will plummet to an average in about two weeks. Moreover, the geneticists have revealed direct relationship between physical abilities and genetic background. The presence of a certain gene like I-gene provides its owner with more strength. The scientific research of the genome in a group of recruit showed that soldiers having this type of gene can hold heavy weight 11 times longer, than their fellows with D-type gene. This feature has been revealed after the training course. By the way, those mountaineers ascending 7000 m peaks without oxygene tanks also have this type of gene. I don’t know what about you, but I don’t feel myself the happy owner of this type of gene. Genes determine the amount of prevailing fast and slow muscle tissues, it means whether you are a long-distance runner or not. And it seems that I was lucky in this respect. The hardiness during the mountain hunt is the key factor of success. And it depends, in its turn, on anthropometric parameters of a certain hunter. The more massive he is the harder is the hunt, even if he’s of an athletic type and has very few fat. The trick is that the muscle power grows proportionally to the squared section of the body while the body mass grows to the third power. That’s why almost all the iconic mountaineers were lean and sinewy. So, what forces us to overcome all those difficulties and suffer privations, to suffer from a stress and almost non-human physical loads? The physioligists have an answer because even the non-material satisfaction from a new “conquered summit” has its scientific explanation. During the physical activity our blood is richly supplied with endorphines (endogenous opiates or so called “hormones of happiness”), which effect the receptors the way morphine does: put us in good spirits, increase lucidity of our mind, make us feel better although the initial purpose of this hormones is anaesthetization. So, if you are tired a bit of the realities of this world, go out and clean your backyard out of snow. Endorphines will put you in good spirits and you’ll feel yourself a good guy. There exists a special term “training euphoria”, in our case – a mountain one. You can easily become addicted to it and if you’ll be forced to refuse it for some reason you’ll begin to feel anxiety and irritation. From my own can say that a mixture of adrenaline and endorphine caused by 3000 m elevation and taking the long desired and very hard trophy is something incomparable! I think that a man feels absolutely happy at this moment. A summary: there are several different sources of energy in our organism and these are renewable; we take the energy from food – fats, carbohydrates and proteins supply us with different components for our power system; to raise the threshold of your fatigability you need physical training on a regular basis; adrenaline and endorphine are not dangerous for your health and sometimes are even beneficial.
12.11.2014
Ali Aliyev
Mountains and Firearms

Mountains and Firearms

In the immense ocean of possibilities there’s a tiny island of the optimal firearms which is the most perfectly suitable for the “battle with mountain game”. Carbine It is clear that a rifle for the mountain hunt should not be too heavy but precise at the same time. Perhaps the most attractive rifles among the abundant instruments are the magazine rifles made by Christensen Arms. Their main advantage is in an application of carbon filled plastic in barrel production. The leer inside the barrel made of the best American stainless steel brand – the 416 R, while outer part of the barrel is reinforced with carbon plastic. The shooting practice of such a barrel increases by 25% comparable to that of full-metal barrel. Besides, because of the high strength and low rate of thermal expansion coefficient, even the barrels of moderate length (550-560 mm ensure fire accuracy up to by half of MOA (minute of arc). The whole rifle is assembled of the best units: the Remington 700 bolt, the trigger made by Jewel Company, which has a wide range of an adjustable trigger pull. Rifles have a non-removable magazine box of three-cartridge capacity. A set trigger may be provided as an option. Another important feature of these carbines is a very light carbon stock which doesn’t absorb moisture and has the same size no matter what weather conditions are. The caliber range may be wide but the barrels from .270 WSM to .338 LapMag and even .416 RemMag. are llyWeight ranges from 2,3 to 2,7 kg are produced commercially. Such lightness is caused by using titanium alloy in producing barrel extension and bolt mechanism. Talking about using titanium alloys in producing of hunting firearms, the Johann Fanzoj Company should be mentioned which at minimum for three years has been showing its hunting carbines at Arms & Hunting exhibition. Except for the barrel, these rifles are made fully of titanium alloy. Carbines are based on the most reliable and safe Mauser 98 system. They were specially designed for mountain hunting and being made in any possible caliber they seem to be unreal lightweight. They do weigh less than three kilograms. But these are custom-made items and their prime cost and price are quite impressive. However, one should have in mind that metalwork with titanium alloys requires very special machinery. Therefore, titanium details don’t afraid of corrosion. One of the titanium carbines was successfully tested in the Pamirs. There it performed excellently in winter highlands and a “six-hundred-meter” wild goat has become a trophy of Patrick Fanzoj. Without even a slightest risk being biased, I can recommend Semprio In-Line Repeater by German brand Krieghoff – the best choice for the most difficult mountain hunts. This rifle appeared on a gun market in 2007 and its revolutionary design was developed by young gunsmith Wolfgang Schmidt. I had a chance to shoot it in the Muller shooting center (near the city of Ulm) both in “video shooting cinema” and in 300 m shooting range. It was the 300 m range when all participants of the shooting test were amazed by incredibly high accuracy of fire. The “marksmen” have made five hits in 20 mm area. Converted into gun terms it means 0.3 minutes of arc. It’s a performance of the most advanced sniper rifles! It seems twice as incredible given that the length of the barrel is just 550 mm. It must be stressed that we used RWS cartridges of the new line of .30-06 Spring caliber with Target Elite Plus bullets weighing 10.9 g each. However, no cartridge can compensate the barrel flaws. The test allows confirm that barrels of the carbine are flawless. And there’s no surprise, because the barrels for the model are delivered by famous Anschuetz Company having an excellent production line of barrels. In 2011 a marked event took place – the Anschuetz Company independently entered the rifle market with the carbine of model 1780. The model is produced in quite serious European calibers: .308 Win, .30-06 Spring, 8Х57 IS, 9,3Х62. The company has made use of its experience in manufacturing precise barrels, bolt and trigger systems. Anticipating the approaching crisis the company aimed at budget firearms niche. And they have quite succeeded in it. Moreover, the carbines produced are very convenient for hunters. Constructors have managed to reduce the rifle weight by implementing of a straight-pull bolt action, in which metal knobs enter the grooves of the breech. That enabled to unload the breechblock and to make it of lightweight aluminum alloy. Rifle barrels of all calibers have the same moderate length – 560 mm. New models are equipped with closed trigger system which allows adjust the trigger pull. Carbine line is produced in four elegant stock models, traditionally made of fine walnut. Rifle weight is quite suitable for mountain hunt – 3.2 kg. Talking about weapons for the mountain hunt I must mention the ORSIS – a young Russian company, which produces tactical, sport and hunting firearms. They have their own production line of rifled barrels, which are made of American stainless barrel steel brand 416 R. The company produces two models of hunting repeaters and one of those models (Orsis Alpine) is specially designed for mountain hunting. It’s essential, that the carbine is made to fit the cartridges which support flat trajectory for bullets. The capacity of detachable magazine is three cartridges; in this case one more cartridge is in the barrel. The free-floating barrel of moderate length is lightened by cannelures, which also increase the speed of barrel cooling. The carbine is a bolt-action type, which, if rotated 90 degrees blocks the breech by means of two knobs. The brand design trigger system is of closed type and has the trigger pull adjustment controls. All metal parts are made of steel with increased to corrosion. Rifle stocks are made of laminated board of three optional tasteful colors. Front sling swivel is adapted not just for the sling itself, but also for mounting of light adjustable shooting sticks. The breech construction is specially designed to be fitted with the scope brackets. Talking further about precise bolt-action rifles, I have to mention hunting carbines made by Gottfried Prechtl Company, from the German city of Birkenau. I think that the main direction of the work of this company is manufacturing the most precise sporting rifles based on Mauser M 98 Magnum system. Using his own experience of a high-class rifleman and technological advances of the company, Prechtl made several changes to the classic Mauser design. The major changes weren’t aimed at simplification of the technological process and cost saving, but at increasing the reliability and accuracy of gun mechanism along with an absolute safety of rifleman. Because of the very high gas pressure during firing the modern cartridges, the diameter of firing pin hole was made 1.7 mm instead of 2 mm. The firing pin itself is thinner. The diameter of the bolt itself is 0.2 mm bigger which made the bolt stroke smoother. To fit the modern types of cartridges, the width of the magazine and the magazine well has been made 1 mm bigger. To increase the reliability of the spring, the length of the ejector was increased by 17 mm. Cocking piece design is renewed to increase the compatibility with closed-type trigger system. As on the last model of Mauser hunting rifle made in 1930, the rear part of barrel extention has a special groove which increases its reliability and additional safety of the bolt action. The corresponding knob is placed at the rear end of the bolt body. The bolt action and barrel extension are made of one piece of modern Swiss chrome-manganese file-hard steel with the ultimate tensile strength of more than 800 N/mm2. In my opinion, these are the best European hunting rifles. The guaranteed accuracy they perform is more than one half of minute of arc. This is also due to the barrels made by Lothar Walther. Stutzen rifle It seems to me that it a very useful tradition – to hunt mountain game with a single-barrelled break action stutzen rifles. Of course, being of one-cartridge capacity they need a lot of self-discipline and shooting accuracy. The main advantages include light weight, superior balance and dimensions if compared to “bolt-actions”, and as a result, much better manageability. Russia could hardly be called the motherland of stutzen rifle, however, this type of gun has its Russian manufacturers. For instance, in the last decade of the XX century the Izhevsk Mechanical Plant has developed and produced IZH 18 MN model which was classified as a European Kipplaufbuchsen-class – a prestigious single-barrelled stutzen rifle class. We must pay tribute to the high quality of barrels and, as result, high shooting accuracy provided the good quality cartridges. IZHMEKH produces these rifles in a wide range of calibers from .222 Rem to 9,3 х74R. However, the weight of our “break-open” is more than 3 kilos (3.2 kg) with 600 mm barrel length, whereas western analogs with equal dimensions are much lighter. Large German companies produce a number of single-barreled stutzen rifles with excellent design and very decent shooting characteristics. The Merkel Company manufactures rifles K-3 and K-4 which differ in caliber range. K-1 fits lighter, while K-2 fits heavier calibers. These stutzen rifles have external supercharger of action spring which ensures high level of safety. The models are equipped with set triggers which are necessary tools for high accuracy. Another serious German brand Blaser is also a manufacturer of single-barreled stutzen rifles which have a trademark K-95. These are lighter than Merkel’s because of the shorter barrel (50 mm) and are made for the cartridge range from .243 Win. to 8х57 IRS. The Krieghoff Company manufactures single-shot break-open stutuzen rifles under the label Hubertus. These rifles are made in different versions with lots of useful options. The caliber range is wide enough – from .222 Rem to 9,3х74R. Barrels are short – from 550 to 600 cm. The weight depends on caliber and ranges from 2.5 to 3.2 kg. For the sake of objectivity, I have to add that single-barreled break-open stutzen rifles are also manufactured by small European companies working for custom-made weapons. As an example I can name Johann Fanzoj and Werner Sodia from Austria, Thomas Spohr from Germany and several others. All the rifled weapons mentioned above are well-known to Russian hunters. But there’s a rifle type which has never been manufactured in our country being at the same time a rather widespread one in Western Europe. These are single-shot falling-block carbines. During the reloading the breechblock of such rifles slides down extracting the cartridge case at the same time. The breechblock length of these rifles may be less than the cartridge length. This action type is very similar to those used in heavy artillery. The cartridge case is blocked in the barrel chamber by the most of the breechblock front surface which sets against the rear part of the barrel extension. The system of this type enables to use the most powerful cartridges along with quite modest dimensions and weight of the rifle. The falling-block rifles are of very small size and of good balance, because the barrel is as close to the hunter’s shoulder as possible. This makes the rifle very dynamic and easily manageable. The rigid full-time fixation of the barrel in stock results in high shooting accuracy. The carbine can be reloaded quickly without changing its position in relation to hunter’s body. The structural strength of the action type guarantees very high resource (the shooting practice). European hunters consider these rifles optimal to hunt mountain game. No accident, that several well-known weapon companies (Lebeau-Courally, Verney-Carron and others) have mastered the manufacturing of falling-block action rifles. And finally, having a good rifle is not enough for a successful mountain hunt. Good optical sight, binoculars, range finder and optimal cartridges are absolutely necessary things. But, may be even more important thing – is to have good personal training, which can be divided into general physical training and special shooting training. The widespread notion that a person with a good rifle and up-to-date scope is automatically equals a sniper – is a delusion. Being a marksman is a kind of art. And one can’t master it reading special books. You can master it only practicing.
11.11.2014
Vladimir Tikhomirov
Temperature

Temperature

The like of us are quite often exposed to risk of being frostbitten or getting thermal shock while staying high in the mountains. If getting cold in winter is rather common thing for the numerous lovers of winter sports, but very few people were “lucky” enough to be tortured by heat. I’m one of those “lucky men”. It was at the beginning of 2000-s in the first half of August… The heat was torrid. We were invited to Boguty (mountains to the east of Almaty) for a mountain hunt and I set out there with my friend and a local guide. The level of our training and equipment was far from perfect, but it was more than compensated by youth and abundance of game. We could finish the hunt on the first day, but we did not manage to hit from 200 m. We travelled along the ridges a bit and made another attempt, this time scoring miss from 150 m. Later we discovered that our SKS scope was defocused. At about 6 p.m. we were quite far from the camp. We had neither water, nor food with us– we did not expect the hunt would take so long. Moreover, I had no headdress. Bathed in sweat and burnt by sun we finally met another group of “teks” (Mid-Asian Ibexes) and were lucky enough to take one of these right on the spot while the second one was wounded (of course this was mine) and ran down the gorge. It is well known that the hunting process induces secretion of loading dose of adrenalin, so I was overwhelmed with it and rushed after the wounded ibex. Besides, this was my first tek ever! Guys left to skin the animal while I was led further and further down the gorge by blood trail. During the search the fatigue appeared, soon the dehydration added itself to the situation (who’s been to Boguty mountains, knows about the considerable water shortage there). Finally, I found the animal and this fact inspired me greatly. I had no knife, so I shouldered it like the Samson. The ibex wasn’t that big, but I managed to do no more than 200 m up. Then, I began to lose consciousness, started seeing ring-like hallucinations, the nose bled… The darkness almost fell when I scrambled out of the ill-starred gorge. I read in the eyes of my friends that I looked everything else but normal – it was a mess of ibex blood and faeces mixed with my own nose blood spread all over my face and body. However, I didn’t give a damn about that at the moment – I was reeling and feeling nausea. I don’t remember getting to the car. I remember that I kept thinking about a bottle of beer under the seat and how greedily I would gulp it… This is how I experienced a thermal shock induced by heat, dehydration, physical activity, emotional outbursts and my own stupidity. Mechanisms of thermoregulation in humans Let’s start from the basics. The temperature of internal organs of a healthy man is a bit less than 37 degrees centigrade. The fluctuations limits are 35-42 degrees. If the temperature falls below 35 degrees we feel badly but the organism is still able to working (under certain circumstances). If temperature is above42 degrees centigrade, the blood proteins coagulate and the organism dies. Apparently, such a temperature sensitive organism should have an orderly system of “sensors”, analyzers and means of struggle for surviving. And, of course, we have them. In our everyday life we encounter with the elements of this system –nerve endings in our skin and a tongue constantly send the signals about temperature changing in the surrounding world. These are so called peripheral receptors. But it is also apparent that human body inner temperature is much more important than the surrounding one. At the end of 18th century the scientists discovered that the central thermo sensor was located in hypothalamus. One brave physiologist let to implant the real thermo sensor into his own brain to prove that brain receptors were more important than those in human skin. In order to lower the temperature inside but not outside the body he had to consume almost 10 kg of ice cream. The following reaction proved the crucial role of hypothalamus receptors. But let’s return to the periphery. Skin receptors can be divided into two groups – sensitive to warmth from 36 degrees centigrade and higher, and those sensitive to outer temperature decreases (from 35 to 13 degrees). These sensors determine the organism local reaction. If you wash your hands in a mountain stream they’ll turn red. The reason for this is that blood will flow to upper layers of your skin to neutralize the effect of cold water, but the internal temperature of your body won’t change. On the other side, despite the fact that a human with the inner temperature of 42 degrees will surely die, we can comfortably spent some pleasant time in sauna, where the temperature can reach more than a hundred degrees centigrade (the temperature when raw eggs at the same time cook hard boiled). We are saved from the overheating by the perspiration, when the surface of our skin as well as the whole organism is cooled. For the same reason, ascending the certain eminence we bathe in sweat and as a result of chemical reactions under such load our organism emits to 5 times more heat than usual. That’s why mountain hunters should use outerwear provided with additional ventilation abilities, made of quick-drying materials (some synthetic fabrics get dry 20 times faster than natural ones) with good ratio of moisture drainage because right after the overheating you may face freezing-cold wind squall and wet clothes may cause hypothermia (overcooling). Perspiration is not the only way our organism fights overheating. It also involved electromagnetic radiation (at low rates), thermal conduction – the process of energy (heat) transfer from one object to another (given that these are in direct contact), forced convection – the transfer of heat in mobile medium, for example in wind or water flow (thermal layer around your body can’t be formed in mobile mediums and heat loss goes quickly). However, the role of perspiration is crucial. It is driven by hormone adrenalin secreted when a body temperature rises or our organism is under the stress (that’s why your hands and forehead sweat when you’re scared). The perspiration can increase the heat loss up to 20 times! On a very hot day a person can lose 10-12 liters of liquid, especially under the forced convection – just remember the feeling of ease when you’re blown with a light cool wind. Therefore, don’t be shy to take off the outerwear during ascending – let the convection increase the thermoregulation process. If the day is hot and windless pour yourself with water – it will help. The water will evaporate from the surface of your body making it cooler. Otherwise, the sun, physical load, dehydration and absence of cooling may lead to thermal shock with a 30% probability to end up with a lethal outcome. The best anti-shock treatment in the field conditions is a rub-down with warm water (cold water constricts blood vessels and makes the situation worse). Acclimatization of our perspiration to the heat takes about a week at the same time with sweat desalination (you have to renew the salt balance constantly). During the intensive physical exercises we lose more water than we are able to drink, that’s why you have to drink as much as possible even if you don’t want it. Generally, having sufficient amount of salts and water our organism is quite able to cope with heat and mountains. Cold Our hunting season is to be in autumn and winter. At this time in the highlands one thing is on the watch for us – it is cold. With its strong claws it penetrates under our clothes and locks our movements and minds. Air temperature falls circa 1 degree with every hundred meters above sea level. It is simple to calculate, that having 10 C degrees below zero on a plain, we’ll get 30 C degrees at 3 km elevation! It is rather tolerable temperature if you have warm clothes and high-calorie meals and there’s no forced convection provided by strong wind. Paul Siple, a famous American explorer of Antarctica, had experimentally established the correlation between the wind strength and heat transfer (now we call it wind chill factor). Thus, 29 C below zero with the wind velocity 4-5 m/s feels like 44 C below zero, and with the wind 6-7 m/s feels like 66 C below zero and that is going to be enough for a naked skin to get frostbite in 30 seconds. If your organism gets cold, it would firstly sacrifice its limbs –hands and feet, because these lose the most of the body heat (due to the large surface area and very dense capillary network). There is another danger – a possibility to freeze to your beloved rifle with your naked hands. It happens because of thin layer of moisture on skin of your hands. In such cases servicemen recommend simply to urinate on that. By the way, cold and frost increase urine production – blood vessels constrict and the excess liquid is excreted. What a stress for the organism is all that mountain hunt! First prus uphill, sweat, lose liquids, overheat yourself, then you sit, freeze and lose your liquids again… Until the body temperature is higher than 35-34 degrees, the organism tries to resist the temperature fall of skin coverings. Firstly, the vessels constrict but when the temperature of the skin falls to 10 degrees they dilate again. In this case you feel severe pain (It is said that it is due to slow removal of metabolic products) and the skins turns from pale to bright red. Sometimes the process of vasodilation can be activated by physical activity of frozen limbs (remember the episode in Ryazanov film when the character was hopped around a Christmas tree repeating “Drink less”), emotional burst (induced by adrenalin) or by extreme actions like rubbing (medics don’t recommend to do it with snow but with a woolen cloth). Hearing about “cold” I often remember myself being at an altitude of 3000 m in winter, wearing rubber boots and wet socks. When the sun went down the temperature fell lower than -20 C below zero. My feet began to freeze. Finally, I understood that I needed to do something otherwise I would get frostbite. Luckily, I had an extra pair of woolen socks. I took off the boots. My feet “looked miserable” and absolutely lost the sensitivity. I wrung insoles, thoroughly rubbed my feet with a sweater and they returned to life in dry socks. But how painful it was! With each step it felt like you step on thousands of needles. When our body experiences considerable exposure to cold it tries to war itself up in the most familiar manner – by involuntary contractions of muscle tissues referred to as shivering. However, despite all mechanisms of self-defense, the cases of hypothermia in the mountains aren’t that rare. Among the most distressing things is a loss of sensitivity and muscle activity of hands, when a simple action like lighting a match turns into a challenge. So, before going hunting, prepare a fire in a base camp, who knows, maybe it will save your life. A year ago there was an accident on mt Khan Tengri, when a Polish mountaineer froze to death because he lost the plastic cover of his boot when lost sensitivity of his hands. There are several other symptoms of hypothermia: weakness, apathy, sleepiness. When the body temperature falls to 32 C the shivering stops, the energy runs out. At 30 C you lose consciousness. When the body cools down to 20 C, the heart stops beating. But most often we don’t follow this sad scenario – frostbites are much more common (mostly of limbs and face). This happens due to overall hypothermia, when tissues temperature falls lower than 0 C – ice crystals form inside cells, cell membranes break and tissues die off. Frostbites should be treated in hospital. The procedure is very painful and having consequences. After having some minor frostbite of my fingers in my young years (was having a climbing test held by pioneer organization) I still have troubles – when an air temperature slightly falls my fingers lose sensitivity. Fords and river crossing during the cold season are even more dangerous. Water of the mountain stream will cool down your body 25 faster than air. That’s why crossing the river on foot without safety equipment is very risky. With wet clothes on, your body will cool down 20 times faster than in dry clothes. So do always have an extra set of clothes and thermal underwear. In the conclusion – all the information in concise form: Physical activity during the mountain hunt in a hot weather may lead to thermal shock. To prevent it, use light air-breathing clothes, remember to wear a headdress, drink lots of water, don’t feel shy to take off some clothes for a better convection. If it’s possible, rub yourself with wet cloth – this will speed up the cooling process. During the perspiration you lose not just water but lots of salts (up to three tea spoons of salt during one hot day!). Take care of the mineral balance of your organism. Wear proper clothes according to season. During the cold one use thermal underwear – it will remove the moisture and will slow down the heat loss. An advice from personal experience: if it’s really cold and after a long ascends you’ll have to sit and wait on windy spot and you’re not sure in moisture-removal properties of your underwear use a cotton undershirt (as a “blotter”) worn between outerwear and underwear. Taking the undershirt off when on a spot you’ll reduce the heat loss. The colder it gets the more calories you need. Take enough high-calorie food and don’t forget about hot drinks. Climbing a mountain in winter you’ll sweat no less than in summer. Use special outer- and underwear with good breathing, wind-blocking and water-resistant qualities specially designed for mountain hunts. Watch your limbs when it is freezing hard. Low temperature blocks the sensitivity of nerve fibers and you can get frostbite without even feeling it.
10.11.2014
Ali Aliyev