Войти | Регистрация

Авторизация пользователя

Статьи

Выбор обуви для гор

Выбор обуви для гор

Этот обзор решил написать после спора с женой: чего в нашем доме больше – ее сапог или моей охотничьей обуви. Я проиграл, многое раздал, но все равно много осталось. На самом деле тема выбора обуви для гор сложная и чрезвычайно важная. Ходим то ногами, и им достается в первую очередь. Профильные ресурсы обобщенной информации практически не дают, весь информационный поток идет по принципу «каждый кулик свое болото хвалит». Пора вносить свои «пять копеек».   К счастью, уже практически не осталось борцов за права резиновых сапог в горах, хотя еще буквально лет пять назад на страницах охотничьих форумов горела ожесточенная борьба между сторонниками и противниками. Как правило, первые – это горные люди, которым негде и не на что купить другую обувь, а вторые – «городские пижоны», к числу которых относится и ваш покорный слуга.  В сущности, совокупность потребительских качеств добротных (уфимских) резиновых сапог не так уж плоха: во-первых, 100% защита от воды, что особенно актуально в сильно обводненных регионах; хорошее сцепление с различными поверхностями; легкий и стабильный (одинаковый) вес; копеечная стоимость. Можно было бы даже смириться с тем, что в холодное время ноги в сапогах быстро промерзают, если бы не одно но – полное отсутствие у сапог фиксации голеностопа. Конечно, если всю жизнь жить в горах, как «горный красавец Эрцог», то это не вопрос. У индейцев, благодаря каждодневным тренировкам, этот сустав очень крепкий, но для нас, асфальтных, это абсолютно неприемлемо и весьма критично. Подобный опыт я приобрел в одной из весенних экспедиций за медведем на востоке Казахстана. В первый же день, чудом дойдя до лагеря, понял, что ни за что не променяю менделя ни на какие сапоги, пусть даже очень крутые.  Что же нам дает хороший ботинок? Прежде всего, это безусловный комфорт при ходьбе по горным склонам, складывающийся из таких параметров, как ортопедическая колодка, удобно и плотно фиксирующая ступню и голеностоп, «зубастая» подошва, обеспечивающая максимальное сцепление на любых поверхностях, влагонепроницаемость – для воды извне и паропроницаемость – для пота изнутри. В числе дополнительных опций у разных моделей бывают утепление синтетическими, реже натуральными материалами, различные системы вентиляции, формирующиеся под индивидуальные анатомические особенности стельки и голенища, антибактериальные покрытия, системы амортизации в подошве и прочее. На всем этом я и хочу остановиться подробнее. Сегодня в мире аутдор-движение развивается стремительно, и, конечно, есть немало достойных компаний, обслуживающих интересы потребителей. В Европе это Hanwag, Meindl, LaSportiva, Scarpa, Salewa. ВСША– North Face, Wasco, Daner, Irish Setter идругие. У всех этих брендов, есть модели, прекрасно подходящие для охоты в горах.   Классификация Горные ботинки классифицируют так:  А – для прогулок и повседневного использования;  B – для невысоких гор, маркированных троп, легкого трекинга с высотным пределом 2000 м;  ВC – для трекинга по тропам и маршрутов средней сложности с высотным пределом 3000 м;  С – для тяжелого трекинга, горного аутдора, высотный предел – 4000 м;  D – для полного бездорожья, передвижения с кошками, высотный предел – до 5000 м. Некоторые производители называют эти группы иначе: Walking, Trekking, Backpacking, Alpine.  Естественно, у каждой потребительской группы есть свои отличительные черты. Чем выше в горы, тем колодка и подошва становятся жестче, а ботинок в целом тяжелее, теплее и выше в берцах. Для охоты в горах Казахстана, по моему мнению, достаточно обуви категорий BC и С. Правда, некоторые мои друзья-охотники выбирают категорию D, но это от избыточного здоровья. По моему опыту, хорошая пара горных ботинок та, которая весит 1600-1700 г (43 размера). Если больше, то только высокие. Производители ботинок для охотников часто выпускают модели высотой 25-26 см (полноразмерные). Они чуть лучше держат ногу и защищают от снега и прочего, но, по мнению экспертов, для фиксации голеностопного сустава достаточно правильного ботинка с высотой голенища 12-14 см, так как сам сустав находится на высоте около 5 см от подошвы. В связи с тем, что все равно практически весь сезон ношу дополнительно гетры, ботинки беру высотой в три четверти. Вес такой пары на 200-300 меньше, чем у высоких.   Материалы и технологии  Верх правильного ботинка, как правило производится из бычьей кожи. Природный материал обладает рядом достоинств – пластичен, легко обрабатывается, износостойкий, хорошо держит заданную форму. Для горных ботинок используют различные типы кожи от 2,6 до 3 мм. Ее обрабатывают специальными влагоотталкивающими составами, часто дополнительно спрессовывают, и она являет собой лучший образец «выворотной кожи». Синтетические материалы тоже используют, особенно кордуру, но, как правило, в купе с кожей. В отличие от последней кордура легче, но хуже держит форму, поэтому требуется при формировании колодки использовать дополнительные композитные материалы. Вообще говоря, это не критично, так как ботинки из кожи сегодня тоже имеют вкладки из специальных конструктивных материалов и тканей, придающие обуви большую надежность и функциональность. Я думаю даже, что со временем искусственные материалы полностью вытеснят кожу.  Существует мнение, что верх ботинка (берцы) должен состоять из цельного куска кожи, что придает большую прочность обуви, а также качественно влияет на характеристики ботинка. Правда, если посмотреть на производственную линейку любого серьезного обувного бренда, то видно, что стоящие наверху «олимпа» ботинки для восхождений на восьмитысячники, во-первых, все в швах, во-вторых, совсем не из кожи. Поэтому, наверное, дело не в количестве швов, а в качестве работы и материалов, которые могут гарантировать только компании с репутацией.  Хотя швы все же могут стать проблемой, но проблема кроется совсем в другом. На своих ботинках заметил, что после трех «бешеных» сезонов они частично стерлись на том уровне ботинка, где нога держится в стременах. Впрочем, нагрузка на них была в ту пору совсем нешуточная. Вот, что должно быть в обязательном порядке, так это слитная структура берцев с язычком. В противном случае мусор, сучки, камешки, колючки, влага будут жить у вас в обуви. В современном ботинке берцы – это не только кожа, это еще куча композитных материалов, повышающих комфорт.  Мембрана GORE TEX, препятствующая проникновению влаги во внутрь, но при этом сохраняющая пропускную способность для диффузии пота наружу, проверено многократно – работает. Но только при условии правильной эксплуатации мембраны. Ее ни в коем случае нельзя перегревать (например, сушить у костра или на жарком солнце), иначе она теряет свои свойства. Остальные синтетические слои, приспосабливаются под ваши индивидуальные анатомические особенности, обеспечивают дополнительный комфорт, вентиляцию и тепло в обуви.    Только шнурки поглажу Шнуровка ботинка – крайне важная «мелочь». Именно благодаря правильной шнуровке ботинок «садится» на ногу. Неправильная шнуровка может привести к катастрофе. Меня однажды угораздило полениться подтянуть шнурки на спуске с рюкзаком мяса за плечами. Итог – вывернутые большие пальцы ног. Шнуровочные кольца сейчас, как правило, делают разных типов – над подъемом ступни, с легким ходом шнурка. На месте перехода ступни в голень ставят глубоко (к каблуку) посаженные крючки, типа DIGAfix, которые фиксируют до определенной степени шнурок, не давая ему распускаться.  Благодаря этим крючкам шнуровку верха и низа ботинка можно сделать разной силы и часто это очень важно. Посадка ступни должна быть плотной, в противном случае на спуске и подъеме подошва ноги будет «ходить» вперед-назад, что неизбежно приведет к мозолям. Верх ботинка у большинства моделей шнуруется на крючках, это позволяет быстро расшнуровывать ботинок или ослаблять шнуровку (особенно актуально на подъеме) в верхней части. Крючки удобны для для быстрой подтяжки шнурков, так как одевая даже разношенный ботинок, который какое-то время простоял дома, вы почувствует, что он слегка задубел, особенно очевидно это будет, если обувь была мокрой. Через полчаса-час ходьбы ботинок разогревается, увеличивается и приходится подтягивать шнурки.  Дополнительную фиксацию разных по тугости отделов шнуровки можно усилить двойным узлом. Существует большое количество разных вариантов шнуровки, от классического «крестика» до сложных, позволяющих нивелировать недостатки сопряжения ноги с ботинком. Немного о шнурках, как правило, у хороших ботинок хорошие шнурки. Но в случае, если вам все-таки понадобится купить новые, для этой цели можно использовать паракорд. Несколько лет назад в продаже появились ботинки с затяжкой на тросиках. Вещь оказалась непрактичной. Во-первых, невозможно регулировать уровень в разных частях обуви, во-вторых, тросик рвется, и вы остаетесь вообще без ботинка. Так в прошлом году у моего товарища тросик испанских черукк лопнул прямо на горе. Хорошо, что была веревка – обмотали ботинок, как лапти.  Хорошая подошва – это многослойный пирог. Самый известный (но не единственный) производитель качественных подошв – Vibram®. Классическая подметка состоит из таких слоев:  1. Воздухопроницаемая подкладка для стельки  2. Средняя часть подошвы из пенистого полиуретана  3. Особый материал для стабилизации ходьбы  4. Подошва из нескользящей резины Vibram®  Конечно, у каждого производителя свои секретные рецепты, но в общем идеология одинаковая: легкий вентиляционный слой сразу за стелькой, затем слой из пенополиуретана, принимающий форму ступни, далее амортизатор с супинатором, чтобы снизить отдачу при ходьбе и не допустить бокового скручивания, и, собственно, резиновый протектор, обеспечивающий максимально агрессивное сцепление с любыми поверхностями. Тут надо заметить, что подошва из других пластифицированных материалов становится очень скользкой на мокрой поверхности и для гор не годится. Впрочем, и резина бывает разных сортов (как и резина автопокрышек) – летняя, грязекамневая – жесткая, дубеющая на морозе; зимняя слишком мягкая для лета, но идеальная в мороз. И это одна из причин, почему нужно иметь две пары горной обуви – для теплого сезона и на мороз. Подошва у ботинок всегда с глубоким рифленым протектором, обеспечивающим максимальное сцепление с разными поверхностями. На многих моделях горной обуви есть резиновый рант, предохраняющий ботинки от ударов о камни. Это, я думаю, хорошая идея, кант реально живучесть обуви увеличивает. Еще на высотных моделях подошва имеет кант для больших кошек, но, по правде сказать, пока не встречал ни одного охотника на высокогорных ледниках.  В общем, подошвы разных производителей во многом похожи. Правда, в прошлом году на аутдор-выставке ISPOв Мюнхене видел интересную модель у Meindl с выдвижными шипами. Конструктивно это так – в каблуке установлен специальный ключ, с поворотом которого выдвигаются стальные шипы. С одной стороны, интересное ноу-хау, а с другой – вес ботинка увеличился значительно. Гораздо удобнее носить подкаблучные кошки и одевать их при необходимости.    Прочие «мелочи» Стелька идет естественно в комплекте, но рынок предлагает много тюнингованных стелек из «дышащих» материалов, с супинаторами, с утеплением, термоформирующиеся и прочее. Тут уж каждый выбирает по необходимости или вкусу. Я свои из летних ботинок поменял на более амортизирующие, а в зимние приобрел стельки с электроподогревом. Носки – это прямой партнер вашего тела. Сейчас индустрия выпускает их на любой вкус, для зимы, для лета, с шерстью мериноса, с термолайтом или кулмаксом. И если с девушкой все понятно – не важно, какая она, толстая или худая, главное, чтобы не толстая. То с носками все наоборот – главное, чтобы носок был толстым. У меня довольно узкая стопа, а на рынок СНГ обувь европейских производителей поставляется с широкой колодкой. Поэтому в горы я надеваю на ноги по два носка и зимой, и летом. Зимний комплект: спортивная синтетика (для горных лыж) и шерстяной носок от Minus 33 (шерсть мериноса 100%) + спортивный носок Mund. Летний комплект: сверху толстый х/б от Mund + носок потоньше с кулмаксом. Не лишним будет отметить необходимость наличия в экспедиции сменных носков, так как нога потеет быстрее, чем мембрана отводит влагу, а влажные вещи остывают в разы быстрее, чем сухие.  Кошки. По большому счету, используемые нами правильнее назвать «кошечками». Они легкие, крепкие и очень полезные в определенных ситуациях, особенно по первым снегам, на скалах и травяных склонах. Пару раз в сезон без них никуда.  Гетры. Кто-то их называет «фонарики». Это «ножные нарукавники», которые одеваются поверх ботинок и не дают попадать внутрь башмака мусору и снегу. Хорошие гетры могут защитить и от воды при быстром переходе через небольшие реки и ручьи. Основное требование к ним: они должны быть сделаны из нешумящего материала. Вся ваша маскировка пойдет коту под хвост, если на ногах шуршащие гетры. Прочие требования такие: желательно, чтобы были водонепроницаемыми, плотно фиксировались снизу и сверху, имели бы хлястик под каблук из тросика (тканевой разрежут камни в первый же день). Всему этому отвечают (насколько я знаю) только одни гетры испанской компании Hart, хотя и они не идеальны (замок сзади). Остальные, как правило, шумные.  Среди средств по уходу за обувью, которых довольно много в обычных обувных магазинах, немало таких, которые безусловно продлевают ее век. Прежде всего это касается кожаной обуви. Из специальных средств мне понравилась химия американской фирмы G 96, которая производит не только великолепные чистящие реактивы для оружия, но и спрей на силиконовой основе, предотвращающий попадание влаги в домембранный слой. А это очень важно, так как напитавшийся влагой вашего суперботинок будет весить не 800, а все 1500 г.    Алгоритм покупателя Прежде всего нужно определиться с размером. Он должен превышать на 1-1,5 пункта ваш устоявшийся размер. При плотно усаженной пятке расстояние от кончиков пальцев до внутренней поверхности носка башмака должно быть около 1 см. Проверить это несложно, необходимо на расшнурованном ботинке сдвинуть ступню вперед и вставить палец между пяткой и задником до подошвы. Если пальцы ноги чуть коснуться внутренней части носка, то размер подходящий, если согнутся в суставах, значит размер мал. А если так и останутся свободными, значит ботинки слишком большие. Если и можно надеяться, что берцы растянутся, но в длину ботинок не увеличится никогда. В ботинке малого размера будут мерзнуть зимой ноги и, как минимум, вам испортят охоту мозоли.  Колодка – самый важный элемент обуви. У любого производителя на одну модель есть минимум четыре разных колодки. Это связанно с особенностями строения ступней у разных народов. Так в Америке и Европе носят обувь, сделанную по совсем другим лекалам! Кроме того у разных производителей разные формы. Короче говоря, мерить нужно до тех пор, пока не почувствуете комфорт. Правда, на первый взгляд, горная обувь покажется довольно жесткой и не очень удобной. Это нормально. В любом случае при примерке не торопитесь, походите по магазину – нужно время, чтобы ботинок нагрелся и начал формироваться под ваши ноги. Думаю, минут двадцать нужно, чтобы понять, что у тебя на ногах. Примерку нужно проводить в носках, которые планируйте одевать впоследствии.  Что касается сезона, то у меня лично три сезонных группы: для сухой летней погоды; для основного охотничьего сезона (осень-весна); и для холодного сезона, который начинается с начала ноября и длится до марта.  Я использую в первой (летней) группе Meindl safari, которые купил для поездки в Африку. Отличительные особенности: нет мембраны, более легкий вес, светлый цвет.  Ношу летом в сухих горах (у нас есть такие, где практически не бывает осадков). Вторая группа (осень-весна): Meindl lhotse и практически новые Meindl dovre, которые имеют все выше перечисленные особенности классических горных ботинок. Третья группа (зима, мороз): Irish Setter Mountain Claw – очень зимние ботинки! За счет кордуры совсем не тяжелые (не смотря на утепление тинсулейтом), имеют отличную подошву из мягкой резины, высокие берцы. Носил с удовольствием четыре сезона и взял бы такие новые, но их сняли с производства. У этих ботинок берцы гораздо мягче, чем у обуви из второй группы, но для зимы это не критично, так как снег сглаживает неровности рельефа и плотно держит ногу, а ступня гораздо меньше устает и мерзнет. Еще одни зимние ботинки – Meindl Nordkap. Это двухсоставные ботинки – внешний из кордуры со шнуровкой, с интегрированными гетрами и внутренним слоем из GORE TEX. Внутренний – из плотного войлока с натуральным мехом, нижняя часть вкладыша обризинена, что позволяет носить их в кемпинге или палатке. Минувшей зимой пару раз ходил в горах в сильный мороз – все понравилось. Что может быть комфортнее валенка с мехом на вибраме под кордурой и мембраной?!    Еще немного и резюме Следует сказать и о том, как правильно разнашивать ботинки. Первое правило: не вздумайте это делать на ответственной охоте или в экспедиции, что обязательно приведет к кровавым мозолям даже с хорошими носками. В прошлом году взялся разнашивать новые ботинки за пару дней до серьезной экспедиции, всего лишь решил прогуляться по туристической тропе 3-4 часа. В итоге – на двух ногах мозольные пузыри. К счастью, нашел лейкопластырь «искусственная кожа», спасался только им. Очень, кстати, эффективная штука.   Разнашивать нужно постепенно. Одевайте и ходите в ботинках по дому, городу, на работу, если это возможно, обживайте их не торопясь. Обувь не сразу отформатируется под вашу ногу. Помню, в первые пару выездов в горы хотел выкинуть менделя – такая жесткая колодка была, а потом, как разносил, нарадоваться не мог. Срок службы хорошей обуви должен быть 3-4 сезона (если активно ходить по горам 50-60 дней в году). Это не значит, что ботинки к этому сроку развалятся на части, но что-то из своих характеристик потеряют, и в первую очередь – защиту от влаги. Поэтому раз в три-четыре года стараюсь менять старые на новые, хотя это всегда болезненный процесс – к хорошим вещам привыкаешь.  Итак, резюме:  Ботинки для походов в горы до 4000 м н.у.м. с возможными маршрутами вне туристических троп, должны быть: 1) хорошего качества (это гарантируют фирмы с именем и историей);  2) весом пары 43 размера от 1400 до 2000 г (более легкие для мягкого трекинга, а тяжелые для альпинизма);  3) высота берцев от 12 до 24 см; 4) горной категории BC, C или Trekking, Backpacking;  5) с двухзонной шнуровкой, на кольцах и крючках; 6) с многослойной подошвой с резиновым протектором; 7) с мембраной и высококачественными материалами, гарантирующими фиксацию голеностопа и общий комфорт. Ну, и в заключение скажу, что конечно же всегда хочется некоей универсальности, но жизнь показывает, что попытки создать такие изделия заканчиваются провалом и приходится в том числе и обувь подбирать под конкретные задачи.
21.07.2015
Али Алиев
Great Hunter, или победа над самим собой (Интервью с Олегом Андреевым)

Great Hunter, или победа над самим собой (Интервью с Олегом Андреевым)

 На суперобложке пятого тома альбома GreatHunters. Their trophy rooms & collections (Знаменитыеохотники. Их трофейные залы и коллекции), изданного в 2010 году компанией SafariPressInc. в Калифорнии, помещено фото интерьера подмосковного охотничьего дома Олега Андреева. Собственно, и открывается том рассказом об Олеге Николаевиче и подробной фотоэкскурсией по этому дому. Ну, а мы предлагаем вниманию читателей интервью с этим русским охотником, которого американцы причислили к Знаменитым.   «Магия настоящего САФАРИ»: Мы специально посмотрели старые охотничьи журналы и обнаружили во втором номере «Сафари» от 2002 года Вашу статью, рассказывающую об охоте на мархура. Примечательной показалась фраза о том, что за десять лет до этого (то есть в начале 90-х) автор уже успел всякого испытать на горных охотах. Когда же Вы начали заниматься горными охотами? Олег Андреев: Ну, во-первых, по поводу «испытаний». В этой фразе нет никакого преувеличения. На самом деле мы с друзьями – Леней Огородниковым и Сашей Шишкиным – успели к 2002 году побывать на различных, порой весьма тяжелых горных охотах, в том числе, в Киргизии и Узбекистане. Я, например, трижды приезжал охотиться на Красную поляну. Трижды потому, что в первый раз только промучились три дня, так и не выйдя на охоту, поскольку существовал некий конфликт между организатором охоты и охотпользователем. Во второй раз все было куда романтичнее. До Красной поляны мы добрались верхом на конях чудной ночью, под нереально огромными звездами, расположились в палатках, уснули. Утром глаза открываю – холодно и как-то подозрительно светло за матерчатыми стенками… Вылез на свет Божий – по колено снег! При этом все егеря в стельку пьяные, и у них масса аргументов против немедленного выхода на охоту – сейчас никак нельзя, надо подождать, когда снег перестанет идти. Ну, им виднее. Я полез опять в палатку. Еще поспал. Снова проснулся – картина усугубилась: снегу стало больше, а егеря – вообще в хлам. Где-то в середине дня меня посетил «капитан Очевидность»: надо просто удирать из этих мест, пока есть такая возможность. Снегом завалило все дороги, разобрать, куда идти, невозможно. Привязали главного егеря к седлу лошади, и она потащила его домой. Мы с охотоведом – за ними. Добрались до ближайшей базы, и мне стоило немалого труда уговорить их ехать дальше, к городу. Деревья ломались под тяжестью снега и падали, перегораживая дорогу, приходилось выпиливать в них проезды (хорошо, в машине была пила). Снегоочистители не работали, освобождать лобовое стекло от снега нужно было вручную. Дорогу, которую мы день назад проскочили за два часа, теперь преодолевали четверть суток. Егеря же, оставшиеся на Красной поляне, еще четыре дня выбраться не могли, поскольку все пути завалило уже большими деревьями. Так и третий мой приезд за туром не обошелся без приключений. Это было уже весной, снег практически сошел, но лошади с переменным успехом отыскивали в низинках места, где можно было провалиться по брюхо. Одна упала и, кувыркаясь по склону, максимально эффективно раскидала все, что было на ней нагружено. А нагружено на ней было все самое ценное – документы, деньги, фото- и видеоаппаратура, патроны и прочее. Часа два мы собирали их по всей горе. В тот раз я и добыл своего первого тура. Самое парадоксальное, что искали мы его, высматривали на дальних склонах, а он вдруг выскочил метрах в двадцати. Бывают такие чудеса. Один из егерей забрал все мясо, но поскольку тащить было тяжело, он швырял тушу перед собой, и та летела по склону, ударяясь обо все камни. В результате отбивные не пришлось отбивать, и егеря за милую душу потом съели мясо этого старого (ему лет тринадцать, наверное, было) козла. Дважды мы ездили с Леней и Сашей на границу Узбекистана и Афганистана охотиться на мархура. А я еще и третий раз. Потом эту охоту закрыли, и мы оказались едва ли не последними из тех, кому удалось поохотиться по официально оформленным лицензиям. «МН САФАРИ»: Вернемся все-таки к вопросу: когда? Объясню почему. Дело в том, что о трофейной охоте, об охоте в Африке и о горных охотах наша охотничья пресса более или менее решительно заговорила в начале двухтысячных. И только через несколько лет после этого наши соотечественники пристрастились к этим неведомым до тех пор россиянам охотам. В 90-х же годах лишь единицы в России знали обо всем этом. В стране не было еще компаний, ориентированных на зарубежный охотничий туризм. Первопроходцами считаются Павел Гусев, Александр Лисицин, Александр Хохлов… О.А.: Ну, на охоте в Африке мы побывали, пожалуй, раньше многих других – в 1992 или 1993 году, точно не вспомню сейчас. Тогда мы ездили с Леней вдвоем, сами искали организатора за рубежом. Первый раз через посольство Кении попали в эту страну, откуда на машине переправились в Танзанию, и там охотились на антилоп и буйвола. У нас был один пакет на двоих. С тех пор мне довелось объехать много африканских стран – Намибия, Танзания, Замбия, Зимбабве, Камерун… Лучшая в смысле первозданности природы охота – в Танзании. Там уже у меня побывали и жена, и старший сын. Года три назад два пакета они отстреляли за 10 дней – у каждого и львы, и леопарды, по большому крокодилу, по бегемоту… «МН САФАРИ»: То есть к началу 90-х вы уже были отчаянными охотниками-путешественниками. А когда вообще начали охотиться? О.А.: Началось все со стенда. В общем-то случайно попали как-то в восьмидесятых еще годах на стенд, заинтересовались и стали тренироваться. Под свое крыло нас взяла чемпионка по стендовой стрельбе Галя Сабитова. Она нас многому научила, натренировала, а потом и на охоту «подсадила», за что ей большое спасибо. Правда, случилось это не сразу. Первая охота была загонная, был добыт лось, потом ехали все в одном кунге вместе с этим лосем, запах крови смешался со всякими прочими запахами, «смешались в кучу кони, люди…». В общем, поначалу не впечатлило. А потом как-то сам собой появился азарт, начало проникать в жилы заезженное сейчас в прессе «чувство единения с природой». И чувство это оказалось весьма сильным. Мы стояли на номерах, ходили в загоны, охотились у Яши Колесникова, а он был удивительно позитивный человек. Познакомились с фотокорреспондентом «Охоты и охотничьего хозяйства» Дигилевичем Анатолием Федоровичем, и он потом с нами много ездил на охоты. А потом нас пригласили на охоту в Киргизию, и это была уже самая настоящая горная охота. Сразу на барана Марко Поло. Я помню, был страшный холод, все ужасно мерзли. Спали в палатке, которая топилась кизяком и углем, которые, как известно, воздух не озонируют. Чтобы не задохнуться, вверху открывали окно – это при минус двадцати! Ходили мало, больше ездили на лошадях. Но за неделю не смогли ничего взять. Видели зверя, но подойти не получилось. Как оказалось потом, мы чуть не стали причиной международного конфликта, во всяком случае, МИД Китая направил в МИД Киргизии ноту – во время охоты мы нечаянно перешли китайскую границу. На меня же горная охота произвела сильное впечатление – ты все время должен пересиливать, преодолевать себя. Я всегда занимался и продолжаю заниматься спортом и знаю, какое удовлетворение испытываешь от того, что твоему сознанию удалось победить панику или леность тела. А на охоте ты еще и вознаграждение получаешь в виде трофея. Честно добытого, выстраданного, вымученного. И не зря кто-то из великих мудрецов сказал, что самая тяжелая и самая приятная победа – это победа над самим собой. Ну, и в горах необыкновенная, своя красота, которой не увидишь больше нигде. Не с чем сравнить. И удивительная, космическая тишина! В общем, не смотря на неудачи в самом начале, горная охота увлекла всерьез и, как оказалось, надолго, если не навсегда. «МН САФАРИ»: А нет однообразия впечатлений – ведь если все время горы, то могут и прискучить? О.А.: Горы вообще не могут прискучить, они всегда везде разные. Кстати, благодаря именно горным охотам удается побывать в таких странах, куда по какой-то иной причине и доброй воле – просто в туристических целях – ты, скорее всего, ни за что не поехал бы. Я имею в виду Иран, Пакистан… В Таджикистане, например, мы были в одном месте, где с одной стороны – Китай, с другой – Пакистан и с третьей – Афганистан... «МН САФАРИ»: Приходилось встречаться с ситуацией, когда человек при подготовке к горам, что называется, «перебрал», и в результате уже на охоте началось воспаление коленных суставов. В чем для Вас заключается тренировка перед охотой в горах, сильно себя «истязаете»? О.А.: Я считаю, что для этого вполне достаточно тренажерного зала – беговая дорожка и прочее. Хотя у каждого человека все это индивидуально. Я лично убедился в том, что организм накапливает опыт пребывания в высокогорье. Если поначалу это очень тяжело, то потом от поездки к поездке становится легче переносить все тяготы. Может быть, перед горами стоит добавить больше аэробных нагрузок. Главное в горах – дыхалка. И ноги. И руки. И голова. В горах не надо бежать за егерем. Надо выбрать оптимальный для себя темп и двигаться в этом режиме. Егерь ведь не испытывает тебя на выносливость, он просто привычен к передвижению в горах и не знает твоих возможностей. А когда ты выберешь оптимальный для себя темп, он под него так или иначе подстроится. «МН САФАРИ»: Какие из горных тягот остаются в памяти надолго, приходится ли после гор адаптироваться к условиям нормального для нас содержания кислорода в воздухе? О.А.: Для меня серьезная проблема в горах – плохой сон. Я не высыпаюсь, и в результате организм плохо отдыхает. Но как только спускаешься вниз, все это сразу проходит, никаких последствий не остается. Конечно же из-за постоянного недостатка кислорода на большой высоте тяжело передвигаться пешком. Если есть лошадь, то это во многом спасение. С ее помощью проще подниматься, перемещаться по горам. Только не спускаться. Спускаясь, я веду лошадь в поводу. Когда второй раз мы попали в Киргизию, нас встречали правительственные чиновники и военные. Наутро после хорошего вчерашнего застолья все расселись по лошадям, а нам досталось то, что осталось. Моя лошадь производила впечатление довольно спокойной. Но через некоторое время стала проявляться такая странность – любое препятствие она брала прыжками. Правда, не составило поначалу труда приструнить ее. Дошли мы до каменистого участка, она выбрала какой-то момент и неожиданно резво прыгнула. Я вылетел из седла, но левой ногой зацепился в стремени. И она понесла. Сопровождающие никто ничего не успел понять, и только смотрели в удивлении, как меня волокло по камням. Хорошо, за спиной был рюкзак. Но было и ружье, и приклад сразу разлетелся в щепки. Рюкзак начал трещать, а я только закрывал лицо рукой от ударов о камни. Она еще и копытами пыталась по мне вдарить, видимо, чтобы освободиться от ненужного ей балласта. Очевидно, ангел-хранитель удержал меня от того, чтобы я, собираясь на эту охоту, одел берцы. Я поехал в кроссовках, и нога в какой-то момент выскочила из кроссовки. Был бы на ноге зашнурованный ботинок, вряд ли удалось бы сохранить голову в целости. У меня случилось, судя по всем симптомам, сотрясение мозга, но от охоты я не отказался и часов пять промучился с распухшей ногой. Увы, никто никакого зверя на охотников так и не вытолкнул. В результате егерь посочувствовал мне и… предложил в одиночку возвращаться в лагерь. Иди, мол, вдоль ручья и наверняка придешь, не заплутаешь. Я шел часа два, периодически опуская ногу в ледяную воду, чтобы немного ослабить боль. Потом, дома уже, пришлось делать операцию – порвал, как выяснилось, связку. И что оказалось в конце концов. У них не хватало лошадей на всех, так они взяли выбракованных лошадей с ипподрома. То есть мне попалась просто старая кляча со своими заскоками, а не спокойная лошадь для поездок по горам. С тех пор я очень настороженно отношусь к лошадям, а спускаюсь вниз только своими ногами. «МН САФАРИ»: А что с ружьем стало? О.А.: Ружье это – карабин Зауэр 202 калибра .300 WeathMag. К нему сделали новый приклад из чеченского ореха, оно стало тяжелее, но я с ним охочусь уже лет восемнадцать. «МН САФАРИ»: .300 WeathMag– это же очень жесткий в отдаче калибр… О.А.: Я бы не сказал. Может, просто привык, может, новый тяжелый приклад компенсирует отдачу. Из него стреляли и жена, и сын. Сын – с 12 лет, жена у меня худенькая, она балерина, и тоже без проблем. Она в Африке с ним охотилась. Нет, отдача вообще незначительная. Может быть, из-за большого веса ружья? «МН САФАРИ»: Раз уж в разговоре зашла речь о жене, вспомнилось, что мы публиковали статью и об охоте Ваших детей. У Вас вся семья охотничья? О.А.: Да, сейчас дети уже подросли, и хочется им показать мир реальной дикой природы и в России, и в других странах. В горы им еще рановато отправляться, поэтому сейчас приучаю их к охотам в Подмосковье. Хотя побывали уже на охоте в Польше, в Ростове-на-Дону. Ну, а жена, Анжелика, и старший сын Егор охотятся уже вполне серьезно. «МН САФАРИ»: Вы считаете, что целесообразно приучать детей к охоте с малого возраста? И не просто приучать, а давать им возможность стрелять из «взрослых» ружей, возможность добывать зверя? О.А.: Все зависит от ребенка и его родителей. Я бы не сказал, что их пришлось приучать. Они сами страстно рвались на охоту. А если ребенок хочет, то почему нет? Если он видит дома, что и папа, и мама, и старший брат охотятся… Кстати, мама у них состоит в Международном клубе Сафари. Младшим по-настоящему нравится охота. Они встанут ни свет, ни заря, будут идти столько, сколько нужно. Их никто не приучал к охоте, они просто ездили с нами по охотхозяйствам, видели, как мы охотимся, и всегда мечтали самостоятельно добыть зверя. Однако, я убежден, все это должно быть под стопроцентным управлением родителей, оставлять детей один-на один с оружием нельзя. Кстати, если ребенок стремится к охоте, а ему запрещают это, он найдет способ заняться охотой самостоятельно, и ситуация станет совершенно неконтролируемой. Все мы знаем кучу историй, как мальчик лет в десять крадет ружье у дедушки в деревне и идет стрелять птичку. Но охотниками становятся из них только те, у кого это ружье не выстрелило нечаянно в товарища, не искалечило самого стрелка. Избежать этого можно только одним способом – разрешением охотиться при полном контроле со стороны родителей. И еще, путь самостоятельного постижения основ охоты несмышленым ребенком обязательно лежит через браконьерство в самых нелепых его проявлениях. А при охоте с родителями он как бы исподволь получает правильную информацию: самок и их детенышей стрелять нельзя (когда вырастет, узнает, что в определенных случаях можно и даже нужно, но это будет уже следующий уровень понимания живой природы), ни трофей, ни добытое мясо съедобных животных не должны пропасть (наша семья вообще по большей части питается мясом диких животных) и так далее. У нас большой охотничий дом, в котором проходят все их детские праздники – дни рождения, новогодние елки. Они играют с чучелами животных, оседлывают их, возятся с ними… Они живут в этой атмосфере. Тася у нас выросла, можно сказать, на шкуре медведя, и когда года в четыре пошли с ней в зоопарк, она показывала на зверей и называла: «Это аксис, это хартебист, это вартхог». Те, кто оказывался рядом и слышал эти малознакомые им самим слова, сравнивали то, что она произносила, с табличками и удивлялись, что сходится. Когда она пошла в первый класс, учительница как-то высказала жене. У вас, говорит, дочка большая фантазерка. Обратите, говорит, на это внимание. Супруга спрашивает: «А что такое случилось?». Учительница: «Тася рассказывает всем, что у вас дома на стене настоящий слон висит». Да, жена говорит, действительно странно. «Вот, и я говорю, странно», – продолжает учительница. Я имею в виду, говорит жена, странно, что она только про одного слона сказала – у нас же два слона висят. Нужно было вам видеть глаза этой учительницы. «МН САФАРИ»: Как Вы считаете, с какого возраста можно давать детям возможность охотиться с огнестрельным оружием и при каких условиях это должно происходить? О.А.: В Германии, например, это понимают, и специально для детей делают облегченные ружья. Раньше и в России производились детские ружья монте-кристо, которые стреляли ослабленными патронами. И это, на мой взгляд, нормально, если ребенок с детства занимается стрельбой с тренером (у нас это разрешено) или даже охотой с кем-то из родителей (что у нас разрешено, лишь начиная с определенного возраста ребенка). Понятно, что дело еще и в физической крепости детей, а она у всех разная. И потому одному из двух школьников одинакового возраста полуавтомат вполне по плечу, а другой и с одностволкой не справится. Как я понимаю, принимая закон, депутаты ориентировались, в том числе, на рекомендации медиков-педиатров, а те наверняка называют некий усредненный возраст, с которого можно начинать стрелять… Мне бы не хотелось делать какие-то обобщения, я думаю, что все это очень индивидуально. «МН САФАРИ»: Давайте вернемся к Вашим охотам. У Вас огромная коллекция самых разнообразных трофеев, в том числе горных копытных, причем довольно редких. А из наград пока только OVISWorld Slam… О.А.: Года два назад я стал членом клуба OVIS, и сейчас там оценивают мои трофеи. У меня в коллекции порядка 20 баранов и козерогов тоже немало, так что в ближайшие годы надеюсь добрать одну из «двадцаток». Но, если честно, до последнего времени меня все это как-то не очень волновало, а теперь вот появилось вдруг желание добыть и «тридцатку». А с желанием пришли и новые планы на охоту. Тем более, что у меня есть, как Вы заметили, такие трофеи, которых сейчас добыть официально невозможно или крайне трудно – мы же охотились в Китае, который закрыл охоту на всех своих горных копытных, в Казахстане я стрелял барана, который сейчас тоже закрыт для охоты. Насколько я знаю, барана Северцова, который также есть в моей коллекции, сейчас стрелять нельзя. То есть у меня положение гораздо лучше, чем у многих, кто только-только взялся собирать коллекцию, и это преимущество я собираюсь использовать. «МН САФАРИ»: Вы являетесь членом российского Клуба горных охотников. Чем он привлек Вас? О.А.: Не только членом клуба, но и его учредителем, а также членом президиума КГО. Чем привлек… Ну, во-первых, это российский клуб. Во-вторых, его цели и задачи полностью соответствуют моим представлениям о том, каким должен быть клуб горников. В-третьих, это интереснейшая специализированная площадка для общения, а именно во время общения узнаешь порой очень важную для тебя информацию. К тому же подвидов баранов и козерогов в списке КГО больше, чем в списке OVIS, и таким образом появляется возможность познакомиться с большим количеством новых охотничьих регионов, испытать себя в новых ситуациях. «МН САФАРИ»: И в заключение вопрос о наших традиционных охотах: остается ли время на них? О.А.: Конечно. Мне нравятся все зверовые охоты. Птицы как-то не заинтересовали, а вот медведи, волки, копытные… Я создал в Карелии охотхозяйство ради охоты на медведя на приваде. Эта охота мне нравится особо. Вот уж где сливаешься с природой! Просто погружаешься целиком в этот особый, пленительный мир всем своим существом. Сижу всегда только на открытой засидке, смотрю и слушаю. Медведь ходит совершенно бесшумно. Сложно бывает определить, когда он подходит. Тем более, что он вокруг обойдет, запах попытается поймать. Лет десять я ездил в охотхозяйство «Ильинское», пока не сменился собственник. С детьми ездил. Полдня в загонах, а вечером – на вышку на кабана. Я охотник, и мне любая охота в радость! «МН САФАРИ»: Желаем Вам удачи в реализации задуманных планов и спасибо за интервью. О.А.: Со своей стороны тоже хочу пожелать удачи Вашему журналу, который, говорю это совершенно искренне, считаю лучшим российским охотничьим журналом.      
21.07.2015
В гостях у Афшати 2 часть

В гостях у Афшати 2 часть

Мучительно тянулись минуты ожидания. Мы успели уже немного подмерзнуть на холодном ветру, который тянул с ледяных вершин соседних гор. Но вот, наконец, Петро спустился и сказал, чтобы поспешили за ним. Туры пошли не там, где их ждали, а значительно ниже.   Солнце уже почти садилось за острые вершины скал. Оставался единственный шанс выйти на выстрел к турам. Началась настоящая гонка. Вниз по сыпучке. Вверх по скалам. Опять вниз и опять вверх. Создавалось впечатление, что мы где-то в армейском подразделении на тренировке по преодолению полосы препятствий. Сколько этих хребтов тогда преодолели, уже трудно вспомнить, но не менее пяти – это точно. Пот и пыль образовали на лице грязно-липкую корку. Пот заливал глаза. Но нельзя было даже остановиться, чтобы перевести дух. Туры шли и шли вправо от нас. И надо было успеть перехватить их до темноты. Наконец авангард погони в лице Ацамаса и Петро остановился и залег на одном из хребтов. Мелькнула мысль – погоне конец! Приблизившись к ним, я услышал, что туры не так далеко и нужно стрелять, потому как вряд ли представится еще возможность. Во всяком случае, в этот день. Стадо туров голов из 30 или более выбрало небольшой склон с зеленой травой и теперь спокойно паслось. Подоспел Жайсан. Для него самым главным в тот момент было поймать ровное дыхание, что, откровенно говоря, было трудно сделать после такой продолжительной и изматывающей гонки. Хотя туры были спокойны, но световой день уверенно шел на убыль, и медлить с выстрелом было нельзя. Карабин Жайсана ChristensenArmsкалибра .338 LapuaMag медленно лег на камни хребта. До туров 315 метров. У меня в руках камера. Жму на кнопку записи. В видоискатель труднее найти ориентир на местности, чем Жайсану в отличную оптику, установленную на его карабине. Боюсь не успеть до выстрела сфокусироваться на стаде туров. Но получается. Держу в кадре. Жайсан выцеливает зверя, на которого указал ему Ацамас. Выстрел гулко разрезает тишину ущелья. От шкуры одного из туров поднимается пыль. В тот же миг стадо срывается с места и бежит по тому маршруту, по которому они пришли. Попадание было, но… Казалось невероятным, что после попадания такой тяжелой (16 граммов!) пули мощного патрона зверь может так уверенно двигаться. С явлениями такого рода мне приходилось сталкиваться не раз, когда зверь, будь то марал, козерог или кабан на быстром галопе пробегали до нескольких сот метров, а потом падали замертво. Мы не увидели падения тура и пришли в замешательство. А темнело буквально на глазах. Было заранее оговорено, что при желании охотник может стрелять второго тура. Животные резво преодолевали небольшие ущелья и хребты в полукилометре ниже нас. В этот момент Жайсану пришлось применить все свое мастерство, полученное на тренировках с тренером по стрельбе на дальние дистанции в родном Казахстане. После последнего выстрела один из бежавших туров споткнулся и покатился вниз по склону. 500 метров по бегущему зверю!!! Сомнений в данном случае не было никаких. Трофей добыт. Ацамас даже снял свою кепку, приветствуя удачный выстрел Жайсана и благодаря Афшати. Мы все с радостью поздравили охотника, воистину заслужившего такой трудовой трофей, к тому же поразившего местных проводников своими меткими выстрелами. Но долго ликовать не было времени – резко опускались сумерки. Команда разделилась на две группы. Петро с Эльбрусом пошли искать первого тура. Мы же с Жайсаном и Ацамасом стали спускаться ко второму, найти которого оказалось не так просто. Уже прилично стемнело, и трудно было что-то разглядеть даже в пяти шагах. Лишь после получаса поисков трофей был обнаружен. Радости охотника не было предела. Тур оказался старым самцом, очевидно, весьма боевым с самого раннего возраста, т.к. рога его были повреждены с обеих сторон, и вместо тонких кончиков были огромные утолщения. Это добавляло трофею некую экзотичность и давало возможность отнести его в разряд аномальных. Тем временем на горы спустилась настоящая ночь. Кроме трофея Афшати подарил нам драгоценную воду. Ко времени погони все ее запасы были на исходе, а на такой высоте родников практически не бывает. Через потоотделение мы потеряли значительные запасы влаги, и во рту ощущалась пустынная сушь. Тем ценнее был тот небольшой, робко струящийся из-под камней и мха родничок. Пока проводники разделывали тура, под тонкую струйку родничка были подставлены опустевшие бутылки. Вода набиралась медленно, но этого хватило, чтобы утолить жажду и даже набрать про запас.   Ночевка в горах Между тем стоило задуматься о ночлеге. Впотьмах нашли небольшое пологое местечко, где с трудом разместились четверо из команды. Петро и Эльбрус пока отсутствовали, блуждая в темноте в поисках первого трофея. Пока мы располагались, они обнаружились по свету фонаря, и мы вывели их к нашему пристанищу. Оказалось, что первый тур тоже найден и имеет хорошие трофейные качества. Лишь скромным ужином пришлось отметить тяжкий путь, пройденный в этот день, и богатые трофеи, посланные охотнику богом Афшати (позже, в базовом лагере, мы исправили это досадное несоответствие). После скромной трапезы отправились искать в полной темноте хоть малую пядь ровной поверхности, чтобы расстелить карематы и провести ночь в спальных мешках. Но найти таковых не удалось и пришлось сооружать из валунов бруствер. На него выложили плоские камни, которые и составили основу «постели». Для страховки на уровне груди в почву воткнули посохи – чтобы не улететь вниз при неловком движении во сне. Благо этого не произошло. После тяжелого дня засыпаешь обычно быстро, но до того, как погрузиться в сон, я еще успел насладиться завораживающей глубиной чистого горного ночного неба с мириадами звезд. Утром сборы были недолгими. Сразу отправились ко второму трофею. Он оказался весьма достойным, с рогами классической формы Capracylindricornis. После короткой фотосессии, ребята быстро разделали тушу и разложили трофей и мясо по рюкзакам.   Спуск Обратный путь под тяжестью рюкзаков, наполненных трофеями и мясом туров, не был легче, как может показаться неискушенному в таких походах читателю. Опять до боли знакомые хребты и ущелья. Только в этот раз путь пролегал еще и через густые заросли кустов акации с острыми шипами, низкорослых деревьев и огромных валунов. Троп практически не было. Даже олени и туры предпочитали выбирать пути отличные от нашего маршрута. Но выбора на тот момент уже не оставалось: вперед и вниз! Регулярно падали, поскальзываясь на рыхлой и влажной почве, вставали и шли дальше. Солнце начало сильно припекать, осложняя и без того непростой путь. Благо периодически попадались ручьи с хрустально чистой горной водой. Можно было немного охладиться и выровнять водно-солевой баланс обильно исходящих потом организмов.   В конце пути обтрепанные об острые шипы и сучья, сильно измученные физически мы еле передвигали ноги, балансируя с тяжелым грузом за плечами между деревьями и камнями. И вот, когда уже было видно дорогу и приехавшую за нами машину, чуть расслабившись, я вдруг понял, что лечу вниз. Почти сразу почувствовал, как один из сучков березы коварно зацепил веко правого глаза. Пытаясь удержаться левой рукой, я свез кожу на ней от запястья до локтя. Очевидно, наступил на едва державшийся камень на краю небольшой звериной тропы, он сорвался, а с ним и я, поскольку не смог удержать баланс, имея большой вес за плечами. Таким образом, вдобавок к расписанной большим камнем на вершине горы левой ноге, я получил красивые узоры на руке и веке правого глаза. Интересно, что мой посох при всем при том остался лежать рядом с тропой и параллельно ей. Ноги тряслись от усталости и перенапряжения. Конечно, я представлял собой смешное зрелище со стороны. Но тех, кто прошел в горах не один километр, подобные казусы совсем не веселят. Не было насмешек, было только сочувствие в голосах. В машине нас ждал сочный арбуз!   В гостях у Гризли Прежде всего необходимо было завезти Ацамаса-Гризли в Даргавс, что мы и сделали. И тут нас взяли в «полон». Его гостеприимная семья уже приготовила обед, нас усадили за стол, и мы с удовольствием разделили с горцами трапезу. Не обошлось без традиционных тостов за Афшати и Святого Георгия. Тепло попрощавшись с приятными людьми, мы направились на базу, но тут кто-то из проводников предложил воспользоваться случаем и совершить омовение в горячих источниках Кармадонского ущелья. Разве можно отказаться как следует прогреть измученные мышцы в дарованных природой Кавказа лечебных водах?! Источники и в самом деле оказались горячими – градусов под сорок! Казалось, что молочная кислота, переизбыток которой в мышцах явно ощущался, растворялась, словно сахар в кипятке. По иронии судьбы нам пришлось терпеть высокую температуру и после омовения в источниках. Когда спустились в долину, температура воздуха была уже за 30 градусов. А когда УАЗ-буханка выехал на основную трассу и направился на базу, то, как потом нам сказали местные жители, температура воздуха поднялась до 41. То-то по дороге я все не мог понять, почему встречный воздух не охлаждает, а скорее обжигает. Да и горячее «сердце» УАЗа добавляло жару. В общем, это было счастьем оказаться на базе, где было уютно и прохладно, где пилигримов ждал заботливо приготовленный поваром обед. За время, проведенное в горах, одежда, постоянно впитывавшая пот, покрылась соляной коркой. Благо на базе была стиральная машина, и вся охотничья экипировка сразу отправилась в темное жерло белоснежной чудо-машины. Приняв душ и сменив одежду, спустились в просторную столовую, где уже по полной программе отметили первый успех Жайсана в Кавказских горах. Решили на следующий день отдохнуть, разобраться со своей охотничьей одеждой и подкопить сил для предстоящей охоты на серну.
21.07.2015
В гостях у Афшати

В гостях у Афшати

Осетинское Афсати читается по-русски, как Афшати. Афшати – Бог охоты и покровитель диких животных. Алания, она же Северная Осетия, манит любителей горных охот богатством животного мира своих «поднебесных» угодий. Но побывать здесь интересно не только ради охоты.   Эту горную страну населяют преданные своей Родине потомки древних аланов. Названия Осетия и осетины происходят отгрузинского «оси», или «овси», что в свою очередь произошло от «асы» – самоназвания части алан. На самом деле правильнее будет все же называть этот небольшой по численности, но гордыйнарод аланами. Аланы внесли значительный вклад в культуру многих народов Европы в период клонившейся к закату Римской империи и вплоть до средних веков. Речь можно вести и о специально выведенной для военных действий породе лошадей, первом использовании лошадей в военных действиях, об особой аланской породе боевых и охотничьих собак, воинском и конном снаряжении, оружии. Вместе с племенами сарматов и германскими племенами аланы одержали множество побед на территории Европы. Боевой дух у них был возведен в культ. Считалось за честь для алана умереть в бою. Есть также поверье, что знаменитый король Артур, объединивший разрозненные племена на Британских островах и положивший начало Британской империи, был родом из аланов. Может быть, мало кто знает, но в процентном отношении количество Героев Советского Союза к общей численности населения Северной Осетии (Алании) – самое высокое среди всех народов и национальностей бывшего СССР. Это говорит о многом. По этим причинам само пребывание в этой горной республике накладывает лично на меня некий груз ответственности. Нельзя ударить в грязь лицом и сделать неправильный шаг, который может обидеть горцев и даже оскорбить, хотя для тебя не будет в таком поведении ничего особо предосудительного. Тем более, ты должен самым достойным образом вести себя в горах. Выносливость местных жителей поражает и вызывает глубокое уважение. Ходьба в горах Кавказа, на мой взгляд, является одной из самых сложных в плане физической нагрузки. А охота на дагестанского тура в Северной Осетии (Алании) может служить неким критерием коэффициента выносливости для средних высот до 3 000 м н.у.м. Горы очень крутые, каменистые и зачастую таящие в себе немало неожиданных трудностей.   Встреча В очередной раз приземляюсь в аэропорту Владикавказа. На этот раз со мной прилетел страстный горный охотник из Казахстана Жайсан Сыздыков (из Алматы он летел через Москву). Мой друг и партнер, с которым мы работаем вместе уже много лет, Цара Созанов, радушно встретил нас в аэропорту и повез на базу Верхняя Саниба. Всегда приятно встречаться с друзьями, с которыми «съел не один пуд соли». С такими людьми понимание достигается с полуслова. Был конец августа. Погода в этот год была необычно жаркая для Осетии. Владикавказ встретил нас пеклом и духотой. Днем термометр зашкаливал – за 35 градусов! По словам местных жителей, это не обычно для конца лета, да и вообще для этих мест. Мы прекрасно отдавали себе отчет в том, что такая жара создаст дополнительные трудности на пути к трофею. Да и отдыхать после восхождений в полной мере будет сложно. Благо внутри самой базы с ее толстыми стенами советской постройки было не так жарко, и сон позволял впоследствии спокойно восстановить силы после горных восхождений. Впрочем, еще в переписке Жайсан Сыздыков заявил, что охота для него тем интересней, чем сложнее. Такое заявление несколько обескуражило. Потому как зачастую бывает наоборот. Многие охотники хотят добыть большой трофей, но при этом особо не напрягаясь. Я таких называю собирателями трофеев. Тем приятнее бывает слышать от охотника, которому ты организовываешь охотничий тур, заявления о том, что трофей вторичен, главное – процесс. Ну, а что касается трудностей маршрута на пути к трофею, то Кавказ занимает в этом плане одно из первых, если не самое первое место. Крутые склоны, каменистые осыпи, снега, высоты под три тысячи и выше. Не всем охотникам они под силу. Одно радует – на той же высоте в 3 000 м н.у.м. здесь ты чувствуешь себя гораздо лучше, нежели на такой же высоте на Памире, и практически не испытываешь гипоксии. Но трудности Памира в Осетии компенсируются крутизной и опасностью подъема. Притча о том, что с горами нужно быть на «ВЫ», в данном случае более чем актуальна. Ты никогда не возьмешь горы с наскока. К ним нужно готовиться и физически, и морально. И даже хорошая физическая форма не гарантирует абсолютный успех. Важно еще и правильно уметь распределить свои силы на подъемы и на спуски. В общем, мы решили не бросаться, сломя голову, в бой, а отдохнуть на основной базе хозяйства в Верхней Санибе и целый день посвятили подготовке инвентаря и оружия. Ужин был накрыт и проведен в классическом осетинском стиле. Алания – одно из немногих мест на планете, где до такой степени чтят и уважают вековые традиции предков. Примером может служить особый ритуал застолья. Для новичка он может показать замысловатым и сложным, но когда на этом воспитывают подрастающее поколение с детства, то он входит в твою жизнь вполне естественно. У аланов (осетин) нет за столом тамады, вместо него всегда старший, выбранный из числа самых уважаемых людей. Старший, в свою очередь, назначает своих помощников, размещающихся по правую и левую руку от старшего. Тосты произносятся в определенном порядке. Старший предоставляет право тоста своим помощникам и гостям. Цара возглавил стол и по традиции произнес несколько тостов в честь Святого Георгия, Афсати (произносится как Афшати), осетинского Бога охоты, за здоровье всех наших родственников. На столе были традиционные осетинские три пирога, положенные один на другой. Они круглые по форме и достаточно тонкие. Каждый из них имеет свою начинку. Внутри одного из них может быть мясной фарш, в другом – свекольные листья, в третьем – осетинский сыр. Но классический осетинский пирог состоит из трех круглых с начинкой из осетинского сыра. Каждый из них имеет свое смысловое значение. Они олицетворяют солнце, землю и воду. Не отведать эти пироги никак нельзя. Иначе обидишь гостеприимных хозяев. Кроме пирогов на осетинском столе всегда много мяса и овощей. Все это потребляется под традиционный осетинский напиток – араку. Арака – это кукурузная водка крепостью около 28 градусов. Обычно арака пьется горячей, даже в жаркую погоду, с добавлением в нее острого перца. Это придает напитку неповторимый аромат и пикантность. Из-за традиционного обилия тостов за осетинским столом арака не дает тебе быстро поддаться коварству Бахуса, и по этой причине застолье не сводится к банальному пьянству, что часто приходилось наблюдать у нас в России при потреблении нашего традиционного напитка. Особо усердствовать за столом при потреблении араки и пищи мы не стали. В ходе ужина было принято решение стартовать на следующий день в горы рано утром. Поблагодарив гостеприимных хозяев за прекрасный стол, мы с Жайсаном отправились готовиться к утру. По расчетам проводников, мы должны были провести в горах ночь или больше. Опыт и предварительная подготовка к поездке помогли быстро разложить все необходимое для «автономки» в ходовые рюкзаки – спальник, надувной коврик, запас еды, аптечка, камера, фотоаппарат и всякие мелочи для жизни вне цивилизации.   За облаками на Джимара хох На следующий день сразу после завтрака около 7 часов утра верный УАЗ-буханка уже катил нас по пустынной дороге в горы. Раннее утро подразумевает обычно легкую прохладу. Но в этот раз она не ощущалась. Температура уже была где-то за 20 градусов и быстро повышалась по мере нашего приближения к начальному пункту восхождения. Особо не спешили, так как главным было оказаться в нужном месте в предзакатное время. Именно тогда туры начинают передвижения в тех местах, которые предварительно разведали проводники. А коли спешить некуда, грех было не воспользоваться случаем и не показать Жайсану одно достопримечательное место. Оно находится недалеко от начала подъема. Есть в Осетии такое село как Даргавс. Рядом с ним есть так называемый «Город мертвых». Он состоит из большого числа небольших каменных домов, в которых имеется только одно небольшое окно. Каждый раз проезжая это место, я останавливаюсь, отдавая дань мужеству местных горцев, которые сознательно шли умирать в те самые дома. Несколько веков назад в эти места пришла беда в обличии серьезного инфекционного заболевания – холеры. В те времена она была неизлечима. И вот, чтобы не дать возможности заболеванию распространиться на другие дома и соседние селенья, горцы построили «Город мертвых», куда уходили умирать заразившиеся. Порой уходили целыми семьями. Родственники приносили им еду, стучали в окно и подавали ее через единственное окно. Когда ответа на стук не следовало, это означало, что в живых там внутри уже никого не оставалось. Таким образом народ предотвратил распространение заболевания, чего не смогли сделать в те же самые времена европейцы во время различных эпидемий. Отдав дань мужеству умерших здесь людей, мы поехали в Даргавс, где предстояло забрать основного местного проводника Ацамаса по прозвищу «Гризли». Так называли его иностранцы за сходство по комплекции с североамериканским медведем. Рост около 185 см, огромной ширины плечи, волевой крупный нос и тяжелый взгляд серых глаз, контрастирующих со всей остальной внешностью, делали его на самом деле похожим на большого и сурового зверя. Но, как часто бывает с великанами, по характеру этот человек был совсем не таким суровым, как могло показаться на первый взгляд. Именно на нем лежала ответственность за подход к турам. Он регулярно контролировал их передвижение до нашего приезда и уверял, что рогачи на месте. И за ними нам предстояло только подняться на вершину Джимара хох (Черная гора), как называют ее сами осетины. Легко сказать – ТОЛЬКО! Мне уже приходилось бывать на этой высоте не раз, и я хорошо знал, насколько тернист и долог путь на вершину. Жайсану же предстояло впервые познакомиться с норовом кавказских кручь. В нашей команде были еще несколько человек. Петро – сухощавый, голубоглазый, подтянутый проводник почтенного возраста и потрясающей выносливости. Рост Петро тоже за 180 см. Он уже не впервые сопровождает наших гостей в горах, прекрасно передвигается и чувствует себя на высоте, как дома. Ацамас и Петро всегда были у нас на передовых позициях. Сзади страховал группу Эльбрус, ребята звали его коротко просто Блу. Чуть выше среднего роста, очень хорошо развитый физически и готовый всегда прийти на помощь в трудную для охотника минуту. Вообще о физической форме горцев можно много и долго рассказывать. Вкратце скажу, что за все время работы на территории горных республик я встречал людей крепкого телосложения, прекрасно развитых физически. В горах за ними угнаться очень сложно, а для многих приезжих вообще невозможно. Итак, подняв голову к небесам, глубоко вдохнув и «обреченно» выдохнув, наша экспедиция тронулась в путь. Подошва горы была не так крута, и мы, быстро пройдя ее, оказались у крутого участка, который тянулся до самой вершины. Только местами на нашем пути будут встречаться небольшие полки, где можно хотя бы перевести дух и поставить ногу на более-менее ровное место. Между тем воздух прогрелся уже градусов до 25. Комфортными такие условия, когда у тебя за спиной еще и груз в 15-20 кг, назвать трудно. Пришлось снимать верхнюю одежду и убирать ее в рюкзаки, отчего они становились еще на несколько сот граммов тяжелее. Как известно, в горах каждый грамм «весит много» и имеет значение. Запасы воды начали резко убывать, хотя известно, что потребление большого количества воды при подъеме в гору не может принести облегчения Скорее наоборот. Вода, как мы говорим, бьет по ногам. Ноги становятся ватными и идти все труднее. Поэтому я всегда рекомендую новичкам в горах не пить много воды, как бы сильно ни мучила жажда. Лучше прополоскать рот и сделать один глоток. Чем сложен подъем в кавказских горах? Кроме крутизны здесь еще играет роль невысокая, но очень прочная трава, которая растет на каменистой почве. Порой, когда ты ставишь ногу в надежде получить опору, ботинок предательски скользит по такой траве и ты можешь сорваться. Был у нас и такой случай. У Жайсана поехала нога на такой траве, но вовремя подставленный посох Блу предотвратил дальнейшее соскальзывание. Еще одна особенность передвижения в горах – это очень узкие проходы в некоторых местах. При этом нет выбора и возможности обойти этот участок. Приходится либо на четвереньках, либо на цыпочках, держась за скальные выступы, протискиваться между огромными камнями или пробираться по краю ущелья. На нашем пути было несколько таких участков. Но в этот раз мы все преодолели относительно благополучно, за исключением одного случая, который произошел с автором этих строк. В одном из труднопроходимых мест, где тропа шла по самому краю ущелья, я ухватился за большой камень, лежавший на уровне моего плеча, и стал подтягиваться – так было удобнее продвигаться. В то самое время, когда уже почти все закончилось, и я готов был перенести центр тяжести вперед, камень медленно сошел со своего пьедестала, перевернулся и прошелся своими острыми ребрами по моей левой ноге от бедра до голени. Мысли о боли в тот момент еще не было. Меня беспокоило то, что за мной шли товарищи, которых я, правда, успел тут же предупредить. Благо, камень сразу ушел в ущелье, и никто не пострадал. А последствия такого события могли быть куда серьезнее, чем боль в ноге, которая пришла чуть позже. Впрочем, об этом думать уже было некогда, стоило поторопиться с подъемом. Через пять часов залитые потом и изрядно уставшие мы вышли на высоту 3 000 м н.у.м. Это было место, откуда предполагалось увидеть туров и произвести выстрел. Тут пришлось сразу же одеть на себя все то, что в начале подъема было спрятано в рюкзаки. Солнце уже не особо пекло, оно клонилось к закату. А на высоте всегда ветер и зачастую он пронизывающе-холодный. Потому как было еще в запасе время, а впереди – одна неизвестность, решили перекусить на скорую руку, как говорится. Жайсан с честью выдержал испытание первым подъемом в кавказских горах и был в неплохой форме, готовый сделать точный выстрел. Ацамас и Петро стали «сканировать» биноклями близлежащие хребты и ущелья. Нам было наказано сидеть тише мыши в норке. Каждое неосторожное движение или громко сказанное слово могли выдать чутким и осторожным животным наше присутствие. (Продолжение не за горами)
05.07.2015
Кри-кри из страны легенд и мифов

Кри-кри из страны легенд и мифов

Одно из весьма популярных европейских горных животных, охота на которого организуется всего в паре стран Европы, это критский горный козел, или козерог кри-кри (Capra aegagrus creticus). И это не случайно, поскольку именно кри-кри выпала честь выкормить молоком самого Зевса.   Само название «кри-кри» кажется несколько странным, поскольку именно так в Европе называют «поющего» насекомого – сверчка. Когда и почему критского козла стали называть кри-кри, можно только гадать. Может быть дело в том, что это животное в исторически недавнее время встречалось только на Крите, а может быть все дело в его блеянии, напоминающем песню сверчка. Хотя скорее всего и то, и другое внесло свою лепту в то, что критский горный козел обрел такое необычное имя. Впрочем, коренные критяне его называют иначе, причем самцов и самок по-разному, словно два различных вида: первых – агрими, вторых – санада. Последние генетические исследования показали, что критские козлы – это одичавшие козы, предки которых обитали в Средиземноморском регионе приблизительно в 8000-7500 гг. до н.э. На Крите это животное оставило свой след в искусстве Минойской цивилизации – одной из загадочных культур Восточного Средиземноморья эпохи бронзового века (2700-1400 годы до н.э.). В результате археологических раскопок на территории острова были найдены фрески с изображением кри-кри. Некоторые ученые даже считают, что во времена античности на Крите существовал религиозный культ этого животного. «Непосчитанным» кри-кри оставался до XIXвека. Впервые он был описан Лоренцом в 1809 году по особям, добытым в Боснии и Герцеговине. Несколько позже – в 1838 году – Шинц описал его, как критского эндемика. К середине ХХ века популяция кри-кри оказалась на грани исчезновения (насчитывала не более 200 особей), поскольку в годы Второй Мировой войны козерог был неотъемлемой частью меню греческих партизан. Поэтому в 1962 году было решено учредить на территории Самарийского ущелья национальный парк для охраны этих животных. Здесь и на склонах Лефка Ори они в основном и встречаются. В 1970-х годах популяция кри-кри была искусственно восстановлена также в природном парке Буразани. В результате численность вида стала устойчиво расти. В настоящее время основной ареал кри-кри в естественных условиях – остров Крит, где его поголовье достигает более 2000 особей. Встречается он также на соседних с Критом островках Диа, Тодор и Агии-Пантес, а также в Македонии и Греции. Длина тела кри-кри составляет 1,2-1,6 м. Хвост длиной 15-20 см. Высота в холке – около 80 см, вес – от 15 до 40 кг. Летом шерсть красновато-коричневая, зимой – светло-серая. Ноги и морда в любое время года темно-коричневые. Вдоль спины тянется черный ремень. На груди, боках и лопатках – темно-коричневый до черного «фартук». Голову самцов украшают два загнутых назад рога. Большая часть животных ведет скрытный, оседлый образ жизни, предпочитая крутые и скалистые склоны с кустарниками, чередующимися с участками горно-степных лугов. Взрослые самцы и самки держатся отдельно, образуя небольшие группы, объединяясь только на время гона – с октября по декабрь. Основная проблема, связанная с этими животными, – сохранение чистоты расы. Дикие кри-кри легко мешают кровь как с домашними козами, так и относительно недавно одичавшими. Разумеется, чаще всего это происходит в местах плотного проживания местного населения. Здесь нередко встречаются совершенно не боящиеся человека козлы, внешне похожие на кри-кри. На самом Крите охота на кри-кри запрещена. Официально поохотиться на этого зверя можно в Македонии и Греции. Понятно, что Грецию мы воспринимаем только как один из центров зарождения европейской культуры и цивилизации, и никто практически не рассматривает эту страну как охотничье направление. И совершенно напрасно. В Греции охота на козерога кри-кри проводится на острове Сапьенза, который приютился у юго-западной оконечности полуострова Пелопоннес. Пребывающих охотников размещают в частных, уютных гостиницах колоритного городка – Метони, расположенного на берегу Ионического моря. Это город с многовековой историей. Во времена крестовых походов он попал под власть венецианцев, которые построили здесь крепость и дали ей имя Модон. В течение долгого времени владевший крепостью владел всем полуостровом Пелопоннес. В наше время – это популярный греческий курорт, откуда отходит паром на остров Сапьенза. Не стоит забывать, что Греция расположена в средиземноморском климатическом поясе, для которого характерно жаркое, засушливое лето и прохладная, влажная зима. Лучшее время для охоты – ноябрь, но это также и начало зимнего сезона по календарю. Из-за дождей и бурного моря паромное сообщение между полуостровом и районом охоты может прерываться. А кроме того на острове Сапьенза запрещена охота по воскресеньям. Следует иметь в виду, что охота проводится только с арендованным, гладкоствольным оружием без оптики, и это еще одна специфическая черта «греческого сафари». Поэтому приезжающим охотникам желательно иметь навык стрельбы из гладкоствольного оружия на дистанцию 30-40 метров с открытого прицела. Охота физически не сложная: на острове нет высоких гор с одинокими пиками и обрывистыми крутыми склонами. Средняя высота – до 2000 м над уровнем моря. Охота проводится с 10 часов утра до 3 часов дня (промежуток времени, разрешенный для пребывания на острове). А большая популяция козерога кри-кри не оставляет шансов покинуть его без трофея. Охота в Македонии не менее проста и добычлива. Республика расположена на юго-востоке Европы, на Балканском полуострове. На севере граничит с Косово и Сербией, на западе с Албанией, на юге с Грецией, на востоке с Болгарией. В стране с древних времен сохранилось множество архитектурных памятников как времен античности, так и средневековья. Природная среда страны, занесенная в список наследия ЮНЕСКО, позволяет считать это государство одним из лучших европейских центров активных видов отдыха – охоты, туризма, рафтинга и спортивной рыбалки. В Македонии на большей части территории располагаются хребты средневысоких горных систем Скопска-Црна-Гора, Пинд (высшая точка – 2753 м) и Пирин, разделенных обширными межгорными котловинами. Именно сюда в большинстве своем едут охотники со всего мира, чтобы добыть козла кри-кри, охота на которого проводится с 1 сентября по 31 ноября. Кроме него здесь охотятся на балканскую серну, муфлона и некоторых оленей. Одна из популярных охотничьих территорий – заповедник Лакавица – расположен примерно в 100 км от столицы страны Скопье и занимает площадь около 7000 гектар. Из них 2500 гектар приходится на огороженную территорию. Охота проводится как в загороженной, так и в неогороженной части. Рельеф в основном горный, с типичной средиземноморской растительностью. В заповеднике обитают хорошие популяции муфлона, кабана, лани, пятнистого оленя, косули, гривистого барана и конечно же козла кри-кри. Охота организуется с подхода или с засидки. Целесообразно рассчитать тур дней на 5, из которых три дня охоты на один вид. Размещение здесь в роскошном охотничьем доме на территории заповедника. В доме 8 комнат, питание великолепное. Гражданам России для посещения Македонии требуется виза, которую необходимо оформлять заранее в консульском отделе посольства Македонии в Москве. Безвизовый въезд на территорию Республики Македония возможен при наличии оригинала приглашения, заверенного соответствующими органами в Македонии, либо оригинала туристического ваучера, подтверждающего факт оплаты отеля и других услуг на весь срок пребывания в стране, либо действующей Шенгенской визы категории «С».
30.06.2015
Д. Шадов, А.Павлов
За спиной – вся жизнь

За спиной – вся жизнь

По правде сказать, наверное, уйма всего написана на тему рюкзаков для путешествий и охоты. Но мне как-то не попались материалы, которым бы я безоговорочно верил. Этот материал тоже не претендует на истину в последней инстанции – просто обмен опытом, который накапливался с годами охоты в горах.   История рюкзака имеет глубокие корни, проблема переноски тяжестей не нова. В мире без «железного коня» гораздо острее стоял вопрос о системе фиксации груза на собственном горбу. И сегодня в дремучих уголках мира – как на севере, так и на юге – можно встретить незамысловатые (хотя порой довольно удобные) устройства из подручных материалов (дерева, кожи), выполняющих роль нашего главного героя.    Rucksack – с немецкого: заплечный мешок Безусловным плюсом такой системы является то, что руки у охотника свободны и нагрузка распределена равномерно. Сегодня аутдор-индустрия предлагает решения для любых задач: трекинговые, альпинистские, велосипедные, повседневные, рыболовные, охотничьи и очень много других разновидностей рюкзаков. Технологии и материалы тоже впечатляют, без полного погружения в предмет не разобраться. Поэтому попробуем определиться в сценариях классических для нашего региона охот (напомню читателю, что я веду речь об Алматинской области Казахстана, где рельеф как горный, так и степной).  Но до этого обсудим основные качественные характеристики рюкзаков:  - объем (обычно измеряется в литрах),  - материал, из которого выполнено изделие (имеет непосредственное отношение к потребительским качествам), - вес рюкзака (как и все, что нужно нести на себе, особенно в горах, очень важный параметр), - конкретные особенности модели (эргономика, организация внутреннего пространства, формы креплений, застежек),  - механическая прочность, - влагоустойчивость, - шумность материалов,  - расцветка.  Это основные параметры для выбора рюкзака для охоты.  Итак, возвращаемся к нашим охотам. Однодневная охота по перу (перепел, куропатка, утки-гуси, фазан) характеризуется тем, что до места охоты мы доезжаем на машине. Для охоты на куриных рюкзачок нужен лишь для переноски легких снеков и воды, некоторого количества патронов и небольшого по весу количества добытой птицы. Для таких задач подходят любые изделия до 25 л, начиная от армейского вещмешка. То есть рюкзак должен быть крепким, легким, желательно с непроницаемым для крови дном (чтобы не испачкать костюм). Я для такой охоты использую рюкзачок фирмы Allen на 20 литров.  Плюсы этой модели: ткань на прилегающей к спине стороне и на дне непромокаемая. Есть куча кармашков для мелочей, а на фронтальной стороне большой открытый карман для дичи.  Охота на водоплавающую дичь, как правило, не ходовая. Сидишь в скрадке, в лодке, а патронов и горячего чаю нужно больше, поэтому модель, совмещенная со стульчиком, будет в самый раз. Удобен будет он и на рыбалке.  Загонная охота на копытных на равнине, охота с лабаза (вышки), как правило, тоже находится в пределах досягаемости авто-мото-транспорта. Поэтому проблема выноса мяса не стоит. Как и в предыдущем случае, можно обойтись небольшим индивидуальным заплечным мешком.    Для горника Горная охота на копытных, как правило, растягивается на несколько дней и часто с изменением положения лагеря. Необходимость передвижения по угодьям тоже определяет подход к выбору снаряжения.  Наиболее распространенный сценарий в нашей практике – группа охотников на авто добирается до егерского домика-кордона, который становится базовым лагерем на время охоты. Обычно для передвижения по угодьям используют лошадей, но в связи со сложным рельефом в горах надо быть готовым к подходу, который может занять полчаса, а может растянуться на сутки и более. Случается такое из-за азарта, по неосторожности (неопытности) или из-за осмысленного действия, если речь идет о добыче желанного трофея. Это я о том варианте, когда при выходе на охоту у вас в планах не стоит ночевка под елкой, но, увлекшись или заплутав, вы вдруг понимаете, что день закончился, а быстро до лагеря добраться не получится. Думаю, похожая история была у многих охотников, в том числе и у меня. Дело было так. В первых числах ноября в городе зарядил мощный снегопад. Но в выходные мы с напарником не собирались упускать возможность поохотиться и выдвинулись в ночь. Под утро, объединившись в поселке с егерем, начали штурмовать ущелье. Снег к этому времени идти перестал, появились звезды. С рассветом мы были на месте и в первом же цирке обнаружили группу козерогов. Дистанция около 500 метров. В то время (а это было в 2006 году) для наших военных карабинов дистанция запредельная. Решили не рисковать и подойти хотя бы на 300 метров. Конечно, в азарте забыли, что всю ночь не спали и перекусить не успели и воды не взяли. Дальше все было как в той сказке: мы к ним – они от нас. Вроде, вот-вот, а они уже зашли за скалу, но мы ничего, идем, снизу нас по рации егерь корректирует. Снегу в горах хватало, но одеты мы были подходяще (как тогда казалось) – резиновые сапоги на ногах, брезентовые штаны, у меня поверх свитера флисовая кофта, у товарища – синтепоновая тужурка. Поднялись за три с половиной тысячи метров, разошлись, чтоб козлов в клещи взять. А они как сквозь землю провалились.  Наверху в щелях снегу уже было прилично надуто, так что местами проваливались по пояс. Солнце этот снег на штанине сразу же плавило, и он водой аккурат стекал в сапог, но в движении этого не замечаешь. Первые мысли об опасности ситуации пришли, как только солнце скрылось за хребтом. Сразу стало холодать, обострился голод и жажда. Связи с напарником уже не было (как оказалось потом, он случайно переключил канал), с егерем тоже… Начал я спускаться, но метров через 500 понял, что от щели по которой поднялся ушел по хребту за день километров на десять, а в этом месте спуститься можно было только в виде отбивной.  Сил подниматься на верх и возвращаться уже не было. Мороз усиливался с каждой минутой, и та одежда, которая успела промокнуть (а успела она промокнуть вся) тут же задубела. Следом промерзли и ноги в сапогах. Никогда не забуду этого ощущения – наступаешь и кажется, что тысячи игл втыкаются в ступню. К счастью, не знаю почему, но перед выходом утром пихнул в карман маленький фонарик и шерстяные носки. Поэтому, когда ноги окончательно потеряли чувствительность, стянул сапоги выжал стельки и переодел носки. Так я не уставал и не промерзал никогда в жизни. Каким-то чудом через пять часов мне удалось спуститься к машине! Раздевшись, отогревался и, мне кажется, не меньше часа вообще не мог двигаться. Между тем напарник все не появлялся. Когда мозг начал восстанавливать свои функции, я вдруг осознал весь ужас ситуации – ведь он и залез выше, и зашел дальше, и не было у него ни сменных носков, ни фонарика, а мороз – минус двадцать…  Егерь его фактически притащил на погонном ремне еще через час. Он нашел его ползущем на четвереньках, еле живого. Оказалось, что напарник провалился в глубокий надув и застрял ногами между скал под снегом. Не имея точки опоры, он барахтался несколько часов, пока не понял, что единственный способ выбраться из плена, это вытащить ноги из обуви. Только босиком ему удалось выбраться. Еще столько же ушло времени, чтобы вызволить ботинки. В общем, нам крупно повезло. Легкие обморожения конечностей и лица, страх осознания того, как близко были мы к концу, – вот собственно и весь прямой ущерб. А доходная часть стоила таких злоключений – эта история завершила этап нашего посвящения в горную охоту. Стало понятно, что надо или отказаться от всего этого, или менять полностью подходы и снаряжение. Как вы понимаете, мы выбрали второе. И с тех самых пор без рюкзака объемом 20-30 литров (с чаем, едой, аптечкой, «турайей», утеплением, мягким шомполом, спичками, фонариком, ножом и прочим) ни шагу не сделаю в гору.  Выбор такого объема изделия определен опытным путем. Охота на копытных в горах редко бывает одиночной, и такого объема хватит, чтобы разделить мясо между двумя-тремя охотниками. В то же время рюкзаки таким литражом можно найти с собственным весом в пределах полутора кг и меньше. Довольно давно мне приглянулся бундесферовский рюкзак на 25 л, с собственным весом 1 кг. У него простая и надежная конструкция середины прошлого столетия. Хотя кажется, что объем невелик, он смело вмещает молодого тека, косулю, кабана-сеголетка. Не забывайте, что практически на любой рюкзак можно еще столько же приторочить сверху (если очень нужно). При всей моей любви к нему, вынужден признать, что он далек от требований сегодняшнего дня и абсолютно не технологичен – не имеет жесткой конструкции спины, не регулируется под анатомические особенности тела, водопроницаем, весьма шумный. Поэтому для сценария «утром вышел – вечером вернулся» есть альтернатива. Это хит сезона Eberlestock Gunrunner Pack, который влагонепроницаем, имеет необходимый объем, выполнен из бесшумного материала (и даже с красивой камуфляжной расцветкой), высоко технологичен, при этом имеет удовлетворительный для всех этих наворотов вес – 1 кг с небольшим. А, главное, система включает чехол для переноски оружия за спиной, что конечно очень удобно. Меня, признаться, несколько смущал «хвост» за спиной, но, по отзывам уважаемых форумчан с горной ветки «ганзы», уяснил, что это не проблема и с этого сезона начал ходить с ним. Так и оказалось: карабин удобно сидит за спиной и ни за что не цепляется. Поносив мясо и снаряжение, могу констатировать его полную профпригодность. Из аксессуаров, пожалуй, две вещи заслуживают внимания. Это боковые накладные карманы и сетка, которая пристегивается на карабинчиках (предназначена для переноски птиц, судя из названия, но я с успехом таскал и вещи, и мясо). Основная нагрузка ложится на кости таза, режущего ощущения от лямок нет. Такое изделие закрывает мои охотничьи потребности на 70%. То есть, это основной «рабочий инструмент». Еще один вариант охоты – это экспедиция на ногах (лошадях) на несколько дней. Уровень подготовки таких мероприятий должен быть высоким. Снаряжения и запасов надо брать много, все оно должно быть безусловно надежным, а нести все это надо быть готовым самому. Генеральная задача – переноска грузов с максимальным комфортом по маршруту.  Мой выбор для таких охот – рюкзак со средним объемом, высокой надежностью, высокой грузоподъемностью, максимальным удобством для охотника и малым весом. Такое снаряжение – это конек компаний, ориентированных на альпинистов и скалолазов. Лет пять назад я приобрел мармотовский рюкзак объемом около 50 л с собственным весом около 2 кг (подобные модели сейчас выпускает Black diamond, Ospr е y, Vaude и другие). Надежная вещь, правда каремат и спальник остаются притороченными с внешней стороны.  Крайний вариант охотничьего приключения – это ЭКСПЕДИЦИЯ на неделю и более с полной автономкой, в том числе и ради трофейных охот. Для этих целей необходимо большое и надежное вместилище для всего скарба и продуктов из расчета на весь экспедиционный путь. Объем рюкзака должен быть не менее 80 литров, в противном случае уложиться просто не удастся. Тут целесообразно обратиться к гигантам аутдор-индустрии или поискать что-то подходящее среди производителей снаряжения для охотников или военных. Подбирая для себя такой рюкзак, я руководствовался следующим.  Альпинистские рюкзаки всем хороши, и соотношение объем/вес/грузоподъемность однозначно на первом месте среди конкурентов. Кроме того, отличная эргономика, последние технологические достижения и надежность. Но, к сожалению, материалы не предназначены для переноски костей и мяса; система не модульная, то есть, полный он или пустой, таскать его придется постоянно целиком; ну и в эстетическом плане – альпинистское снаряжение отличается яркими цветами, а это как-то не по-охотничьи.  Милитари-рюкзаки в том же соотношении объем/вес/грузоподъемность – на последнем месте. Как и их эргономика с технологичностью. Кордура 1000 – основной материал (плюс прошивка молле) – исключительно надежный, можно сказать, неубиваемый вариант. К тому же в природных расцветках и камуфляже. Но тяжелый. И если в малом формате прибавка к весу незначительная, то у суперобъемных рюкзаков это минимум несколько килограммов. Кроме того, милитари тоже не модульный.  Охотничьи рюкзаки в целом нечто среднее между альпинистскими и военными. Легче, чем милитари, но тяжелее, чем альпийские. Конечно материалы менее шумные, более прочные, приятных глазу камуфляжных расцветок. Но всей этой гамме продуктов я предпочел модель Eberlestokс k Blue Widow Pack. Это рюкзак-трансформер, позволяющий благодаря уникальной конструкции изменять объем от 36 до 77 литров, а с дополнительными аксессуарами – до 125 литров! При этом обладает системой регулировки и вентиляции, как на профессиональном альпинистском рюкзаке, позволяет осуществлять переноску оружия за спиной, укрепить резервуар с водой, имеет в своем составе поясную сумку для однодневных выходов и т.д. Короче говоря, взяв этот рюкзак, вы можете собрать все вещи в 120 л и ехать в экспедицию хоть на Камчатку. Добравшись до места, отсоедините навесное снаряжение и с маленькой поясной сумкой идите на разведку. А потом с рюкзаком 36 литров отправляетесь отохотиться и в нем можно вынести любой трофей, увеличив объем до 70 литров. Или можно уложиться в 70 л и уйти в автономку на несколько дней. Или, или…. В общем рюкзак многофункциональный. К нему у меня есть пара аксессуаров. Spike Camp Duffel – это мощный влагонепроницаемый мешок на 40 л, который можно использовать как увеличитель общего объема до 120 л, либо как мешок для мяса (усиленный), чехол-дождевик. Правда, хотя ткань и заявлена как водонепроницаемая, но молнии замки и прочее под постоянным дождем промокают. Другой аксессуар – кобура для карабина. Она отдельно подстегивается, но я пока ее не купил – в раздумьях. Вот практически и все.  Правда, есть еще одно заслуживающее внимания изделие. Это баул – рюкзак около 60 литров с верхней загрузкой от компании Maxpedition, модель Doppelduffel Adventure Bag. Очень удобная вещь для перевозки снаряжения в машине или на общественном транспорте. Надежность продукции Maxpedition общеизвестна, и такая снаряга никогда не будет лишней в гардеробе путешественника, благодаря в том числе возможности носить ее за спиной.  Конечно это не все рюкзаки, которые приобретались мной для охоты, а только регулярно используемые. 
30.06.2015
Али Алиев
Интервью с Сергеем Успенским

Интервью с Сергеем Успенским

Серьезно заняться охотой смог лишь после 40 (интервью с Сергеем Успенским)   Несколько лет тому назад ассоциация «Росохотрыболовсоюз» утвердила две трофейные номинации. Одна из них – «Великолепная семерка» объединяла семь наших самых престижных трофейных животных. Во вторую «Горная пятерка» вошли российские горные копытные. Совсем не многие охотники России имеют в своем активе эти трофеи. Сергей Вадимович Успенский один из 12 обладателей награды «Великолепная семерка» и один из восьми охотников России, кому удалось добыть 5 российских горных копытных. Вместе с тем у него довольно большая коллекция трофеев, добытых на разных континентах. Мы встретились с Сергеем Вадимовичем в его офисе и немного поговорили о его охотничьей жизни.   «Магия Настоящего САФАРИ»: Сергей Вадимович, судя по трофеям, у Вас богатейший и охотничий опыт, и опыт путешественника… Сергей Успенский: Да, время для охотничьих путешествий у меня было. «МН САФАРИ»: Глядя на Вас, представляется, что Вы родились где-то в Сибири, а все мужчины в семье были охотниками… С. У.: Мне очень нравится Сибирь, особенно ее южные горные области, но родился я и постоянно живу в Москве. Правда, охотничий дух в семье жил, сколько я себя помню. Охотились мой дядя Николай Сергеевич и дедушка – Сергей Сергеевич. У дедушки было два охотничьих ружья. Одно их них – двуствольное курковое Тульского Оружейного завода – помню очень хорошо. Оно, несмотря на простоту конструкции, обладало для меня необъяснимой притягательно силой. Мне в нем нравилось все, начиная со специфического запаха ружейного масла. Второе ружье почему-то запомнилось меньше. Оно тоже было двуствольным, с внутренними курками, произведенное в Германии, мне кажется, что фирмой «Зауэр». Когда я был в младших классах школы, меня очень тянуло к ружьям и стрельбе. Лет, наверное, в 11-12 дедушка сделал мне подарок – дал несколько раз выстрелить из тульской двустволки. Это было волнующе и интересно. Так в душе были посеяны семена будущей страсти к охоте. «МН САФАРИ»: С этого и началась Ваша «охотничья тропа»? С. У.: Серьезно заняться охотой смог лишь после 40 лет. Тогда я купил «Сайгу» 20-го калибра и был очень доволен тем, что мог с ней официально охотиться. Однако из «Сайги» я, главным образом, стрелял по банкам, приобретая навык стрельбы. Вскоре приобрел итальянское инерционное полуавтоматическое ружье Benelli Raffaello 12-го калибра. Это было мое «второе пришествие» в охоту. «МН САФАРИ»: Помните свои первые охотничьи трофеи? С. У.: Конечно. Мне думается, что большинство охотников свою первую добычу помнит всю жизнь. Моим первым трофеем стал кабан. Не слишком крупный, но оттого не менее памятный. Потом были утки, глухарь, тетерев, вальдшнепы. На зимней коллективной охоте однажды повезло – на меня вышел лось. Хорошо помню первых добытых медведей – одного взял на овсах, второго – на берлоге. «МН САФАРИ»: А нарезное оружие у Вас появилось, как и положено, после пяти лет владения гладкоствольным? С. У.: По существу, с первых же охот на крупных животных стало понятно, что нарезное оружие обеспечивает охотнику совершенно другие возможности. Моим первым охотничьим карабином стал CZ527 Luxкалибра .22 Hornet. Вскоре купил Blaser R 93 калибра .300 WinMag. Вот с этим карабином сегодня в основном и охочусь. «МН САФАРИ»: Хотя патрон .22 Hornet был разработан вначале тридцатых годов (иногда он обозначается как 5,6Х35 R Hornet), у нас в стране он редкость. Что побудило Вас приобрести карабин этого калибра? Какие трофеи на его «лицевом счету»? С. У.: Этот карабин на меня сразу произвел очень хорошее впечатление. Он удобный, легкий (масса 2,8 кг), пропорциональный. Ложе выполнено из красивого ореха. У него надежный продольно-скользящий поворотный затвор, магазин на 5 патронов и достаточно длинный ствол (600 мм). Хотя калибр совпадает с обычным малокалиберным патроном, выстрел получается несравненно более мощным. Эти патроны выпускаются с оболочечными и полуоболочечными пулями массой от 2,6 до 3,5 г. Их дульные скорости находятся в пределах 715-890 м/с. Из этого карабина с лабаза на овсах однажды был добыт двухсоткилограммовый секач выстрелом за ухо. Кроме того с его помощью добыл несколько поросят сеголетков, барсуков, енотов. «МН САФАРИ»: Патроны с какими пулями Вы предпочитаете, охотясь с карабином BlaserR93? С. У.: Я предпочитаю использовать патроны компании Norma с пулями Аccubond. При стрельбе на небольшие дистанции предпочтение отдаю пулям Оrix. «МН САФАРИ»: Где начинались Ваши горные охоты? Какие животные добыты? С. У.: Моя первая горная охота была на Камчатке. Там я добыл и первый горный трофей – камчатского снежного барана с симметричными рогами длиной 94 см каждый. Камчатка произвела большое впечатление своей необычной природой и охотничьими возможностями. После первой охоты меня туда так тянуло, что потом летал на Камчатку неоднократно. Серьезными трофеями, добытыми на этом полуострове можно считать камчатского бурого медведя, лося и карякского барана. «МН САФАРИ»: По Вашим трофеям понятно, что Вы посетили многие горные регионы. Где вам еще удалось поохотиться? С. У.: Во многих «злачных» охотничьих местах. Это горы Алтая, Карачаево-Черкесии, Азербайджана, Киргизии, Таджикистана, Канады. Из Канады в Москву с моей помощью приехал приличный трофей белого медведя. Довольно интересно было охотиться в Аргентине, правда, это нельзя считать горными охотами. «МН САФАРИ»: Какие регионы были милее всего вашему охотничьему сердцу? С. У.: Пожалуй, приятнее всего для души было в Горном Алтае и Карачаево-Черкесии. Объяснить почему, непросто. Наверное, здесь играет роль какая-то совокупность факторов, которая для меня делала эти охоты особенно приятными. «МН САФАРИ»: Вы помните свой самый дальний выстрел? Какой трофей стал его результатом? С. У.: Конечно, помню свои многие удачные выстрелы. Личный рекорд дальности – 545 метров. Это было на Памире, на высоте 4 500 метров. В прицеле был крупный баран Марко Поло. «МН САФАРИ»: Понятно, что охотнику дорог любой трофей. Но среди горных, да и всех охотников, существует конкурс трофеев. Какие из ваших трофеев представляются наиболее ценными? С. У.: Самыми рейтинговыми из моих трофеев можно назвать рога центрально-кавказского тура, барана Марко Поло и киргизского козерога. «МН САФАРИ»: Как часто Вам удается выезжать на охоту? С. У.: Если говорить о горных и заграничных поездках, то 2-4 раза в течение года. А когда открывается охота у нас, то пару раз в месяц стараюсь куда-нибудь выбраться. «МН САФАРИ»: Если говорить о дальних поездках, как долго они в среднем продолжаются? С. У.: Большая загруженность работой не позволяет уезжать надолго. Как правило, выездная охота продолжается 5 дней. «МН САФАРИ»: Как Вы одеваетесь для горных охот? Какая обувь для гор представляется вам оптимальной? С. У.: Ходьба в горах дело достаточно тяжелое, поэтому стараюсь, чтобы и одежда была легкой. Обычно это термобелье, флисовая куртка и дождевик в рюкзаке. Что касается обуви, то обычно это горные ботинки компании Mammut. Они хорошо держат голеностопный сустав и надежно «цепляются» за камни. «МН САФАРИ»: Пожалуйста, на «десерт» расскажите нашим читателям о каком-нибудь особенно запомнившемся случае. С. У.: Однажды друзья уговорили меня поехать в Аргентину, для участия в охоте на кабана с собаками. Эта охота была замечательна тем, что приглашенные охотники вооружались лишь копьями. Команда «копьеносцев» состояла из трех человек, которые должны были стоять почти буквально плечом к плечу. У организаторов охоты была свора собак, чрезвычайно вязко работавших по кабану. Как правило, после того, как они обнаруживали зверя, проблем с его добычей не возникало. В первый день нашей охоты довольно быстро был найден секач необычно активный и шустрый. Собаки яростно его «прессовали», и он постоянно перемещался. Это азартило не только собак, но и охотников. Из-за активных и стремительных перемещений кабана наш строй распался, и кабан бросился прямо на меня. Успел ударить его копьем в пасть, сломав один клык. В следующее мгновенье он повалил меня и стал рвать ногу. В этот момент собаки особенно активизировались. Отвлекшись на них, он оставил меня и метнулся в сторону. Один из сопровождающих нас профессиональных охотников положил его выстрелом «в угон». Меня оперативно доставили в местную больницу, где обработали и зашили рану на ноге. Пришлось наложить десять швов. Мне так хотелось остаться победителем в «рукопашной схватке» с кабаном, что на следующий день мы опять были в угодьях. Это было правильное решение, и мы втроем с помощью собак взяли весьма приличного кабана. «МН САФАРИ»: Спасибо за интервью. От имени редакции хочу пожелать вам «Ни пуха, ни пера».      
30.06.2015
Магия Настоящего САФАРИ
КЕЛЬ ДАГ, или ГОРА РОГАЧЕЙ

КЕЛЬ ДАГ, или ГОРА РОГАЧЕЙ

Это была вторая наша с другом, Сергеем Икренниковым, поездка в Азербайджан. После неудовлетворительной охоты с одним из местных организаторов в Бакинском аэропорту мы встретились с Алексеем Кимом, и тот очень хорошо отозвался об Асифе Ильясове. Мало того, когда он показал свой трофей с рогами 103 сантиметра, я сразу взял у него телефон Асифа, позвонил, и до вылета мы успели пообщаться по поводу возможной охоты у него.   Все детали были согласованы к маю 2014 года, и вот наконец мы снова оказались в гостеприимном Баку. Нас с другом Асиф лично встретил в аэропорту и помог с оформлением оружия на таможне. По его совету расположились в небольшом, но весьма удобном отеле, а вечером Асиф пригласил в свой знаменитый ресторан. Кухня Азербайджана – это что-то волшебное! Просто 1002-ая сказка Шахразады! Утром выехали в Исмайлы. У Асифа две зоны охоты в этом районе. Мы отправились в одну из них под названием Кяль Даг (можно перевести как Гора Рогачей). Это зона эксклюзивная и попасть туда нелегко, так как разрешений на охоту на этой территории выдается немного. Сказать по правде, мы, хотя виду и не показали, но на самом деле довольно скептически отнеслись к словам Асифа и его старшего егеря Наримана Зульфугарова о наличии отличных трофеев и о скоротечности самой охоты в районе Исмайлы – просто в памяти отложилось, что в прошлом году в Шеки все было наоборот. На мини-вене за три часа добрались до деревни, где нас уже ждали егеря. Отсюда пришлось проехать еще три часа на КАМАЗе, и мы прибыли на базу. Следующим утром на лошадях вышли в горы. Солнце уже поднялось и эффектно очерчивало тенями силуэты скальных выступов. Нет слов, на солнце чувствуешь себя прекрасно, словно на празднике, когда все вокруг улыбаются. Но за те пять часов, что мы двигались по дорогам и тропам, погода менялась несколько раз, и палаточный лагерь пришлось разбивать, преодолевая порывы жесткого ветра с редкими снежными залпами. Засыпали в теплых спальниках в бурю, а утром, выйдя из палатки, увидели феерическую картину – оранжевое солнце, голубое небо и повсюду… белый снег. Подниматься к вершине по скалам, засыпанным снегом, конечно, намного тяжелее, чем по сухим камням, но в конечном счете это все вопрос физической подготовки охотника. Мы же идем в горы не расслабляться, а штурмовать. По достижении одного из выступов Нариман показал место, где в прошлом году Алексей Ким отстрелял своего монстра. Кстати сказать, с Асифом и Нариманом было очень приятно общаться. Они говорили на русском, а это важно для гостя в чужой стране, поскольку, слушая постоянно непонятную речь, испытываешь дискомфорт. Егеря Саша и Алик между собой общались на азербайджанском, но с нами тоже довольно нормально говорили по-русски. Нариман с некоторой досадой сказал, что ожидал вообще-то увидеть туров уже утром, а сейчас уже середина дня, и пока ничего. Не знаю, как мой друг, а я отнесся к этим словам с изрядной долей скепсиса – печальный опыт прошлой охоты давал для этого все основания. То, что Нариман говорил истинную правду, подтвердилась через час – он обнаружил целое стадо туров в тридцать пять голов, которые разбрелись небольшими группками по нижнему склону около водопада. Честно скажу, я был поражен – и количеством зверей и качеством трофеев! Все, как на подбор! До них было без малого 800 метров. Обсудили увиденное и начали планировать варианты подхода. Вообще подойти к турам – задача не из легких. Спуск по скалам, где камни так и норовят выскочить из-под ноги, сам по себе труден, так еще это нужно сделать незаметно для туров, остроте зрения и слуха которых нам всем остается только позавидовать. Первыми шли Асиф, Нариман, Саша, Алик-Адыль и Мубариз, сын Наримана. Замыкали цепочку мы с Сергеем, осторожно спускаясь следом. На подход ушло полчаса. Наконец Нариман предложил нам подождать в низинке, а сам с Сашей поднялся на горку, чтобы получше рассмотреть зверей в бинокль. Скоро они вернулись и сообщили, что группа из 5-6 хороших туров лежит прямо напротив нас, на соседнем склоне, дистанция 160 метров. Остальные ниже и дальше. Впрочем, горевать о них не приходится, поскольку и ближайшая шестерка – очень хорошие трофеи. Мы решили стрелять вместе с Сергеем «на счет три», поскольку каждый хотел добыть этого зверя для своей коллекции. И тут уж, как говорится, пусть кому-то повезет, а кому-то придется искать зверей завтра. Вместе с Сергеем мы поднялись на позицию, нашли с помощью биноклей туров, а затем поймали зверей в оптику прицелов. Вот они, как на ладони, шесть штук. Совершенно спокойно лежат, пожевывая жвачку. Мы стали выцеливать каждый своего. Сергей взял крайнего слева, я – справа. Скажу сразу, что у обоих туров были отличные рога. Надо полагать, что наши телодвижения не остались незамеченными, и животные, поднявшись, неспешно двинулись вправо по гребню хребта. Выцелив первого, я поинтересовался готовностью Сергея – он был готов к выстрелу. Шепотом я просчитал до трех и нажал на спусковой крючок. Пуля ударила точно в позвоночник, попадание было четким. Я даже заметил белый «дымок», взвившийся на спине тура. Зверь упал-повалился по ту сторону хребта. И тут я услышал голос Наримана: – Второй хороший, ай, второй хороший! Но этот самый второй с просто огромнейшими рогами сразу же после выстрела спрятался за хребтом – вот, что значит опытный старый тур. Но почему не стрелял Сергей? После выстрела туры побежали вниз, цепляя друг друга в суматохе рогами. И вдруг один из их отделился и оказался от нас метрах в 120. Он сделал несколько шагов и остановился. Потом еще шаг и опять остановился. Вот тогда и раздался выстрел Сергея. Не знаю, о чем задумался тур, но пуля из карабина Сергея прервала его размышления навсегда. Зверь, как подкошенный, рухнул на землю. Радость, возгласы, поздравления! И вдруг в отдалении мы замечаем вереницы туров с какими-то невероятно огромными рогами, образующими на головах этих баранов-козерогов чуть ли не цифру 8! По камням и заснеженным скалам они уходили все выше и выше. Пару раз я примеривался в оптику, но дистанция постоянно менялась, все время увеличиваясь, а туры не останавливались ни на мгновение. Стрелять не стал. Итак, туры добыты. Осталось до них дойти. Сначала добрались до серегиного, провели фотосессию и егеря остались разделывать трофей. А мы с Сергеем и остальными отправились к моему трофею, лежавшему возле небольшого водопада. И снова фотосессия, снова поздравления и эмоции. Ну, а потом пришлось подниматься к палаткам, оказавшимся теперь значительно выше нас. Дело шло к вечеру, и мы добрались до флай-кемпа уже почти на закате. Здесь нас ждал горячий чай и суп, и это было очень даже здорово после такого тяжелого дня! Утром после завтрака на скорую руку собрали лагерь и выдвинулись в сторону основной базы, до которой добирались часов шесть. Горячий душ, шашлык, фрукты и тосты за удачную охоту помогли восстановить силы. В лагере было очень приятно находиться. Здесь царила атмосфера доброжелательности и дружеского участия. Здорово, что нам удалось встретить людей, которые отлично знают свою работу, у которых есть прекрасные угодья, которые настроены исполнять по возможности желания и требования гостей. За столом мы обсудили с Асифом охоту в следующем году в этом же месте. На следующий день с некоторым сожалением о том, что охота закончилась, возвращались в Баку, который не перестает удивлять гостей красотой современной архитектуры и в тоже время бережным отношением к восточной старине. Асиф пригласил в свою «трофи-рум». Каких только трофеев в ней не было! И таксидермия просто идеальная! А еще он познакомил нас с Фаиком Бабанлы, очень интересным собеседником и заядлым охотником на кошачьих. В целом от поездки остались только благоприятные впечатления. Спасибо Асифу и Нариману, спасибо всем, кто был с нами и помогал нам! И, конечно же, мы надеемся с ними встретиться еще не раз и, возможно, не только в Азербайджане!
30.06.2015
Сергей Гладкий
Белые бараны Юкона

Белые бараны Юкона

Поездка находилась под угрозой срыва. Несмотря на то, что документы на канадскую визу  почти за два месяца (в начале июня) – до вылета оставались считанные дни, а решение было принято лишь по одному из поданных паспортов – охотника Сергея Самотина. При том, что подавались документы одновременно и у каждого уже были в паспортах ранее выданные туристические визы в Канаду – решение по моей визе было принято лишь за 45 часов до вылета. Как нетрудно догадаться – это добавило мне немало седых волос. Не верьте срокам, указанным на сайте посольства – подавайте документы за три месяца, особенно в разгар сезона.   Не первый раз приходилось нам лететь в Ванкувер, и на этот раз наиболее адекватные тарифы и стыковки оказались у БритишЭйр. Про аэропорт Хитроу в охотничьей среде ходит немало слухов – мол, к перевозимому оружию там какое-то особо плохое отношение, и есть немало шансов, что оно потеряется на стыковке и не долетит до пункта назначения. Но нам повезло, мы прилетели в целости и сохранности. Канадская таможня как всегда быстро оформила оружие. Что интересно, в последнее время участились случаи, когда иностранные полицейские и таможенники просят предъявить русское разрешение на хранение и ношение оружия. Раньше такого не было, поэтому на всякий случай рекомендую возить его с собой. На этот раз мы решили обойтись без ночевки в Ванкувере, и сразу пересели на самолет до Уайтхорса. Пролетев крайний на этот день отрезок, и, оказавшись, наконец, в отеле, мы крепко уснули. Следующий день у нас был полностью свободен, и мы с удовольствием гуляли по городу (за час можно весь пройти), любовались величавым Юконом и фотографировались у исторического парохода «Klondike». Также не без пользы прошло посещение местных оружейных и охотничьих магазинов – тут можно найти немало того, чего не купить в Москве. Уайтхорс в переводе с английского значит Белая Лошадь. Такое название городок получил не случайно. Он расположен как раз в таком месте, где Юкон проходит через опасный порожистый участок. Вода в этом месте сбивается в пену и чем-то напоминает гриву белой лошади. Следующим утром мы спозаранку поднялись, позавтракали и выписались из отеля. Вместе с нами к отъезду готовилось еще двое охотников. Оказалось, что они – среднего возраста техасец и крепкая и энергичная старушка откуда-то из западных штатов едут с нами, к тому же аутфитеру.  За нами приехал микроавтобус, по пути мы зацепили в другом отеле еще пару молодых мексиканцев, приехавших охотиться на карибу,  и вместе с ними приехали на аэродром. Представители чартерной компании быстро оформили всех пассажиров, взвесили и загрузили багаж и оружие, представили нам пилота и он пригласил нас на посадку. Короткий инструктаж по технике безопасности, летим. Проходит десять минут, замечаю, как и один из мексиканцев что-то увлеченно говорит своему товарищу на испанском, и показывает пальцем за борт. Проследив взглядом в этом направление, осознаю, что именно его так заинтересовало. Из-под крышки бака в правом крыле красиво струится струйка топлива. Спрашиваю – «давно это?» - говорит «как взлетели, так и течет, как думаешь – надо сказать пилоту?». Не углубляясь дальше в эту дискуссию, мы с Сергеем немедленно сообщили о неисправности, и тот сразу развернул машину. Вместе с заменой резиновой прокладки и временем полета мы потеряли около часа, но летун поблагодарил нас за внимательность, так как на обратную дорогу горючего ему могло не хватить. Со второй попытки все прошло благополучно, и мы приземлились в широкой горной долине, на полосе рядом с трассой на город Доусон. Там нас уже встречали хозяева - Джим и Эдриан Финки  на  двух гигантских пикапах и спустя несколько минут мы заселились в типичный канадский охотничий коттедж благоустроенного и обжитого базового лагеря. На столе уже накрыт полноценный обед из местной рыбы и дичи. Во время обеда мы согласовали и план охоты для каждого. Охота здесь ведется на огромной территории и каждый из охотников отправится в наиболее подходящий для него район, исходя из его физической кондиции и охотничьих предпочтений, гарантированно не пересекаясь друг с другом. Нам с Сергеем предстояла заброска на паре двухместных самолетах в самую середину горного района угодий, откуда на лошадях мы сможем охотиться на огромном по площади участке. Проводником нашим был назначен 25-летний парень по имени Лукас. Причем перед этим Джим подошел и предупредил – что он хочет, чтобы именно он, Лукас, стал нашим проводником, но если мы (учитывая его возраст) считаем его недостаточно опытным, то у него найдется два проверенных кандидата на замену. Мы благоразумно не стали вмешиваться в работу профессионала и оставили все как есть. И впоследствии ни разу об этом не пожалели.  После обеда мы перепаковали вещи, оставив все лишнее не нужное на охоте в коттедже, и спустя короткое время снова летели над окруженной горами тундрой. Во время полета я даже увидел стадо баранов, но они были не про нас – по плану нам предстояло залететь подальше. Тем не менее, такое начало, а также прекрасная и ясная погода грели душу, и сердце радостно билось в предвкушении любимой охоты. Самолет на баллонах низкого давления сел прямо на выровненном и очищенном от кустов участке тундры. Там нас уже ожидал Лукас с лошадьми и со своей молодой женой, которая была прикомандирована к нашей группе в качестве повара. В нескольких минутах от взлетной полосы стояли два однокомнатных домика с грубой, но функциональной обстановкой – один для нас, второй для канадцев. За ужином Лукас рассказал, что уже был проводником у трех охотников на баранов, а до этого в течение четырех лет служил помощником у других опытных и заслуженных егерей. Места эти он неплохо знает и считает их лучшими по баранам во всем хозяйстве. Мы же объяснили ему, что нас устроит не любой баран. И дело даже не столько в размере рогов, сколько в окраске. В этой местности водятся два подвида американских тонкорогих баранов – Далла и Фаннина. Бараны Далла имеют чисто белую шерсть, безо всяких бурых или серых вкраплений (допустимое исключение – это их короткий хвост). А бараны Фаннина как раз эти вкрапления и подпалины в разной степени имеют на всем теле. Так как в коллекции Сергея уже был великолепный 14-летний Далл, на этот раз нам требовалось найти трофейного рогача именно такого, не чисто белого цвета. Лукас нас успокоил, сказав, что по его наблюдениям больше половины местных баранов имеют такие подпалины – сероватые участки шерсти.   Первый охотничий день начался с того, что все долины заволокло туманом. Не смотря на это, Лукас оседлал лошадей и предложил не терять зря время, а прогуляться по низинам и поискать животных в разрывах плотной пелены. И мы действительно видели нескольких самок, а когда во второй половине дня распогодилось, удалось заметить и пару молодых самцов. Очень неплохо для первого дня, да еще и подпорченного вдобавок туманом. Утро второго дня уже ничто не омрачало и мы, снова забравшись на лошадок, отправились охотиться. На этот раз в другую сторону от лагеря. Спустя четыре часа езды мы оказались на широкой седловине, отпустили лошадей пастись, а сами пешком поднялись на доминирующую высоту и стали исследовать соседние склоны. Казалось бы - светлых баранов заметить на зеленке не сложно, но задачу усложняло то, что местные скалы и их фрагменты, в изобилии раскиданные по склонам, тоже преимущественно были светлого цементного оттенка. Поэтому всех животных первым замечал своим «набитым» глазом именно молодой и зоркий Лукас. Так и в этот раз – группу из четырех баранов на далекой вершине  заметил именно он. Изучение их в трубу особой ясности не привнесло – расстояние было слишком велико. Нам пришлось переместиться – спуститься обратно к лошадям и, поднявшись, на противоположную сопку, мы немного сократили дистанцию – теперь дальномер Сергей показывал до рогачей дистанцию чуть менее двух километров. Через час Лукас прекратил наблюдения и сказал что два самца из группы определенно хорошие, крупные, и он не сомневается, что оба они легальные, но с такого расстояния он не может понять – чисто белые они или нет. Подходить в этот день было уже не реально, решили завтра, не теряя времени, сразу двигать сюда. В лагерь возвращались в отличном настроении, и ужин казался вкуснее вчерашнего!  Спать легли пораньше, ведь подъем тоже предстоял ранний.   Наш план состоял в том, чтобы оказаться на вчерашней седловине к тому моменту, когда достаточно рассветет, чтобы, по возможности, убедиться что группа рогачей все еще на том же месте и затем начать подход. Безусловно, был риск, что животные заночуют где-нибудь еще и тогда нам придется искать их наобум. Но удача улыбнулась – даже невооруженным глазом можно было различить четыре светлых пятнышка, блестящих в лучах солнца на вершине самой высокой, как назло, горы в округе. К ней-то мы и отправились. Кое-где верхом, местами продираясь сквозь густые высокие кусты, растущие вдоль ручьев на дне оврагов, и распадков. Солнце уже припекало капитально, и к тому моменту как мы достигли подножия горы, все изрядно запарились и промокли. Привязали лошадок, начали готовиться к восхождению. Так как ничто не предвещало ухудшения погоды, основную часть запаса багажа решено было оставить внизу и не тащить наверх, и залить побольше емкостей водой из ручья. И все же в последний момент я, послушавшись голоса разума, запихнул в свой рюкзак плащ, софтшел и прималофтовую куртку. Начался затяжной и крутой подъем. Сначала через заросли кустарника и деревьев, покрывавшие нижнюю четверть горы, потом по крупным булыжникам и кускам скал. Далее начался более пологий участок, но покрытый мелкой сыпучкой. Где-то на середине подъема начал дуть устойчивый прохладный ветер. Первое время он доставлял облегчение – так как остужал разогретый организм, но когда мы уже почти поднялись на заданную точку – ветер стал неприятным и порывистым, а согнанные им тучи обрушили на нас струи ледяной воды. Похвалил себя, что не поленился и взял с собой одежду! Ее хватило и на меня и на Сергея, Лукас тоже закутался в какой-то огромный мешок. Видимости, как таковой, временно не стало, оставалось пережидать. Навигатор показал, что с точки, где мы оставили лошадей мы поднялись на 650 метров, и это чуть менее чем за час, отличный результат! Как только облака разнесло, и ветер немного стих, Лукас прополз выше и почти сразу же вжался в камни, обернулся и показал сначала поднятый вверх большой палец, затем четыре пальца. Отлично, бараны были на месте, все четверо. Наш проводник надолго припал к биноклю, зам сполз к нам. Рогачи на склоне в примерно двухстах метрах от нас, объяснил он, двое одинаково крупных, можно стрелять из них любого. И самое главное – они точно не чисто белые, хотя, если захотим, тут можно найти и «погрязнее». Решив что от добра добра не ищут, мы объявили что нас это полностью устраивает. Сергею осталось лишь уточнить дистанцию – она составила 274 метра – пустяки для него, и первой же пулей он добыл прекрасного Фаннина. Когда мы подошли к нему, снова вовсю светило Солнце. Прекрасный одиннадцатилетний самец, окрас соль с перцем особенно хорошо выраженный сзади, на спине и загривке. То, что нужно! Когда фотографирование на фоне прекрасных пейзажей было завершено, лирика закончилась. Пришла пора снимать шкуру, и паковать мясо. Каждый раз когда, согласно канадским законам, приходится выносить из гор все добытое мясо, я искренне радуюсь, что это не лось. Пришлось бы точно делать пару еще ходок, а так, хоть и трудом, но удалось спустить все вниз к лошадям за один заход. Зато вечером было чем  попировать – вырезка и печень хорошая награда за хорошую охоту.   Следующим утром за нами снова прилетели два самолета, вызванные по «спутнику» и не успели мы оглянуться, как снова оказались в комфорте базового лагеря. Отохотившись на третий день – мы оказались первыми из прибывших с нами охотников (впоследствии я узнал, что каждый из них благополучно отстрелялся).  Эдриан связалась с чартерной компанией и сообщила – что уже через два часа за нами прилетит самолет из Уайтхорса, мы, конечно, согласились и она помогла нам с бронью отеля. Редко когда удаются такие стремительные прыжки, еще утром завтракали в горах, а вечером уже можно расслабится и выпить пивка в окружении благ цивилизации. Следующим утром перелетели в Ванкувер, где, поселившись в отеле в самом центре города, приятно коротали время в ожидании подтверждения перевозки оружия теми же Бритишами. Очередная канадская эпопея была завершена. Красивая и интенсивная охота, правильный трофей, отличное настроение. А в голове уже зреют новые планы – о наших будущих приключениях!                  ЗООЛОГИЧЕСКАЯ СПРАВКА: Множество людей полагают, что бараны Фаннина это не более чем помесь между подвидами Далла и Стоуна, и на это есть поснования, так как Фаннины часто встречаться в местах, где границы их ареалов пересекаются. Однако наличие Фаннина в северных областях Юкона эту теорию опровергает, при том, что северная популяция Фаннинов географически изолирована от южной. Также Фаннинов можно найти на Аляске, в горах Макензи Северо-Западных Территорий, где территориально и близко не пересекаются с популяцией Даллов. Поэтому Фаннин был признан клубом GrandSlamClub / OVISотдельным подвидом. Но есть множество мест (например, горы Огилви, куда нас занесло) где можно встретить и тех и других баранов, поэтому администрация клуба GSCOприняла решение – если баран добытый на такой территории имеет незначительный процент серой шерсти на корпусе и на ногах – то охотник самостоятельно принимает решение в каком качестве регистрировать его добычу в клубе. И баран Фаннина и Стоуна - оба засчитываются охотнику, собирающему Super 20, 30 и 40, но только один из них (любой) засчитывается в номинациях GrandSlam(коллекция североамеканских баранов) и OvisWorldSlam (12 разных баранов со всего мира).                        
24.06.2015
ДАЛМАТИНСКИЙ ДИКИЙ БАРАН

ДАЛМАТИНСКИЙ ДИКИЙ БАРАН

Исторически сложилось так, что национальная Ассоциация охотников Хорватии стала в свое время членом Международного Совета по охоте и охране животного мира (CIC), а потому и подход к оценке трофеев в этой стране определяется, исходя из принципов CIC, которые гласят: животные, имеющие сходство с домашними, не могут являться объектом трофейной охоты. А именно таким зверем является далматинский баран, встречающийся в Хорватии.   Когда я начал охотиться с американскими охотниками, то узнал, что и Международный Сафари клуб (SCI) и Клуб OVISоценивают трофеи баранов, внешне похожих на тех, что обитают у нас на островах. Надо заметить, что речь идет не о тех животных, которые убежали от фермера год-другой назад и одичали. Речь идет о баранах, которые живут на островах веками, и уже многие их поколения являются дикими. Местные жители столетиями охотились на них, добывая исключительно на мясо и, естественно, не рассматривая их в качестве трофейного животного. Позже в списках трофейных баранов я обнаружил сходного с нашим по внешнему виду барана Далла в Техасе, четырехрогого барана в Шотландии. Та же история и с козлами – можно привести в пример балеарского козла на Майорке, ферала (одичавшего козла) в Ирландии. Мне пришла идея попробовать внести далматинского барана в перечень трофейных горных животных. Но для начала необходимо было доказать, что данное животное не является недавно сбежавшим от хозяина, и к разрешению этой проблемы пришлось подключить многих. История, которую я собираюсь рассказать, связана с двумя островами у побережья Хорватии – это Плавник и Дуги Оток (название последнего переводится как Длинный Остров, так как он относительно неширокий при длине 76 км). На этих островах официально разрешена охота на далматинского барана. Остров Плавник расположен в северной части Адриатического моря, его площадь 1100 га (площадь Дуги Оток значительно больше – 14000 га). Если обратиться к истории Хорватии, то ее крупнейшим островом является Крк. Главный город острова с одноименным названием Крк существует более 2000 лет и был раньше резиденцией королей. Недалеко от него находится остров Плавник. Попасть путнику или животному вместе с ним на столичный остров можно было только после 45 дней карантина на Плавнике. Здесь есть небольшая церковь, которой в ближайшие годы исполнится 550 лет. Так вот в летописях есть информация о том, что еще до ее строительства на острове находили диких животных – баранов и козлов. Никто не знает, каким образом и как давно они туда попали. Остров Дуги Оток – один из островов длинной островной цепи, протянувшейся вдоль побережья Хорватии. Он находится на внешней стороне этой цепи, то есть одной своей стороной обращен к открытому морю. От побережья Италии его отделяют сотни миль. Когда люди впервые прибывали на земли нынешней Хорватии со стороны моря, они сначала высаживались на остров Дуги Оток, потом уже попадали на материковую часть. На острове находится самая старая церковь в Хорватии, она построена в VIII веке (750 год н.э.). В археологическом музее в Задаре хранятся летописи времен строительства этой церкви. И в них ученые нашли упоминание о том, что первые люди, прибывшие на остров, пытались ловить диких козлов и диких баранов, обитавших там. На внешней стороне острова есть большая пещера, куда летом организуют экскурсии, ее глубина 300-400 метров. Археологи нашли в ней следы пребывания человека – кострища, а также кости диких животных, среди которых были кости баранов, козлов и оленей. Нужно сказать, что на обращенной к морю стороне Дуги Оток до сих пор нет никакой цивилизации и объектов сельского хозяйства, так что животным там раздолье. Кстати, на Дуги Оток живет старейший профессиональный охотник. Ему уже 82 года, и он помнит, как в пятилетнем возрасте ходил на охоту со своим дедом, который был первым островитянином, имевшим трофейное ружье, добытое им на фронтах Первой мировой войны. С этим ружьем, стрелявшим где-то на 50 метров, они и ходили охотиться на диких козлов и баранов. До Первой мировой население Дуги Оток составляло около 30 000 жителей. Все они занимались сельским хозяйством, в каждой семье было по 15-20 баранов или коз, один ослик. После войны многие семьи, оставшиеся без кормильцев, вынуждены были переехать в восточную часть Хорватии, где жизнь была легче, чем на острове. Забрать с собой домашний скот они в большинстве своем не имели возможности, и животные дичали, образуя гибриды с исконными дикими козлами и баранами острова. В настоящее время у всех добытых во время охоты животных берется проба мышечной ткани и шерсти для последующего анализа ДНК. Ученые Национального лесного института с кафедры охотоведения готовы дать заключение по поводу аутентичности местных диких зверей после исследования как минимум 300 проб от разных животных. Для гарантированного результата нужно порядка 500 образцов. Когда будет проведен анализ ДНК всех образцов, можно будет обратиться в национальный археологический музей с просьбой предоставить на анализ небольшой фрагмент тех костей, что были найдены в пещере на Дуги Оток, чтобы попытаться понять, тот же это вид или нет. Но проблема в том, что добыть несколько сотен образцов оказалось крайне сложно. Ежегодно на Дуги Оток добывается 6-8 трофейных самцов и около 10-15 отстреливается в целях селекции. Селекционный отстрел ведется для сохранения линии баранов с белой шерстью, так как около 1-2% животных имеют коричные пятна или полностью темную окраску. Кроме того, бараны-самцы без рогов тоже попадают под селекционный отстрел. От всех этих животных тоже берутся пробы для анализа ДНК. В общем получается, что собрать 300 образцов удастся лет за 15. Оценив ситуацию, через сотрудников хорватского министерства мы обратились в SCI, объяснили, что исследования ведутся, и что мы хотели бы видеть у себя охотников, которые помогут нам с проведением научного анализа. Таким образом в Хорватии началась охота на далматинского дикого барана как на один из охотничьих видов животных. Другая история связана с обитающими на Дуги Оток дикими козлами. Я никогда не задумывался о том, что это за подвид, хотя и являюсь членом SCIуже 14 лет. И вот где-то 6-7 лет назад ко мне на охоту приехал Норберт Улльманн, который является представителем SCIв Европе. Во время охоты на Дуги Оток мы увидели группу козлов, которых Норберт определил как козерогов кри-кри. Как выяснилось, на острове есть козлы с серой окраской, с черной полосой по спине, черной мордой и черными отметинами на плечах, но есть также и козлы красно-коричневого окраса с черной спиной, мордой и метками на плечах. Есть и смешение цветов. Часть козлов имеет рога по форме близкие к рогам козерога, другие – к рогам домашних козлов. Тогда мы решили, что это одичавшие домашние животные. Но три года назад в журнале клуба OVIS (GSCO) появилась статья американских охотников, которые на одном из греческих островов охотились на козлов, и добыли животное, которое они отнесли к гибриду кри-кри и одичавшего козла. Затем туда с инспекцией ездил Ларри Хиггинс, который является не только известным охотником, но и занимается в SCIвопросами измерения и оценки трофеев козлов и баранов. Он признал, что на острове обитают как козероги кри-кри, так и большое количество козлов ферал (одичавших домашних животных). Условия острова – густой кустарник – не позволяют вести селекционный отстрел и оставить только чистую линию козерога кри-кри. Таким образом, гибридный козерог кри-кри был выделен в отдельную категорию. Когда я прочитал статью и посмотрел фотографии, то понял, что на Дуги Оток обитает точно такой же подвид гибридного кри-кри, о чем и сообщил Деннису Кэмпбеллу, председателю клуба OVIS. Деннис не смог приехать сразу же, но попросил собрать как можно больше информации и предоставить фотографии животных. В прошлом году в марте он посетил Дуги Оток и провел на острове 5 дней с инспекционной охотой. Деннис был поражен тем, насколько плотны заросли кустарника, которые покрывают остров. Вероятно, 65-70% его территории оставались практически недоступными для человека на протяжении последних 200-300 лет. Но животные чувствуют там себя прекрасно. Деннис добыл одного козла хорошего трофейного качества, который был признан одичавшим домашним козлом. Было решено, что те животные, которые имеют нехарактерную для кри-кри окраску (коричневую или рыжую, с черной полосой по спине, черной мордой и черными плечами), будут отнесены к одичавшим домашним, но те, что имеют окраску, свойственную кри-кри, будут считаться гибридным кри-кри. Однако для этого надо было найти доказательства того, что на острове обитают также и чистые козероги кри-кри. И просто сказочное везение помогло нам разрешить этот вопрос. Мы огибали остров на лодке, чтобы добрать подранка. При этом внимательно наблюдали за берегами в бинокль и неожиданно увидели группу (2 самца и 3 самки) абсолютно бесспорных чистых козерогов кри-кри! Они стояли на вершине отвесных скал, уходящих вверх от моря на 200 метров, подобраться к ним было бы совершенно невозможно. К тому же животные скрылись в кустарнике очень быстро. Но мы их видели! В результате было принято решение о выделении на острове Дуги Оток двух категорий трофейных животных – одичавший домашний козел (ферал) и гибридный кри-кри. Что касается популяции чистокровного козерога кри-кри, она наверняка очень невелика. Тем не менее, необходимо было добыть хотя бы пару животных для исследования ДНК. В конце концов было решено предоставить такое право двум охотникам – американцу Кену Бару, претенденту на  Приз Везерби, очень известному горному охотнику, а также хорошо известной во всем мире американской охотнице Рене Шнайдер, которая добыла в Хорватии все возможные в нашей стране трофеи. Пробы от двух добытых животных были направлены на анализ, и было доказано, что с вероятностью 95% они являются действительно козерогами кри-кри. Это стало документальным подтверждением увиденного нами и информации от местного населения, преимущественно рыбаков, несколько раз наблюдавших на скалах группы животных, очень похожих по окраске и форме рогов на козерогов кри-кри. В настоящее время охота на них в Хорватии запрещена, а для сохранения и улучшения популяции кри-кри в Хорватии будет произведена попытка завезти пару самцов этих козерогов из Греции для обновления крови. Ну, а GSCO признал возможность включения в свои списки трофеев Capraгибридного кри-кри, добытого на острове Дуги Оток в Хорватии. Этот подвид попадает в зачет на CapraSuper 20 и CapraSuper30. Если посмотреть на фотографии этих животных, то видно, что некоторые из них больше похожи на кри-кри, другие – на одичавших домашних козлов. Часто окраска полностью повторяет окраску кри-кри, также как и размер (они заметно мельче одичавших козлов), однако форма рогов может быть ближе или к тем или другим.
04.06.2015
Йосиф Томлянович
Бела Хидвеги – охотник с мировой славой

Бела Хидвеги – охотник с мировой славой

Во время конвенции SCIтекущего года наш внештатный корреспондент Юрий Морозов взял интервью у одного из наиболее известных в мире охотников – венгра по национальности – Бела Хидвеги. Мы представляем его вниманию читателей журнала.   Охотник и бизнесмен с мировой известностью Бела Хидвеги родился в 1936 году в небольшом венгерском городке Нагисзенас. Будучи студентом сельскохозяйственной академии города Кестели, в 1956 году он продолжил учебу в Англии. Получив образование в области пищевой промышленности, он остался работать за границей. В начале 1970-х годов Бела стал директором по маркетингу известной американской пищевой компании. Проживая в Англии, Хидвеги познакомился с производителями легендарного оружия и начал создавать собственную коллекцию оружия. И одновременно расширять географию своих охот. Первыми помимо Венгрии и Великобритании стали страны Европы – Испания, Австрия, Чехия, Румыния. В начале 90-х Бела отправился на свое первое африканское сафари и навсегда был очарован Черным континентом. До сих пор он возвращается сюда на охоту ежегодно, а часто и дважды в год. Его любимые охотничьи виды – винторогие антилопы. Хидвеги охотился в саваннах Танзании, гористой пустыне Эфиопии, на озере Кариба в Зимбабве, в дельте Замбези, в сухих и дождевых лесах Центральной Африканской Республики и Камеруна, на травянистых равнинах и в буше Южной Африки, в болотах Замбии... Вслед за Африкой Бела отправился покорять… север. Он прошел по Аляске до Брукс Рэндж, по безграничным диким просторам севера и Скалистых гор в Северной Америке. Азию Бела открыл для себя на Памире и монгольском Алтае. В Пакистане он охотился в горах Гиндукуш, Каракорум и два месяца в Гималаях. Потом был Иран. Во второй половине 80-х годов Бела Хидвеги вернулся в Венгрию и привез с собой колоссальную коллекцию охотничьих трофеев, которую передал в дар Музею естественной истории Венгрии и которая сейчас экспонируется в замке-музее Геликон в Кестхели. В этой фантастической для Венгрии коллекции сотни трофеев, из которых почти 200 встречаются лишь за пределами Европы. Причем два трофея остаются до сих пор мировыми рекордами, а 25 входят в десятку лучших Книги рекордов SCI. Всего же в коллекции представлен животный мир шести континентов с более чем 150 экземплярами в натуральную величину, установленными в аутентичной для этих животных среде обитания. В 2007 году Хидвеги был удостоен самых престижных охотничьих наград в мире – WorldHuntingAwardRingSCI, а в 2009 году стал лауреатом престижной награды «Тройной шлем» клуба ОВИС. Больше всего он гордится именно этой наградой, поскольку ее вручают только тем, кто стал обладателем трех шлемов – GrandSlam, OvisWorldSlamи CapraWorldSlam. На сегодняшний день только четверо европейских охотников имеют эту награду. Кроме того, Бела дважды был лауреатом одной из наград Карло Кальдеси, считающихся престижными для горных охотников планеты. Хидвеги опубликовал три книги: «Охота мечты», «Охотник на вершине» и «На краю скалы». А также снял три DVD-фильма: «Моя мечта», «Мои горные охоты», и документальный фильм «Из природы – в музей». Имя Бела Хидвеги неразрывно связано с Венгерским филиалом SCIи с венгерским охотничьим журналом «Нимрод». «Магия настоящего САФАРИ»: Бела, позвольте задать Вам несколько вопросов как знаменитому охотнику с мировой славой… Бела Хидвеги: Конечно, я с удовольствием отвечу, хотя по поводу моей славы Вы явно преувеличиваете. «МН САФАРИ»: Сначала традиционный вопрос: когда и как Вы стали охотником? Б.Х.: Сразу и не знаешь, как отвечать на этот «традиционный вопрос». Я по-настоящему горжусь тем, что впервые ступил на африканскую землю, выехал на охоту за пределы Европы, в возрасте 50 лет. Можете себе представить? До того самой крупной моей дичью были серны в Австрии и Румынии. И все! Многие начинают охотиться в возрасте 18-20 лет. Сейчас это в основном дети богатых родителей, которым рано достаются большие деньги. А мне пришлось усердно работать, чтобы позволить себе открыть этот фантастический мир впечатлений и переживаний, побед и разочарований. Хотя я жалею, что допустил в свое время ошибку – тянул с охотой в Африке лишние десять лет. Уже в сорок я мог бы себе позволить такую охоту, но я считал, что мой бизнес требует повышенного внимания, и продолжал упорно трудиться. Так что могу сказать: для меня настоящая охота началась в 50. «МН САФАРИ»: И с тех пор, то есть почти за 30 лет Вы стали обладателем огромной коллекции трофеев… Б.Х.: Да, я не без гордости могу сказать, что добыл уже более 270 видов животных, включая очень редкие виды, необычные. Двадцать пять трофеев входят в первую десятку Книги рекордов SCI. Но больше всего я горжусь трофеями горных охот. За эти годы мне удалось добыть столько трофеев, чтобы получить, пожалуй, самые престижные награды ОВИС – это OVISSuper30 и CapraSuper30. А вообще я очень люблю охоту в Африке. И в моей коллекции есть необычные африканские виды, которые сейчас стали настоящей редкостью: горная ньяла, иланд Лорда Дерби, слон с бивнями более 100 фунтов, добытый в естественных условиях. Сейчас Африка становится все менее дикой, все больше появляется ранчо с огороженными территориями. Это не моя охота. Африку я люблю за настоящую охоту в джунглях и за… винторогих антилоп. Эти животные со спиралевидными рогами кажутся мне пределом эстетического совершенства природных форм. У меня их 25 видов и 22 подвида. Я написал книгу, и винторогим антилопам в ней посвящена одна из основных глав. «МН САФАРИ»: А что Вы могли бы сказать о Ваших горных охотах? Б.Х.: Я узнал о горной охоте в 1970-х. Мы тогда жили в Австрии, я охотился на серну и козерога. Позже, когда вернулся в Англию, мой хороший друг собрался на охоту на барана Марко Поло, и потом еще в Монголию. Я поехал вместе с ним. После той поездки меня стало тянуть в горы словно магнитом. Я влюбился в горных животных. Правда, все равно в то же время продолжал ездить в Африку и завершил DiamondLevelпо системе SCI. Как и в случае антилоп больше всего привлекают меня в горных животных рога! Я уже говорил, что очень люблю закрученные рога, так что мои любимцы – это мархуры. У меня в коллекции есть все три вида, которые можно легально добыть, а ведь сейчас появился еще и четвертый, Бухарский мархур. Надеюсь, получится добыть и его в следующем году. Но это крайне дорогая охота, да и возраст берет свое… Я не был на горных охотах вот уже года полтора-два, и не знаю, как буду себя чувствовать. Но эти закрученные винтом рога – так они мне нравятся! Именно поэтому мне по нраву антилопа канна, бонго, горная ньяла... «МН САФАРИ»: Какая из горных охот показалась самой тяжелой? Б.Х.: Как мне кажется, самая сложная из горных охот – это охота в Непале на голубого барана и тара. И, конечно же, на Кавказе. Очень сложная охота, и мне очень такая нравится, хотя и пришлось там несладко. Можно смело сказать, что это была самая запоминающаяся охота в моей жизни – я добыл всех трех туров. «МН САФАРИ»: А какая из горных охот понравилась больше других? Б.Х.: Ответить на этот вопрос также просто, как родителям пятерых детей сказать, которого они любят больше. Но все же, предпочтение я отдал бы мархурам. Примерно лет 14 назад я получил первую лицензию на отстрел Асторского мархура. До этого охота на него была закрыта в течение 30 лет. На момент ее закрытия в мире насчитывалось всего лишь около 30 голов этих животных, представляете? По прошествии 30 лет популяция существенно выросла. Однако, когда я получил ту первую лицензию, встречались мне все равно только небольшие экземпляры. Это сейчас они вырастают до огромных размеров, есть с рогами длиной 40 дюймов. Мой трофей был всего лишь около 29 дюймов. Но дело не в этом. Тогда у нас не было хорошей оптики. Животное находилось от меня на расстоянии 400 метров, а я не мог понять, куда ляжет пуля – перекрестие прицела закрывало всего зверя! Я выстрелил. Егерь сказал, что пуля прошла выше – прямо над спиной животного. И все! Охота закончилась! Пришлось ждать еще год и обивать пороги правителя Северного Пакистана, чтобы получить еще одну возможность. Представьте: 15 советников сидят вокруг него на полу и решают, стоит ли дать мне эту возможность в следующем году без платы за новую лицензию или не стоит. Голосование решило исход дела в мою пользу – большинство советников пришло к выводу, что парень я хороший, и почему бы не дать такому еще один шанс. На следующий год, это было в 2001, я добыл самый большой трофей на тот момент. И это благодаря тому, что была проведена предварительная разведка. Но приключения на этом не завершились. Едва закончилась охота, как приходит проводник и говорит, что звонил Кхан Каракая, и сказал, чтобы я никуда не уезжал, потому что началась война в Ираке, американцы отменили охоты, так что у меня есть шанс добыть Кашмирского мархура за полцены. Моими проводниками были Риза и Мехмет, и с их помощью я добыл Кашмирского винторогого козла. Только спустились с гор, как опять звонит Кхан и говорит: по той же причине оставайся на охоту на Сулейманского мархура – за полцены!  Так что в том году я добыл сразу двух мархуров по цене одного. «МН САФАРИ»: Какие у Вас планы на будущее? Б.Х.: Планы, планы… В этом году мне исполнится 79 лет, и вроде бы уже не до серьезных охотничьих подвигов. Но, что касается горных охот, есть у меня одна задумка. Когда-то я мечтал добыть все трофеи для «Тройного шлема» (TripleSlam), потом мечтал о Super20, затем о Super30, а сейчас у меня 31 баран и 32 козерога. И казалось, все закончилось, мечтать больше не о чем. Но! Как раз тогда и появилась еще одна мечта. Но о ней я пока не буду рассказывать. Если получится ее осуществить, журнал «Магия настоящего САФАРИ» станет одним из первых, кому я об этом расскажу. Ну, а уж если не получится, то, по крайней мере, никто не сможет сказать, что я делил шкуру не убитого «медведя». «МН САФАРИ»: Спасибо за интервью, и ни пуха Вам в реализации новой мечты! Б.Х.: К черту! Удачи Вашему журналу и его читателям!
04.06.2015
Магия настоящего САФАРИ
Охотничье путешествие в Киргизию

Охотничье путешествие в Киргизию

Поездка в общем-то сложилась из-за шутки. На охотничьей выставке в г. Ростове-на-Дону, которая проходила там в апреле 2013 года, я неожиданно встретился со своим старым приятелем Вениамином Кащаевым. Поговорили о разном, и среди прочих тем возник разговор, шутливый, о моей всенепременной поездке на охоту в Киргизию, на родину Вениамина. Всем известно, что горные охоты относятся к разряду наиболее дорогих, и пребывание в горах в качестве охотника воспринималось мной как что-то несбыточное, во всяком случае по времени далекое, как мечта. Но летом разговор повторился, уже с меньшим смехом, и через какое-то время действительно возникло явное желание поехать. В надежде иметь рядом хорошего компаньона и более разнообразить поездку я пригласил на охоту своего давнего знакомого Гоннова Юрия. Он с удовольствием согласился, и с этого времени наше путешествие уже в полной мере зависело только от дат, обозначенных в билетах.   Киргизия нас встретила доброжелательными улыбками представителей принимающей стороны. После быстрых и точных указаний, без суеты мы прошли контроль, сели в машину и не спеша выехали из Бешкека в направлении района охоты. Прилет был ночной, и после недолгих разговоров потянуло в сон. Казалось только-только заснули, а, открыв глаза, вдруг увидели по сторонам огромные горы! Впечатление, видимо, усилил резкий контраст перехода от равнин к высотам, и в первую минуту мне показалось, что все это происходит не с нами, а горы не настоящие. Машина остановилась на берегу знаменитого озера Иссык-Куль. Сколько же я о нем слышал, а вот на месте пришлось удивиться его неожиданно соленой воде. Показалось, можно бесконечно смотреть на тихий прибой, за волнами которого пряталась глубина древнего водоема. День провели в городе Каракол (бывший Пржевальск), откуда следующим утром должны были отправиться в лагерь, на высоту примерно 3200 м. Кроме подготовки и, кстати сказать, небольшой, но все-таки акклиматизации (1600 м) посетили музей и могилу великого исследователя Азии Н.М. Пржевальского. Ранее с удовольствием читал его книги, но никогда не предполагал, что смогу увидеть его последнее пристанище, где он пожелал остаться навсегда. Эти горы были свидетелями его путешествий и великих открытий. И вот наконец наступает тот день (хотя на дворе все еще ночная темень), когда уже совсем собравшись, мы грузимся в две машины и с пожеланиями себе успеха, под небольшой снег и дождь, но с отличным настроением отправляемся в путь. К рассвету въезжаем в первые отроги гор, которые с разных сторон угрюмо смотрят на нас, молчат, остановив, не пропустив следом пасмурную погоду – впереди только синева неба и солнце, которое не оставляло нас уже до конца поездки. Серпантины и крутизна откосов заставляют с непривычки с опаской смотреть на дорогу, тем более, что под колесами не твердая почва, а снег с надувами и переметами. Перевалы, кажется, созданы для успокоения странников, дают перевести дух, чтобы сразу его перехватить открывающимися видами горных панорам. И опять вперед, но теперь уже вниз. Максимальный перевал был на высоте примерно 4200 м., где немножко, с непривычки, почувствовалось какое-то изменение самочувствия. В одном месте в ручье обнаружили останки козерога – результат удачной охоты волков. Кстати сказать, останки волчьих пиршеств встречались практически ежедневно. К обеду были на месте. Нас встретили егеря и повара, с добрыми улыбками и настроением, соответствующим началу охоты. Мы с аппетитом пообедали. К слову сказать, на протяжении всего тура оба повара старались, учитывая наши пожелания и одновременно предлагая всевозможные блюда киргизской национальной кухни, – все было очень вкусно. После обеда пристрелка оружия (мы пользовались оружием принимающей стороны) и сборы на охоту на завтрашний день. Температура по утрам стояла около минус 5-7 градусов, днем отпускало, изредка по вершинам гор гулял ветер, но в целом очень комфортная на этот период погода. Настроение хорошее, в преддверии каких-то неиспытанных ощущений – дальние переезды на лошадях через каждодневно леденеющие ручьи и горы, панорамы глубинных ущелий и завораживающая красота окружающих гор – и все это происходит с нами! Единственное, что немного заставило огорчиться и прислушаться к голосу разума – у Юры к вечеру первого дня поднялось значительно давление, пришлось побеспокоиться о его самочувствии, и поэтому на второй день он взял время для привыкания организма – мы в горах, и на приличной высоте! Но все обошлось, и Юра через день был опять в хорошей форме. Я же при первых признаках рассвета утром второго дня в сопровождении двух егерей на лошади выехал на свою первую горную охоту – по ущелью, через ручьи и каменные завалы! Поскольку у меня не было опыта верховой езды, с самого начала дали о себе знать мышцы бедра и голени. Но, что это значит по сравнению с эмоциональным настроем, ожиданием чего-то необычного, что начинает себя оправдывать уже с первых шагов лошади! Мы переходим подсохшие горные речки, взбираемся на кручи, останавливаемся, осматриваем в бинокли местность, обсуждаем увиденное и отправляемся в новый переход. Всюду видны сурчиные норы, и представляется, как весной здесь все оживает, наполняется свистом этих симпатичных зверьков и их суетой. В одном месте нора была ранее так раскопана медведем, что невольно захотелось остановиться и просто подольше посмотреть на результат этого разбоя. Иногда все же становилось страшно. Это когда лошадь идет по склону в 45 градусов по камушкам у вершины горы, по козьей тропе, в которую с трудом укладываются ее копыта. Достаточно одного взгляда вниз, в ущелье под километр глубиной, как мысли невольно перестают вертеться вокруг виноватого в этом козерога! К обеду мы обнаруживаем стадо козлов, которые, заметив нас с большого расстояния перебежками уходят через несколько ложбин вперед. Егеря, умело используя укрытия местности, подводят меня на расстояние, позволяющее спешиться. Нужно принимать решение. В результате Улан остался сторожить лошадей, а я в сопровождении Турата спускаюсь бегом метров на двести под прикрытием небольшого гребня и начинаю подход. На 4000 метров непривычному к такой высоте человеку передвигаться, тем более бегом, не совсем комфортно, поэтому, по совету егеря, совсем немного отдышавшись, я готовлюсь к завершающему подходу ползком. По дальномеру до животных выходит порядка 240 метров. Карабин пристрелян на 300 метров. Учитываю поправку и мысленно готовлюсь к стрельбе. Осторожно высовываюсь из-за камня… и наконец-то вижу этих осторожных козерогов. Егерь тихонько шепчет практически неслышимые советы. Почему-то непривычно спокойно ловлю в прицел козла, делаю несколько вздохов и стреляю. В этом месте хотелось бы сделать маленькое отступление. Дело в том, что козероги стояли немного вытянутой цепочкой сверху вниз, были настороже, и егерь рекомендовал стрелять пятого по счету от верхнего края горы. Но частично, совсем немного, как раз вдоль спины его закрывал головой шестой козерог. После выстрела зверь сразу упал. Егеря вскочили с поздравлениями (когда успел подползти второй, не знаю), я в недоумении встал, собрался было тоже кричать, но вдруг краем глаза увидел, что мой «убитый» козерог уже тихонько скачет вверх и набирает скорость. Через секунды он скроется за гребнем горы! Быстро ложусь, опять ловлю его в прицел, стреляю – падает! Стреляю третий раз с попаданием по сползающему в ущелье зверю, который уже в агонии перебирает ногами в попытке встать. Егеря опять кричат – все в порядке, есть! Теперь уже настоящие взаимные поздравления. И надо же – уверенность в стрельбе пропадает опять, как и до охоты. Потом, уже при анализе результатов стрельбы становится понятно, что волею случая я попал не в спину пятого, а в затылок шестого козерога, оглушил его, пуля не задела жизненных органов, но на короткое время лишила его возможности двигаться. На противоположной стороне ущелья угрюмые пики вершин и скальные отвесы, пугающие своими необъятными величинами и высотой – перспективное место нашей, в случае сегодняшней неудачи, следующей охоты. Хорошо, что об этом я узнал после добычи зверя, иначе уверенной стрельбы возможно и не было бы. Обязательные фотографии – с улыбками, рукопожатиями и в поправленной для такого торжественного случая одежде. После разделки и погрузки трофея (с перерывом для вкусного киргизского чая) отправляемся в обратный, в несколько часов, довольный путь. В небе неизвестно откуда появляются грифы, а на дальнем склоне горы одновременно мы видим их сидящими в ряд – одиннадцать штук – как будто думают. В дороге мы разговаривали, в том числе и об охоте, и, кстати, я спросил у егерей, не беспокоят ли лошадей присутствующие здесь волки? Ответили, что нет, не было ни разу. А поутру следующего дня на мою лошадь напали волки и только чудом ей удалось спастись. Возвращение в лагерь было всегда приятным. Нас ждали, беспокоились, и бесконечные расспросы и пересказы моментов охоты придавали всем хорошего настроения. У Юры также удачно сложилась охота – с переживаниями и множеством памятных эпизодов. Не верится, что человек может быть настолько эмоциональным, рассказывая о горной охоте с обязательными повторами значимых моментов. Но это действительно так! И подозреваю, что так же, видимо, было и со мной. Можно лишь позавидовать тем, кто впервые занимается приятными сборами на такую охоту! У Юры события развивались немного по другому сценарию. Наверное, на подобной охоте повторов не бывает. После долгих поисков они обнаружили стадо козерогов на противоположной стороне глубокого ущелья, на большом расстоянии, и была вероятность того, что при кормежке они, спускаясь постепенно вниз, сократят расстояние. Оставалось ждать, периодически сверяя дистанцию и направление их движения. Все складывалось довольно удачно, Юра был готов стрелять, и требовалось только согласие егерей на выстрел. Время ожидания, конечно же, тяготит, но, кажется, только не в горах, стоящих вокруг в нахлобученных снеговых шапках ослепительной белизны собственного, киргизского покроя. Видны дальние ущелья и пропасти, каменные осыпи и отдельные отроги скал. И как изюмина этого пейзажа – долгожданный, первый горный трофей! Вечерами возвращались в лагерь уже в быстро наступающей темноте. Дальние горы тихо уступали место ближним, они в свою очередь также плавно переходили в единственное ущелье, по которому мы брели, и через миг оставалось лишь освещенное фонариком пространство, тяжелое дыхание лошади и стук копыт по камням ведущей в темноту тропинки. В один из дней Улан показал мне древние наскальные рисунки. Было уже темновато, лошадь, понимая дорогу домой, никак не хотела ждать, пока мы сфотографируем «всякую ерунду». Поэтому решил вернуться сюда в другой день еще раз. Как-то в сознании не укладывалось, что эти знаки могут быть здесь, в дальних горах. Не верилось, что древние люди поднимались сюда, чтобы оставить нам свои послания из тьмы веков – привычней подобное видеть в книге или музее. Разница в ощущениях значительная! После удачных охотничьих дней в один из вечеров устраиваем баню! С удовольствием греемся, говорим всякую всячину и сразу за ней – вкусный ужин из мяса добытых трофеев, приготовленный руками умелых поваров. И после долгих разговоров сон, спокойный и долгожданный. Не могу не отметить огромное разнообразие видов зверей и птиц в горах. Это кеклики, будоражащие взор своими перебежками и неожиданными взлетами, зайцы толаи, которые нам неоднократно встречались по долинам речек, улары, отличающиеся своим быстрым бреющим полетом по склонам вниз, альпийские галки и другие животные, украшавшие поездку своим присутствием и наполняющие эти горы жизнью. Приходит время возвращения в Каракол, сборы в дорогу и обратный, более спокойный путь – при ярком солнце и неестественно насыщенной синеве неба. Украдкой мы с Юрой оглядывались назад, на места, где остались частицы наших сердец. Память незаметно для нас рассыпает в дороге свои кусочки, чтобы мы никогда не потеряли этих богатых воспоминаниями впечатлений. И еще хочется сказать о том, что во время этого путешествия мы посетили окутанное легендами место под названием «считанные камни», по-киргизски – санташ. О нем говорят примерно так: когда Чингиз-хан со своими войсками уходил в военный поход на Азию, он, находясь в Иссык-Кульской котловине, приказал своим воинам сложить камни в кучи с тем, чтобы по возвращении знать свои потери. Вторая легенда гласит о том, будто под камнями были спрятаны сокровища хана, которые он не хотел возить в обозах. Под одной из разобранных куч мы обнаружили выложенный кладкой фундамент – для чего? Прикоснуться к реликвиям под открытым небом, которых касалась рука древнего воина, – редкая возможность и наверняка единственная. В конце поездки мы умудрились попасть еще и на рыбалку в соседний район! Трофеи наши ограничились несколькими османчиками, но в доверху наполненный бочонок впечатлений они легли довольно удачно. Мы и на этих рыбок смотрели с удовольствием – они прекрасно дополнили впечатления от этого путешествия. Надеюсь, что правильно говорят: кто побывал в горах однажды, обязательно будет там еще раз. Очень хочется верить, что это высказывание подтвердится!        
29.05.2015
Роман Калиев
О предполагаемом новом виде дикого барана из Ладака

О предполагаемом новом виде дикого барана из Ладака

Труды Зоологического общества Лондона, Том 42, номер 1, стр. 143-145, январь 1874 Голова и рога барана, о котором я сейчас пишу и для которого предлагаю название Ovisbrookeiотличаются от всех голов диких баранов, с которыми проводились сравнения. Таково мнение г-на Блита (Mr. Blyth), сэра Виктора Брука (SirVictorBrooke), мое и других. Таким образом, есть уверенность, что эта голова принадлежит неописанному животному, что могут показать представленные измерения черепа, рогов и их характер. Длина черепа O. brookeiот междурожья до конца примерно 11 дюймов, что на дюйм с четвертью длиннее, чем у двух образцов O. vigneiв Колледже Серджонс (Surgeons), а также у O. vignei, имеющегося в нашем распоряжении. Ширина между глазницами составляет 4 5/8 дюйма, тогда как у O. vignei4 ¾ дюйма. Рога данного образца O. brookeiхотя и принадлежат молодому животному (что подтверждают зубы и 4 развивающихся годовых фазы рогов), в длину составляют 33 ½ дюйма, окружность базы – 13 3/8 дюйма. В то время, как у восьмилетнего O. vigneiдлина рогов 31 ½ дюйма, база – 10 ½ дюйма. Таким образом, у O. brookeiбаза на 3 дюйма больше в окружности и рога на 2 дюйма длиннее, хотя это и гораздо более молодое животное. Путем измерений черепа и рогов O. vigneiв Музее Королевского Колледжа Серджонс, на который я уже ссылался, отмеченного номером «3778» и описанного как «Ладакский аргали (O. vignei), предоставленный Капитаном Стречи (CaptainStrachey)», а также образца, маркированного «3778а», предоставленного Др-ром Склейтером (Dr. Sclater), апрель 1868 (его изображение публиковалось в этих же Трудах Общества за 1860г. на стр.127), я установил, что эти образцы отличаются от O. brookeiдаже больше, чем крупный образец O. vignei, о котором я сейчас упоминал. Во всех образцах, изученных сэром Виктором Бруком и мною, мы установили, что подглазничные ямки данного образца (O. brookei) не так глубоки или они не так глубоко заходят под глазную орбиту, как у O. vigneiи O. cycloceros. В этом отношении Ovisbrookeiбольше напоминает Ovisammonи O. arkar. Опять же, проекция орбит гораздо меньше, и ширина частей черепа под орбитами больше, в сравнении с длиной черепа, у новых образцов, чем у любого из описанных выше. Более того, сильно увеличенная длина морды дает вместе с этим очень отличающийся внешний вид, особенно при взгляде анфас. Таким образом, новые образцы демонстрируют в принципе большее сходство с O. ammonиз Гималаев (или Ovishodgsoni, как он сейчас определяется, насколько я знаю), чем с какими-либо другими формами. И можно сказать, что у O. brookeiрога не только более изящные, но также и более крупные, и ребристые, чем даже рога их крупных близких сородичей. Длина ряда молярных зубов также намного превышает эту величину у O. vignei. Сэр Виктор Брук, который сейчас посещает крупнейшие музеи Европейского континента, сможет, нужно надеяться, по возвращении в Англию предоставить нам дальнейшую информацию по видам Ovis. Конечно же, я могу здесь отметить, что предложил название Ovisbrookeiиз уважения к выдающимся усилиям, приложенным этим джентльменом, который сейчас готовит монографию по баранам, иллюстрированную Вольфом (Mr. Wolf). Голова этого нового барана была добыта Сэром Моррисоном Барлоу (SirMorrisonBarlow) несколько лет назад в Лехе, Ладак (Leh, Ladak). Она была затем передана другу, от которого пару лет назад перешла в мое владение. Г-н Блит (Mr. Blyth), который был очень большим авторитетом по баранам, очень хотел описать этот образец, но я предпочел отложить это описание до того времени, когда удастся получить головы упомянутых выше видов баранов для сравнения. Надеюсь, в скором времени смогу предоставить дополнительные материалы в поддержку этого нового вида. Врез: Современные данные о баране Брукея Аргали тибетский – Ovisammonhodgsoni(brookei, biythi, adametzi, dalai-lamae) Надкласс ·Четвероногие - Tetrapoda, Класс ·Млекопитающие - Mammalia Отряд ·Парнокопытные - Artiodactyla Подотряд ·Жвачные - Ruminantia Надсемейство ·Антилопы, ·быки, ·козы. ·овцы - Bovoidea Cемейство ·Полорогие - Bovidae Подсемейство ·Козьи, или ·Козлы и ·Бараны - Caprinae Род Горные ·бараны - Ovis Назван в честь британского натуралиста Брайана Х. Ходжсона (1800-1894). Выделяют ряд подвидов: ammonoides(Гималаи), bambhera(Непал), blythi(Тибет), brookei(Ладак), henrii(Тибет), а hodgsoni(Тибет-Непал границы). Высота самца в холке 43-46 дюймов (109-132 см), вес 200-220 фунтов (90-100 кг), иногда больше. Крупный архар. Рога менее массивны, чем у алтайского или гобийского аргали. Они образуют более плотную спираль и, как правило, меньше, чем полный завиток. Концы, как правило, обколоты, поверхностные морщины расположены близко друг к другу, и только умеренно выпуклые, лобные края закруглены. Самые длинные рога были добыты в Ладаке (55 ¼ дюйма, или 140,3 см), они имели самую крупную базу – 19 ¾ дюйма, или 50,2 см (RowlandWard, 1898). Зимой шкура сверху серовато-коричневая, на горле, груди, крестце, нижних конечностях и внутри ног – белая. Существует темная полоса внизу по передней части ноги. Голова коричневая с белой мордой. Самцы имеют воротник из длинных белых волос на шее и горле, и темный гребень на задней части шеи. У самок короткая и темная шерсть на горле. Места обитания – плато на высоте 12000-15000 футов (3,600-4,600 м). Распространен очень широко – Ладак (северная Индия), Северный Непал, Северный Сикким (Индия), возможно, есть в северном Бутане, на большей части Тибета, в северо-западном Сычуане (Китай), на крайнем юго-западе Ганьсу (Китай), в южном Цинхае (Китай), в горах Кунь Лунь и Бурхан Будай. Состояние популяции оценивается как угрожаемое. Численность распределяется следующим образом: 400 (1987), 180 (1976, Ладак), 175 (1898, Тибет),занесен в Приложение I СИТЕС (1975).    Врез к фото Сэр Виктор Александр Брук, 3-й баронет (5 января 1843 - 27 ноября 1891), был англо-ирландским натуралистом и охотником. Родился он в семье сэра Артура Брука на севере Ирландии, унаследовал его титул и владения Колбрук в 1854 году. Учился в Харроу, регулярно выезжал за границу, будучи страстным охотником на крупного зверя. Его большая работа, посвященная африканским и другим антилопам, осталась незаконченной в связи со смертью. Брук умер от пневмонии в ноябре 1891 года в возрасте 48 лет в По, во Франции, где проживал со своей супругой Алисой Софией и шестью детьми.     
12.05.2015
Эдвин Уорд (Edwin Ward)
Все началось с непогоды и барана с рогами 49 дюймов

Все началось с непогоды и барана с рогами 49 дюймов

Хусейн Голабчи – человек-легенда, неоднократно покорявший горные олимпы – ему принадлежит ряд самых выдающихся трофеев «поднебесного короля» – барана Марко Поло. Во время выставки Grand Slam Club Ovis, которая проходила в Рино (США) с 29 по 31 января 2015 г., Юрий Морозов, член Попечительского совета КГО, взял интервью у Хусейна, который большинству охотников известен по краткому имени Суди.   ВРЕЗ: Хусейн Голабчи, более известный под ником Суди. Суди Голабчи родился в Иране, но эмигрировал в США, будучи молодым человеком. ОнявляетсявладельцемвесьмауспешнойGolmar Construction and Development Co. Суди начал охотиться в Иране, когда ему было 16 лет. Он говорит, что он добыл баранов в те времена столько, что невозможно даже сосчитать. В 1980 году он получил американское гражданство и с той поры начал заниматься трофейной охотой по всему миру, в том числе несколько раз охотился у себя на родине, в Иране. Как трофейный охотник он добыл около 50 баранов и более 30 козерогов. Из них 25 различных видов/подвидов козерогов и 35 различных видов/подвидов диких баранов. Примерно в 1990 году Суди был очарован охотой на барана Марко Поло в Таджикистане. С тех пор он уже два десятка раз побывал в горах Памира. Суди добыл больше десяти баранов Марко Поло, которые становились чемпионами. В ставшем ему родным штате Джорджия в течение нескольких лет Суди принимал участие в попытке просвещения молодежи по вопросам сохранения дикой природы. Он создал музей и Зал трофеев, которые содержат более 400 диких животных мира, представленных более 220 различными видами. Здесь он читает лекции и проводит семинары для заинтересованных молодых людей. Он активно работает с GSCO и SCI, стремясь усовершенствовать трофейную классификацию. Он возглавляет комитет по трофеям Ирана.   Юрий Морозов: Первый вопрос – самый традиционный для охотника: когда Вы начали охотиться и как это увлечение развивалось? Хусейн Голабчи: Что ж, начал охотиться я в очень юном возрасте. Дикая природа всегда восхищала меня. В детстве, в Иране, у нашей семьи была дача в горах. Мы проводили там все лето, и я охотился с рогаткойна голубей. Порой, конечно, промахивался, разбивал окно, и тогда влетало от отца. Отец мой охотником не был и охоту не любил, был скорее ее противником, поэтому даже когда я достиг 14 лет, все равно не мог купить себе оружие. Но у моего друга была винтовка 22 калибра, и мы охотились вместе. В 16 лет я добыл своего первого барана. К моменту выпуска из школы на моем счету было уже несколько баранов, добытых той самой винтовкой. После школы отец отправил меня получать высшее образование в Америку. И вот тогда мне удалось купить два подержанных ружья – оба всего за 50 долларов: карабин 22 калибр и дробовик. Нужно было учиться, свободного времени, да и денег на охоту особо-то не было. Поэтому обычно мы просто по воскресеньям отправлялись южнее Чикаго, где находятся свалки, и стреляли кроликов и лис. Один раз съездил в Теннесси, поохотился на кабана. Потом закончил учебу, женился (с женой мы познакомились в университете, она из Германии), и мы вместе вернулись в Иран. Ю.М.: И на родине взялись за охоту всерьез? Х.Г.: Да, тогда я начал довольно много охотиться: появился заработок, у меня был дробовик и винчестер калибра .300 Win. Однако на тот момент я не помышлял о трофеях, мы с друзьями просто охотились в свое удовольствие, порой брали по 3-4 барана за раз. Конечно, гордиться тут нечем, ошибки молодости. На моем счету множество баранов, да и других животных тоже. В 1979 году произошла революция. Шах ушел, Хомейни пришел к власти. Я не поддерживал новые политические настроения. Мы уехали из Ирана и обосновались в Джорджии (США), там я открыл свой бизнес, занялся строительством. Дела пошли в гору, и, кажется, с 1982 я всерьез увлекся трофейной охотой. В 80-х мне удалось добыть много баранов – в Монголии, в Иране, в других странах. В Советском Союзе тогда еще невозможно было охотиться. Но потом открылись и страны бывшего Союза. Знаете, Луи Зиммена? Он тогда был владельцем SafariOutfitters. Мы дружили, он бронировал все мои охоты. Когда вдруг стало возможным поехать в Союз, я начал переживать, что границы скоро снова закроют. Я сказал Луи, что хочу добыть всех животных, которые водятся в Союзе, потому что в следующем году такой возможности уже может и не быть. Он организовал поездку, и я отправился на охоту на три месяца. Побывал в Таджикистане, Узбекистане, Казахстане, Киргизии, был в Сибири, летал в Палану за снежным бараном, добыл камчатского лося. Ю.М.: А Вы выбираете для себя только горные охоты? Х.Г.: Отчего же? В Африке я был, наверное, раз тридцать… Каждый год у меня выходит по 5-6 поездок. Но теперь я занимаюсь исключительно трофейной охотой. Ю.М.: Сколько различных подвидов баранов и козерогов в Вашей коллекции? Х.Г.: 46 баранов и 34 или 35 козерогов. Ю.М.: А какая из охот запомнилась на всю жизнь? Можно ли выделить какую-то из поездок? Х.Г.: На всю жизнь… Пожалуй, Памир. Я столько лет мечтал об этой поездке! В 1991 году, когда открылись границы, я поехал на Памир с Сергеем Кондратовым, он был моим проводником. Из Москвы мы долетели до Душанбе. Из Душанбе на вертолете должны были добраться до лагеря в Баланкиике. На тот момент я еще не был знаком с Юрием Матисоном. И вот, прилетаем мы в Душанбе, а нам говорят: погода нелетная. Шесть дней я просидел в Душанбе. Николай Каракуль, представитель принимающей стороны, каждый день утром приходил в гостиницу и сообщал, что погода по-прежнему неподходящая. Потом я не выдержал и объявил Николаю, что уже никуда не полечу. Осталось всего четыре дня, и не понятно, удастся ли хоть что-то отстрелять. А у меня через эти четыре дня запланирована поездка в Туркмению за транскаспийским уриалом. Если погода будет плохая, то я еще и следующую охоту могу потерять. На шестой день Николай за мной приехал и велел собираться. Я стал отказываться. Тогда он говорит: «Поверь, мы с Юрием все обсудили, летим сегодня, в первый день отстреляешь Марко Поло, на второй день стреляешь козерога, на третий день я тебя возвращаю в Душанбе». Я согласился, хотя оставались серьезные сомнения по поводу погоды на обратную дорогу. Но у Николая на все сомнения и вопросы был один ответ: «Все будет в порядке! Поверь, все будет хорошо». Прибыли в лагерь, я познакомился с Юрием и Мансуром. Юрий сказал, что сначала мне нужно будет побыть в лагере, чтобы привыкнуть к высоте. На следующее утро они с Мансуром отправились на разведку часов в пять утра, а я остался, погулял вокруг. Вернулись они вечером, сообщили, что завтра отправимся уже на охоту. Рано утром мы покинули лагерь. Довольно скоро увидели первую группу баранов Марко Поло, стали подходить, но Юрий не дал разрешения стрелять – бараны были слишком маленькие. Однако я сомневался, что мы успеем найти более крупных зверей, выстрелил и ранил барана. Тот не мог бежать, но все-таки ушел из поля зрения. И тут мне стало плохо, я свалился в снег. Юрий отправился на поиски подранка и через 10 минут вернулся. Оказалось, что обессиленный баран лежит всего в полусотне метрах от нас. Юра помог мне встать, и мы отправились добирать трофей. Я был так счастлив! Рога оказались длиной всего лишь 49 дюймов (124,5 см). Мы принялись свежевать барана, и тут я обратил внимание, что Юрий уставился в одну точку. Оказалось, что он заметил хорошую группу козерогов, предложил завтра дойти до них. Мне стало не по себе – пройти такое расстояние я был просто не в силах. Начал отказываться. Юрий легко согласился: «Ну, ладно, никуда не пойдем». Начинало темнеть. Проводники все еще занимались со шкурой и предложили мне самому добраться до лагеря. Казалось, что он где-то тут, рядом. Я начал спускаться, ориентируясь по реке, но вскоре понял, что заблудился. Вот тут мне стало страшно. Первый раз на Памире, видел следы и волка, и снежного барса… В общем, страху натерпелся. И все-таки как-то сориентировался, мне удалось выйти к лагерю. Юрий вернулся очень поздно. На следующее утро, еще до рассвета, в полной темноте, он снова повел меня на охоту. Я не понимал, куда мы идем. Шли мы очень долго. И вдруг мне показалось, что я узнаю местность. Как вы уже догадались, мы все-таки дошли до того места, где он вчера увидел козерогов. И я добыл своего козла. Отличный был трофей, с хорошей шкурой, с хорошими рогами. Мы закопали его в снег, вернулись в лагерь, а на следующий день, по идее, мне уже надо было вылетать в Душанбе. Проснувшись рано утром, первым делом я взглянул на небо. Оно все было затянуто тучами. Упаковал вещи и стал ждать вертолета. В 12 часов дня пошел снег. Связи нормальной тогда еще не было, поговорить с Душанбе никак не удавалось. Я про себя думал: «Колю увижу – шкуру спущу»! Однако, примерно в час дня я услышал какой-то шум. Выбежал из палатки. Звук вертолета есть, но не видно ни зги. И наконец из этой мглы показалась летающая машина. За штурвалом был Саша, превосходный, надо сказать, пилот, мы потом очень сдружились. Он велел срочно закидывать вещи и вылетать. На протяжении, наверное, часа мы летели очень низко над землей, не больше ста метров, и ориентировались по реке. Был ужасный снегопад. А когда выбрались из гор, сразу засияло солнце. Я задал Саше и Коле вопрос, как же им это удалось? Оказалось, что Коля дал заявку на другой район, и после взлета они изменили маршрут. Всю дорогу Коля повторял: «Я же говорил, что заберу тебя вовремя»! Эту охоту в Таджикистане я запомнил навсегда. Всего за пару дней я подружился со всеми, и с того года начал каждый год ездить на Памир. Пару лет у меня получалось по три поездки туда за год. Ю.М.: Сколько всего раз Вы побывали в Таджикистане? Х.Г.: Точно даже не знаю, но определенно больше тридцати раз. Правда, последние лет десять я частенько возвращался домой без барана. Не хочется стрелять такой трофей, который у меня уже есть. Например, чтобы добыть последнего Марко Поло, мне пришлось съездить в Таджикистан трижды. Юрий впервые заметил этого барана в апреле и сообщил мне. Мы уже давно стали близкими друзьями, дружим семьями, часто общаемся. Ну, так вот, первый раз я поехал в ноябре, провел в горах 4 или 5 дней, пришлось вернуться ни с чем. Снова приехал в марте, было слишком много снега, так что мы взяли с собой снегоход, закинули его в кузов машины и поехали. Насколько возможно далеко заехали на машинах, потом, когда начался глубокий снег, достали снегоход. Мы с Юрием отправились вперед. Проехали на снегоходе километра два, и тут Юрий остановился – увидел животных. Решили попробовать подобраться поближе. Проехали еще может быть с километр, Юрий начал высматривать группу в трубу, и говорит: «В Афганистан ушли»! Думаю, баранов спугнул шум мотора снегохода, потому что в остальном условия были отличными. Пришлось приехать в третий раз. И вот тогда мы уже нашли того барана. Ю.М.: Напомните размер последнего трофея? Х.Г.: 72 дюйма (182,9 см). Мой первый хороший трофей имел рога более 60 дюймов, потом был с рогами 66 дюймов. Он тогда взял первое место по системе SCI. Три года спустя я добыл архара с рогами длиной 68 дюймов. Еще два года спустя взял барана с трофеем 70 дюймов. И вот, наконец, трофей 72 дюйма. Ю.М.: Сколько лет было этому зверю? Х.Г.: Одиннадцать с половиной. Сказать по правде, мне не доводилось добывать баранов Марко Поло старше 12 лет. В этом возрасте животное, конечно, уже не в лучшем состоянии. 9-10-11 лет обычно. Ю.М.: Планируете еще раз вернуться в Таджикистан? Х.Г.: Да-да, конечно! В прошлом году я впервые не поехал на Памир из-за операции. Надеюсь, получится поехать в марте. Не уверен, что смогу охотиться, но очень хочется хотя бы вдохнуть тот воздух, почувствовать запах Памира. Ну, и совершенно точно, снова поеду в ноябре. Сейчас даже не верится, что все началось с непогоды, Николая и с того самого барана с рогами 49 дюймов! И я был так горд – мой трофей попал в Книгу рекордов! Я сделал чучело в полный рост – настолько я гордился этим бараном. Тогда я еще не знал, что может ждать меня впереди. Ю.М.: Прекрасный рассказ! Спасибо. Не могли бы Вы дать какие-нибудь рекомендации горным охотникам. Например, какие Вы используете лекарства от горной болезни? Х.Г.: Конечно, когда я первый раз поехал на Памир, у меня с собой был и «Диамокс», и прочие лекарства. Но в последующие разы мне это все уже не понадобилось. Врачи говорят, что организм привыкает к горам, и когда вы в следующий раз попадаете в те же условия, эта настройка снова включается. Во второй раз уже гораздо проще. Ваш мозг помнит, что происходит с телом в горах. Сейчас мне не приходится везти с собой вообще никаких вспомогательных средств. Ю.М.: А какими будут рекомендации общего характера? Х.Г.: Пожалуй, две. На горной охоте надо держать себя в руках – «контролировать свой палец». Если стрелять по первому попавшемуся зверю, то хорошего трофея не добыть. Так что, увидев зверя, держите палец на спусковом крючке под контролем. Это очень важно. И второе – относитесь к горам очень серьезно. Несколько раз я специально приезжал в Таджикистан ради предварительной разведки. Однажды нас вместе с Юрием, Мансуром, сыном Юрия и четырьмя охотниками на козерога из Швейцарии вертолет забросил в горы. Погода была прекрасная, мы разбили летучий лагерь и провели в горах пять или шесть дней. Все это время Юрий безуспешно пытался связаться с группой австрийцев, охотившихся около лагеря. В конце концов, он позвонил в Душанбе (тогда у нас уже были нормальные спутниковые телефоны) и заказал вертолет для нас. На обратном пути мы залетели в Баланкиик, чтобы забрать австрийцев. Приземлились, подбежали проводники и начали что-то оживленно обсуждать с Юрием. Выяснилось, что один из австрийцев погиб. Над рекой там в одном месте натянут веревочный мост. Один из охотников попытался преодолеть мост бегом и сорвался. Тело нашли в двух километрах ниже по течению. Шесть дней тело пролежало в лагере, завернутое в ковер. По возвращению в Душанбе Юрий сообщил о трагедии в австрийском посольстве, и те организовали специальный борт, чтобы забрать тело охотника. Так что горы – это серьезно, жизнь и смерть там ходят рядом. Но, если это понимать, то горы становятся самым желанным в мире подарком судьбы. Ю.М.: Еще раз – спасибо за беседу.
12.05.2015
Юрий Морозов
Рекомендации по снаряжению

Рекомендации по снаряжению

Стрельба в горах имеет свою специфику, которая зависит от многих фактов; объектов охоты, дальности стрельбы, высоты, температуры, углов места цели, силы и направления ветра, неудобства положения при прицеливании, усталостью, повышенным уровнем адреналина и много другого.  В этой связи ценность выстрела при охоте в горах возрастает,  возрастают и требования к стрелковому комплексу и снаряжению. Ниже приведены некоторые рекомендации, основанные на личном опыте членов клуба планирования и участия в горных охотничьих экспедициях. Стрелковый комплекс 1. Охотничий карабин Калибры от 300 до 338. Данные калибры позволяют производить выстрелы на дальних дистанциях с сохранением достаточной энергии для гарантированного поражения животного. Основными видами патронов 300 калибра являются: 300 Winchester Magnum, 300 Winchester Short Magnum, 300 Weatherby Magnum, 300 Savage, 300 Ruger Compact Magnum, 300 Remington Ultra Magnum, 300 Remington SA Ultra Mag, 300 H&H Magnum. Они  позволяют вести стрельбу до 800 метров. Калибр 338 Lapua Magnum до 1000 и более метров.  При огромном выборе производителей встает вопрос оптимальности выбранного оружия. Как правило, это не полуавтоматическое оружие с  точностью  ствола  до 0.5 угловой минуты, что соответствует погрешности 1.5см на 100 метров. Легко посчитать, что при стрельбе на 800 метров баллистический допуск оружия составит 12 см, что находится в пределах габарита животного. Но все было бы очень просто, если только этот показатель влиял на точность выстрела. Винтовки в калибре 338 WM и 338 LM вместе с прицелом в снаряженном состоянии будут весить около 10 кг, или даже более, что с учетом дополнительного снаряжения будет весьма ощутимой ношей даже для подготовленного охотника. Оружие в 300-х калибрах будут несколько легче, а некоторые образцы, выполненные в Ultra light вариантах и вовсе «невесомыми». Но стрельба из легких стволов имеет свои особенности. Прицеливание из подобного оружия несколько сложнее, так как более тяжелый ствол лучше устойчив при выборе точки прицеливания. Кроме того, отдача от 300-го калибра при малом весе оружия весьма ощутима, это, конечно же, не критично для опытного стрелка, но для начинающего охотника данный фактор может осложнить точность прицеливания и выстрела.  При охоте на серн часто используют 243 калибр, но в целом можно утверждать, что именно вариации 300-х калибров являются оптимальными  по весу пули, по сохраненной энергии, достаточной для поражения животного, по дальности  возможного выстрела. В качестве примера можно привести винтовки Орсис, Blazer, Sako, Heckler-Koch, Remington. К винтовкам более тяжелого 338 калибра относятся: HS Precision, Accuracy AW, Barrett и другие.  Это полноценное снайперское оружие, являющееся лучшими представителями своего класса. 2. Прицел На наш взгляд, это должны быть тактические прицелы, позволяющие вносить корректировки вертикальными и горизонтальными кликами. Прицел должен иметь переменную кратность, что позволяет оптимизировать обнаружение цели и стрельбу на разных дистанциях. Лучшими вариантами можно считать прицелы Schmidt&Bender, NightForce, Carl Zeiss. Из отечественных производителей можно отметить прицелы компании Дедал. Максимальной кратностью является 25 крат, прицелы большей кратности уже являются спортивными, вести стрельбу по подвижной цели крайне затруднительно, к тому же такие прицелы имеют значительный вес, что для гор является важнейшим критерием при выборе снаряжения. Важным фактором при выборе прицела является его метрические величины.  Кому-то удобно работать в сантиметрах, кому-то в МОА, главное правильно производить расчеты с каждым конкретным прицелом. Оптимальной является сетка Mil-Dot с прозрачными точками. Цельные точки на большой дальности могут накрывать цель, что не совсем удобно при прицеливании.  Кроме того данная сетка позволяет эффективно стрелять выносом. Несколько слов про тепловизионные и ночные прицелы.  Как известно, ночью в горах не стреляют. С этим согласится большинство горных охотников.  Поэтому нет смысла тратить большие деньги на покупку этих прицелов, можно с уверенностью сказать, что с вероятностью 99% они вам не понадобятся. Хотя в последнее время целый ряд российских компаний существенно продвинулись в производстве тепловизионной техники. Дедал, IWT, Infratech, прицелы украинского производства ARCHER вполне способны решать задачи на дистанциях от 200 до 800 метров, но скорее это дорогой, но не нужный для горных охот аксессуар. 3. Боеприпасы С учетом вероятности стрельбы от 300 метров и далее боеприпас должен быть с хорошими баллистическими показателями типа Scenar. Не допускайте разносортицы  с боеприпасами. Отстреляйте единый боеприпас на разных дистанциях и заранее просчитайте его баллистические таблицы. Разные боеприпасы полетят по-разному, что внесет в стрельбу нервозность, непредсказуемость и промахи. 4. Бинокль Лучше иметь совмещенный с дальномером. Именно такую вариацию следует считать оптимальной, иначе придется иметь отдельно два прибора. Бинокль Leica с кратностью 10 и встроенным баллистическим калькулятором позволяет получать основные данные для стрельбы: дальность, угол места цели, давление, температура. 5. Смотровые трубы Дикие горные охотничьи животные обладают великолепным зрением, ведут себя крайне осторожно, кроме того, среди горного ландшафта обнаружить их бывает очень сложно. В поисках животного охотнику порой приходится преодолевать до 20 км ежедневно. Но важно не только своевременно обнаружить животных, необходимо определить их половозрастной состав и оценить качество трофея. К примеру, в целом ряде стран введены серьезные штрафы и ограничения при отстреле молодых особей. Для поиска зверя  и оценки трофея используют смотровые трубы с большим увеличением от 25 до 50 крат. Leica, Swarovski, Carl Zeiss предоставляют обширный список своей продукции данного класса. Все они имеют хорошую просветленную оптику, но при выборе необходимо опять же помнить о весовых категориях конкретного изделия. Труба комплектуется штативом и головкой к ему. Рекомендуем выбирать головки компании Manfrotto324CR2. При работе с большой кратностью очень важно своевременно надежно фиксировать положение объектива и данный вариант головки отлично справляется с этой задачей. Выбирая штатив, необходимо руководствоваться принципами компактности, надежности и стойкости. Слишком хлипкий штатив будет дрожать под ветровыми нагрузками и передавать тряску на картинку объектива, что будет серьезно затруднять работу с оптикой. В качестве альтернативного варианта можно использовать установленный на винтовке 25-кратный прицел и фотоаппарат с 30-кратным зумом. Прицел меньшей кратности не дает возможности уверенного распознания размеров трофея на значительных расстояниях. 5. Наручные часы типа Casio Protrek Позволяют также получать необходимую расчетную информацию для стрельбы, работают от солнечной энергии, в легком и надежном корпусе. 6. Метеостанция для измерения скорости и направления ветра. К лучшим образцам можно отнести  изделия компании Kestrel. Если при стрельбе до 300 метров ветровые поправки малозначительны, то на более дальних дистанциях их игнорирование обязательно приведет к промаху. Хотя тот, кто стрелял в горах, знает, насколько сложно определить порой направление ветра по траектории пули. Ветер в ущелье может меняться на 180 градусов. 7. Баллистический калькулятор Может размещаться на различных платформах и мобильных устройствах, к примеру, Getac p535f.  Главный принцип - влагозащищенность и удобство использования. Можно порекомендовать противоударно-герметический чехол SLXTreme для IPhone 5S. В одном приборе вы получите и качественный фотоаппарат, и навигационную систему, и вычислительный баллистический комплекс, не говоря уже о  связи.  Баллистическую программу, разработанную снайперами Центра специального назначения ФСБ России, устанавливаемую на платформу, Windows mobile 6.1, IPhone и Android можно найти на нашем сайте в соответствующем разделе. 8. Баллистические таблицы Для удобства использования, а также в качестве резервного варианта предлагаем рассчитать баллистические таблицы по основным дальностям и высотам, к примеру, 1500, 2500, 3500, 4500 метров и расстояния от 100 до 800 с шагом не менее 25 метров. Данную таблицу можно распечатать  и иметь всегда при себе, хранив во влагостойком варианте. Можно изготовить ее на металлизированной самоклеющейся основе и крепить  непосредственно на оружие. У вас под рукой всегда будет подсказка по основным дистанциям стрельбы. 9. Чехол на оптику К стрелковому комплексу необходимо отнести несколько важных аксессуаров. Чехол на оптику, закрывающий, в том числе, ствол оружия, является важным защитным элементом и удобным для переноски оружия.  Грузовая рама, позволяющая удобно закреплять и переносить горную винтовку на длительных маршах. К лучшим образцам можно отнести изделие  российской компании Группа 99 - платформа Т11. Нужная и важная деталь для удобства переноски стрелкового комплекса. 10. Горные сошки Карабин должен быть оборудован горными (удлиненными) сошками (Harris, CALDWELL), которые позволяют вести стрельбу под большими углами, с различных положений лежа и сидя. Основываясь на собственном опыте, рекомендуем начинающим охотникам включить этот вариант стрельбы в курс собственной подготовки.  Короткие сошки малопригодны к горным условиям и не принесут ощутимой пользы при стрельбе. Кроме того, при стрельбе под большим углом вверх на коротких сошках велика вероятность получить рубец между глаз от прицела из-за очень неудобного и близкого расположения его по отношению к стрелку. И еще одна распространенная ошибка при стрельбе с коротких сошек - попадание в препятствие на пути вылета пули. В оптику кажется, что цель доступна к производству выстрела, но из-за низкого положения ствола пуля при вылете попадает в камень или траву, расположенную непосредственно перед оружием. Внимательно следите за этим моментом при производстве выстрела. 11. Средства для чистки оружия В обязательном порядке имейте при себе средства для чистки оружия: шомпол, ветошь и масло. Всякое может случиться с оружием, наиболее распространенное попадание снега в незащищенный ствол,  поэтому всегда сохраняйте ствол в рабочем состоянии. 12. Модератор Иногда охотники используют модератор (пламегаситель или глушитель). Данный прибор позволяет несколько приглушить и рассеять звук выстрела, при этом полной бесшумности достичь невозможно  из-за сверхзвукового боеприпаса. Использование модератора существенно изменяет и баллистику ствола, как правило, пули ложатся ниже на 15-20 см от обычной пристрелки, но могут быть отклонения и по горизонтали. Баллистическую таблицу на все дистанции необходимо перестреливать. Не нужно надеяться, что использование модератора сделает ваш выстрел незаметным для зверя, он скорее несколько замаскирует его, что в условиях стремительного распространения громкого и раскатистого выстрела от горного карабина без модератора  является фактором снижения беспокойства.   Также необходимо знать, что после снятия и повторного наворачивания модератора на ствол он нуждается в контрольном отстреле и выверке точки прицеливания. 13. Военные снайперские комплексы Несколько слов о приборах, которые можно отнести скорее к экзотике, чем к чему-то необходимому. Это профессиональные военные снайперские комплексы. К таковым относятся лазерные дальномеры и оптика американской компании Wilcox и швейцарской Vectronix. Эти приборы являются средствами определения дальности на большие расстояния,  координат цели, вычисления азимутов и целеуказания для различных систем поражения объектов противника.  В них заложены излишние для охоты вычислительные алгоритмы. Именно потому, что это приборы военного назначения, купить их свободно в открытой продаже практически невозможно. Электронные приборы и приспособления необходимые на горной охоте Технологии не стоят на месте и все больше проникают в различные сферы нашей жизнедеятельности. Горная охота не является исключением. Вот некоторые рекомендации на этот счет. Важнейшим элементом взаимодействия является связь. 1. Две радиостанции Рекомендуем в комплект каждого охотника включать две радиостанции с дополнительными аккумуляторами. Сложно предугадать, будут ли условия подзарядки аккумуляторов от сети питания или генератора. Использование батареек при этом проще и надежней. Сделать заранее их расчет и запас можно всегда. Местные организаторы, возможно могут использовать свои радиостанции, но это бывает не всегда.  Правильное взаимодействие при выдвижении к объекту охоты является залогом успеха. 2. Спутниковый телефон Существует несколько систем спутниковой связи, к основным можно отнести Iridium и Thuraya. Лучше в память телефона заранее забить все нужные абоненты. Но спутниковый телефон без подзарядки сможет постоянно проработать не более двух суток. 3. Спутниковый трекер Более приспособленный для длительных экспедиций, на наш взгляд, является спутниковый трекер. При различных режимах настройки, он может работать без подзарядки до трех месяцев, периодически передавая сигнал о вашем позиционировании  на диспетчерский центр или мобильное устройство. Прибор имеет возможность обмена текстовыми сообщениями, что делает его средством получения и передачи важной информации. К примеру, каждому охотнику нелишним будет, иметь возможность отметить какие-то важные точки или запросить погоду в регионе нахождения. Но, безусловно, самым важным и необходимым элементом данного прибора является возможность передачи экстренного сигнала о помощи. При возникновении нештатной или даже экстремальной ситуации важнейшим фактором спасения является своевременная информация о проблеме с указанием точных координат. Для лучшей защиты трекера, рекомендуется размещать его в водонепроницаемых аквабоксах производства компаний Aquapac или DRUPAK. 4. Мобильная спутниковая станция для выхода в Интернет В современных условиях очень важно всегда оставаться в курсе ведущих событий в стране  и в мире. Для бизнеса крайне важно не терять пульс управления и  иметь дистанционную возможность контроля основных процессов. Для этих целей рекомендуем иметь при себе мобильную спутниковую станцию для выхода в Интернет. Опять же основными игроками на этом сервисе услуг являются Iridium, Inmarsat и Thuraya.  Эти компании предлагают различные устройства, позволяющие устойчиво работать с Интернетом. Скорость подобных устройств пока оставляет желать лучшего, но она вполне достаточна для решения вышеперечисленных задач. 5. Внешние аккумуляторы и солнечные батареи Важным элементом в работе всей электроники является возможность ее подзарядки. Условия размещения в горах не всегда позволяют рассчитывать на наличие энергетики и тут на помощь приходят различные внешние аккумуляторы и солнечные батареи. Вариантов и предложений сегодня представлено множество, как отечественного, так и импортного производства. Он легких ковриков до чемоданов с большой емкостью батарей, позволяющей часами вести работу и подключать автономное освещение. Ведь всегда есть базовый лагерь, где есть возможность размещения основной части багажа и доставка до него, как правило, осуществляется на автомобильной или вертолетной технике. Конечно же, брать все это с собой в горы невозможно, да и не нужно. Но иметь возможность  создания, своего рода Центра управления и комфорта вполне оправдано. 6. Фото или видео Охота, особенно трофейная подразумевает факт фото или видео фиксации добытого трофея. Это своего рода обязательный ритуал, без которого нельзя обойтись. Кроме того при регистрации добытого трофея практически все клубы охотников требуют предоставление фотографий охотника с добытым трофеем. Тут встает вопрос надежности аппаратуры, решающей данную задачу. Вариантов может быть множество главное, чтобы они были достаточно компактны, защищены и имели хороший зум. Выше уже  был приведен пример герметичного чехла на IPhone 5 серии  SLXTreme. Общеизвестно, что качество снимаемой картинки с этой модели телефона вполне приемлемое, к тому же аппарат решает еще несколько нужных функций, в частности по навигации. Хорошие отзывы имеет фотоаппарат Canon SX700 HS с 30-кратным оптическим зумом. При относительно малых размерах, он позволяет сделать не только отличные фотографии с трофеем, но и при необходимости сделать фото на большой дальности. Это помогает например в определении качества того самого предполагаемого трофея. Компания Garmin выпустила навигаторы со встроенной фотокамерой. 7. Навигаторы Являются важным аксессуаром  в снаряжении горного охотника. Они решают комплекс навигационных, поисковых, фиксирующих  положение и события, происходящих с  охотником. Координата лагеря, место добывания зверя, точка закладки контейнера с грузом и многое другое не обходятся без фиксации точных координат. Надо иметь в виду, что существующие приборы достаточно энергоемки и требуют наличия дополнительных элементов питания. 8. Электронная книга на платформе Nook Горы отличаются своей непредсказуемостью и частой сменой погоды. Бывают случаи, когда несколько дней подряд идут дожди, шквальный порывистый ветер или туман. В эти долгие дни охотник пытается всякими способами убить время в ожидании улучшения погоды. В подобные дни на помощь приходит еще один гаджет,  электронная книга на платформе Nook. Она отличается большим объемом памяти и малой энергоемкостью. При подготовке к экспедиции вы можете закачать необходимое количество художественной или документальной литературы и приятно коротать время за чтением. Необходимое снаряжение и одежда горного охотника 1. Большая вместительная сумка Предметом первой необходимости в этом списке следует указать большую вместительную сумку, в которую вам предстоит размещать все свое снаряжение. Она должна быть влагостойкой, чтобы надежно укрывать содержимое. В качестве примера можно  привести сумку Tatonka Barell L или сумки компании Beretta. 2. Рюкзак Важным элементом снаряжения также является рюкзак. Здесь остановлюсь поподробнее. Сегодня выпускается огромное множество различных рюкзаков для туристов, но далеко не все из них однозначно подходят  для горного охотника. У горника в ассортименте должно быть несколько рюкзаков на различные условия. Кто-то разделяет рюкзаки по объему; 20-30-40 литров и так далее, кто-то классифицирует как однодневные, двухдневные  и многодневные кому как угодно. Каждый рюкзак должен нести свою смысловую нагрузку. К числу основных требований необходимо отнести непромокаемость или влагостойкость. Несмотря на заверения изготовителя в отношении ткани Gore Tex, мы бы порекомендовали в комплекте к рюкзаку иметь защитный чехол, который будет являться дополнительным элементом защиты от влаги. Есть рюкзаки, выполненные из прорезиненных материалов. Рюкзак должен иметь удобные лямки, которые равномерно будут распределять нагрузку.  Очень удобным элементом для переноски оружия являются специальные карманы и крепления для винтовки. Носить длительное время нелегкие горные карабины на ремне крайне неудобно и утомительно. Ружье, закрепленное в специальном кармане, лучше  балансирует при переноске и равномерно распределяет нагрузку на плечи. Например, рюкзаки разного объема, производимые компанией «Группа 99» - очень хорошее решение при выборе рюкзака для горных охот. Важно отметить и перечислить типовой набор предметов, который охотник берет с собой в многодневный автономный переход. К ним относятся: Одноместная палатка обязательно с пологом Спальный мешок Туристический коврик Комплект запасной одежды Фляжка с водой и запас продуктов Электронные устройства, входящие в комплект «стрелкового комплекса» Запас боеприпасов 3. Одноместная палатка Рекомендуем всегда иметь собственную одноместную палатку. Ее в обязательном порядке необходимо укомплектовывать влагозащитным пологом. Иначе дождь, роса, кондецат будут создавать дискомфорт и проникать внутрь. Вариантов много, главный критерий при выборе -вес изделий. 4. Спальный мешок Очень важный элемент снаряжения. После долгих изматывающих маршей необходимо иметь возможность восстановить силы и выспаться. Здесь важно иметь правильно подобранный по температуре спальный мешок. По возможности, лучше приобрести несколько мешков от -15, -25 до -40 или даже до -60 градусов. Австрийские Carinthia, голландский Arctic, мешки российской компаний BASK решают задачу комплектования данным видом снаряжения. Берите с собой мешок соответствующий предполагаемым условиям. 5. Туристический коврик Необходимая деталь для безопасного размещении на снегу или земле при ночлеге. Они бывают надувные, самонадувающиеся или карематные, выполненные из пенополителена. Важно подобрать коврик хорошими теплоизолирующими свойствами и достаточно компактной конфигурации. Для размещения в базовом лагере рекомендую туристические раскладушки. Никакой коврик не сравнится по комфорту размещения с раскладушкой. Хотя опять же необходимо иметь и то и другое, у каждого изделия своя персональная задача. 6. Индивидуальная аптечка Компании «Группа 99» и «Транскрипт НПЦ» предлагают широкий ассортимент индивидуальных и групповых аптечек. Они скомплектованы с учетом основных потенциальных проблем здоровья, с которыми человек может столкнуться, но конечно же каждому следует доукомплектовать их  с учетом индивидуальных особенностей организма. Лучше докупить в комплект антибиотики широкого спектра применения, средства от простуды, болеутоляющие препараты. Для гор актуальным являются препараты, ускоряющие адаптацию к высоте - Глицин и Акваген. 7. Горные ботинки Сложно сказать, что именно в экипировке горного охотника более и менее ценное, но обувь относиться к жизненно важному атрибуту. Неправильно подобранная обувь становится причиной кровоподтеков и мозолей, что приводит к преждевременному окончанию охоты или даже к трагедии. Вот  несколько советов на счет правильного подбора ботинок. Это должны быть специализированные горные ботинки с подошвой Vibram. Она правильной жесткости и имеет отличное сцепление с любой поверхностью. Ботинки должны быть в меру жесткими, хорошо фиксировать голеностоп и выполнены по технологии Gore Tex, т.е быть непромокаемой. Лучше брать обувь на полразмера больше вашего обычного размера, чтобы иметь возможность поддевать теплые носки, а также, чтобы большие пальцы не упирались в носок ботинка - это очень важно на спуске. Мы рекомендуем ботинки марки MAMMUT и LOWA. Отличительной чертой именно горного ботинка является широкая прорезиненная полоса, закрывающая носовую и боковые части ботинка, примыкающие к подошве. Ботинки этих ведущих марок легко подобрать, консультанты на месте дадут вам максимальное полное представление об особенностях каждой модели. Для переходов по снежным вершинам рекомендуем надевать поверх брюк и ботинок быстросъемные чехлы, которые предотвращают попадание влаги и снега внутрь ботинка. Для особо сложных переходов в горах Памира или Тянь-Шаня могут пригодиться снегоступы или даже кошки. Для горных охот вам потребуется и иная обувь, в частности для нахождения в лагере. И здесь вариантов в зависимости от температуры, наличия снежного покрова или же расположения в комфортных условиях может быть множество. Эта обувь  должна быть теплой и удобной, и в отличие от горного ботинка неплотно обтягивать ногу, легко одеваться и быстро сниматься. Как вариант, можно рассмотреть галоши CROCS, как в летнем, так и в зимнем варианте. В условиях больших высот и низких температур очень хорошо себя зарекомендовали пуховые сапожки на прорезиненной подошве. Подобных предложений много в специализированных магазинах и Интернете. 8. Охотничий нож В отличие от равнинных охот, где можно встретить всевозможные вариации на тему охотничьего ножа, для гор важным критерием является компактность и легкость. Нож в горах - это необходимый элемент для приготовления пищи, разделки туши животного и иных подручных дел. В этой связи не стоит гнаться за диковинными мачетами, дамасками и булатами. Достаточно раскладных ножей с длиной лезвия 10-12 см. Идеальными является многофункциональные ножи Leatherman. 9. Налобный фонарик Который всегда необходимо иметь при себе независимо от времени выхода и планового времени возвращения. В горах перемещаться ночью крайне сложно. 10. Веревка Речь не идет об альпинисткой  веревке, скорее это шнур на всякий случай. Отличным решение являются браслеты Paracord. 11. Солнцезащитные очки Если экспедиция предполагает нахождение на высотах от  3500 метров и выше, крайне высока вероятность выхода на заснеженные вершины и хребты. В солнечный день отражающий эффект от снега быстро приведет к глазному ожогу, если ваши глаза не защищены солнцезащитными очками.  Достаточно каких-то 30 минут, чтобы почувствовать боль в глазах и получить, так называемую, горную или снежную слепоту - офтальмию. Необходимо принять все меры для защиты глаз и очки с защитой от проникновения ультрафиолетовых лучей лучшее решение. В крайней ситуации при их отсутствии необходимо срочно укрыть лицо платком и максимально закрыть глаза, оставив небольшие щели  для наблюдения. Очки лучше выбирать спортивные или сугубо горные с плотным облеганием глаз по бокам. Лучше, чтобы они имели шнур крепления, для быстрой съемки и фиксации. 12. Платок Этот аксессуар пришел в обиход из стран ближнего востока, став своего рода военным символом, который широко  заимствован военными всего мира. И причина в его универсальности и функциональности. Арабский платок может быть полезным и в жаркий знойный день и в морозную ночь.   Платки бывают  белого, красного или зеленого цветов. В зависимости от климата он всегда может вам  пригодиться для укрытия шеи, лица или головы. 13. Солнцезащитный крем для лица и губ. 14. Одежда Наиболее объемное понятие. Время натуральных тканей ХБ, войлока, сукна и цигейки давно ушли в прошлое. Сегодня на смену им пришли легкие, мембранные и многофункциональные синтетические материалы. Принцип пяти слоев решает различные задачи согревания, влаговыведения и защиты организма от внешних воздействий влаги, ветра и низких температур. Термобелье, различные утеплители, куртки Gore Tex, ветрозащитный  и основной согревающий слой вот стандартный набор  современной одежды. Предложений и вариантов здесь много от популярной сегодня канадской  Sitka, австрийской Carinthia, американской 5.11 Tactical до российских производителей BASK, Группа 99.  Рекомендуем  закупать брюки со встроенными внутри наколенниками. В горах часто приходится передвигаться и падать на колени, данный аксессуар очень полезен, защищает колени от повреждений. Рекомендуем следующий комплект одежды: Нижнее белье - не менее трех штук. Лучше выбирать изделия без грубых швов, которые могут создавать дискомфорт при длительных переходах. Ходовое термобелье - пару комплектов Теплое термобелье для сна - достаточно одного комплекта Многофункциональные теплые и легкие куртки Polarteс, Softshell. Утепленная безрукавка Мембранная куртка Gore Tex Куртка Vinstoper Пуховая куртка Маскхалат Пончо - полностью скрывающее охотника от дождя Комплект одежды для нахождения в лагере Утепленные брюки на низкие температуры Теплые носки - три пары Шапку. Лучше не вязанную, так как она легко продуваема ветром. Иногда при низких температурах используют даже две шапки Комплект перчаток. Тонкие ходовые и более утепленные 15. Малый карематный коврик 16. Пробирки для сбора геноматериала Их можно получить в Клубе горных охотников в достаточном количестве. При отсутствии таковых можно использовать небольшие колбочки или флаконы со спиртом. Российская наука будет вам признательна за предоставленный биоматериал с различных горных экспедиций. 17. Водонепроницаемые боксы для документов компании Aquapac 18. Набор запасных батареек всех используемых типов 19. Набор индивидуальных столовых приборов выполненных их титановых сплавов или прочного пластика 20. Скотч и изолента Универсальный материал, который всегда может пригодится при обустройстве лагеря и ремонта снаряжения. 21. Набор ниток с иголками 22. Зажигалка 23. Химические или иные грелки При низких температурах помогают согреть руки, стопы, поддерживать комфортную температуру внутри спального мешка и палатки. Вот такой внушительный список рекомендованного оборудования, снаряжения и одежды пригодится вам в горных экспедициях. При сборах на очередную охоту советуем вам им руководствоваться, хотя, конечно же, у каждого охотника есть свои предпочтения и личный опыт.
12.05.2015
Лучшая охота, которая только может быть, это горная охота  (интервью с Владиславом Резником)

Лучшая охота, которая только может быть, это горная охота (интервью с Владиславом Резником)

От редакции: В рубрике «Клуб горных охотников» нашего журнала запланирован цикл интервью с уже зарекомендовавшими себя «горниками», а также с теми, кто начал заниматься этой охотой относительно недавно. Сегодня вниманию читателей мы предлагаем беседу с депутатом Государственной Думы РФ Владимиром Резником.   Биографическая справка: Владислав Матусович Резник родился 17 мая 1954 года в Ленинграде. В 1976 году окончил биофак Ленинградского университета, кандидат биологических наук. Работал младшим научным сотрудником во ВНИИ антибиотиков и ферментов медицинского назначения, был постановщиком и исполнителем трюков на киностудиях. С 1987 – заместитель гендиректора объединения «Русское видео», С 1989 – заместитель председателя совета директоров банка «Россия». В начале 1990-х был членом политсовета петербургского отделения движения «Демократический выбор». С 1990 по 1995 год – председатель правления, владелец страховой компании «Русь» (Санкт-Петербург). Также входил в руководство ряда других страховых компаний, банков, акционерных обществ. С 1995 – председатель правления АО «Росгосстрах». В 1999 году возглавил наблюдательный совет страховой компании «Русь». Также входил в советы директоров Мосбизнесбанка, Петербургского нефтяного банка. В 1999, 2003, 2007 и 2011 годах избирался в Госдуму от «Единства» и «Единой России». Является членом Высшего совета «Единой России».   «Магия настоящего сафари»: Владимир Матусович, сначала традиционный вопрос: когда и как началась Ваша охотничья судьба? Владислав Резник: Сколько себя помню, всегда интересовался охотой. И как только появилась возможность, стал охотиться. Сначала с «духовкой» – пневматической винтовой, из которой стрелял белок и птичек под Ленинградом – у родных была дача в небольшом поселке под названием Мельничный Ручей. Конечно, тогда еще не было понимания, что такое охотничья-неохотничья дичь. Правда, с белок пытался снимать шкурки, выделывать, но эти труды так и не увенчались успехом. А реальными первыми трофеями стали дрозды. Осенью мы с моим другом стреляли их на рябине тоже под Ленинградом, на Сиверской. Бабушка моего товарища умела их готовить, и это была необыкновенно вкусная птица! Так что мы периодически имели возможность дегустировать жирных осенних дроздов, о гастрономических качествах которых, как я потом узнал, с восторгом отзывался еще Аксаков. И тогда же я стал собирать книги об охоте, накопив в конце концов приличную библиотеку. Первой книгой, которая мне по-настоящему открыла глаза на то, что, собственно, такое охота, был «Календарь охотника» Леонида Павловича Сабанеева. МНС: А каким было первое настоящее ружье? В.Р.: ТОЗовская одностволка. Я приобрел ее, когда вступил в общество охотников, в 18 лет. И с тех пор всегда, как только представлялась возможность, старался выезжать на охоту в пригород, как правило, не дальше Карельского перешейка. Больше всего, конечно, охотился по перу, поскольку возможность участвовать в такой охоте была у всех. В 90-е годы появилась возможность приобрести нарезное оружие, и охота с ним оказалась намного интереснее. МНС: Как относитесь к оружию? В.Р.: С уважением, но не фетишизирую. Первый мой нарезной карабин – «Тигр», то есть снайперская винтовка СВД, ухудшенная до уровня «гражданское оружие». С моей точки зрения, крайне неудачная переделка. Но стрельба на дистанции до 300 метров даже с кучностью этого карабина была вполне возможна. Стал охотиться на кабана, на лося в Новгородской, Псковской областях. На медведя охотился на берлоге, хотя «Тигр» на этого зверя не годился, поскольку пуля прошивала его, и он уходил подранком. МНС: Вы коллекционируете трофеи? В.Р.: До последних лет охотился по принципу «добыл и съел». Весь зверь, вся птица делились для меня на съедобных и всех остальных, то есть недичь. Идея повесить в доме трофей не приходила в голову до 2010 года. То есть серьезно трофейной охотой я занялся буквально в последние годы. МНС: И сразу же отправились в горы? В.Р.: Не совсем так. Сначала я попал в Африку, в Танзанию. Эдуард Бендерский познакомил меня с Юрой Морозовым, который вместе с Людмилой Барановой взял на себя все организационные моменты по оформлению 21-дневного тура в августе 2010 года. Континент поразил разнообразием и обилием дичи. Там впервые начал понимать, что такое трофейная охота. Первым трофеем стал хартебист. Очень хорошо его помню (хотя я хорошо помню все свои выстрелы). Стрелял метров с 250 из привезенного с собой Блазера .300 WinMag. Всего было добыто тогда 11 трофеев – десять антилоп и леопард, от которого натерпелся страха. Просидел дня три на приваде. Леопард – зверь умный, а этот мне показался исключительно умным. Мало того, что он появлялся у привады либо до моего прихода, либо после ухода. Так он еще прекрасно понимал, где я от него «прячусь». Однажды, подойдя к засидке, я обнаружил внутри его экскременты. То есть он весьма доходчиво объяснил, что знает, где я сижу. А засидка стояла метрах в ста от привады. После этого пришлось перенести ее метров на двести пятьдесят. Зверь вышел на самом-самом рассвете. Это был старый кот. Не очень крупный, килограммов 50. В Селу, где проходила охота, жарко, поэтому леопарды не очень крупные. Я выстрелил, но выстрел настиг зверя в тот момент, когда он потянул приваду к себе, и пуля попала, как потом выяснилось, на 2 см ниже сердца, пробив легкое. Леопард спрыгнул, сделал круг под деревом, хрипло взвыл и удрал в буш. Часа полтора-два мы подождали. Совсем рассвело. Мне привезли дробовик, и с пиэйчем и двумя черными следопытами мы отправились преследовать подранка. Шли по кровяному следу. Если попадались на пути кусты, кидали в них камнем или палкой. В очередной раз на наш бросок послышался шум в кустах. Пиэйч присел и выстрелил туда из своего «чезета» калибра .416. Шум все сильнее! Пиэйч передернул затвор, а патрон заело. И он крикнул: «Бежим»!!! Мы все бросились бежать, но через пару секунд я начал понимать, что мне в мои 56 несколько труднее бежать, чем пиэйчу, которому 29, и трекерам, которые тоже далеко не пенсионеры и к тому же в прекрасной физической форме. А это значит, что леопард догонит сначала меня… Я вовремя остановился, потому что увидел леопарда уже метрах в пятнадцати. Стрелял навскидку сразу дуплетом. Леопард исчез в траве. Бегущие остановились, потом вернулись ко мне, потом стали высматривать леопарда и быстро его обнаружили. Зверь лежал в густой траве и был мертв. Должен сказать, что я не испытал в этот момент феерического счастья охотника, добывшего желанный трофей. У меня было только ясное понимание того, что удалось избежать очень серьезных неприятностей. МНС: После этого в Африку больше не тянуло? В.Р.: Отнюдь. Была вторая экспедиция в Масаилэнд. Очень интересных эндемиков удалось там добыть – геренука, интересных газелей. Место оказалось, к сожалению, более цивильным, поскольку там не было мухи це-це, соответственно мог пастись скот, и поэтому были люди. После Танзании было несколько экспедиций в Южную Африку. Интересовали уже более серьезные звери, хотелось взять Большую Пятерку. В результате взял ее дважды. Льва оба раза тропили по следу. Лев, слыша тебя, поднимается и уходит. И так несколько раз, а потом у него кончается терпение, и ты с напряжением идешь, понимая, что он может в любую секунду напасть. Были слоны. Тоже с подхода. На носорогов охота была троплением – на белого и черного. На леопарда второй раз охотился в Зимбабве с собаками. МНС: Как увлеклись горными охотами? В.Р.: Первый раз в 2012 году поехал в Монголию на гобийского аргали и козерога. Началась охота с козерога в Гоби. Добыл неплохого, не очень большого, но очень старого. Я вообще предпочитаю добывать крупные трофеи, но искать стараюсь старых зверей, которые уже вышли из репродуктивного возраста – лет 9-10. Стрелял из винтовки Accuracy InternationalAWM.338 LapuaMagс расстояния 360 метров. После попадания в легкие козерог прошел еще метров двести. Нужно заметить, что с 2007 года мне стала интересна дальняя стрельба. И для нее я пользуюсь упомянутой винтовкой, разработанной Малькольмом Купером. Она тяжелая, но позволяет производить точную дальнюю стрельбу. Аргали тогда взять не удалось, я даже его не видел в течение недели поиска. Тогда мы перебрались в Хангайские горы, и там добыл хангайского аргали. Эта экспедиция открыла глаза на то, что лучшая охота, которая только может быть, это горная охота. Она намного интереснее, чем Африка с ее пятеркой, и я занялся горами. После Монголии пошли другие азиатские страны, и к настоящему моменту в моем трофейном ряду 23 барана и 15 козерогов. Зачетные для ОВИС – 20 и 12, соответственно, которые и зарегистрированы в ОВИС. МНС: По России вы охотились? На Камчатке, например? В.Р.: Да, на Камчатке потрясающая охота. Я дбывал там сначала колымского, потом камчатского и карякского баранов. Охотился на лосей. Просто восхищен организацией охоты у Константина Каллина. МНС: Каких аутфиттеров предпочитаете? В.Р.: Горные охоты мне организует компания «Сталкер». Меня часто сопровождает Евгений Харитонов. Отличный специалист, охотовед, защитил кандидатскую диссертацию по баранам. МНС: От Монгольских и наших гор пришлось переходить к высокогорью… В.Р.: Да, дошел до Памира и Тянь-Шаня. Барана Марко Поло стрелял аж на 4800 м.н.у.м. Очень хороший трофей – 63 дюйма. МНС: Для таких охот прежде всего нужно иметь очень хорошую физическую форму? В.Р.: Для горных охот нужно иметь очень большое желание. А уж оно заставляет приобрести нормальную форму. За те годы, что занимаюсь горными охотами, я сбросил около 30 кг. Как шутит жена: «У тебя самый дорогой фитнесс». МНС: Хотелось бы, чтобы Вы поделились с читателями своими опытами-секретами, которые возникли за годы горных охот. В.Р.: У меня еще очень небольшой по времени опыт… Хожу с тяжелым оружием, той самой куперовской винтовкой, таскаю ее только сам, за спиной, как рюкзак. Прицел использую «Шмидт и Бендер» 3Х20. Это классический снайперский прицел, который позволяет стрелять на 700 и больше метров. Выстрелы делаю, как правило, на 550-600 метров. МНС: В горах предпочитаете стрелять на большие дистанции? В.Р.: Если говорить о предпочтениях, то я с большим удовольствием стрелял бы с 50 метров – чтобы наверняка. Но в горах подойти к зверю на такое расстояние практически никогда не удается. Тем более, что время тура ограничено. Самое близкое, насколько мне удавалось подойти, это на 130-140 метров, но это исключение. Один раз это было в Мексике при охоте на толсторога, другой – в Монголии, когда стрелял алтайского аргали. Говоря о стрельбе на дальние дистанции, я имел в виду, что многие охотники не любят стрелять на 600-700 метров, а мне это интересно. МНС: А каким был самый дальний выстрел? В.Р.: Самый дальний выстрел по зверю – 819 метров. Это было в Иране. Безоаровый козерог был взят одним выстрелом. Он стоял на гребне. Конечно же, был сначала сделан расчет, потом выстрел и… промах. Пулю снесло ветром, и зверь даже не понял, что произошло. Зато я понял, какую нужно брать поправку и вторым выстрелом взял его. При дальних выстрелах самое главное – чтобы повезло с ветром. МНС: То есть дальний выстрел – это не наудачу и авось, а с тщательным расчетом? В.Р.: Да, я охочусь с баллистическим калькулятором, с «ветродуйкой». Обязательно беру с собой оптическую трубу. Чтобы (если тут уместны шутки) лишний раз не ходить туда-сюда. В последнее время принцип такой – каждый год я стараюсь стрелять на 50 метров дальше. Поскольку ходить начал хуже. Проблем с суставами еще нет, но надо готовиться… МНС: Для того, чтобы так стрелять, нужно специально тренироваться… В.Р.: Да. У меня есть угодья в Смоленской области, и там я построил «снайперский рай», как выражается мой товарищ, который учил меня стрелять. Там есть домик, в котором стоят столы для стрельбы из позиции «лежа», «сидя». Ролеты открывают мишенное поле с дистанцией 750 метров. На поле – мишени, либо гонги для практической стрельбы (раздался звон – значит попал). И я много тренируюсь, когда бываю в хозяйстве. Перед охотой специально езжу сделать выстрелов 30-50. МНС: Какие используете пули? В.Р.: 250 грановая пуля Scenarпроизводства Lapua. МНС: А организм как-то тренируете перед поездкой в горы? В.Р.: Если это можно назвать тренировкой – делаю упражнения со специальной тренинговой маской – симулятором разреженного воздуха. И делаю это регулярно, а не только перед поездкой. Использую диуретики, комплексы витаминов для высокогорья. Адаптируешься намного быстрее. В горах, естественно, не ем жирную пищу. Она оказывает очень плохое действие на желудок. И так высота сказывается, а с жирной едой будет совсем некомфортно. МНС: Какой запас в рюкзачке берете в горы? В.Р.: Бутылку воды, яблоко и сухофрукты – курага, финики. Очень полюбил. МНС: А чем кроме трофеев Вам интересны горные охоты? В.Р.: Я как раз хотел об этом сказать. Помимо самой охоты и впечатлений от гор – это все интереснейшие путешествия, знакомство с разными странами, людьми. И нередко действительность не просто превосходит ожидания, а буквально переворачивает все с головы на ноги. Например, Иран оказался совершенно другой страной, по сравнению с тем его образом, который был создан СМИ в последние годы. Страна поразила тем, что там живут совершенно открытые, приветливые люди. Я не видел в Иране ни одной женщины в парандже. У всех, разумеется, исламский дресс-код, но все улыбаются, беседуют с тобой. Меняли колесо – в Иране нельзя перевозить оружие авиатранспортом, только на машине, поэтому приходится далеко ездить – и было очень холодно. Хозяин мастерской принес нам кофе, потом пирожное – и так раза три! Это показатель. МНС: Владислав Матусович, спасибо за интервью. Насколько нам известно, к 60-летнему юбилею, который Вы отмечали в мае, Вам удалось сделать себе подарок – добыть достаточное количество разновидностей баранов и козерогов, чтобы получить награды Ovis World Slam, Ovis World Slam Super 20 и Capra World Slam.Редакция нашего журнала поздравляет вас с юбилеем, с достигнутым результатом и желает не останавливаться на достигнутом!
12.05.2015
Журнал "Магия настоящего сафари"
Вторая охотничья страсть. Интервью с С.В. Ястржембским

Вторая охотничья страсть. Интервью с С.В. Ястржембским

Хотя Сергей Ястржембский склонен считать себя более «африканцем», чем «горником», его охотничьи достижения в горах весьма значительны. Достаточно сказать о том, что им добыты более 20 козерогов и 12 баранов. Потому в данном нашему журналу интервью речь велась преимущественно о горных охотах.   «Магия настоящего сафари»: Сергей Владимирович, насколько последовательным был Ваш путь в горные охотники? Сергей Ястржембский: Совершенно непоследовательным! Вообще, если говорить о трофейных охотниках, то самые отчаянные из них выбирают в конце концов либо Африку, либо горные охоты, либо то и другое вместе. У меня обстоятельства жизни сложились так, что вначале я попал в Африку и настолько был ей покорен, что для любви к горной охоте, которой посвящал некоторое время, в сердце уже не оставалось места. Только со временем, когда уже в значительной степени насытился африканской экзотикой, отработал почти все программы (а у меня сейчас осталась недобытой только горная ньяла, которой планирую заняться в 2016 году), интерес к горной охоте стал понемногу расти. В основном же занимался ей попутно, иногда, правда, посвящая определенное время только горной охоте. На сегодняшний день добыл где-то два десятка с небольшим козерогов и 12 баранов. И сейчас, пока позволяет физическая кондиция, я уделяю куда больше внимания горным охотам. «МН САФАРИ»: Чтобы не возвращаться к Африке позже, позволю себе поинтересоваться судьбой компании HuntEssentialFishFantastic, в которой Вы являетесь соучредителем. С.Я.: Компания действует, хотя у нас несколько сократился ареал. В Анголе и Мозамбике мы потеряли интересные территории по решению их правительств. Но особенно печально, что Ботсвана запретила ряд охот, а многие ездили туда за большими слонами. У нас остались там территории, где есть антилопы и охота на них разрешена, но желающих ехать только за антилопами мало. Осталась интересная точка, хорошо развивающаяся – 14 000 га холмов высотой 500-700 метров над уровнем моря – в Южной Африке. Там интересная охота, поскольку больше 20 видов животных, очень хорошие условия. Туда люди ездят… «МН САФАРИ»: Вы помните свою первую горную? С.Я.: С чего все началось… Конечно помню. Я их все помню. Это было в Кабардино-Балкарии. Был тогда еще жив замечательный человек, президент КБР Валерий Мухамедович Коков. Я приехал на пару дней (а во время работы в Кремле два выходных вместе вообще не часто выпадали) и в первый же вечер столкнулся с настоящим кавказским гостеприимством. На прочность меня проверяли президент, его супруга и тогдашний министр внутренних дел. Продолжалось это часов до двух ночи, а в четыре утра надо было уже выезжать на охоту. Я тогда совершенно не представлял, что такое горная охота и не был к ней подготовлен совсем. Ни в смысле экипировки, ни в смысле физического состояния. В результате «мои университеты» получились весьма жесткими. Правда, мне было всего 43 года, и я был в хорошей форме благодаря занятиям спортом. Только это, наверное, и спасло. Привезли в аул, располагавшийся на высоте порядка 2 км н.у.м. Поскольку к высокопоставленным гостям из Москвы положено приставлять охрану, ее ко мне приставили – майора милиции и двух офицеров рангом пониже. Естественно, был егерь, а потом присоединился еще проводник. Началось восхождение, и оно меня стало лечить – хмель быстро стал выходить с потом. Тем более, что одет я был излишне тепло. «МН САФАРИ»: А охота планировалась на тура? С.Я.: Охотились мы, как выяснилось, на средне-кавказского тура. Правда, выяснилось это гораздо позже. Ни о каком разделении на три подвида я тогда не знал и шел просто за туром. Некоторое удовольствие доставило то, что сначала один офицер милиции сломался, потом второй, а потом и майор признался, что больше не может. «Мы, конечно, горные жители, – трагически произнес он, – но не до такой степени». Часть одежды я оставил им, и совершенно мокрый поднялся с егерем на достаточную высоту, где мы и обнаружили туров. К счастью, нас они не видели. Был ноябрь, и травянистые склоны покрывала ледяная корка. Егерь и проводник с карабинами довольно уверенно пробрались по нему выше и спрятались за камнем. Я встал на обледенелый склон, и понял, что сейчас могу легко улететь вниз. И улететь очень далеко. А добраться до ребят можно еще было, сделав очень отчаянный прыжок и зацепившись руками за одну из скалок. Честно скажу, готовился я очень долго. Прыгнул в конце концов, ухватился за скалу и подполз к камню, скрывавшему нас от баранов. Видя мое состояние, ребята предложили стрелять одновременно, но я отказался. Сказал, что стрелять буду первым, а егерь может стрелять следом, но с паузой после моего выстрела. Продышался, выцелил, нажал на спуск, и тур упал. Мы поднялись и стали к нему подходить. Тур тоже поднялся и стал потихоньку карабкаться в гору, но сил на то, чтобы скрыться, у него не было – рана оказалась серьезной. А дальше случилось то, чего никогда больше не повторялось. Мы подошли вплотную к зверю, и он нас атаковал! Егерь ухватил его за один рог, я – за второй. Поначалу мы были весьма сосредоточены, а потом у обоих начался чуть не приступ истерического хохота. – Владимирыч, надо дострелить, – успокоившись сказал егерь. – Понимаю, но как?! В конце концов подошел проводник и сменил меня, я взял карабин, но стрелять в барана, которого держат за рога два человека, мягко говоря, опасно. На счет «три» они оттолкнули от себя подранка, и я смог его добрать. Потом был ужас спуска, который оказался куда сложнее подъема. Зато ребята научили меня технике горного спуска с палкой. Нужно скользить или бежать галсами, опираясь на прочную палку так, чтобы центр тяжести был ближе к склону. При этом при смене галса палку тоже нужно перекидывать из руки в руку, чтобы она всегда была со стороны склона. Особенно эффективен такой спуск по обледенелой траве. Добравшись до лагеря, я ощутил, что потерял несколько килограммов. И сделал соответствующие выводы. Во-первых, нужно полностью исключить алкоголь перед и во время горной охоты. Во-вторых, нужно серьезно заняться экипировкой, если продолжать заниматься горными охотами. А продолжать мне захотелось. Особенно понравился момент преодоления себя – когда, казалось бы, уже совсем невмоготу, а ты все-таки заставляешь себя двигаться – это очень здорово! «МН САФАРИ»: До следующей поездки в горы перерыв был большой? С.Я.: Я бы не сказал… Когда оставалось время от Африки и были какие-то окошки в расписании, я старался выбирать охоту в горах. На Северный Кавказ возвращался неоднократно. Было еще две-три охоты в КБР, в Карачаево-Черкессии, было несколько охот на Красной поляне у Сочи, где я добыл кавказскую серну и кавказский подвид бурого медведя. Были в Киргизии охоты на барана Марко Поло, дважды охотился там, в том числе на козерога. Были охоты на сибирского козерога на Алтае. На Камчатке охотился на снежного барана, на якутского барана. Собрал большую коллекцию серн – есть практически все подвиды, за исключением пока двух. «МН САФАРИ»: Понятно, что все охоты чем-то запоминаются, но какие Вас впечатлили больше всего? С.Я.: Я бы назвал две – ту, о которой рассказал, в Кабардино-Балкарии, и совершенно приключенческая охота в Непале. Интереснейшая охота! Сначала в горах охотились на мунтжака, потом был голубой баран (непальский подвид) и последним стал гималайский тар. Всего три зверя, но с точки зрения сложности, невероятного адреналина, всяческих приключений эта охота оказалась одной из самых драматичных. Оказалось, что мне попался неопытный егерь. Неопытный в том смысле, что не мог отличить самку тара от самца – у той и у другого имеются рога. А я этих животных раньше вообще не видел. В результате мы по-пластунски долго подбирались к зверю, скрадывали, и я его добыл. Тут как раз и выяснилась половая принадлежность «трофея». И вот после очередного неудачного дня мы возвращались в сумерках в лагерь и услышали шум от быстро передвигавшегося по сыпучим камням животного. Практически сразу и увидели, как с одного склона на другой спускается тар. То, что это был самец, уже не вызывало сомнений – его вообще, как оказалось, трудно спутать с самкой. И это был очень приличный тар. Я вскинул карабин и стал стрелять по бегущему зверю. Зацепил его вторым или третьим выстрелом, попав в переднюю ногу. Тар кувыркнулся через голову и по мелкому, частично обледеневшему сыпняку полетел вниз. Егерь-непалец был довольно стар (то есть мне тогда казалось, что он очень стар, а потом выяснилось, что он моложе меня, просто плохо выглядит) и не говорил ни слова по-английски. Он показал жестами, что нужно спускаться. После целого дня в горах ноги держали плохо, и при спуске я поскользнулся. Этого было достаточно, чтобы полететь практически так же, как и тар. Есть, вообще говоря, техника торможения на такой случай– нужно расставлять ноги, руки, цепляться руками и пятками за любую преграду. Но в данном случае я больше боялся за карабин, чем за себя и прижимал его к телу обеими руками. А еще сложность была в том, что склон покрывали мелкие кустики шиповника, спасти от колючек которого глаза я мог, только закрыв их покрепче. Возможно, случись все это днем, последствия были бы не такими печальными, поскольку днем я носил очки от солнца. Но теперь были сумерки, и очки давно перекочевали в рюкзак. В результате в какой-то момент меня крутануло, я рефлекторно открыл глаза, и как только сделал это, колючка сильно наискосок полосонула по левому глазу… Когда я затормозил, оба глаза были полны слез – из правого они текли, очевидно, из чувства солидарности. Нащупал бумажную салфетку в кармане, протер правый глаз, и первое, что увидел – тара. Этот злосчастный подранок лежал метрах в двадцати выше меня по склону – он затормозил раньше. Я попытался его добрать, но из-за обильного слезотечения ничего не видел в оптику. Пришлось ждать егеря. И когда он подошел, то сделал следующее. Достал из кармана невероятно грязный носовой платок (я видел это даже сквозь слезы), приложил к моему сразу же закрывшемуся глазу и стал на него дышать. Я почувствовал, как платок теплеет, и через какое-то время прекратилось слезотечение – глаз высох. Только тогда я смог добрать тара, лишившегося возможности двигаться. Обратно до лагеря мы шли часа три с половиной благодаря тому, что по дороге я еще и разорвал окончательно себе мениск на левой ноге (до этого свое дело сделали спортивные травмы). Боль была жесткая. Егерь выломал из куста палку, и, опираясь на нее, я шел. Добрались глубокой ночью. Физически я был никакой, но счастлив был невероятно! Полдня ушло на то, чтобы тара вытащила из ущелья команда непальцев, а потом мы стали пешим порядком спускаться с гор, с высоты 4,5 тысячи метров… Я не выпускал палку из рук, кажется, до самого самолета, а потом улетел делать операцию на мениске в Израиль. В общем, серьезные горные охоты – это тяжелые охоты. Наряду ними я поставил бы только охоту в дождевом тропическом лесу в Африке. «МН САФАРИ»: Охотясь, Вы стремитесь добыть рекордные трофеи или ограничиваетесь видовым составом? С.Я.: Я бы слукавил, если бы сказал, что мне безразличны высокие трофеи. Перед всякой охотой изначально ставлю себе задачу добыть самый достойный трофей. Не обязательно рекорд мира, но с высокими показателями. Однако по мере того, как теряются в горах силы, планка внутренних представлений о том, какой трофей меня устроил бы, понемногу опускается. И были ситуации, когда я оказывался рад, что смог добыть зверя с вполне средними показателями, и просто счастлив, что все это закончилось. Недавно совсем охотился в Низких Татрах, в Словакии, на довольно редкий подвид серны – на нее выделяют всего 5-6 лицензий в год. В первый день (а мне уже не 43, а 61 год) мы прошли за 8 часов 8 километров, спускаясь и поднимаясь на высоту порядка километра. И все это в таком тумане, что видимость на 50 метров считалась хорошей. То есть элемент случайности был высочайший. Мы не видели животных вообще, за исключением одного момента, когда открылось окошко в тумане буквально на полторы-две секунды. Я не успел даже взять наизготовку карабин, как серна уже исчезла. А у меня еще были запланированы другие поездки, да и дома ждали… Поэтому перед сном я был готов на любую зачетную серну, пусть и с самыми минимальными трофейными показателями. Однако на следующий день повезло – погода резко переменилась, туман пропал. В результате за три часа увидели 14 серн, и было из чего выбрать. Я добыл в результате серну с показателями чуть выше среднего. И возвращаться за более высокими трофеем уже не собираюсь. Я вообще редко возвращаюсь за тем видом или подвидом, который уже добыл. Нет такого стремления улучшить результат – есть зачетный экземпляр, и хорошо. «МН САФАРИ»: А куда все-таки возвращались? С.Я.: Дважды охотился в Киргизии на барана Марко Поло, но не для того, чтобы взять более крупный трофей, просто очень понравилась эта охота. Красивая невероятно! Пару раз охотился на альпийскую серну, но опять не ради добычи более высокого трофея, а просто по случаю. «МН САФАРИ»: Что для вас оружие: предмет особого интереса или «рабочая лошадка»? С.Я.: Хорошее охотничье оружие я, разумеется, люблю. У меня есть несколько карабинов для разных охот. Но, если говорить о какой-то особой страсти, то ее нет. То есть, я не коллекционирую ружья, не гонюсь за новинками, не фетишизирую, в общем. «МН САФАРИ»: Какие особые дивайсы используете в горах – баллистические калькуляторы, метеостанции?... С.Я.: Нет, просто стреляю. Единственное, чем пользуюсь, это дальномер. Чтобы иметь представление о примерном расстоянии до цели. Трубы у меня вообще нет, она всегда есть у аутфиттера или сопровождающего. Раньше в переписке интересовался, есть ли у них труба, а теперь они даже обижаются на такой вопрос. Никаких баллистических калькуляторов не использую. «МН САФАРИ»: То есть предпочитаете стрелять на небольшие расстояния? С.Я.: У меня нет комплекса перед расстоянием. Раньше был. Но чем больше стреляешь, тем больше появляется уверенности. Естественно, я знаю баллистику оружия и патрона, постепенно научился делать поправки на глазок. Дальние выстрелы, когда они за 300 метров, радуют. А сверхдальние выстрелы я не делаю. «МН САФАРИ»: В заключение нашей беседы было бы интересно узнать о тех секретах и «маленьких хитростях», которые у каждого охотника, и тем более горного охотника появляются с опытом. С.Я.: Делиться опытом, может быть, не самое благодарное занятие, поскольку каждый считает, что он знает все лучше прочих. «МН САФАРИ»: Скажем так: не что Вы советуете другим, а что считаете полезным для себя? С.Я.: Прежде всего, это хорошая физическая подготовка до выезда. Полностью исключаю крепкий алкоголь недели за две. И ежедневно начинаю ходить хотя бы час в день по пересеченной местности, причем в хорошем темпе. Это здорово потом помогает. Организм вспоминает, чему ты его учил. В горах – это, наверное, универсальное правило для всех – никогда нельзя спешить. Ни при подъеме, ни при стрельбе. Тогда у тебя больше шансов закончить охоту результативно. Небольшой рюкзачок помогает. Если в нем есть продукты, которые весят мало, но силы восстанавливают хорошо – шоколад, изюм, финики, курага. В вот пью я в горах мало. Чай в термосе с собой не беру. Обычно он есть у проводника, а мне бывает достаточно пары глотков. Особое внимание уделяю термобелью. Сейчас много разных брендов. Я беру термобелье, которое используют профессиональные горнолыжники или просто лыжники. Не назову сейчас марку, но приобретаю его в центрах, где продают термобелье для спортсменов-лыжников и горнолыжников. И всегда беру в горы запасное. Как только цель достигнута, очень приятно переодеться в свежее – ощущения совершенно другие. Ботинки использую очень жесткие, которые хорошо держат подъем. А вот на зимнюю или осеннюю охоту беру альпинистские кошки. На обледеневшем склоне они очень помогают. Очки у меня особенные – с усиленной защитой от солнца в высокогорье. Я их покупаю во Франции, но полагаю, что можно приобрести через e-bay. Мой враг в горах – ветер, сквозняк. Наверное, такая особенность организма – простужаюсь всегда через «ухо-горло-нос». Поэтому всегда шапка с козырьком и застежкой под горлом. Всегда закрыты шея и уши. Как правило, это вязаная шапка. При сильном холодном ветре использую шарф. Когда шея в тепле, чувствую себя комфортно. «МН САФАРИ»: Спасибо за беседу, и ни пуха, ни пера! С.Я.: К черту!
12.05.2015
Журнал "Магия настоящего сафари"
Уртабус – первое знакомство Окончание

Уртабус – первое знакомство Окончание

Да, определенно это был баран… Мы тут же пригнулись. Животное, и, как позже оказалось, не одно, находилось совсем близко, в каких-то 100-120 метрах. С одной стороны, это хорошо для стрельбы, но с другой – любое неосторожное движение могло нас выдать…   Быстро, но осторожно передернув затвор, Жайсан, ведомый Аликом, двинулся вниз, пригибаясь к земле, насколько это было возможным. Я шел тенью за ними. Достал видеокамеру и сразу же включил, стал снимать подход к зверю. Ниже нас метров на 100, на небольшом плато оказалось целое стадо животных из 35-38 голов. Все самцы и к тому же с неплохими трофейными качествами! Медлить было нельзя. Жайсан быстро выбрал позицию для выстрела. Алик нашел барана с достойным трофеем, дал ориентировку охотнику. И… тут стадо двинулось – нас обнаружили. Алик уже почти кричал Жайсану: «Последний! Последний!». Последовал первый выстрел, но все животные продолжали бежать. Мне приходилось ловить баранов в маленький экран камеры, что было совсем нелегко, учитывая, что склонявшееся к закату солнце светило прямо из-за спины на экран. Но все же, я держал группу в кадре. Промах был обусловлен тем, что Жайсан не сразу понял, какой баран является последним, и целился не в того. Тот, который был нужен, несколько отбился от основной группы, а Жайсан пытался поймать последнего в группе, что сделать было очень сложно. Перед вторым выстрелом мы с Аликом, поняв причину промаха, уже кричали: «Самый последний!». Раздался второй выстрел, и я заметил, что с другой стороны корпуса отделившегося барана взвился фонтанчик пыли. Этот зверь явно выделялся среди всех своих собратьев какой-то особой статью и гордо поднятой головой с шикарными рогами. Чуть дернувшись и слегка сбавив ход после выстрела, он выправился и продолжил бег за группой. Последовал третий, а за ним и четвертый выстрелы. Но, судя по фонтанчикам пыли, поднятой пулями в стороне от барана, это были откровенные промахи. Тут надо напомнить читателю, что охотник к этому времени прошел путь продолжительностью в 7 часов на запредельной для организма высоте. Успокоить дыхание, как положено, было невозможно и, к тому же, стрелять пришлось по бегущему зверю, которого нужно было еще выбрать из бегущего стада, а бегают бараны очень быстро. Бараны скрылись за хребтом. Вожделенный трофей, увы, не рухнул оземь на наших глазах. Оставалась только слабая надежда... Мансур с Аликом прошли по следу стада и вдруг сообщили, что обнаружили кровь. Значит, мои предположения по поводу попадания вторым выстрелом оказались верными. Это укрепило надежду. Пересмотрели видеозапись. Все подтвердилось. Вторая пуля попала именно в того барана, на которого мы с Аликом указывали Жайсану. Архар очень крепок на рану и, несмотря на то, что попадание, по нашим предположениям, было верным, а патрон мощным, он ушел. Было решено не преследовать зверя, который на адреналине мог уйти очень далеко. Да и время было уже позднее – пятый час вечера. Солнце садилось за горы, и скоро бы стемнело. Путь вниз, к машине, пожалуй, не был таким легким, как хотелось бы. Усталость и влияние высоты навалились на нас тяжелым грузом, и мы с Жайсаном буквально тащились. Но, главное, мы выдержали испытание высотой, а охотник смог в таких тяжелых условиях произвести точный выстрел. Конечно, хотелось бы, чтобы баран уже лежал у наших ног, но это охота, и не всегда получается так, как ты хочешь. Чувство неопределенности стало вдобавок к усталости «глодать» нашего охотника. До самого лагеря он шел, терзаемый сомнениями: найдем мы завтра трофей или нет. Вернувшись в «оплот цивилизации», мы с Жайсаном буквально рухнули в кровати, чтобы перевести дух и немного отдохнуть. Спустя час спустились в столовую, удалось даже уговорить свой организм принять немного пищи – аппетита не было, но руководствовались необходимостью восстановить силы. К моему удивлению, не смотря на тот путь, который мы проделали на такой высоте, нас не рвало и даже не тошнило. Чувствовали себя сносно, только вот чая выпили минимум по литру каждый, а может и больше. Сон был прерывистым и беспокойным, в особенности у Жайсана. Только настоящий охотник может представить, что творилось у него в душе. Я тоже переживал – ведь для успеха было сделано практически все, приложена масса усилий, но радоваться пока было нечему.   Добор подранка На следующий день еще затемно дом оживился. Все встали в пятом часу утра и начали готовиться к выходу. Юра с ребятами убедили Жайсана, рвавшегося в бой, остаться в лагере по многим причинам. Первая, она же основная, заключалась в том, что второй раз идти на такую высоту было уже просто очень опасно для здоровья. Вторая причина была в том, что в любом случае мы с Жайсаном были бы обузой и тормозом для адаптированных к высоте проводников. На этом мы и расстались, провожая ребят, бывших для нас на тот момент ангелами, от которых ждали благую весть. В комнате опять стали обсуждать и взвешивать шансы обнаружения подранка. Обычное поведение охотников, которые уже не способны повлиять на ход событий, но горячо переживают за результат. Жайсан не находил себе места. Мне приходилось постоянно его успокаивать и вселять уверенность в том, что зверь будет найден. Многолетний опыт работы и анализ различных ситуаций с ранениями зверя позволяли мне с большой долей уверенности предположить, что баран дошел уже ночью. Я убедился в том, что ранение было, и было очень серьезным. У зверя должно было быть внутреннее кровотечение и, даже несмотря на то, что бараны очень крепки на рану, при таком попадании он не мог уйти далеко. Проблема была скорее в другом: удастся ли найти павшее животное. Но и в этом случае у охотников есть природные помощники. Я имею в виду птиц – от воронов до хищников и грифов. Эти представители орнитофауны не дают шансов пропасть впустую высококалорийной пище. Как только они замечают даже раненое животное, то сразу же начинают кружиться над ним и выжидать, когда оно дойдет, после чего приступают к пиршеству. Самое главное – не опоздать и не дать птицам с их мощными клювами повредить трофей. Учитывая тот факт, что мы стреляли барана уже под вечер, а ребята ушли искать еще в темноте, шансы обнаружить трофей в надлежащем состоянии были высоки. Солнце, как обычно, осветило лучами сначала вершины скалистых гор, а потом и всю долину вместе с озером. Мы с Жайсаном спустились в столовую. Больше всего хотелось выпить горячего зеленого чая. За ночь мы выпивали почти по литру минеральной воды, но вода водой, а чай чаем. Чай и тело бодрит, и душу греет. Да и вообще на Востоке все начинается и заканчивается чаем. И мы не стали нарушать местные традиции. Находясь в горах, запас воды в организме нужно постоянно пополнять, что мы и делали. Вдобавок к чаю проглотили по жареному яйцу с ветчиной. К этому времени начали поступать сообщения от проводников. Одна из раций была оставлена на окне кухни и настроена на прием. Было слышно, как Юра координировал работу Мансура, Руслана и Алика. Наконец он сам обнаружил «нашу» группу баранов. Накануне я проинформировал Юру о том, что тот баран отличался от всех остальных более серым оттенком шкуры, ну и, естественно, огромными рогами. Вскоре уже от Юры поступило сообщение о том, что в стаде нашего барана нет. С одной стороны, это сообщение порадовало, но с другой… Где же он? Ребята прошли часть пути по кровяному следу, но потом его потеряли, так как след привел на широкую сыпучку, где разглядеть кровь было проблематично. Но Юра определил круг, где мог залечь зверь. Оставалось только его найти. Легко сказать: «только» – в таких горах со множеством больших и малых ущелий это может быть очень большой проблемой. Помогли в поисках все-таки птицы, как потом рассказывали ребята. Рация в доме работать отказалась – разрядился аккумулятор, и все детали дальнейших поисков мы узнали уже после их возвращения. Оказалось, что сразу после злосчастной сыпучки, где был потерян след, баран нашел место на небольшой полке и лег. Встать он уже не смог, но, отойдя в мир иной, скатился по камням в небольшое ущелье и ткнулся носом между больших камней. Так что заметить его было бы очень сложно, если бы не птицы. Они уже начали кружить над «самобранкой», что и послужило знаком для проводников.   Трофей Надо было видеть ту радость на лице охотника, которая озарила его при виде трофея. Жайсан буквально светился, и всем окружающим передалось ликование его души. Длинна рогов барана составила 148 и 149 сантиметров. Это шикарный трофей, в особенности для новичка в таких горах. Некоторые охотники приезжают за таким трофеем неоднократно, а тут в первый же раз и на второй день! Можно предположить, что этот охотник живет в гармонии с природой и ничем ей не навредил, за что и был щедро вознагражден Матушкой-природой. Как обойтись в таком случае без фотографий! Мы уложили трофей на небольшом взгорке недалеко от озера и сделали несколько снимков. Я попытался снять небольшой видеоматериал, но сильнейший ветер мешал записи звука и норовил опрокинуть камеру вместе со штативом. Все в лагере стали поздравлять Жайсана с выстраданным и добытым трофеем. Теперь можно было и расслабиться. Весь вечер глаза Жайсана горели, а из души рвался океан признательности и благодарности ребятам, которые сделали эту охоту. А более того за то, что смогли найти ушедшего барана. Горе тому охотнику, который теряет подранка. Мой принцип на охоте заключается в том, чтобы добывать только то, что ты можешь использовать в качестве трофея, еды или лекарства. Конечно же, никто не заставит меня есть мясо камчатского медведя, прежде всего в силу того, что они на 90% заражены трихинеллой. Но шкуру и череп взять необходимо, равно как и желчь, а, если есть возможность, то и медвежье сало для лечения. Конечно же, нас ждал праздничный ужин, который уже при первом известии о том, что зверь найден, начал готовить повар Шот, узбек по национальности.   Команда Тут самое время рассказать о команде, которая работает у Юры в лагере. Нельзя даже сказать, что они обслуживают клиентов. Они живут этой атмосферой, которая создается во время проведения охот. Нет на свете одинаковых людей. Все мы разные, но тем и замечательна жизнь, что когда соединяется разное, то становится одно более мощное целое. Создать это целое – искусство, на которое ушло много лет, по словам Юры. Многие не прошли отбора и отсеялись. Остались только самые сильные духом и характером профессионалы, влюбленные в свою работу. Они живут в отрыве от своих семей большую часть года. Как же надо любить свою работу, чтобы жертвовать близостью самых дорогих тебе людей – жены и детей! Искусством можно считать и умение объяснить домашним всю необходимость такой работы и пребывания на такой высоте на протяжении столь долгого времени. А ведь человек не приспособлен жить на такой большой высоте. Примером может служить население небольшого горного городка Мургаб, расположенного чуть дальше по дороге в сторону Афганистана. Там у населения самые распространенные заболевания – это болезни сердца и легких. Женщинам там сложно рожать. А ведь Мургаб расположен на высоте 3 600 метров н.у.м., то есть ниже нашего базового лагеря на 400 метров. Так что можно представить, какую нагрузку переносят организмы ребят, выросших на равнине, за целый год пребывания в горах. Особые слова хотел бы сказать и о самом Юре, которого я знаю уже много лет, но так и не могу сказать, что знаю его хорошо. Для меня он до сих пор в какой-то степени человек-загадка. В силу своих прибалтийских корней это человек, который не спешить раскрывать свою душу не только первому встречному, но даже и тому, с кем знаком не один год. Пожалуй, самое главное его качество – любовь к природе и охоте. Я замечал это не один раз во время наших с ним разговоров. Не знаю, можно ли встретить человека, более влюбленного в горы, горных животных и охоту в горах, нежели Матисон. Как и любой охотник-профессионал высочайшего класса, он уже больше занимается фотосъемкой животных, что делать гораздо сложнее, нежели произвести выстрел с дальней дистанции. Для съемки нужно подходить очень близко. Но фотоохота сложна еще и тем, что приходится тащить на себе груз гораздо более весомый, нежели при обычной охоте. Юра, например, показал свой рюкзак с фотоаппаратом и объективом к нему, которые вместе со штативом весят ни много ни мало 18(!) килограмм. А с этим «рюкзачком» надо пройти порой не один десяток километров по сложному рельефу на высотах за 4 000 метров н.у.м. Зато кадры, сделанные Юрой, могли бы потянуть на Гран-при любой международной выставки. Чего стоит, например, серия снимков охоты снежного барса на барана Марко Поло, который приблизился к барсу, притаившемуся за валуном, на полтора метра. Ни одна фотоловушка на это не способна. А Юра успел снять несколько кадров. Самое интересное то, что баран сумел в этом случае убежать! Юра проходил за сутки около 50 километров через заснеженные перевалы из одного лагеря в другой. И надо было видеть его глаза, когда он при описании этого перехода, кинув на меня короткий, но сконцентрированный взгляд, сказал: – Представляешь, кругом белое безмолвие! Кроме таких высоких, чисто профессиональных качеств Юра обладает еще и способностью регулировать вопросы, касающиеся организационной стороны работы. Кто из нас не слышал знаменитую фразу: «Восток – дело тонкое!», которая в полной мере характеризует сложность местных взаимоотношений в любой сфере, будь то бытовая или профессиональная. К тому же он еще находит время и возможность уделять внимание благотворительной деятельности. Могу лично подтвердить, что в таких условиях на Востоке европейцу работать очень сложно. Но это и делает честь Юре, что он смог удержаться и не сдаться перед чисто бюрократическими трудностями. Ну, а я, в свою очередь, считаю честью работать с таким человеком, как Юра. Итак, вечер прошел у нас с большим воодушевлением. Несмотря на боязнь тяжелых последствий от принятия спиртного на такой высоте, мы с Жайсаном все же решились отметить успех несколькими рюмками. Было сказано несколько добрых и глубоких по значению тостов. И должен сказать, что после этого мы с Жайсаном остались живы, как видите! Помимо всего прочего мероприятия за совместным столом помогают лучше понять друг друга. Когда напряжение спало, то можно спокойнее оценить произошедшее. Проводники и Юра рассказали о некоторых интересных случаях в практике их охот. Опыт у них богатый, и интересных случаев много происходило.   Путь назад Все хорошее когда-то заканчивается. Так и последний вечер подошел к концу, и нам пришлось опять упасть в кровать, чтобы, отдохнув, насколько это позволило бы наше состояние, отправиться в обратный путь. Еще ночью на базу прибыл наш благодетель Саид на своем LandCruiserи был при этом очень расчетлив и прав в том плане, что при нашем желании улететь на следующий день домой было бы логичнее оказаться в Оше чем раньше, тем лучше. Я проснулся ночью, в полной темноте от стука в дверь. Ничего не поняв спросонок, едва продрав глаза, открыл дверь. В темноте не сразу узнал Саида. Он сказал, что пора собираться и выезжать. Это было, пожалуй, самым трудным испытанием для нас с Жайсаном на тот момент. Все же высота и алкоголь давали себя знать, и в таком состоянии необходимо было собрать огромные сумки и погрузиться. Генератор в тот момент не работал, и пришлось собираться, подсвечивая лишь налобными фонариками. Впрочем, охотники, как и военные, люди привычные к таким вводным, и через полчаса мы уже загружали вещи в машину. Все ребята вышли нас провожать. Очень теплое прощание и пожелания удачной дороги – такие моменты запоминаются на всю жизнь. Вероятно, Мать-природа гор тоже решила попрощаться с нами, предоставив возможность еще раз взглянуть на прекрасных животных. Прямо перед машиной дорогу перебежали три кок-мока, как зовут их местные. Это молодые самцы в возрасте 2-3 лет. Они грациозно взлетели в гору и, пробежав немного по склону, остановились, словно позируя. Мне удалось заснять их на видеокамеру. В очередной раз, пройдя все пограничные пункты мы, наконец, спустились в долину, где был… ВОЗДУХ. Как передать это сладкое ощущение – ты снова можешь вдохнуть в себя все ароматы горной растительности и влаги водных источников! После сухого и разреженного высотного воздуха мне каждый раз кажется, что я въезжаю в рай. Но у этой медали есть и вторая сторона – у тебя начинается опять перестройка организма. Могут наблюдаться все те же симптомы: головокружение, головные боли и даже тошнота. А если вспомнить, на какой высоте мы были в этот раз!... Последствия сказывались лично на мне еще около недели. Уже дома, во Владимире, я не мог понять некоторого дискомфорта в самочувствии. Думал, что в очередной раз подхватил какую-то инфекцию при перелетах в местах большого скопления людей. Но на вирусную инфекцию это не было похоже. Меня ломало, чувствовал слабость. А когда задумался над тем, что потребляю огромное количество жидкости, как вернувшийся из недельного пребывания в пустыне, то вывод пришел сам собой. Все это являлось последствием пребывания на тех самых 5 000 метрах над уровнем моря. Чтобы быстрее избавиться от этого поствысотного синдрома, я сел на велоэргометр, дал организму нагрузиться, чтобы запустились мобилизационные процессы, и через пару дней уже был в обычном для себя состоянии.   Итоги и выводы 1. К восхождениям на такие запредельные высоты обязательно нужно готовиться минимум за 2-3 недели до поездки. 2. По приезде в лагерь лучше выделить 2-3 дня на адаптацию и не рваться в бой в первые же дни. Мы с Жайсаном были в целом подготовлены и морально, и физически, только благодаря этому у нас не было очень серьезных проблем на высоте. 3. Каждую минуту в горах надо быть готовым к выстрелу. Шанс добыть хороший трофей может представиться только лишь раз. Упустил, и удача отвернется от тебя. Такое было в моей практике. Потому необходима высшая степень мобилизации на протяжении всего тура. Приятно отметить, что Жайсан, несмотря на все возникавшие перед ним трудности, достойно перенес испытания, сумел сконцентрироваться в нужный момент и сделать меткий выстрел. Это делает ему честь и право называться настоящим горным охотником. Только единицы смогут пройти испытание такой высотой – в 5 000 метров. Ну и, конечно, хотел бы выразить слова признательности и благодарности Юре Матисону и его команде за помощь и поддержку в организации и проведении этого тура.  
09.05.2015
Дмитрий Встовский
Уртабус – первое знакомство Часть вторая

Уртабус – первое знакомство Часть вторая

В первый день охоты (еще до первого хребта), пройдя сотню метров по практически ровной местности, мы чувствовали себя рыбой, выброшенной из воды на сушу. В молодости у меня был скоростной забег на 1000 метров. Бегал я неплохо, вроде, даже на 1 разряд, но после финиша меня буквально выворачивало от перенапряжения. В начале подъема у меня было впечатление, что уже пробежал 1000 м с тем же высоким результатом, а тебя гонят дальше на следующий, такой же по напряжению километр. Горло пересохло, грудь сдавила одышка, сердце колотилось, как мотор, пошедший в разнос, глаза стали слезиться. Открываешь рот и пытаешься вдохнуть хоть немного кислорода, но организм еще не научился делать этого здесь.   Итак, мы пошли за проводниками – они знали, что тут, сравнительно недалеко пасется небольшая группа рогачей. Жайсан попытался было пойти наравне с Мансуром и Русланом, но тут же получил послание от гор в виде еще более сильной одышки. Пришлось повторить: «Мы за ними никогда не угонимся, а загнать себя и испортить охоту можно очень быстро». Главное – идти своим темпом, чтобы давать организму равномерную нагрузку! Иначе может начать резко сказываться нехватка кислорода не только в легких, но и в мышцах. По дороге нас не раз выручала бутылочка с питательным напитком, который я приготовил заранее, предвидя то, что случится. Медленно, но верно мы с Жайсаном все же двигались за нашими «скакунами». Благо, ребята постоянно посматривали на нас. Иногда даже подгоняли, хотя это было совершенно бессмысленно. Не могу сказать, что подъем был крутой или сложный. По сравнению с горами Осетии, где мы с Жайсаном охотились буквально полтора месяца назад, эти горы были более пологими, но… Продвигались в полсклона. Стали уже приближаться на дистанцию выстрела. Но в тактический расклад вмешался Его Величество Ветер. Часто бывает так, что в долине он дует в одном направлении, а в ущелье совершенно в противоположном. Как только мы оказались в ущелье, где лежали бараны, ветер стал дуть прямо нам в спину... Юра, оставшийся у машины корректировать подъем, сообщал ребятам, что бараны сначала встали, потом медленно стали подниматься вверх. Нам не хватило немного времени, чтобы выйти метров хотя бы на 450 для выстрела. Но при всем огромном желании охотника и моем личном, мы физически не могли идти быстрее. Сколько раз я испытывал это чувство! Вот ты прошел многие километры за день (хоть в горах, хоть на равнине или в тайге), почти подобрался к зверю в конце пути, и тут что-то или, может, кто-то уводит твой вожделенный трофей туда, где он недосягаем. Так произошло и в этот раз. Ушли наши «золотые погоны». А мы, гнавшиеся с глазами на выкате за удачей, остались без оной… Передохнули и хотели было возвращаться, но Юра сообщил, что небольшая группа баранов остановилась буквально метрах в 500 от нас выше на одном из уступов. Они нас не видели, но нужно было, по словам Юры, подняться туда быстро. А вот как раз этого требовать от нас с Жайсаном было бесполезно. В общем, пришлось отказаться от «погони». Впрочем, бараны и не собирались нас ждать, двинулись, по словам Юры, в заоблачные выси. Мы к тому времени были уже почти на 4500 метрах. Состояние жуткое. Впечатление такое, что тебя отбили цепом как лен. Руки, ноги стали просто ватными. Удивительное ощущение ног. Мне казалось (не знаю, как Жайсану), что они просто надуты воздухом, а мышцы там отсутствуют. Из-за недостатка кислорода в мышцах, такое ощущение естественно. После отдыха мы поднялись с камней и двинулись в обратный путь, но ушло не менее пяти минут, чтобы мышцы ног опять начали хоть как-то работать. Ошибочно было бы думать, что путь вниз гораздо легче. В тот первый день в горах для нас было все очень тяжело. Но худо-бедно добрались до машины, где ждал Алик, еще один наш проводник, киргиз по национальности, с которым я уже охотился, только в другом лагере.   Не солоно хлебавши С мыслями о том, что «счастье копится», как говорил Юрий Михайлович Янковский, мы вернулись в лагерь. Конечно, было не до еды. Немного чая, и в кровать, чтобы к вечеру прийти в себя. Неоднократно поднимаясь в памирские горы, я замечал, что у меня вдруг начинает развиваться грудной, глубинный кашель, и простуда тут не причем. Пересыхало не только горло, которое так или иначе можно было смачивать водой, которую нужно постоянно потреблять на высоте, но и бронхи, а также слизистая носа. Оказалось, что так сказывался эффект и последствия гипервентиляции дыхательных путей. Вещь не опасная в принципе, но очень неприятная. Нормально отдохнуть ночью не позволял кашель. Да и в горах при подъемах кашель и сухость гортани здорово мешали. В этот раз я «перехитрил» природу и взял, по совету Юры Матисона, капли в нос на основе абрикосового масла, а также ингалятор с эвкалиптовым маслом для горла. Они и правда помогли преодолеть неприятные ощущения, и впоследствии я относительно спокойно спал. А это – очень важно для восстановления сил. Да и Жайсану ингалятор порой был не лишним. Вечером за ужином немного обсудили день прошедший. По словам проводников и Юры, в этом месте обычно бывают еще несколько групп баранов. Но, чтобы их найти, придется забраться на самое высокое плато горы Уртабус. Собственно говоря, мы и приехали для того, чтобы ходить по горам. Но нас как-то очень осторожно проинформировали, что плато находится на высоте 5000 метров… При этом спросили, готов ли охотник рискнуть отправиться в такую экспедицию. Жайсан, конечно же, сразу подтвердил свою готовность, похоже, не очень-то осознавая, что такое пять памирских тысяч над уровнем моря и какова может быть цена за подъем на эту высоту на второй день пребывания в горах.Я сразу вспомнил, как годом раньше меня просто не пустили на такую высоту по надуманной, как мне показалось тогда, причине. При этом невидимое, но очень жесткое прикосновение таких опасных высот я уже имел счастье испытать на перевале Ак-Байтал (Белая лошадь). Его высота 4 655 метров. Так вот там во время видеосъемок я вдруг поймал себя на мысли о том, что мне трудно не только говорить, но и формулировать свои мысли. Гипоксия сказалась на работе речевого аппарата и головного мозга. В лагере Юра объяснил, что с такими симптомами после 5000 м я уже не смог бы охотиться минимум два-три дня. А последствия такого резкого восхождения для организма могли быть вообще непредсказуемы, чего лучше не допускать. По его словам, можно более-менее успешно ходить до 4600 м н.у.м., но за этим пределом высота может сильно ударить по организму. Что мы с Жайсаном и испытали на себе в этот раз.   Второй день охоты Утром следующего дня встали затемно. Что интересно, никто никого не будил, но каким-то образом все спокойно поднялись в четко условленное время, оделись и собрались за столом выпить чая. Такие сборы мне всегда напоминают сборы на серьезную спецоперацию. Каждый знает, что и как ему делать и к чему быть готовым. Мы с Жайсаном были предельно собраны, потому как ни я, не смотря на мой богатый опыт горных охот, ни тем более он, не совершавший таких высокогорных восхождений, не представляли, что нас ждет там… Тем не менее, вид у нас был бодрый. По-военному подтянутые и готовые к великим делам сели в машину и поехали. Алик за рулем, на командирском месте Жайсан, мы с Мансуром и Русланом на заднем сиденье. УАЗик понемногу перемещал нашу команду по гребенке горных дорог в морозной рассветной тишине. Кое-где с небольших озер поднимались стаи перелетных уток, остановившихся для отдыха по ходу перелета на юг. Мы преодолели несколько небольших водных преград, взламывая хрустально чистый, только что вставший лед. Вот, наконец, дорога пошла круто вверх. Наш железный конь, пыхтя, спотыкаясь из-за сбоев в работе раздатки, все же упрямо лез по камням вперед, но и ему был положен предел. Все, приехали! Дальше – пешком. Не сделав еще и шага, только выйдя из машины и подняв рюкзак, я почувствовал одышку. А что же ожидает нас там?! Безжизненный, скорее марсианский, нежели земной, ландшафт Уртабуса не обещал ничего хорошего. Скорее наоборот… К этому времени солнце уже поднялось над хребтами и принялось поедать все живое жгучими лучами, щедро одаряя жесткой радиацией. Ветер здесь был еще сильнее, чем около лагеря. Временами он швырял в лицо колючие снежные хлопья. Но, как говорится, назвался груздем, полезай в кузов! И мы полезли,только не в кузов, а в жерло горной стихии. Кто-то может не поверить, что физически подготовленные люди, прошедшие не один сложнейший горный маршрут в горах Кавказа, тут смогли пройти на одном дыхании всего лишь полсотни метров. Затем остановка, передышка. Жадные вдохи очень разряженного воздуха. И чем выше мы шли, тем все сложнее становилось дышать. Казалось, кислорода в этом воздухе вообще нет. Ты уже отчетливо понимаешь на этой стадии, где оказался, и что является твоим серьезным врагом. Гипоксия. Чем дольше ты идешь, тем ярче она проявляется. Дышать, дышать,дышать – было нечем. Все остальное – мышцы, сердце, мозг еще работали более-менее нормально. Очевидно, у них был некий запас кислорода. Но вот легкие, гортань, бронхи постоянно напоминали о кризисе сухостью, кашлем и даже сдавленной болью в груди. Давление на 5000 метрах – 400 мм рт.ст. Всего 400 мм вместо равнинных 760 мм!!! Какой груз с плеч! Но от этого ты не взлетаешь, ты становишься тяжелым и неповоротливым мешком. А подъем тем временем становился все круче. Прыгать приходится по огромным камням, на что безвозвратно уходят непонятно откуда берущиеся силы. Тем временем ребята разделились. Алик был уже на самом верху и пытался обнаружить баранов. Судя по переговорам по рации, ему пока это не удавалось. Нам до отметки 5000 оставалось совсем немного. Не могу сказать, что испытывал состояние эйфории, которую должна провоцировать гипоксия и осознание того, что ты забрался уже так высоко. Обуревали смешанные чувства. С одной стороны, приятно быть на вершине и любоваться прекрасными видами. С другой стороны, та же высота постоянно напоминает тебе о твоем физическом состоянии. Все общение свелось к языку жестов и взглядов. Даже говорить стало тяжко. В голове гудело, перед глазами возникали временами круги. В один из перерывов на отдых я достал видеокамеру и начал снимать. И тут произошло то, чего я ранее в горах вообще никогда не испытывал. При попытке комментировать видео сразу ощутил, что моя челюсть едва двигается. Знакомые ощущения возникли, когда мысли стали путаться. Такое я уже испытывал на перевале Ак-Байтал – пытаясь дать небольшой комментарий, я тогда поймал себя на том, что вроде как знаешь, о чем надо говорить, но вот как это высказать?... Переглянулись с Жайсаном, пытаясь изобразить на лицах улыбку. Очевидно, что он испытывал те же самые симптомы. Только сказал, что еще и веки у него закрываются как-то медленно. Через полчаса мы были уже на вершине. Пять тысяч метров над уровнем моря! Зачем? Чтобы добыть барана! Многие обыватели покрутят пальцем у виска. Кому нужен баран такой ценой? Ландшафт напоминал скорее марсианский, судя по снимкам спутников и исследовательских аппаратов, нежели ландшафт Земли-матушки. Сухой глинисто-песчанный грунт с массой разбросанных повсюду камней. Вершина встретила нас еще более сильным ветром, который, казалось, проникал в каждую щелочку одежды. Пришлось задраиться на все застежки. Но все равно было холодно. Может быть, еще и от плохого кровоснабжения. Кровь загустела, течет медленно, а, следовательно, и тепло разносится гораздо медленнее. Пока Алик координировал свои действия с Юрой, который оставался внизу, чтобы ориентировать нас, мы с Русланом и Мансуром спрятались за большими камнями. Но сидеть пришлось недолго. В рации раздался голос Юры. Он увидел стадо баранов. Мы встали, хотя это нам с Жайсаном далось с большим трудом, и двинулись по плато вершины Уртабуса. Несмотря на то, что плато было преимущественно ровным, передвижение по нему давалось нелегко. Может показаться странным, но после отдыха на такой высоте сложно заставить себя двигаться вновь. Все мышцы кажутся ватными, и ты буквально давишь на них, наваливаясь всем телом, чтобы заставить их работать. Но, так или иначе, мы уже здесь, на высоте, и бараны найдены, и надо двигаться… Совершили несколько ненужных маневров – проводники недопоняли Юру и пошли не в том направлении. Стоит сказать, что снизу рельеф, кажется одним, а сверху может оказаться совсем другим по той причине, что не все хребты видны снизу. В общем, пока мы перемещались из стороны в сторону, бараны, находившиеся в зоне верного выстрела, ушли. Степень нашего разочарования вряд ли можно представить. Забраться на такую высоту и упустить возможность добыть зверя! Глядя на Жайсана, я понимал, что ему очень несладко. Но больше всего меня пугало то, что в случае неудачи нам будет очень трудно охотиться в последующие дни. 5000 метров на второй день ой как дадут себя знать. И кто может предсказать, что с нами будет после такого резкого восхождения? Но, как бы там ни было, баранов мы снова упустили… Решили хотя бы запечатлеть себя на такой высоте. Достали камеру и фотоаппараты. Я провел камерой и сделал панорамную запись. Внизу отливало небесной синевой озеро Каракуль. Его со всех сторон обступили горные хребты, уже хорошо знакомые мне по нескольким предыдущим охотам. Пейзаж потрясающе красивый! Горные вершины, местами покрытые снегом, являли глазу чуть ли не всю цветовую гамму, да к тому же из-за различных углов падения солнечного света, пестрели фантастическими оттенками всех цветов радуги. Сделали несколько снимков и стали собираться в путь. Мансур предложил взять мой рюкзак, но я отказался. Еще никто не носил мой рюкзак в горах, скорее я помогал моим клиентам в переноске грузов. Я сказал, что проблема не в грузе за спиной, а в отсутствии необходимого кислорода в воздухе, который мы все равно ниоткуда не возьмем. Двинулись в обратный путь к машине. Руслан и Мансур ушли правее. И вдруг Алик, резко повернувшись, указал рукой вниз и чуть левее направления нашего движения. Там в промежутке между огромными валунами был виден рыже-серый бок барана. Да, определенно это был баран… (Продолжение не за горами)
09.05.2015
Дмитрий Встовский
УРТАБУc – первое знакомство

УРТАБУc – первое знакомство

«Здесь Вам не равнина, здесь климат иной!» В. Высоцкий     5 000 метров над уровнем моря. Это много или мало? Вероятно, для кого как. Бывалые альпинисты могут назвать эту высоту «детской», по сравнению с восьмитысячниками. Для меня эти люди, безусловно, заслуживающие большого уважения, все же остаются немножко ненормальными. В отличие от нас охотников, они лезут в горы, дабы залезть туда, куда простой смертный никогда не заберется по многим причинам и, прежде всего, по состоянию здоровья. Мы же, охотники, в отличие от альпинистов, всегда имеем определенную мотивацию в образе трофея, чтобы зачастую забираться за облака.   Нормальные ненормальные Ваши друзья, кто никогда не бывал там, наверняка, не смогут даже представить и понять, что ты чувствуешь на такой высоте. Для нас, горных охотников, все немного проще. Мы идем туда, где есть шансы добыть хороший, почетный трофей. К одним из таковых относится баран Марко Поло. И если тебе местные проводники говорят, что вот именно там есть достойный трофей, ты редко когда думаешь долго над тем, идти туда или нет. Ты идешь, не взирая на то, что может тебя ожидать. А ожидать там человека с равнины может довольно много неприятностей в плане его же здоровья. То, что охотники, мягко говоря, не совсем обычные люди простой обыватель, в частности из моего круга общения, понял уже давно. Мало кому из наших граждан понятен мотив человека с ружьем или карабином мерить бескрайние просторы нашей Родины, наворачивая на «кардан» своих ног десятки километров за день, проводя ночи в палатках или вообще под открытым небом в горах, на равнинах или тайге. Мало кто из обывателей готов в наше избалованное благами цивилизации время лезть с рюкзаком килограмм под двадцать в крутые горы, затрачивая на подъем по 6-9 часов, поднимаясь иногда даже ночью, когда каждый шаг порой делаешь наощупь. Но чаще всего крутят пальцем у виска (конечно, не демонстративно) те, кому рассказываешь об экспедициях в горах Киргизии и особенно на Памире. Вот и в этот раз после моей очередной поездки на Крышу Мира даже те, кто уже, казалось бы, привык к моим рассказам о том, через что приходится проходить на высотах за 4 000 м н.у.м., точно стали воспринимать меня, как человека не совсем адекватного. Основания так полагать, по большому счету, у них были. Но, обо всем по порядку.   Встреча Летаю на Памир уже много лет.  В тот год маршрут пролегал через киргизский город Ош, куда я прилетел чуть раньше моего охотника из Казахстана Жайсана Сыздыкова. Летел я напрямую из Москвы, а ему пришлось приехать сначала на автомобиле в Бишкек и только после этого вылететь в Ош. Прямых рейсов из Казахстана на Ош на тот момент не было. Меня радушно встретил наш помощник Саид, и мы отправились с ним в небольшую закусочную, чтобы в очередной раз продегустировать вкусную местную кухню, а заодно и скоротать время в ожидании Жайсана. Хочется отдельно сказать о культуре киргизского общепита. Система небольших, уютных кафе в Киргизии приятно удивила меня еще во время первого приезда в Бишкек в 90-х годах прошлого столетия. Блюда без особой претензии на изысканность, но вместе с тем приготовлены из хороших, качественных продуктов без добавления различных ГМО и вкусовых добавок. Всегда вкусные и свежие блюда из мяса местных домашних животных, говядины и баранины. К тому же цены приятно удивляют своей доступностью. Как–то раз мы очень вкусно и плотно поели группой из 8 человек всего лишь на 140 евро, что в центре России было бы просто невообразимо. Итак, свежий шашлык из баранины и кружка хорошего местного пива неплохо взбодрили меня после долгой 4-х часовой дороги из Владимира до Домодедово и перелета до Ош продолжительностью 4 час. 40 мин. Саид не употребляет спиртного вообще, поэтому он пил только чай. За разговором и трапезой незаметно пролетело время ожидания, и вот мы встречаем в аэропорту Жайсана. Был уже седьмой час по полудни, когда быстрой походкой из зала прилета к нам навстречу зашагал охотник. Загрузив багаж в машину, тронулись в сторону города. Решили единодушно, по соображениям безопасности и целесообразности, отложить штурм Памира до утра – ночная дорога не так проста и интересна, как дневная. Отдохнув и набравшись сил, в 8 утра мы выдвинулись в путь. За «штурвалом» внедорожника – Саид, мы с Жайсаном на пассажирских сиденьях. Дорогу в памирские горы никак нельзя назвать легкой, даже если она проходит относительно гладко. Первое, что доставляет, мягко говоря, неудобство, это – набор высоты до 4 000 м н.у.м. Для человека с равнины высота в 2 500 метров уже является не совсем комфортной. Ну, а все, что выше 3 000 м, это уже серьезное испытание для организма. Многое зависит, конечно, и от сугубо индивидуальной физиологической особенности организма каждого человека. Кто-то легко переносит высоту за счет того, что его организм способен лучше усваивать кислород, содержащийся в разреженном воздухе. А кто-то, даже имея прекрасную физическую подготовку, может просто лежать пластом в течение недели и не сумеет адаптироваться к высоте. Мне пришлось изучить много специальной литературы по особенностям функционирования организма в условиях высокогорья, способам быстрой адаптации к высотам свыше 4 000 м. Рад был прислушаться к советам альпинистов. Помог и собственный опыт преодоления горной болезни первой стадии и ее последствий. Большую помощь оказал в вопросе адаптации к высоте мой друг и партнер Юра Матисон. В его практике были случаи, когда люди пренебрегая советами врачей, шли в горы и испытывали там серьезные проблемы. Некоторых приходилось спасть в барокамере. Были и смертельные случаи.   Небольшое отступление. Изучая этот вопрос, я узнал, что причиной гибели 70% восходителей на Эвересте были вовсе не летальные физиологические изменения в организме, вызванные горной болезнью. Из-за общей гипоксии и недостатка кислорода, поступающего к мозгу, у них просто «уезжала крыша». Следствием этого была неадекватность действий, которая и приводила к гибели. Многим казалось, что им уже хорошо и идти никуда больше не надо. Один из таких случаев с американским альпинистом был даже снят на видео и показан по каналу Explorer. Я узнал, как можно получить горную болезнь, как она развивается и с какими последствиями для человека на каждом этапе. Как и в какие сроки можно спасти пострадавшего. Мне даже случилось самому помочь пострадавшему от горной болезни польскому охотнику, который не рассчитал свои силы при охоте в Киргизии на высоте всего лишь в 3 500 метров. С признаками первой стадии горной болезни его доставили в гостиницу Бишкека. Прибывшие медики, к моему удивлению, не были знакомы с проявлением и курсом лечения «горняшки», как еще называют горную болезнь. Пришлось, исходя из собственного опыта лечения, помогать медикам советами и поддерживать охотника.   С годами удалось накопить определенный опыт подготовки к охотам на высоте более 3 500 метров. Был составлен список препаратов и витаминов, рекомендованных специалистами для лучшей адаптации на таких высотах. И, надо сказать, что этот курс помогает очень хорошо. Вот и тогда я сам стал готовиться к горам за две недели и выслал этот курс Жайсану.   Дорога на Крышу Мира Итак, мы на пути в горы. Первые перевалы под 4 000 м преодолеваем на границе Киргизии и Таджикистана. Затем идет небольшое выполаживание. Сразу же за последним киргизским поселком Сары-Таш дорога проходит по ровному участку. С этой дороги в ясную погоду хорошо виден пик Ленина – вершина с высотой в 7134 м. Панорама – завораживает! Особенно впечатляет она тех, кто оказывается здесь впервые. Снежные пики выстроились в ряд, словно кто-то стащил сюда и выстроил в одну линию громадные айсберги, отливающие на солнце иссиня-белыми шапками с изумрудным отливом. Вскоре начинается главный подъем. Сначала приходится остановиться на пограничном пункте с киргизской стороны – паспортный контроль, таможня, пункт наркоконтроля. Затем то же самое с Таджикской стороны. Все это на высоте в 4 000 метров. Конечно, лучше бы здесь не задерживаться, но… правила тут диктуем не мы. Наконец, все кордоны пройдены, и нас встречает суровый по своим климатическим условиям Горно-Бадахшанский район Таджикистана. Легкая тошнота и постукивание в висках при резких, даже небольших движениях напоминают о высоте, с которой не шутят. Тут уже на твой организм действуют все факторы высокогорья. Первое, что обычно испытываешь, – из тебя начинает выходить жидкость. Бегаешь в туалет по несколько раз за час. Поэтому, важным является не допустить обезвоживания и следует, особенно в первые два-три дня, пить как можно больше воды. В лагере мы пьем обычно много зеленого или черного чая с сахаром. Сахар тоже необходим для многих функций организма в условиях высокогорья. Последний из населенных пунктов, оставшихся позади, был кишлак Каракуль, расположенный недалеко от одноименного красивейшего горного озера. Еще час езды вокруг озера, и мы наконец у цели. Горный лагерь представляет собой несколько небольших подсобных строений, в которых располагаются гараж, хозяйственный блок, мастерская. Центром лагеря, конечно же, является большой жилой дом. В высокогорных условиях его можно считать пятизвездочным отелем. Внутри созданы очень комфортные условия для проживания и отдыха. На втором этаже располагается несколько спален, и даже санузел. На первом есть кухня, большая столовая, еще один санузел. Но больше всего удивляет приезжих охотников небольшая баня с парилкой и небольшим бассейном. В парилке температуру можно нагнать до 140 градусов, а потом прыгнуть в бассейн с ледяной крошкой. Но все это доставит удовольствие только после того, как организм адаптируется к высоте в 4 000 м н.у.м., на которой находится лагерь. На это обычно уходит от 2-х до 4-х дней. А поначалу, местные ребята-проводники не позволят вам даже сумки поднять на второй этаж в спальню.   На месте Очень важно выдержаться и не делать в первое время пребывания на высоте резких движений. Даже десять ступенек вверх по лестнице будут казаться большой нагрузкой, и вы испытаете сильную одышку, а виски будут разламываться от бешеного пульса. Может этого и не случится… в первый день. Но если пренебречь осторожностью и быстро двигаться, то вас может просто свалить гипоксия на следующий день. Дело в том, что в первый день, приспосабливаясь к высоте, наш организм, будет «вытягивать» кислород из всех внутренних органов, чтобы компенсировать его недостаток для работы головного мозга и сердечной мышцы. И может создаться впечатление, что вы в полном порядке. Но, уверяю вас, что расплата придет очень быстро. И вот тогда вам будет оооооочень плохо. В моей практике было несколько таких случаев, когда охотники пренебрегали нашими советами и в первый день позволяли себе тот образ жизни, к которому привыкли на равнине. На следующее же утро на них было страшно смотреть. Осунувшиеся и позеленевшие, всю ночь страдавшие от тошноты, головокружения и рвоты. Какая может быть в таком случае охота? Таким приходится сначала приходить в себя. Как вы думаете, оказаться в памирских горах на высотах за 4 000 метров 4 раза в течение полугода – это много или мало? В один год мне пришлось испытать на себе все «прелести» столь частой перемены места обитания. Это гораздо хуже, нежели, раз адаптировавшись, оставаться на высоте в течение тех же 6-ти месяцев. Вообще, исходя из собственной практики и наблюдений за другими охотниками, я могу сделать вывод о том, что для адаптации на высоте очень важно ваше правильное поведение в первые два-три дня. Как я уже сказал, не нужно делать резких движений, но и нельзя просто лежать на кровати. Необходимо хотя бы просто медленно прогуливаться недалеко от лагеря. Таким образом, не перенапрягая организм, вы начнете постепенно давать ему возможность понять, в какой среде он находится, что ему нужно делать, чтобы перестроиться и запустить резервы для адаптации к условиям высокогорья. Врачи, которые работают с альпинистами, советуют на каждые 500 метров высоты подъема адаптацию на 2-3 дня минимум. А мы машем сразу на 4 000 в один день. Это откровенное и изощренное издевательство над своим организмом. Что касается моего организма, то практика показала, что мне необходимо 2-3 дня на адаптацию. За это время я должен просто отдыхать и совершать небольшие посильные прогулки без серьезных нагрузок. Тогда уже на 4-5 день я могу довольно неплохо передвигаться в горах Памира на высотах за 4 000 метров. Тактика «сразу в бой» для моего организма неприемлема в принципе, но чаще приходится, собрав все свои морально-волевые и физические силы в кулак, идти на охоту с клиентом, начиная с первых дней.   Встреча в лагере Все ребята с радушными улыбками вышли нас встречать. Я познакомил Жайсана с Юрой, о котором он так много слышал. Сразу после скромной трапезы отправились отдыхать – конечно же после семичасового с небольшим пути мы устали. После отдыха за вечерним чаем обсудили план охоты на следующий день. Сном назвать первую ночь на высоте всегда бывает очень сложно. Скорее время, проведенное в постели на протяжении всей ночи, походит на борьбу с легкой тошнотой, головокружением и жаждой. Регулярные походы в туалет и пополнение после этого запаса воды в организме не дают расслабиться. Вся ночь проходит в утомительной полудреме. Тем не менее, в 5 утра все были уже на ногах. Чай, легкая пища, и в путь на старом, но верном и испытанном УАЗе. Ему тоже на высоте не сладко. Мощность его души и сердца – мотора – из-за разреженного воздуха падает приблизительно на 30%. Так что на крутых подъемах ему приходится нелегко, и то, что он прошел бы на равнине на третьей скорости, в горах проходит лишь на первой. Тем утром была неплохая погода. Из-за вершин поднималось яркое солнце. Несколько портил общую картину в рериховских тонах сильный ветер, завсегдатай этих мест. Большие перепады температур здесь обычное явление. В начале октября по ночам довольно холодно, вода в лужах и небольших ручья уже замерзла. Но днем под прямыми солнечными лучами природа, и мы вместе с ней немного отогреваемся. Надо сказать, что до сих пор Жайсан созерцал природу Памира с широко открытыми глазами и восхищением, не смотря на легкое недомогание из-за гипоксии. Это было приятно осознавать, потому как положительный настрой в команде всегда способствует оптимальному и кратчайшему пути к цели. Проводники уже провели разведку до нашего приезда, и мы направлялись туда, где были замечены неплохие трофейные бараны. Они оказались на месте, но очень высоко, как тогда казалось проводникам, а нам в особенности. Но и мы, и они глубоко в этом заблуждались. Позже, из дальнейшего повествования, станет ясно почему. Решили посмотреть еще одну группу, замеченную днем ранее. Нашли и этих баранов. Среди них были трофеи достойные внимания. Группа из 12-13 баранов уже устраивалась на отдых после кормежки, и было принято решение начать подъем, чтобы попытаться подойти к ним на расстояние выстрела. Надо отметить, что Жайсан увлекается стрельбой на дальние дистанции, и был готов стрелять с любого расстояния в пределах 800 метров. Благо карабин калибра .300 RemUltraMag позволял поражать цель на таком расстоянии. Как же быстро у нас с Жайсаном выветрился романтический настрой (хотя я прекрасно знал, что это произойдет) после того, как мы пошли за нашими проводниками Русланом и Мансуром. Первый – невысокого роста, около 170 см, темноволосый, крепкого телосложения, потомок древних аланов, специалист-электронщик по образованию на пятом десятке лет. Второй, возраст которого перевалил за шестой десяток, выше среднего роста, где-то около 182 см, сухого телосложения, потомок воинов Золотой Орды. Разные по конституции, но одинаковые в умении ходить в горах Памира. Я провел с ними уже не один поход и всегда был высокого мнения об их способности передвигаться на таких высотах. Вообще, умение ходить продолжительное время в горах во многом определяет успех охотничьих экспедиций, особенно на Памире с его жесткими условиями. Уверен, что большинство спортсменов или спецназовцев не угонятся за этими ребятами в горах Памира.
08.05.2015
Дмитрий Встовский