Войти | Регистрация

Авторизация пользователя

Статьи

Вперёд и вверх на Джимара

Вперёд и вверх на Джимара

Вот мы и снова на гостеприимной земле Северной Осетии (Алании) на которую прибыли для охоты на дагестанского тура и кавказскую серну. Мы это я, как организатор всего тура, охотник из Находки Канатбек Курмангалиев, член КГО и охотник из Хабаровска Леонид Казанцев. Ребята по возрасту намного моложе, но у них не было такого опыта горных охот как у меня, тем более в таких сложных для охоты горах Кавказа. Пришлось помочь им подготовиться к этому туру советами по поддержанию хорошей физической формы и с подбором снаряжения для охоты. На это ушло около шести месяцев. Канатбек имел представление и опыт горных охот на Алтае и в Киргизии. Однако, как он сам мне позже сказал, что эта охота превзошла все его ожидания и представления о сложности горной охоты. Читатель сможет в этом убедиться, прочитав это повествование до конца. Всегда приятно встретиться со старыми, не по возрасту, мы всегда молодые, а по сроку знакомства друзьями. На базе Верхняя Саниба нас радушно встречал всё тот же персонал, с которым я работаю уже на протяжении многих лет. Каждый из работников уделяет должное внимание гостям. Атмосфера на базе и во время охоты самая дружелюбная. Приехали на базу уже по темну, но традиционного осетинского застолья никто не отменял. Наш самый главный шеф – директор хозяйства Цара Угалыкович Созанов вместе с супругой Наташей радушно встретили и усадили за богато накрытый осетинский стол. Традиционные тосты, немного воспоминаний о былых охотах, немного инструкций и напутствий, обильные кушанья. Вряд ли может быть что-то приятнее на Земле, чем оказаться окружёнными вниманием и заботой близких тебе по духу людей. Но время приближалось уже к ночи, и надо было хорошо отдохнуть перед следующим, много обещавшим охотничьим днём. Было решено хорошенько выспаться, отдохнуть, а утром проверить точность своего оружия и ждать приезда проводников, с которыми предстояло подниматься в горы. Как выяснилось чуть позже, на базе уже находились два охотника из США, которые тоже приехали охотиться на тура. Мы познакомились с ними на следующий день за завтраком. Одному из них было 54 года другому, которого звали Рон – 58. Рон – сухого телосложения, среднего роста с приветливой улыбкой на лице был всего на год моложе меня. Второй же охотник, не смог запомнить его имя, выглядел несколько загруженным лишним весом при среднем росте около 175см., был мало разговорчив, но интересовался перспективой охоты в горах.        В район охоты выдвинулись ещё днём сразу после обеда. В этом же районе планировался тур для охотников из США. Я уже не раз был в том районе охоты, куда мы прибыли всей командой и знал, что такое гора Джимара. По одному из её склонов, я уже имел счастье подняться с охотником из Казахстана Жайсаном Сыздыковым. Ту охоту я описал в одном из моих рассказов ранее. Прибыв на место, откуда вся группа должна была расходиться я полагал, что мы с моими охотниками пойдём тем же путём, по которому мы поднимались с Жайсаном. Этот путь был очень сложный и требовал немало усилий. А с учётом того, что подниматься предстояло, как часто это бывало, в полной темноте, то сложность подъёма ещё более нарастала. Много раз уже поднимался в этих угодьях в темноте, но что меня и моих охотников ждало в это раз, я даже представить себе не мог.      Нам показалось, что американцы сильно уступали нам в физической подготовке. Наверное, именно по этой причине проводники после некоторого, немного бурного обсуждения, решили изменить общий план охоты и повести американцев по наиболее простому подъёму. При этом поменяли и состав команд проводников. Американцев повели даже уже не по маршруту, который был намечен для нас, а по более пологому склону. Ну а нам достался самый трудный из тех, который я когда-либо проходил в Осетии.      Перекусив и выпив чая, отошли ко сну около 7 часов вечера. С ледника в долину, где мы расположились, спускался туман, который принёс изрядное количество влаги на наши вещи и некоторый озноб нашим телам. В 22-30 старт подъёма. Вещи в рюкзаки и в путь. Основное снаряжение оставили в одной из машин, плотно закрыв двери и кузов УАЗа-«головастика».      Ночь, звёзды на антрацитового-чёрном небе, цыганское солнце слегка показалось из-за гор и скрылось, под ногами россыпи валунов, о которые постоянно задеваешь носками горных ботинок. Шли с фонарями, но их не включали по причине высочайшей степени конспирации от возможного обнаружения турами. Минут через 40 движения подошли к подножию горы. Впереди по курсу на высоте около 2000 метров, а мы начинали подъём в высоты около 1000 метров, виднелись ледники. Ребята не знали, и я им до поры не говорил о том, что печально известный ледник Колка, сошедший в ущелье Кармадон, находился как раз за соседним хребтом. В глубине души я понимал, что мы к счастью не в Кармадоне, но размытые очертания ледников заставляли принимать к сведению факт их возможного схода.      Долина закончилась, и начался непосредственно подъём. Самое тёмное время суток. Хорошо, что в темноте мы не видели его крутизну. Белым днём и в трезвом рассудке, только кинув взгляд вверх, мы бы усомнились в возможности вообще забраться по столь вертикальному склону. Да к тому же и с теми особенностями горного рельефа, который невозможно оценить, находясь внизу. И так, с 23-10 и до 6-30 часов утра мы вместе с тремя проводниками Асланом, Гией и Джамалем карабкались вверх по каменной сыпучке. Камни были острыми и скользкими от замёрзшего на их поверхности конденсата. Временами из под ног впереди идущего вылетали, хорошо заметные в темноте, искры от удара камней друг о друга.      По дороге помогали друг другу, когда вдруг под впереди идущим съезжала вниз горная порода, или летели камни по ногам. Идущему сзади приходилось втыкать в сыпучку свой посох, чтобы предотвратить соскальзывание вниз впереди идущего.      Шаг вперёд и пару метров назад. Так выглядел местами наш подъём. Дикое напряжение ног и рук. Сердцебиение высокой частоты. Всё это в кромешной темноте. Проводники иногда сбивались и не могли найти проход между скалистых прижимов. Как это всё мне было знакомо по нескольким восхождениям такого же характера. Возвращались, обходили скалы и шли дальше. У меня большой опыт горных переходов от гор на Камчатке до Памира. Но там всё происходит в основном в дневное время. А тут ночь, крутизна со всеми вытекающими … .      Проводил многих зарубежных охотников в горах, но в таких условиях, в которых мы оказались в этот раз я ещё со своими охотниками не был. Думаю, что вряд ли кто из иностранцев смог бы выдержать такой подъём. Скорее всего, они уже через полчаса подъёма послали бы в мой адрес весь свой запас ненормативной лексики, развернулись и пошли бы обратно к машинам, обвинив меня во всех земных грехах. Такое уже было в моей практике. Единственное исключение могли бы составить норвежские охотники. Это – крепкие и выносливые ребята с хорошей в основном физической подготовкой. Был у меня случай, когда мы с одним молодым норвежцем, который был раза в 2,5 моложе меня карабкались примерно в такой же крутой склон в Саянах, перенося на себе кроме снаряжения и оружия ещё и канистры с водой, т.к. на верху воды не было. Но там хоть было за что зацепиться протектором горных ботинок. Горы были покрыты слоем плодородной почвы и кустарником. Здесь же на Джимара – только камни в разнообразных фракциях от огромных валунов до сыпучки.      Я был очень рад в тот момент тому, что со мной были наши молодые ребята с русской закалкой, хоть и с казахскими корнями один из них.??? Около 4 часов утра услышали грохот. Часть ледника с соседнего склона оторвалась и с гулким грохотом понеслась вниз по граниту в долину, откуда мы пришли. Как раз там у нас стояли машины. Через несколько минут ещё один сход ледника. Мурашки по коже. Абсолютная тишина в команде.      Из-за крутизны подъёма часто останавливаемся, чтобы успокоить выпрыгивающее из грудной клетки сердце. Высота уже за 3 000м н.у.м. В 4-30 на связь вышел один из проводников американцев. То, что доложил нам Аслан, один из наших проводников, заставило нас задуматься над смыслом происходящего и жизни в целом. Один из американских охотников умер! Как потом оказалось, этот охотник вообще не должен был даже близко приближаться к горам по состоянию своего здоровья. Уже чуть забрезжил рассвет. Можно было разглядеть лица членов нашей команды. Каждый пытался осознать произошедшее. Не знали даже как на такое событие отреагировать. В группе воцарилась напряжённая тишина. Все ощущали некую дисгармонию и переживали за коллегу охотника.   Этот случай ещё долго будем обсуждать позже в лагере. Мы уже ничем помочь той команде не могли. Прошли уже почти две трети пути, и надо было спешить, чтобы оказаться во время в нужном месте. У погибшего были другие проводники, которые позаботились о необходимых в таких случаях мероприятиях. Они вызвали полицию и МЧС.      «Другие придут, сменив уют на риск и непомерный труд, пройдут тобой не пройденный маршрут!» В голове крутились эти и другие слова из песен В.Высоцкого о покорении горных маршрутов.        Помолчав и отдав дань ушедшему в мир «вечной охоты» коллеге, продолжили свой нелёгкий путь. Жизнь продолжается вне зависимости от потери товарищей. И мы на это не сможем повлиять никоим образом.      Так, почти на ощупь мы шли в вершине хребта горы Джимара, местами продвигаясь и на ногах и на руках. Над скалами уже показались огни Владикавказа. Город жил своей жизнью. Мы шли своим путём. Когда совсем рассвело мы смогли оценить часть того пути, который прошли. Только от одного взгляда вниз могла закружиться голова у неподготовленного человека. А мы это уже прошли. До сих пор, вспоминая этот маршрут, с трудом осознаю, как мы смогли его пройти с рюкзаками и оружием за спиной!      Ближе к вершине рельеф начал выполаживаться, и идти с одной стороны стало легче, с другой стороны высота была уже почти 3 500 метров. Сказывался недостаток кислорода. Часто подступала одышка.      Вот, наконец, мы на вершине хребта. Проводники осматривали противоположные склоны, где, по их мнению, можно было обнаружить туров. Но в этом месте туров не оказалось. Мы двинулись вправо вдоль хребта. Мимо нас метрах в двухстах пробежали самки с козлятами. Когда поднялись на хребет Джимара, то перемещались вправо низко пригибаясь, чтобы не быть обнаруженными турами. Нашли валуны и скрылись за ними от ветра в ожидании туров. Ждали около часа. За это время успели уже изрядно подмёрзнуть. Холодные камни и пронизывающий ветер, залезающий в любую оставленную для него щель, сделали своё дело. К тому же за время подъёма изрядно вспотели, и не вышедшая из одежды влага способствовала быстрому охлаждению организма.    Как только определились с местом, где необходимо было дождаться туров, тут же переменили одежду на более тёплую, которую взяли с собой. Опыт многолетних восхождений подсказывал мне, а я, в свою очередь, моим охотникам о необходимости иметь хорошую тёплую сменную одежду в такое время на таких высотах. Этот опыт очень нам помог в той ситуации.      В бинокль увидели стадо туров около 50-60-ти голов, двигавшееся в нашу сторону с противоположных хребтов на нашей стороне Джимара. Они шли как раз с той стороны, где должны были охотиться американцы. Аслан и Джамаль повели охотников на исходные для выстрела позиции. Я остался наблюдать с более высокой позиции. И вот через ближайший к охотникам хребет плавно его перетекая, двигалась целая «река» туров различных возрастов. Зрелище со стороны было завораживающее. Расстояние для стрельбы очень комфортное метров 70. Как только появились трофейные самцы, раздался первый выстрел, которым Канатбек остановил трофейного тура. Туры от неожиданности стали метаться в разные стороны, не понимая откуда для них исходит угроза. Леонид сделал пару выстрелов, одним из которых серьёзно ранил своего трофейного тура. Тур немного просел, остановился и перевалил через следующий хребет. К сожалению, для всех нас этот тур ушёл вниз, и добрать его в этот день мы не смогли.      Фотосессия на память, лёгкий перекус, трофей в рюкзак, мясо по другим рюкзакам и отправляемся в обратный путь. Оставаться долго на скальнике и на холодном ветру не очень, мягко говоря, приятно. Спускаться по тому пути, по которому мы поднимались, не могло быть и речи. Спуск был ещё более опасным, в плане того, что можно было бы просто сорваться в низ, не имея страховки. Пошли вниз противоположным склоном. Но и там спуск нельзя было назвать прогулкой. Если подъём занял у нас 7 часов, то спускались мы с поклажей около пяти часов. Главное спустились уже спокойно. Но это не означало, что спускаться было легче, чем подниматься. На чрезвычайно сильной усталости с большим грузом за плечами нас иногда покачивало на переходах через всё ту же каменную сыпучку.      Пока спускались, заметили птиц круживших над местом, куда ушёл раненый тур. Это – верный признак того, что зверь дошёл. Успокоили Леонида, переживавшего за выстрел. Его тура проводники нашли на следующий день и привезли на базу. К сожалению, птицы здорово испортили шкуру и мясо. Но, зато трофей не пропал даром, благодаря нашим проводникам.      Леонид смог добыть ещё и серну в последний охотничий день. В общей сложности мы были на ходу с рюкзаками и оружием около 13 часов. В заключении хотелось бы подводя итоги отметить, что такого трудного подъёма за всю мою практику я не проходил, да и вряд ли можно будет найти подъём сложнее. Да и по реакции проводников мы поняли, что даже они не ожидали, что подъём будет настолько сложным. Средний градус подъёма был около 50, а местами приходилось ползти буквально на четвереньках по склонам и камням на 70-ти градусном склоне. НО! МЫ ВСЁ ПРЕОДОЛЕЛИ НА ПУТИ К ЗАВЕТНОМУ И ПОЧЁТНОМУ ТРОФЕЮ!!! Хочется поблагодарить за помощь в охоте проводников Аслана, Джамала, Гию. Огромное спасибо выражаю Созанову Цара, Караеву Казбеку и Наташе Созановой за тёплый приём и внимание, оказанное нам в этой поездке.      Охота не была долгая по продолжительности, но по сложности с охотой на тура в Осетии вряд ли может сравниться какая-либо другая охота. Многие даже местные жители, с которыми мы позже контактировали, не могли представить, как мы поднялись по тому маршруту. Но, как говорится, дорогу осилит идущий!
19.07.2019
Фоторепортаж из-под небес

Фоторепортаж из-под небес

Асиф Ильясов хорошо знаком читателям нашего журнала и членам Клуба горных охотников по его все более редким (к сожалению) публикациям и фотоснимкам в нашем издании. Лично мне его фотоработы очень нравятся, и я была немало удивлена, узнав, что Асиф не обучался у профессионалов фоторепортажа, это его природный дар видеть мир в необычных ракурсах. Вообще Асиф способен удивить. Прежде всего тем, что своим жизненным поприщем с юных лет он выбрал вовсе не охоту, а большой спорт. Родившийся в апреле 1977 года в Шеки (а это один из немногих городов Азербайджана, расположенных в отрогах Большого Кавказа), Асиф с детства мечтал о карьере спортсмена. Родители – Акиф Гюлю оглу и Елена Григорьевна – поощряли увлечение сына. В результате он закончил Физкультурную академию и поступил на службу в Спортивный Клуб Армии. Асиф занимался боевыми единоборствами (бокс, кик-бокс, тэйквондо, бразильское джиу-джитсу), а в последующем стал членом сборной Азербайджана по регби. На спортивных площадках Асиф встретился и подружился с единомышленником – чемпионом Азербайджана и международных турниров по боям без правил Фаиком Бабанлы. Вдвоем они создадут через несколько лет хорошо известную сегодня горникам всего мира компанию Global Safari Azerbiajan. Но до этого будут многочисленные совместные охоты в республике, а потом и по миру. Спорт – это прекрасно, но век активного спорта не так долог, как хотелось бы. Временем Ч, когда пришлось выбирать, что делать по завершении спортивной карьеры, стал 2003 год. Совместно с Нариманом Зульфигировым друзья создали компанию «Мусадо», ориентированную на организацию горной охоты. Ее объектами стали водоплавающие и конечно же дагестанский тур. Основы организации, как и принципы самой охоты пришлось осваивать на собственном опыте, на собственных ошибках и достижениях.  В 2004 году друзья отправляются на охоту в Африку. Благоразумно была выбрана Намибия, хотя представления о том, что там «все просто», наткнулись на непредсказуемую реальность. Охота оказалась трудной, поиски трофейных зверей оказались довольно продолжительными и сложными. Тем не менее, вернулись домой с трофеями и весьма оптимистичным настроем. Друзья поняли – это именно то, что им нужно! С тех пор удалось побывать почти в сотне стран Африки, Северной Америки, Азии, Европы, Океании. Особая любовь сохранилась к Черному континенту, а вот ради адреналина друзья с тех пор отправляются в джунгли Южной Америки. Невыносимая жара, обилие ядовитых змей, заросли, в которых проложить путь можно только, активно орудуя мачете, проблемы с водой и пищей – вот те условия, которые больше всего привлекают друзей. Точнее сказать, не сами условия, а умение выжить в этих условиях, разумное, просчитанное поведение, психологическая стойкость и физическая крепость. Разумеется, Асиф и Фаик продолжают регулярные тренировки и находятся в прекрасной физической форме. За 16 лет работы в сфере охотничьего туризма Ильясов и Бабанлы научились многому, стали профессионалами в своем деле. Они не только могут безошибочно оценить качество трофея, наблюдая за животным в оптику, но и по фотографии назовут район Азербайджана и месяц, в который был сделан снимок тура. 2007 стал событием в жизни Фаика и Асифа – на свет появилась новая компания – Global Safari Azerbaijan, с которой за прошедшее с той поры время успели поохотиться многие иностранцы, а также многие члены КГО – такие как В. Резник, С. Ястржембский, В. Елисеев, С. Мазуркевич, В. Ким, В. Горб, Л. Палько, И. Раевский, С. Пузанкевич, С. Волочкович, А. Ким и другие. Global Safari Azerbaijan достигла значительных высот, но не останавливается в своем развитии, и в 2018 году государство выделило компании новые угодья в районе Шеки. Новая территория – это не только новые рекордные трофеи, но и новые заботы, и все больший дефицит времени. Тем не менее, друзья находят возможность уделять его своим хобби. Если Фаик с увлечением занимается таксидермией, продумывая композиции еще во время охоты, то Асиф снимает фильмы и делает превосходные фото. В коллекции Ильясова уже почти 100 фильмов об охоте в разных странах мира. Количество же фотоснимков, как и добытых трофеев, учету просто не поддается. Как уже сказано, Асиф не заканчивал курсов по фотоискусству, навыки фотографирования, по его словам, «пришли сами собой опять-таки в процессе охоты». И навыки эти оказались весьма впечатляющими, особенно если судить по тому, что они принесли автору немало первых мест и премий на различных фотоконкурсах, организованных как российскими охотничьими журналами, так и охотничьими изданиями иных стран. Жаль только, что на статьи о приключениях в горах и джунглях у Ильясова времени не остается. Было любопытно узнать, есть ли у Асифа мечта. Оказалось, что есть – он мечтает поохотиться на золотистого такина! Это необычное копытное живет в Китае, который с некоторых пор запретил охоту на своей территории. Что ж, мечта, наверное, и должна быть отчасти несбыточной, но оставляющей надежду когда-нибудь ее осуществить.
16.07.2019
Анастасия Гансовская
Аптечка для гор

Аптечка для гор

От редакции: Мы уже неоднократно рассказывали на страницах журнала о медикаментах, которые целесообразно иметь горному охотнику в своем арсенале, однако у каждого особые предпочтения, особое понимание того, что может понадобиться в экстренных случаях в первую очередь. Хорошо известный читателям журнала Али Алиев из Казахстана делится с нами своим опытом. Собственно, аптечка горника – это аптечка охотника с небольшой горной спецификой. Правильно ее разделить на высокогорную и универсальную, а последнюю – на «стационарную», остающуюся в лагере, и мобильную, носимую с собой постоянно. С учетом неожиданных обстоятельств, которые могут с вами произойти на горе, и отсутствием возможности получить профессиональную помощь, носимая аптечка – обязательный элемент снаряжения, в чем не раз приходилось убеждаться. Еще хочется добавить, что применение лекарственных препаратов требует специальных знаний и часто навыков. Особенно это относится к инъекциям и хирургическим вмешательствам. Поэтому если вы не знаете или не умеете, лучше не рисковать, так как своими действиями можете усугубить ситуацию и принести больному вред!  «Стационарная» Моя большая аптечка построена на базе автомобильной (перевязочный материал и бокс достался мне с машиной, пригнанной из Германии – крайне крепкий и практичный контейнер) и всегда путешествует со мной.  Состав препаратов и средств следующий:  1) Дезинфицирующие средства – перекись водорода (универсальный антисептик широкого спектра, отлично подходит для обработки и промывки наружных ран); в качестве дополнительного запаса – пачка гидроперита (перекись в таблетках, которую всегда можно развести); пузырек брильянтового зеленого (более сильный препарат для прижигания и обработки ссадин и кожных новообразований); антисептические пластыри разных видов и назначения (обычно продаются в наборах); спиртовые салфетки (для протирки и очистки кожи, для инъекций); влажные салфетки (для интимной гигиены); фурацилин (для полоскания горла и обработки ран).  2) Обезболивающие, противошоковые препараты – спазмалгон (замена устаревшему анальгину – комбинированное анальгезирующее и спазмолитическое средство: головные, почечные, зубные, постравматические боли); кетонал (более сильное обезболивающее широкого спектра, эффективен – проверено на себе – при переломах и сильных травмах); но-шпа (от спазмов различной природы); лидокаин в ампулах (местное обезболивающее для инъекций). 3) От боли в области сердца – валидол (легкое успокоительное с сосудорасширяющим эффектом); нитроглицерин (более сильный препарат, предупреждающий спазм сосудов, но нужно иметь в виду, что этот препарат вызывает обычно сильную головную боль).  4) Жаропонижающие – ацетилсалициловая кислота, или аспирин (используется также при проявлениях «горной» болезни и как разжижающее кровь средство); парацетамол (анальгетик-антипиретик, обладает анальгезирующим, жаропонижающим и слабым противовоспалительным действием); «Колдрекс», «ТераФлю» и подобные (комплексные профилактические препараты, хороши при всех видах простуд и их симптоматике).  5) Против отравления, острой диареи – активированный уголь (энтеросорбирующее, дезинтоксикационное и противодиарейное средство, обладает большой поверхностной активностью, адсорбирует яды и токсины из желудочно-кишечного тракта); эмигил (ураганное средство, уничтожающее практически все микроорганизмы, а также простейших); левомицетин (не менее ураганное средство, уничтожающее патогенную микрофлору в кишечнике); колибактерин, бифидобактерин, бификол, «Бифифарм», «Линекс» и аналоги на выбор (эффективные средства для восстановления нормальной микрофлоры кишечника, особенно два последних препарата).  6) От болей в суставах и позвоночнике (невралгии, ревматизмы) – кетонал, гель диклофенак (эффективное обезболивающее); финалгон (сосудорасширяющее обезболивающее для наружного применения, местного действия). 7) От ожогов, потертостей – пантенол (применяется для ускорения заживления при повреждениях кожи и слизистых оболочек различного генеза: ссадины, термические и солнечные ожоги, асептические послеоперационные раны, потертости, дерматит); крем «Boro Plus» (эффективное средство от потертостей).   8) Антигистаминные – супрастин (мощное средство при аллергии, укусах насекомых и змей, первое средство против анафилактического шока, в отличие от тавегила не обладает снотворным действием). 9) Антибиотики – сумамед (мощный антибиотик широкого спектра от практически любых бактериальных инфекций, к нему полагается противогрибковый препарат флюконазол).  10) Пищеварительные ферменты – фестал (комбинированный препарат, который позволит вам переварить стальной лом, очень эффективен после принятия пищи в придорожных тошниловках).  11) Антигипертонические – андипал (помогает снижать давление). «Скорая помощь» при гипертензии – капотен.  12) Успокоительные – экстракт валерьяны. 13) От ссадин и ран – мазь «Спасатель». 14) Солнцезащитный крем SPF 30, защитная губная помада.  15) Перевязочный материал – бинты стерильные и нестерильные, бинт эластичный, салфетки стерильные, вата, все виды пластырей антисептические, мозольные, влагонепроницаемые. Здесь же – спиртовые салфетки для инъекций. 16) Инструменты – малый хирургический набор: скальпель со сменными лезвиями, зажимы, пинцет, набор кетгутов с иглами, жгут, стерильные перчатки, шприцы на 2, 5 и 10 мл.  17) Бальзам «Звездочка»  18)  Присыпка детская  Мобильная Горы не любят халатного к себе отношения, в чем не раз приходилось убеждаться. Так не предвещавшая ничего драматичного горная охота на тетерева обернулась большими неприятностями для напарника. При отсутствии мобильной аптечки все было бы хуже в разы. Охота на току в горах совсем не то, что на равнине! Найденное за три дня разведки токовище находилось на высоте 2500-2600 м над уровнем моря, в нескольких часах ходьбы от нашего лагеря с перепадом 1000 с лишним вертикальных метров. Но прелесть этого действа заслуживает жертв, поэтому вышли втроем в два часа ночи. Сначала, пока позволяло ущелье, двигались на лошади. Лавины плотными массами перекрывали ущелье, лошади проваливались очень глубоко, и время от времени приходилось объезжать наиболее сложные места. На одном из скальных участков лошадь нашего товарища, ученого орнитолога оступилась на камнях. От неожиданности он не удержался в седле и упал под копыта испуганного животного. Результат – оскольчатый перелом большой и малой берцовых костей со смещением осколков.  Оценив ситуацию, я незамедлительно отправил егеря за подмогой и эвакуационным снаряжением – куском брезента и стропой от джипа. Орнитолога, пребывавшего в плачевном состоянии, угостил парой таблеток кетонала. При помощи палок и ремня удалось хоть как-то зафиксировать неестественно вывернутую ногу, к которой пострадавший поначалу никак не подпускал и крепко ругался, когда я ее увязывал.  Кетонал взял из малой носимой аптечки, которая всегда со мной. Если меня спросят, как часто я ей пользуюсь, то отвечу, что регулярно. Пусть не сам, но всегда у кого-нибудь что-нибудь приключается – то голова, то зубы, то живот... и все на горе. Кстати, из моих знакомых такой малый комплект никто не носит. Может, эта история подтолкнет к обзаведению горниками собственных малых носимых аптечек. Состав моей малой аптечки – это усеченный вариант «стационарной», с некоторым уклоном в сторону выживания. Умещается она в небольшом пластиковом кейсе от пластырей, достаточно вместительном для мини-набора лекарств. Кейс, кстати, неплохо горит, что может пригодиться при разведении костра в плохую погоду, вмещает грамм 200 жидкости – на случай, если придется использовать его как стакан. Раньше вместо него использовал мягкую непромокаемую сумочку, но таблетки в ней растирались в порошок. Снаружи кейс перетянут каучуковым кольцом, которое можно использовать как жгут или для фиксации чего-нибудь. Список мини-набора лекарств, рассчитанных на один-два дня для оказания экстренной помощи одному человеку подбирал с учетом собственных слабых мест.  1) бинт эластичный  2) бинт стерильный  3) салфетки спиртовые  4) салфетка дизефицирующая  5) скотч серебристый, как у маньяков в американских фильмах – клеит все  6) пластыри бактерицидные, мозольные, разных размеров  7) солнцезащитный крем с помадой  8) зажигалка газовая  9) кетонал 10) спазмалгон 11) левомитицин 12) андипал 13) парацетомол 14) супрастин 15) рибоксин  16) калия оротат 17) трентал Последние три – это адаптогены, держу их на всякий пожарный, по большому счету они нужны только в долгих турах на высотах от 3500 м.  Орнитолога мы часов за пять спустили в лагерь. Теперь точно знаю: чтобы вынести на руках одного охотника весом 70 кг, нужно не меньше шести крепких мужиков, при том что почти везде мы шли практически по дороге (хотя и заваленной снегом – это тоже важно понимать, определяя степень риска).  Высокогорье К большому сожалению, Homo sapiens эволюционировал на равнине, а не в горах, поэтому адаптационные механизмы наши не совершенны. Взять, например, особенность организма регулировать частоту дыхания не по количеству необходимого кислорода в крови, а по излишкам углекислого газа в теле. Все это в конечном счете, приводит к проблемам с самочувствием в высокогорье и разным проявлениям горной болезни. Особенно сильны симптомы, когда человек изнуряет себя большими физическими нагрузками в условиях низкого парциального давления кислорода. У меня проблемы с «высотой» проявляются постоянно. Думаю, я из числа людей, в значительной степени подверженных горной болезни. Симптомы начинают проявляться на высоте от 3000 м. На 3600-3800 м над уровнем моря в горах Заилийского Алатау без адаптации становится совсем нехорошо. К счастью, это максимальная высота, на которой у нас в Казахстане живут охотничьи виды животных. Но горы есть не только в нашей республике… К подготовке экспедиции в Непал за бхаралом (так называемый голубой баран) пришлось отнестись ответственно. Охота планировалась на высоте до 5000 м, а добыть зверя удалось лишь на высоте 5165 м. Помимо увеличения кардиореспираторной выносливости стоял вопрос о повышении гематокрита (количества эритроцитов). Поэтому подготовка включала три направления: интенсивные тренировки на высоте выше двух тысяч метров, медикаментозная поддержка организма в этот период и интенсификация подготовки к большой альтитуде непосредственно перед поездкой и во время нее.  Рекомендации мне давали спортсмены-альпинисты и спортивные врачи. Хочу отметить, что приведенный ниже список препаратов индивидуален и должен согласовываться с вашим врачом!  Адаптогены: 1) Комплекс поливитаминов, например, «Витрум», витамины лишними никогда не будут. 2) Аскорбиновая кислота – поставщик витамина С для организма. 3) Ацетазоламид (диакарб, диамокс) – диуретик (мочегонный препарат), уменьшающий внутричерепное давление и позволяющий снизить или устранить симптомы горной болезни. Наличие распирающих головных болей, усиливающихся при натуге, наклонах, ощущение надавливания на глазные яблоки изнутри черепа, подташнивание, тем более рвота свидетельствуют о повышении внутричерепного давления и в большинстве случаев являются показанием к приему.  4) Дексаметазон уменьшает выраженность и тяжесть острой горной болезни при резком подъеме на высоты свыше 4000 м. Профилактический прием можно начать за несколько часов до восхождения. Препарат снимает симптомы острой горной болезни на несколько часов, но не способствует акклиматизации.  5) Дибазол – сосудорасширяющее средство с адаптогенными свойствами.  6) «Виагра» – несколько лет назад начали исследование по использованию «Виагры» в качестве профилактического средства. Препарат улучшает периферическое кровообращение, в том числе и в области легких, его ферменты блокируют спазм сосудов (сообщать партнерше о приеме лекарства не обязательно).  7) Кальция пангамат обладает отчетливым антигипоксическим действием; кальция пантотенат (витамин В3) нормализует обменные процессы.  8) Калия оротат нормализует работу печени и сердца, микроциркуляцию в капиллярах, эффективен при обморожениях.  9) Глутаминовая кислота – аминокислота, участвующая в обменных процессах.  10) Метионин – аминокислота, нормализующая работу печени при гипоксии, способствует усвоению жиров.  11) Панангин – калийно-магниевая соль аспарагиновой аминокислоты, антиаритмическое средство, проводит ионы К+, Mg2+ в клетки.  12) Рибоксин стимулирует работу сердца, усиливает действие оротата калия, благотворно влияет на сердце и печень. 13) Трентал (аспирин, ТромбоАСС, Кардиомагнил) для разжижения крови при увеличении ее вязкости из-за обезвоживания. На самом деле для основной массы охотников даже в высокогорье стимуляторы не нужны! Многим достаточно для адаптации углеводной диеты – углеводы значительно увеличивают устойчивость к гипоксии. Так что на высоте для предупреждения горной болезни надо больше употреблять в пищу глюкозы, сахара и других легкоусвояемых углеводов, но не более 300-400 г в сутки.  Мне, как я уже сказал, адаптация к высокогорью необходима, и активно тренироваться я начал за месяц до вылета. В этот период принимал препараты, механизм действия которых еще раз повторю, а также укажу дозы.  1. Рибоксин – действующее вещество инозин, активизирует процесс кровоснабжения сердечной мышцы, улучшает энергетический баланс миокарда, активизирует обменные процессы в условиях гипоксии, улучшает эластичность сердечной мышцы и т.д. (2 таблетки в день, утро-вечер).  2. Фолиевая кислота (витамин В9) активизирует увеличение эритроцитов и процессов восстановления на клеточном уровне (2 таблетки в день, утро-вечер).  3. Калия оротат сокращает время восстановления, повышает производительность, стимулирует эндогенные процессы (2 таблетки в день, утро-вечер).  4. Мультивитамины Optimen американской компании ON, витамины можно принимать любые, что вам подходят (2 таблетки в день, утро-вечер). 5. Глюкозамин является строительной основой хрящевой ткани суставов (2 таблетки в день, утро-вечер). За четыре дня до начала пешего маршрута начал активную профилактику горной болезни.  1. Диакарб (ацетазоламид) – диуретик средней силы, выводит лишнюю воду из желудочков головного мозга, как пишут врачи, основа фармакологической профилактики горной болезни. Многофакторный эффект акклиматизации сделал этот препарат очень популярным у альпинистов (125 мг два раза в день, утро-вечер). У некоторых людей, я в их числе, вызывает покалывание пальцев рук и ног, а также изменения вкуса газированных напитков. И не забывайте больше пить – препарат мочегонный.  2. Гинкоум – экстракт растения гинко билоба. Этот БАД улучшает эластичность сосудов, кровоснабжение и деятельность мозга, уменьшает вязкость крови, повышает поступление кислорода к органам и т.д. (2 капсулы в день, утро-вечер).  На случай проявления горной болезни были припасены другие лекарства для активной терапии:  1. Дексаметазон – синтетический стероид. Оказывает противовоспалительное, противоаллергическое, десенсибилизирующее, иммунодепрессивное, противошоковое и антитоксическое действие. Таблетка под №1 в аптечке альпинистов. Принимать при появлении симптомов по одной таблетке (4 мг) каждые восемь часов.  2. Парацетамол является широко распространенным ненаркотическим анальгетиком, обладает противовоспалительными свойствами. Принимать 1000 мг один раз в день.  Тренировки и медикаментозная терапия дали очень хорошие результаты. Проявлений горной болезни практически не было. Конечно наблюдалась усталость, но, думаю, при потере трех тысяч активных Ккал в день на любой высоте будешь чувствовать себя уставшим. В нашей группе было четыре человека практически одного возраста и физической подготовки. Даниель – врач из Испании – тоже приехал подготовленный и проблем со здоровьем не имел. Два других путешественника – каталонец Джорди и француз Энтони, оба профессиональные горные гиды, проводящие по полгода в горах, имели весьма ощутимые проблемы с горняшкой! Победить ее удалось, когда мы с Дэни убедили их принять упомянутые выше таблетки. Если говорить об охоте в Непале, еще бы отметил несколько моментов: обязательно берите солнцезащитный крем с фактором 50, гигиеническую помаду с защитой минимум 20 и… фестал – переваривается пища в высокогорье не так полноценно, как на равнине, и нужно помогать кишечнику ферментами. http://prohunt.kz/forum/forum35/topic2050/ http://prohunt.kz/forum/forum35/topic469/
14.07.2019
Али Алиев
Средства защиты ствола и оптики

Средства защиты ствола и оптики

Мы много говорим о необходимости своевременной чистки оружия, но как-то обходим тему защиты оружия от механических повреждений. Обычный человек, наверное, даже не поймет, о чем речь – зачем оружие механически повреждать? Однако потеря качественных характеристик ружей, а также полный выход из строя огнестрела происходит как правило от механических повреждений. Главная беда всех ружей – это попадание мусора (снега) в канал ствола, что при избыточном давлении пороховых газов приводит к порче последнего, вплоть до разрыва в месте образовавшейся пробки. На моей совести два испорченных ружья. Первый – СКС – попортил в азарте, дело было осенью, после дождя. Надо было быстро добраться до номера, и, как это часто бывает по закону подлости, поскользнулся на глине и уткнулся стволом в грунт. Правильно было развернуться и пойти домой, но в загоне были кабаны, и уходить совсем не хотелось. Отломал с деревца веточку, намотал, как мог, на нее тряпочку и прочистил ствол. Кабанов в том загоне пару взяли, и мне тоже довелось пару раз стрелять. Но после охоты СКС пришлось списать – на 100 метров он давал разброс размером в ведро. Я тогда не сразу понял, почему же карабин стал плохо стрелять… Второе было гладкое. В акмолинских степях гоняли на снегоходах серых, и бывало, что в азарте переворачивались. Видимо, в один из таких случаев черпанул стволами снег. В итоге после пары выстрелов раздуло оба ствола. Говорят, это лечится, но опасность на разрыв увеличивается. Только после этого дошло, что подобных ситуаций легко избежать, если чем-то закрывать стволы. Пробовал и напальчники, и бумажный скотч, и что-то еще, но в конце концов остановился на специализированных чехлах. Они, в отличие от скотча, многоразовые – не будешь же с собой моток скотча носить, чтобы после каждого выстрела новым кусочком ствол заклеивать. Мне известны три версии колпачков: кожаные, резиновые и неопреновые. У каждого свои плюсы и минусы. Кожаные покрепче, смотрятся побогаче; резиновые немецкой фирмы Wegu более практичные и при наличии дтк можно выстрелить без последствий; неопреновые плотнее сидят и камуфлируют ствол. Функцию свою они выполняют исправно все. Я использовал все варианты, подбирал их по форме и размеру стволов – где с мушкой, где с дульником... Для горных карабинов будет не лишним привязать чехол эластичным шнуром – так шансов потеряться меньше. Считаю, что при переноске оружия нужно обязательно предохранять стволы защитными колпачками (за исключением ходовой охоты на пернатую дичь, когда надо быть готовым к выстрелу немедленно). Другая напасть – это травмы оптических приборов, прежде всего прицелов. К сожалению, падения на камнях в горах не редкость, в том числе с лошадей. В моей практике один «никон» разбился по неосторожности – соскользнул со скальной полки и ударился окуляром о камни, в итоге линза разбилась (даже окуляры не были защищены, так что прибору конец).  Вторым пострадал «вортекс». Я спускался по снежному склону на пятой точке и разогнался так, что для торможения пришлось использовать карабин. На линзах была защита, но сорвал барабанчик поправок и подсветку, которые не пострадали бы при наличии правильного чехла. Многие производители оптики к своим прицелам поставляют защитные колпачки на бленды, но мой опыт с ними скорее негативный, у меня были пластиковые на защелках и алюминиевые, вкручивающееся прямо в прицел. Мало того, что они предохраняют только стекло, но оставляют беззащитными от ударов трубу и барабанчики от смещения, эти колпачки все время самопроизвольно открываются и ломаются.  Сегодня мой выбор – это неопреновые чехлы на оптические прицелы, которые представлены в ассортименте в охотничьих магазинах. Есть разные модели, разных расцветок и толщины. Такие чехлы надежно предохраняют оптические приборы от механических повреждений, барабанчики поправок от нежелательных скруток, а линзы от воды, снега и грязи.  Пару лет назад, такого типа неопреновый чехол спроектировал и сшил для бинокля, теперь и он в надежной защите и зимой не отмораживает владельцу руки.
10.07.2019
Главное – правильно поставить задачу. Часть 2

Главное – правильно поставить задачу. Часть 2

В августе 2017-го, на старте сезона охоты на горных копытных в России я поставил перед собой амбициозную цель – взять пять разрешенных к охоте подвидов снежных баранов в течение года. Сезоном раньше уже удалось добыть камчатского барана, так что дело было за остальными. За третьим Расстояние всего в 70 километров до района обитания Корякского снежного барана в Чукотском автономном округе удалось преодолеть на кадроциклах за 8 часов. Мы с Алексеем добирались в новый лагерь вторым «эшелоном», и к нашему приезду Виктор Николаевич Ким уже успел добыть свой трофей чукотского снежного барана. Нам же с Алексеем еще предстояло это осуществить. Следующим утром наша команда, включая организатора охоты и егерей, выдвинулась на поиски трофея. Разбившись по сопкам, начали наблюдение. Буквально в течение 15 минут мы заметили одинокого барана. Светового времени оставалось не так много, и высоких требований к трофейным качествам барана я решил не предъявлять: главное, чтобы возраст барана был не менее 10 лет. Начал подход с егерем Володей, а другой Владимир наблюдал от русла горной реки за передвижениями животного. Пока я поднимался на 400 метров для выбора более удобной позиции для выстрела, над горами навис густой туман и пошел моросящий дождь. Когда добрался до выбранного места, оказалось, что баран тоже передвигался. Правда не так активно – он отошел всего метра на три, но так, что мои усилия оказались напрасными. Выстрелить в него отсюда было невозможно. Пришлось снова спускаться вниз, к реке, и забираться уже на соседнюю сопку. В итоге всех этих передвижений мне удалось приблизиться к барану на 460 метров. Он стоял, глядя в мою сторону, совершенно открыто, будто мишень в тире, на фоне скалы, сливаясь своим окрасом с природным рельефом и цветовой гаммой горного массива. После первого выстрела он согнулся и уперся рогами в камень. Второй свалил его с ног и подвел финальную черту в этой охоте. После традиционной фотосессии с трофеем, произвели отбор генного материала и по возвращении в лагерь узнали, что Алексей тоже добыл своего барана. За четвертым Первая поездка в Охотск, о которой я рассказал в самом начале, за двумя баранами увенчалась успехом лишь наполовину. И потому в начале октября все того же 2017 года я снова оказался в Хабаровском крае. Организатором этой охоты стал Александр Мальков. Команда была практически та же, только место Дмитрия занял более опытный проводник Сергей. В очередной наш с оператором Александром Рожковым прилет в Охотск погода решила не демонстрировать свой норов, и вертолет за 40 минут забросил команду на место будущего базового лагеря. В первый день охоты обнаружили много следов, однако тех, что искали мы – бараньих – среди них не оказалось. Ночью выпал снег, и это могло облегчить поиски. Но и второй день мы безуспешно обследовали территорию, наблюдая лишь малозначительные следы присутствия баранов. Ситуация весьма знакомая. Стало понятно, что в этом районе обнаружить их вряд ли удастся, а, если и удастся, то времени и сил на это придется потратить непозволительно много. Потому не стали экспериментировать и вызвали вертолет.  Где-то километрах в 60 от Охотска, повыше в горах удалось рассмотреть с высоты птичьего полета следы присутствия баранов и, недолго думая, здесь и приземлились. Следы и в самом деле оказались свежими, их было много, и это вселяло надежду. Лагерь раскинулся в необычном месте – в конце прошлого века здесь случился гигантский лесной пожар, выжегший территорию в десятки километров. Деревья погибли, но остались стоять, поражая зрелищем природного апокалипсиса. Бараньих следов и помета было много, нашли и лежки. В конце дня наткнулись на самку с детенышем. А на следующий день увидели несколько групп баранов! Правда, уже в сумерках, поэтому охоту отложили до следующего утра. Представьте, как было досадно на следующий день наблюдать лишь самок и молодняк… И не только в это день – пришлось пережить еще четверо суток разочарований и волнений, в результате которых я без особой радости понял, что нужно возвращаться домой – трофейных самцов здесь тоже нет. На пятый день решил отдохнуть и остался в лагере, а егеря отправились в горы. В 8.30 по рации Сергей сообщил, что нашел группу из семи баранов с трофеями подходящего качества. Наша команда совершила решительный марш-бросок – 6 километров с подъемом на 700 метров за полтора часа. Практически бегом! По рации Сергей вывел нас к своей позиции. Четверть часа мы искали животных, которые успели скрыться, но потом мы вдруг обнаружили на склоне четырех неплохих баранов. Выстрел был сделан с расстояния 680 метров. Звери бросились бежать вверх по склону, но один вдруг захромал и встал. Потом… встал и еще один. В него я никак не мог попасть. Пуля прошила первого и срикошетила? Позже оказалось, что он просто из любопытства стоял и смотрел на остановившегося вдруг вожака, а потом ушел вслед за остальными. Так был добыт 13-летний охотский снежный баран с рогами по 82 сантиметра. За пятым Из-за повторной поездки в Охотск график охот пришлось переверстывать. Исходно планировал охотиться в Якутии в октябре, а пришлось лететь сюда в ноябре, в очень непростое для здешних мест время года. В Якутск мы с оператором прибыли 17 ноября, и без особой радости узнали, что температура здесь уже стабильно держится ниже -30°С! К тому же я мог посвятить охоте только 8 из запланированных 12 дней. Хорошо известно, что Якутия – самый холодный регион планеты, и более 40% территории республики находится за Северным Полярным Кругом. Местами зимой температура опускается здесь до -70°С. Но одно дело знать это теоретически и совсем другое – ощутить собственным организмом. От Якутска, где нас встретил Александр Моторин, до места охоты, на которое они с братом Константином до последнего времени возили только иностранцев, а с 2017 года начали сотрудничать с КГО, предстояло преодолеть на Лэнд Крузере 750 километров. Трасса Р504, больше известная как Колымская. Это гигантская транспортная артерия общей протяженностью 2032 км, протянувшаяся сквозь вечную мерзлоту от Якутска до Магадана. Трасса пересекает много рек и озер. Зимой их приходится преодолевать по льду, что иногда заканчивается трагически, а чаще машина, не выбравшись из наледи, вмерзает и остается тут до лета. На большей части покрытие трассы грунтово-щебеночное. Какой она и была заложена в 1932 году и строилась руками узников ГУЛАГа для перевозки золота и угля с местных рудников. Стройка продолжалась и летом, и зимой, узники тут гибли массово, и чтобы не возиться с мерзлотой, мертвецов клали под полотно дороги. С тех пор она известна еще и как «Дорога на костях». В поселке Хандыга остановились на первый ночлег. Почти весь следующий день добирались до поселка Нежданинское, выстроенного на месте одного из крупнейших месторождений золота в России. Впервые «презренный» металл здесь был обнаружен в 1951 году, после чего поселок начал интенсивно расти. К девяностым население перевалило за две тысячи, однако в новую экономическую модель государства местная золотодобыча не вписалась в силу неэффективности, и большинство жителей покинули Нежданинское. Какие-то работы здесь еще ведутся, но в целом это поселок-призрак. Дальше путь планировали продолжить на Ленд Крузере, ГАЗ-66 и «Урале» местного жителя дяди Пети. Эти последние 80 километров следовало проехать вверх по руслу горной реки. Из-за обилия наледей одному по такой «трассе» передвигаться зимой нельзя. Застрявший автомобиль промерзает в считанные минуты, и, если его не достать сразу, дальше он уже не поедет. Мы решили, что три автомобиля будут двигаться вместе, подстраховывая друг друга. Посоветовавшись с местными, организаторы предложили отправиться в дорогу не на ночь глядя, а сутра и переночевать в поселке. И это было правильное решение – весь следующий день мы то и дело вытаскивали проваливающиеся в наледи машины, что ночью было бы в разы сложнее, если не вовсе безнадежно. Кстати, «Урал» дяди Пети лишен тормозов, иначе колодки примерзали бы к дискам, так что остановить его можно, только тормозя двигателем. И даже этот «Урал» застревал в водно-ледовых ловушках несколько раз. Лучше других с задачей справлялась «шишига», легко преодолевая самые сложные участки. На эту финальную часть пути мы потратили 7 часов. В базовый лагерь прибыли поздно вечером совершенно вымотанные дорогой, которая заняла у нас в общей сложности 40 часов, и оказалась далеко не самым приятным на свете делом. Хорошо, что ночевать пришлось в теплом, пусть и не самом комфортном кунге. Охота в ноябре, по заверению организаторов, здесь очень эффективная, поскольку бараны спускаются с гор. Но не всем это по силам, поскольку охота происходит при температурах от -35 до -45°С. Единственное, что несколько спасает, это совершенно сухой воздух, благодаря чему его температура кажется немного повыше, чем на самом деле. Поскольку на дорогу был потрачен весь световой день, на охоту у меня оставался лишь один день. Один день после тяжелой, выматывающей дороги… На рассвете приступили к обследованию территории, и я буквально опешил от обилия горных копытных! Подобного раньше не приходилось наблюдать. Возможно, только в Северной Осетии встречался с чем-то похожим. Буквально из базового лагеря одновременно разглядел несколько групп баранов, движущихся по сопкам. Отъехав на машине с Константином и Василием буквально 3-4 километра, обнаружили пять небольших групп, среди которых были вполне достойные экземпляры. Но мы уже «положили глаз» на тех животных, которых присмотрели накануне, когда еще двигались в сторону базового лагеря. Они находились примерно в 5 километрах, и машина целенаправленно двигалась к ним. К счастью, бараны были на месте. Четыре трофейных рогача находились на вершине одного из холмов. Обходить их пришлось по другой стороне сопки с подъемом на 600 метров в снегу по колено, при -37°С. Ноги мерзли, а под теплой одеждой я был весь мокрый уже после первых ста метров подъема. Когда добрались до заснеженной гряды, сразу увидели эту четверку, медленно поднимавшуюся в гору. До них было 535 метров. Я быстро приготовился к стрельбе, загнал патрон в патронник, прицелился, нажал на спусковой крючок и услышал слабый металлический щелчок. Еще раз – тот же результат. Затвор карабина замерз! Пришлось извлечь его и сунуть под теплую одежду, чтобы отогреть. Бараны тем временем остановились. Через 7 минут я извлек все еще покрытый инеем затвор и вставил на место. Снова прицеливание, снова нажатие на спусковой крючок, и… первым же выстрелом баран был взят! Необходимо отметить, что охота в минус тридцать семь кое-чем отличается от просто горной охоты. Сама по себе горная охота – это экстрим, но, если вам все-таки не хватает адреналина, есть способ усилить его выброс в разы – нужно просто поохотиться при -40°С. Поверьте, это впечатлит! Удачей на этой охоте я во многом обязан Александру Моторину, профессионально ее организовавшему, егерям, прекрасно разбирающимся в повадках зверей, да и вообще всей команде, сделавшей наше пребывание в горах насколько это возможно комфортным и результативным.
04.07.2019
Дождь, снег, ветер и туман

Дождь, снег, ветер и туман

Сложно ответить на вопрос, что является причиной, по которой человек, оставив комфорт и уютный дом, на время забыв о привычном укладе жизни и расставшись с родными, устремляется в места, в которых никогда не был, в которых до конца не известно, что его ждет, зачастую подвергая свою жизнь риску и определенно не сильно рассчитывая быть понятым другими. Природный инстинкт? Жажда приключений? Желание испытать себя? А, может быть, все это вместе? Многократно охотившись в России и Европе, посетив несколько раз Африканский континент и собрав Большую Африканскую пятерку в 2017 году, я открыл… хотя скорее только приоткрыл для себя дверь в новый мир – мир горных охот. Многократно слышав от друзей-охотников о том, что горные охоты стоят особняком от остальных и требуют иного морального и физического настроя, решил проверить эти утверждения на себе. География горных охот – весь земной шар. Откуда-то нужно было начинать, и я решил, что Россия в этом смысле наиболее подходящий вариант. Во всяком случае для меня. Поставил перед собой цель – постараться добыть все виды разрешенных к отстрелу горных животных на 1/6 части суши планеты. За один календарный год побывал в Горном Алтае, где добыл козерога, трижды охотился на Кавказе и пополнил список трофеев тремя видами туров и двумя видами серн. Дошла очередь до снежных баранов. Обсудив детали с Алексеем Подтяжкиным (Клуб «Айбекс»), решил начать с камчатского. Что касается срока проведения охоты, то для поездки было выбрано начало августа, поскольку в этот период погода на полуострове наиболее предсказуема и комфортна. Забегая вперед, скажу, что погода, похоже, не знала, что должна быть такой… Итак, в путь! Перелет Москва – Петропавловск-Камчатский не преподнес неожиданностей, самолет прибыл по расписанию. Я спокойно переночевал в Елизово, буквально в паре километров от аэропорта, поскольку утром предстоял еще один, на этот раз «внутренний» перелет Петропавловск – Тигиль. Есть и прямые рейсы Петропавловск – Паланы, но, к сожалению, приобрести билеты на него не удалось, несмотря на то, что этим вопросом мы озаботились за пару месяцев до экспедиции. Существует вполне реальная опасность вообще не улететь из Елизово, поскольку возможность подняться в воздух, как и многое другое на Камчатке, определяет погода. В моем случае погода благоволила, и задержек с вылетом не было. Хочется отметить, что стоимость перелета, осуществляемого местной авиакомпанией, для нерезидентов края довольно высока и составляет половину стоимости рейса Москва-Петропавловск, то есть приблизительно 50 тысяч. Выполняют перелет по маршруту бывалые, на вид, пилоты, управляющие не менее бывалыми самолетами. Самолеты наминают те, которые перевозят счастливых туристов с острова на остров где-нибудь на Мальдивах. Но только по размеру. Техника, прожившая не один десяток лет, но продолжающая служить верой и правдой, заставляет относиться к себе с уважением – как к историческому раритету, а то и археологическому артефакту. Кстати сказать, первый самолет, на котором мы предприняли попытку взлететь, сломался, слава Богу, еще до подъема в воздух. Без проблем поменяли один борт на другой, разгрузив, перенеся и вновь загрузив багаж (его погрузку-разгрузку здесь доверяют осуществлять пассажирам самостоятельно). Ну, и, помолясь, полетели… После захватывающего перелета на девятиместном самолете, не обремененным звукоизоляцией, вопреки логике событий мы нормально приземлились. В аэропорту поселка Тигиль. Расположен он в северо-западной части полуострова, население составляет около полутра тысяч человек. Откровенно говоря, серость и скудность инфраструктуры вызывает чувство глубокой печали. Впрочем, это относится не только к селу Тигиль, но, к сожалению, ко всей Камчатке. От Тигиля до Паланы приблизительно 200 километров по недавно построенной, приличной (насколько это возможно) грунтовой дороге. В Паланах меня встретил Константин Каллин, организатор охоты, большой профессионал и во всех отношениях приятный человек! Его супруга благосклонно разместила московского гостя в комфортной квартире, где пришлось дожидаться прилета американского охотника – нам с ним предстояло попытать охотничьего счастья на благодатной камчатской земле. На следующий день после прибытия иностранного гостя, коим оказался шестидесятитрехлетний житель Вашингтона, загрузили вещи в гусеничный транспортер-тягач (ГТТ) и командой из девяти человек (егеря, повар Елена, Константин, я и Дэниэль) тронулись в путь. Для себя я открыл, что ГТТ представляет собой абсолютно неубиваемое чудо техники, способное преодолевать любые водные преграды, справляться с болотами и грязью, устойчиво держаться на любой поверхности. Глядя на то, как этот железный великан, продирается через очередные препятствия, с особым уважением относишься к тому факту, что конструктор этого чуда – женщина! Вот уж действительно – «есть женщины в русских селеньях»! На первую базу прибыли через четыре часа пути. Сказать о базе, что она хорошая, не поворачивается язык… Потому, что она просто шикарная! Комфортные домики для проживания с кроватями и постельным бельем, большая столовая с камином и отличная баня – все это обеспечивало уровень комфорта намного выше ожиданий. Разместились, пристреляли оружие (перелет каким-то чудом не отразился на показателях домашней пристрелки) и, плотно поужинав, отправились спать – надо было набираться сил перед переездом в базовый лагерь. Утром начался девятичасовой марш-бросок все на том же ГТТ большей частью по равнине и небольшим сопкам. Воистину неизгладимое впечатление производят нескончаемые красоты камчатских просторов, которые обозреваешь с крыши рычащего под тобой вездехода. Теплый солнечный день делал путешествие вдвойне приятным. По дороге наблюдали огромное количество медведей, гуляющих или кормящихся поодиночке, парами, а то и целыми семьями. Порой расстояние до них не превышало 30 метров! Так с остановками на обед и рыбалку, шутками-прибаутками пролетели примерно 9 часов, и наконец взору приезжих открылся полностью готовый нас принять базовый лагерь, раскинувшийся у подножья гор. Громогласно «выдохнув», наш броневик заглушил мотор и встал на запасный путь возле палаток. Я глянул на часы – 15.30. Организация лагеря достойна самой высокой похвалы: комфортный палаточный городок в живописном месте, в окружении гор. Помимо мобильной кухни с печкой, дарившей такое нужное в холодные дни тепло, организаторы предусмотрели мобильную баню и (о, чудо!) мобильный туалет. Мы с Дэниэлем, не скрывая довольных улыбок, приготовились к размещению, предвкушая удовольствие от ежедневного возвращения после выходов на охоту в этот палаточный рай. Но всегда есть это самое «но»... В лагере ждали гостей трое егерей, проводивших разведку в горах, пока погода это позволяла. С их слов, бараны были обнаружены дней десять назад в трех разных местах, но потом неделю погоды не было, и установилась она только-только перед нашим приездом. То есть данные разведки имели минимум недельный срок давности. Кроме того, предполагаемое место нахождения баранов находилось на расстоянии целого дня пешего перехода от лагеря. Необходимо было срочно что-то решать, поскольку прогноз обещал не более полутора дней хорошей погоды, затем ожидался циклон со шквальным ветром и дождем. Коротко посовещавшись, решили выходить, не теряя времени, и вставать на ночевку как можно ближе к предполагаемому месту охоты. Наша группу вышла в четверть пятого вечера вшестером – две лошади, навьюченные вещами, трое егерей и я. Часа через полтора бившего через край энтузиазма у меня значительно поубавилось. Температура выше 25 градусов, отсутствие ветра и обилие разномастных жужжащих и норовящих тебя укусить насекомых наряду с затрудняющей ход богатой растительностью быстро развеяли мысли о том, что переход окажется легкой прогулкой. Преодолев в конце концов действительно тяжелую дорогу, представлявшую собой череду подъемов и крутых спусков, пройдя в целом чуть более десяти километров (это, если мерить по прямой), к десяти вечера мы были на месте. Переоделись в сухое, разбили лагерь, перекусили и легли спать, предвкушая завтрашнее полноценное начало охоты. Что такое «не везет» Вышли на рассвете. Оглядываясь сегодня назад, я готов с полной ответственностью признать, что горы Камчатки в свое время явно недооценил. Мне казалось, что после Кавказа с его крутыми склонами и скалистыми хребтами, с высотами 3000 метров и выше меня не могут испугать горы высотой 1300-1500 метров, выглядевшие как большие сопки. Как же я ошибался! Дело в том, что половину подъема здесь приходилось преодолевать по зарослям кедрового стланика, кустарников и ягеля, а потом лезть на самый хребет для обеспечения наилучшего обзора. К тому же горы на Камчатке скалистые и достаточно крутые, с обилием «сыпухи» и, как следствие, весьма непростые для передвижения. Первый день охоты прошел в попытках обнаружить баранов «недельной давности». Не знаю, сколько суммарно мы преодолели километров, но по времени поход занял часов восемь. Не переставая, светило солнце, и температура вряд ли опускалась ниже плюс двадцати. Наверху же непрерывно дул сильный ветер. Он не создавал критичных помех, но и комфорта не добавлял. Кроме постоянного разглядывания в бинокль ближайших склонов, я много думал о том, что перед поездкой все-таки стоило «порежимить», ограничив себя в «земных излишествах», походить в спортивный зал, да и вообще настроиться не на легкую прогулку, а на тяжелую работу. Искренне советую иметь это ввиду собирающимся в горы Камчатки. В этот день увидеть баранов так и не удалось, но прогноз обещал комфортную погоду и на следующий день, так что отчаиваться было рано. Однако, как я уже писал выше, погода была не в курсе, что существует какой-то прогноз и что, руководствуясь им, она кому-то что-то должна. Утром начался дождь. Ветер спустился с гор и приобрел силу ураганного. В свою очередь вершины гор заволокло плотным туманом. Пробовать охотиться было бесполезно, выходить из палатки не имело никакого смысла, да и особого желания никто не испытывал. Погоды не было пять дней. Ну, то есть не было погоды для выхода на охоту, а так-то погода была, да еще какая! Дождь сменялся ветром, туман то опускался к подножью, то поднимался в полгоры, ночные заморозки сменялись дневным потеплением аж до +7 градусов жары. Первым в нашем коллективе иссяк запас анекдотов. А вообще за пять дней, проведенных в одной палаточке, мы узнали друг о друге почти все, по нескольку раз пересмотрели фотокарточки на всех телефонах, и в результате создалось уверенное ощущение, что у нас есть и всегда были общие знакомые, о судьбе которых мы искренне переживаем. Большее время дня мы пребывали в состоянии полуспячки, которой прекрасно способствовал барабанящий по палатке дождь и завывающий свою колыбельную ветер. Надо отдать должное егерям – ребята использовали любую возможность, любое, даже самое непродолжительное, ослабление дождя либо рассеивание тумана для того, чтобы попытаться осмотреть горы. Но все было безрезультатно. В конечном счете в лагере воцарилось молчаливое напряжение, каждый думал о своем. Я, грешным делом, прикидывал, когда в следующий раз удастся выкроить время для охоты на Камчатке, только логистика на которой занимает 8 дней… Количество провизии было взято ограниченное, поскольку отохотиться планировали быстро. Но не настолько, чтобы голодать – всегда было можно снять лагерь и вернуться на базу. Так что решили стоять до победного конца, надеясь на улучшение погоды и благорасположение Святого Трифона! Сюрпризы Камчатки На третий день решили готовить горячую пищу раз в день, стали примечать грибные места и с наслаждением собирали ягоды, которые, кстати сказать, росли тут в изобилии. Однажды, когда у дождя случился краткий перерыв, мы выбрались из палатки за ягодой и буквально в пятидесяти метрах увидели стоящего на задних лапах медведя! Косолапый с плохо срываемым гастрономическим интересом разглядывал наших лошадей, а нас не замечал. Недолго думая, мы обрушили в сторону непрошенного гостя изощренный запас великого и могучего русского языка, который был нам известен. Тонкая душевная организация зверя не выдержала подобного шквала ненормативной лексики, и он с грустью во взоре ретировался. Так неспешно и однообразно мы коротали время в ожидании чуда, которое сводилось для нас к улучшению погоды. Настал шестой день. Ближе к обеду, когда дождь прекратился и туман немного развеялся, егеря Эвкумье и Андрей выдвинулись в ближайший распадок. Мы с Сергеем остались заниматься «домашними делами» – развели костер и стали готовить обед. Где-то через час я разглядел бегущего в нашу сторону Андрея, которого издалека принял сначала за медведя. Мгновенно включив рацию, вызвали Эвкумье и услышали, что бараны обнаружены, но, поскольку погода явно возвращается к своему привычному состоянию мокрой тоски, времени на сборы – минута, а аллюром моего подхода к месту должен стать бег рысью! Полтора километра до начала подъема в гору мы и правда преодолели практически бегом. Выдавленные выпавшим ночью снегом и туманом с вершин, бараны лежали невысоко, в полгоры. На необходимые триста метров мы поднялись за сорок минут. Андрей с Сергеем остались ждать, а мы с Эвкумье практически ползком принялись сокращать расстояние, каждую секунду ожидая увидеть рогачей. И вот они! Два молодых самца (4-5 лет) стояли прямо напротив нас на соседнем склоне, на расстоянии двести пятьдесят метров и с интересом смотрели в нашу сторону. Напряженно всматриваясь, мы принялись искать третьего, крупного барана. Прошла минута, другая… Пусто! А вдруг ушел нижним распадком? Да мало ли что может быть еще «вдруг»! Но нет! Опытный егерь заметил барана, лежавшего ниже двух молодых и в 160 метрах от нас. Правда, видны были только голова и шея, а ближе подойти возможности не имелось. Привстав на оба колена, я вложился и выстрелил с рук. Промах! Баран бросился удирать вверх по склону вслед за двумя сородичами. Быстро выдвинув сошки, я рухнул на землю и поймал рогача в прицел в тот момент, когда он остановился на гребне и оглянулся на нас, чтобы понять причину нарушения покоя… 210 метров. Выстрел. Раненый зверь осел. Еще выстрел. Баран пал. Старенький Blaser R93 не подвел! Секунда абсолютной тишины, и потом горное эхо отзывается криками радости и шквалом эмоционального выплеска всего того, что копилось в нас этими долгими днями – всех опасений, переживаний и мыслей! Подошли ребята, мы обнялись, пожали друг другу руки, от души поздравили друг друга с победой! На обратном пути к палатке нас догнал дождь, который больше не прекращался до самого возвращения на базу. Но даже под дождем семичасовой переход до нее теперь уже не казался таким утомительным. Конечно же удачный исход охоты стал залогом прекрасного настроения. А на базе к нему добавились баня, вкусный ужин, с любовью и высоким мастерством приготовленный Еленой, долгие разговоры о том, что и как было пережито. А затем сон, глубокий и спокойный. Вернулась команда и с американцем. Ему удалось добыть одного из двух намеченных баранов. На обратном пути он также взял неплохого камчатского медведя. Возвращение домой прошло гладко. Погода в Палане позволила по расписанию вылететь в Петропавловск, словно отдавая нам должное за пережитое в горах. И через три дня я был уже дома, в Москве. От души благодарю Алексея Подтяжкина (Клуб «Айбекс»), Константина Каллина, егеря Эвкумье, Андрея, Сергея и повара Елену! Спасибо вам за прекрасно организованную охоту и незабываемо проведенное время. До новой встречи!
06.06.2019
Баран Марко Поло

Охота Сергея Ястржембского в Пакистане

Охота Сергея Ястржембского в Пакистане в ноябре 2018 года. Трофеи - уриал Бланфорда и синдхский козерог.
24.05.2019
КГО
Стать горным охотником

Стать горным охотником

Недавно один молодой человек написал мне в месенджер, что увлеченно читает мои отчеты, они ему очень нравятся, и попросил рассказать, как ему стать горным охотником. Мне, конечно, было очень приятно, и я начал что-то рассказывать, но вскоре понял, что мой читатель ни разу не охотник, то есть полностью... Это, не скрою, поставило меня в тупик. Перед глазами пролетела бездна слов, знаний, лет... В общем, надо тему раскрыть. Читателя моего в первую очередь возбудили отчеты о ходовой горной охоте, так называемый бэкпакингхантинг – суровой романтики в таких охотах хоть отбавляй. Это самые сложные и ответственные выезды, опыт которых охотник набирает всю жизнь. И если горных охотников от общего числа охотящихся с ружьем не более пяти процентов, то тех, кто охотится на ногах с рюкзаком – пять процентов от горников. Конечно, статистика не официальная, но постоянно общаясь в соцсетях и профильных форумах, могу сделать такое предположение. И все-таки нет ничего невозможного! «Ген охоты» активирует любовь к путешествиям, приключениям и другим авантюрным наклонностям. Многие граждане живут с этим всю жизнь и не догадываются, что же им осенью дома не сидится, а это просто инстинкт. Латентного охотника можно определить по страсти к собирательству грибов и ягод, ловле рыбы и другим поведенческим симптомам, характеризующим мужчину как добытчика!  Страсть эта у каждого проявляется с разной силой, и многое зависит от окружения и наследственности. У меня вот отец, будучи ученым зоологом, абсолютно равнодушен к охоте и вообще пожизненный пацифист. Зато дед, сибиряк-медвежатник, подарил мне возможность слушать охотничьи рассказы и соприкасаться с его трофеями. А уже в 12 лет я получил в руки ружье 32-го калибра от папиного коллеги и впоследствии моего учителя.  Другой пример – бывший советник Президента России, господин Ястржембский. Впервые на охоту попал в возрасте сорока с небольшим лет, заболел-увлекся и теперь один из известных трофейных охотников. Это я к тому, что если вас торкнуло в зрелом возрасте, не пугайтесь, природа берет свое! Восхождение на олимп охоты, а горная охота – это безусловно верхняя ступень, потребует от вас значительных вложений средств и сил, поэтому для начала убедитесь, что это ваше. Одно дело читать, лежа на мягком диване, красивые отчеты, полные экстремальной романтики, другое дело – промерзнуть, промокнуть, убиться в хлам. Попробуйте найти единомышленников или подружиться с каким-нибудь охотничьим коллективом, чтобы на правах шерпа или повара выехать в такой тур. Если сложности вам понравятся, и проснется в сердце хищник, значит, вы на верном пути.  Следующий шаг – вам предстоит стать охотником! Для этого необходимо изучить охотминимум, правила охоты, сдать экзамены, прочитать статьи об этике и культуре охоты, охотничьей фотографии. Второй этап Второй этап – это приобретение гладкоствольного оружия, с которым в горах можно охотиться на птиц, разве что. Только после трех лет владения им вы сможете получить разрешение на приобретение нарезного оружия, необходимого для охоты на трофейных зверей. Выбор модели, марки и типа оружия – дело субъективное, но, если конечная цель стать горным охотником, выбирайте двустволку. Ружье должно быть легкое, не более 3 кг, 12-го калибра со сменными чоками. Марка не так важна, главное, чтобы ружье было прикладистое. Такое оружие подходит для всех горных охот на птицу и, что важно, сразу дисциплинирует охотника, приучает стрелять «редко, но метко». Гладкоствольный полуавтомат, по моему глубокому убеждению, использовать нужно только на охоте на гуся, который в горах встречается далеко не везде. Выбор одежды, обуви и прочего снаряжения – это тоже целое дело. Поэтому, не торопясь, нужно ознакомиться с публикациями в специализированных изданиях, на специализированных форумах. В частности, на нашем сайте это можно почитать в разделе «Рекомендации по подбору снаряжения для горной охоты, что, зачем и почему». Но коротко все же пробегусь. Одежда-минимум включает: термобелье, основной костюм, теплый костюм с верхней мембраной, кепки, шапки, перчатки охотника, рукавицы, желательно все покровительственной окраски. На самом деле этого набора для серьезных ходовых охот не хватит, но до них вам еще три года, пока не появится карабин. Обувь – горные ботинки, и можно еще взять резино-пластиковые сапоги (на первый снег и дождливую погоду). В последующем нужно будет иметь три пары ботинок для разных ситуаций и времени года. Сразу запаситесь хорошими спортивными носками и защитными гетрами на ботинки.  Рюкзак для этого этапа достаточно иметь от 30 до 40 литров. От хорошего производителя, с ортопедической спинкой и поясничной разгрузкой. В этот период маловероятно, что вам придется уходить в автономку на несколько дней.  Выбор палатки, по той же причине, тоже не самый важный предмет снаряжения. Будет достаточно любой двухместки, предназначенной для кемпинга или трекинга. Весом около 3 кг. А вот выбор спального мешка – дело ответственное. Он может быть тяжелым, но обязательно теплым, с температурой комфорта -10°С. Каремат или спальный коврик тоже практически любой с адекватными весовыми параметрами и объемом.  Кухонное снаряжение: небольшой набор полевой посуды и газовая горелка. Этого будет вполне достаточно. Прочее снаряжение по списку: нож – всецело на выбор охотника. Мой фаворит – шведский нож «Мора».  Фонарик налобный – советую брать проверенный американский Princeton tec. Бинокль дешевле 200 долларов не покупайте: цена оптики напрямую зависит от качества линз, в плохой вы ничего не увидите.  Как правило, до места охоты добираться будете на машине или лошади.  С лошадью проще – ее арендуют на месте, а вот с автомобилем – вопрос. Мест, куда можно было бы доехать на обычной машине и прилично поохотиться, практически нет. Поэтому готовьтесь на серьезные затраты. Праворуких «проходимцев» больше нет, и выбор внедорожников очень сузился. Самым бюджетным стал новый УАЗ «Патриот». Машина не идеальная, но при минимальных вложениях вполне достойная. В хорошем состоянии с легким тюнингом обойдется в $ 12 000-14 000. Затем, у меня в рейтинге, семейство разнокалиберных джипов от Toyota и Nissan. Верхнюю строчку занимает подготовленный Ландкрузер 200 GX. Такая машина обойдется тысяч в $ 40 000-45 000, если взять с небольшим пробегом.  Конечно, авто вы будете использовать и для других целей, поэтому считать это чистым вложением в увлечение охотой нельзя, но знать бюджет нужно!  Все вышеперечисленное дает вам потенциальную возможность начать охотиться в горах и не только. В первую очередь на птицу: фазан, кеклик, улар, во-вторых, на копытных, загонные охоты на которых практикуют в некоторых хозяйствах, или на волка. В принципе, можно пробовать охотиться на копытных с подхода, но мест таких, где можно подойти на дистанцию 50-100 м, у нас в Казахстане, например, совсем не много.  В процессе этих горных охот вы поймете свои физические кондиции. В горах самым важным является ваша выносливость. Можно провести несколько несложных тестов, например, для нормально подготовленного к горам охотника подъем налегке от гостиницы Шымбулак до перевала Талгар (800 вертикальных метров) займет около полутора часов, если у вас вышло больше двух часов, то немедленно начинайте заниматься в спортзале. Налегайте на кардиопрограммы на дорожке, велотренажере, эллипсе и степпере, то есть на тех тренажерах, нагрузка на которых идет на ноги. Подробнее о физической подготовке читайте в теме «Физиология спорта, или как городскому жителю подготовиться физически для охоты и путешествий в горах».  Через три года, собрав необходимые документы и медицинские справки, можно отправлять документы через Госуслуги на получение разрешения на приобретение нарезного карабина. Третий этап Для горной охоты это будет болтовик в хорошем горном калибре: 7 Rem Mag, .300 Win Mag. При выборе карабина знайте, 90 % производимых известными марками винтовок имеют достаточную кучность для горной охоты в районе 1МОА (около 3 см на 100 метров), так что руководствуйтесь бюджетом и личными предпочтениями. Мои таковы: на первом месте вес, все мои карабины без обвеса несколько менее 3 кг. Второе – модульность и возможность смены ствола и калибра (для Казахстана с ограничением в два нарезных ствола это хорошая опция – дополнительные стволы за отдельную единицу оружия не считаются).  Все остальное не так принципиально. Дульный тормоз, крепление под оптику, тип затвора, наличие отъемного магазина и механических прицельных приспособлений, количество патронов в магазине, наличие антабок, тип затвора, материал ложи и ствола влияют в основном на цену и немного упрощают жизнь охотнику. Параллельно с покупкой ружья присматривайте оптический прицел. Он должен быть с переменной кратностью в нижнем увеличении не больше шести, в верхнем – не меньше девяти. По мне, оптимально 4-16. Внешняя линза от 40 до 50 мм, обязательна тактическая турель вертикальных поправок. Все это необходимо для быстрого внесения поправок потому, что охота в горах допускает выстрел на 500 и более метров.  Выбор фирмы-производителя целесообразно делать из списка популярных и зарекомендовавших себя производителей из США, Европы и Японии. Китайцы пока качеством не блещут и для ответственных охот не подходят. Вместе с этим придется приобретать бинокль с дальномером или хотя бы просто дальномер. Эти приборы, как и прицелы, лучше покупать фирменные. Хотя для дальномера это не так критично – от воздействия силы отдачи при выстреле они защищены, а дистанцию в целом измеряют, пусть и не так хорошо, как продукты флагманских компаний. Вслед за подбором патрона и типа пули для этого оружия предстоит несколько сотен выстрелов по бумаге – необходимо «обкатать» ствол, прострелять все дистанции до 700 метров, научиться пользоваться баллистическим калькулятором и понять основы баллистики. Главное же, что при этом вы приобретете навыки стрельбы с использованием оптического прицела. Это совсем не просто, требуется тренировка не только в прицеливании, но и в поиске намеченной цели в оптику. Хорошо помогают тренировки в «слепом прицеливании». Это когда из положения лежа вы выбираете глазами какую-нибудь цель (куст или камень) и, закрыв глаза, наводите туда винтовку, затем с открытыми глазами корректируете положение винтовки. В конце концов, механика движения рук будет четко соответствовать выбранному направлению.  Теперь самое время стать членом Общества Охотников и Рыболовов. Это позволит вам ощутить себя частью большого охотничьего коллектива, но главное, вы получите возможность охотиться на льготных условиях в угодьях обществ, которые составляют большую часть охотничьих угодий в странах СНГ. Как патриот ООиР «Табигат», в котором более 12 хозяйств, жителям Республики Казахстан я рекомендую вступать именно в него. Количество лицензий, выдаваемых у нас в стране на копытных, так мало, что, по расчетам, на одного охотника выпадает возможность охотиться на козерога не чаще одного раза в тридцать лет. В КООР «Табигат» высоки шансы выкупить лицензию в первый год. Ну, и перед сезоном Перед сезоном снова повторите охотминимум. Это необходимо, чтобы вспомнить правила охоты, особенности биологии животных, этики и культуры охотника и основы охотничьей фотографии. За пару месяцев перед сезоном критично оцените свой охотничий гардероб. Чем больше охочусь в горах, тем больше понимаю, что универсального комплекта нет. Сезон охоты в горах начинается летом, а заканчивается зимой. Поэтому приходится все элементы снаряжения дублировать, как минимум, посезонно. Поэтому опять вкратце об основном:  * белье нательное синтетическое (речь идет о трусах до колена и майках типа футболка; хлопчатобумажное не подходит, поскольку быстро намокает и медленно сохнет)  * термобелье – две пары (одно – тонкая синтетика для лета камуфляжной или покровительственной расцветки, второе теплое – из шерсти мериноса или качественной синтетики и тоже покровительственных тонов) * брюки – однослойный софтшел или просто стретч-синтетика (для лета) * брюки – двойной, утепленный флисом софтшел (для осени-зимы) * штаны, утепленные синтетикой или пухом, желательно самосбросы (потребуются на засидках в лагере или при сильных морозах) * штаны-дождевик с мембранной тканью, обязательно самосбросы (работают постоянно, брать в первую очередь, желательно на размер больше основного костюма) * куртка – однослойный софтшел или просто стретч-синтетика (для лета) * куртка с двойным, утепленным флисом софтшелом (для осени-зимы) * куртка, утепленная синтетикой или пухом, желательно с мембраной (потребуются на засидках в лагере или при сильных морозах) * куртка-дождевик из мембраны (работает постоянно, брать в первую очередь, желательно на размер больше основного костюма, чтобы можно было поддеть утепление) * носки – 4 пары (две с шерстью, две с кулмаксом для лета) * ботинки без утепления с высоким 8’ берцем, горным протектором и мембраной (это для теплого времени) * ботинки с берцем 14’ с утеплением не менее 1000 грамм (на позднюю осень и зиму) * перчатки из софтшел (демисезонные и теплые на мороз) * кепка типа бейсболка (для лета) * кепка с отложными ушами (зимняя) * флисовая шапочка тонкая  * флисовая шапочка толстая * маскировочный халат белого цвета Согласен, список немаленький, но не забывайте: что-то у вас уже скопилось за три подготовительных года. Спецификацию снаряжения для ходовой охоты, с которой у нас все началось, тоже надо пересмотреть. Большая тройка должна быть легкой и высокотехнологичной.  * рюкзак штурмовой для одно-двухдневной охоты (30-40 литров, с поясничной разгрузкой и креплением для винтовки) * рюкзак экспедиционный (желательно с трансформируемым объемом от 70 до 120 литров) * палатка штурмовая двухместная весом не более 2 кг (лучше две – однослойная для теплого времени и двухслойная на осень; очень рекомендую Naturehike – лучшее соотношение веса, цены и качества!) * спальный мешок (обычный уже у вас есть, добавьте к нему пуховый на температуру комфорта -10°С)  * каремат (есть смысл приобрести надувной облегченный коврик, утепленный каким-нибудь наполнителем, в холодный сезон он сделает ваши ночевки комфортнее) * аксессуары: трекинговые палки, солнцезащитные очки, мультитул, фляга или гидратор, нож, аптечка... Здесь нужно сказать, что более подробно обо всем снаряжении горника регулярно публикуются материалы в «Магии настоящего САФАРИ» и на нашем сайте ProHunt.rz. Разумеется, это далеко не все, чем еще придется разжиться, но все остальное – это мелочи, без которых можно обойтись... Ну вот, вы готовы к горной охоте! Первые несколько лет старайтесь охотиться с опытными проводниками, наблюдайте за ними, постоянно биноклюйте, ищите дичь в оптику, даже если вам кажется, что это бесполезно, и вы ничего не видите.  Поверьте, все через это проходили, рано или поздно глаз научится находить зверя. Без навыка самостоятельного поиска и обнаружения дичи вы охотник только наполовину. Помните об основных правилах: подход лучше делать сверху и с подветренной стороны. Дикие звери в десятки раз лучше слышат, видят и обладают уникальным обонянием, поэтому нужно как можно меньше шуметь, мелькать, блестеть и создавать непривычные ароматы.  Это конечно не все, что потребуется, чтобы стать горным охотником. Это увлечение потребует от вас развития таких навыков, как точная стрельба, чтение следов животных, искусство использования манков, лошадиная выносливость и многое другое. Главное –верить в себя и в свои силы, прислушиваться к советам опытных охотников и наставников, и у вас все получится! Ни пуха, ни пера!
06.05.2019
Новая книга "Записки аутфиттера"

Новая книга "Записки аутфиттера"

«Мне, как профессиональному зверобою и аутфиттеру в далёком прошлом, этот материал очень близок и интересен. Читая, я как будто иду рядом с участниками описываемых событий». 16 января 2010 годаВалерий Янковский Таково было мнение знаменитого в нашей стране охотника и писателя о той книге, материалы, которой он помогал редактировать автору. В этой книге автор в форме путевых заметок повествует о тех испытаниях и приключениях, через которые ему пришлось пройти вместе с его клиентами – охотниками из России и других стран. Не оставлено без внимания описание красоты природы на огромных просторах нашей Родины и горных массивов Киргизии и Таджикистана. Книга даёт представление о профессии аутфиттера (outfitter), о которой подавляющая часть населения нашей страны даже не слышала, и приоткрывает внутренний мир тех людей, которые выбрали этот тяжёлый, рискованный, а порой даже опасный труд. Книга будет интересна не только охотникам, но и путешественникам и любителям природы. Ниже приводится одна из первых статей книги, которую можно приобрести через сеть продаж в Интернете. ПРОФЕССИЯ - АУТФИТТЕР Тысячу раз, проклиная всё на свете во время очередного перехода в горах Саян с руками и ногами, разодранными в кровь акацией или находясь неделю в седле лошади на горных перевалах; проводя ночи в палатке на снегу в мокрой одежде, задыхаясь от гипоксии на Памире, - я в сердцах бросал сам себе: «Всё, это твой последний тур. Сиди дома и не ной!». А тут ещё эти… охотники- иностранцы болтаются сзади балластом. Потом я в очередной раз корил себя за такую кратковременную слабость и снова шёл через снега, скальник, горные хребты! Давно назрела необходимость рассказать о нашей профессии. Хотя она нигде не выделена особо, и у нас нет профессионального праздника, но мы есть, мы работаем и получаем огромное удовольствие от нашей работы, что само по себе, наверное, большая редкость в настоящее время. Термина аутфиттер нет даже в современных толковых словарях в том понимании, в котором это слово уже закрепилось за теми людьми, которые организовывают и проводят связанные с нахождением вне (OUT-…) помещений, зданий. В основном это определение применяется по отношению к организаторам охоты, хотя изначально слово OUTFITTER пришло к нам из английского языка и относилось к поставщику снаряжения, обмундирования. Но в среде охотников этот термин приобрёл гораздо более серьёзное и весьма определённое значение, нежели просто обеспечивать людей снаряжением. Есть профессия охотоведа, зоолога, юриста, орнитолога, охотника-промысловика, таксидермиста, переводчика, психолога. Так вот наша профессиональная деятельность включает всё это вместе взятое и ещё массу других мелочей, которые мы обязаны знать, чтобы делать свою работу качественно. Я думаю, что даже не особо сведущий читатель уже понял, что речь идёт о тех людях, которые профессионально занимаются организацией досуга людей на открытом воздухе (или попросту на природе). Нас ещё называют аутфиттерами особенно в том случае, когда основным направлением деятельности является охотничий туризм. Простой российский обыватель (особенно начала 90-х годов) имеет своеобразное представление о нашей деятельности. Многие думают, что мы сидим в кабинетах, съездим куда-нибудь, разнообразия ради, на Камчатку или в Таджикистан, и потом, только пересчитываем «хрустящие» купюры. Не имеет смысла доказывать, что-то таким людям. Но последнее время даже среди моих друзей и знакомых стали появляться те, которые начали понимать всю сложность этой работы. Показательны были слова одного моего знакомого, который был свидетелем того, как я оформлял ввоз оружия охотников из Германии в Россию на таможенном посту в аэропорту Домодедово. «С ума можно сойти от такой работы!». На что я ему ответил: «Ты видел только одну сотую часть того айсберга, который нам приходится двигать в этой работе!» Поэтому хочется дать, наконец-то, хоть какую-то информацию о том, кто мы такие - аутфиттеры. Начнём с той стороны, которая на виду у всех. Итак, парадный костюм с охотничьим фасоном, стенд на выставке в Москве или Дортмунде. За внешней праздничностью и помпезностью таких мероприятий скрывается сложная работа по выработке ценовой политики по каждому региону охоты, по каждому трофейному животному, по разработке транспортных маршрутов и т.д. Если учесть, что в основном наши фирмы предлагают от 10 охотничьих программ и более, то можно представить ту организационную работу, которую вынуждена проводить аутфиттерская фирма до начала сезона продаж своих туров и поиска клиентов. Чтобы успешно работать на рынке, необходимо самым пристальным образом следить за ценовой политикой своих партнёров и конкурентов, чтобы не получилось так, когда из-за высоких цен к тебе просто не поедут. Или же (как делают некоторые наши охотхозяйства) не опустить цену за охотничий тур до такого предела, за которым уже становится «обидно за державу» и свой труд. В сфере ценообразования у каждого свои хитрости. Кто работает на более низких ценах и больших объёмах продаж, кто на более высоком уровне обслуживания и соответствующих ценах. При участии в зарубежных выставках требуются большие денежные средства на то, чтобы оплатить свой стенд, напечатать проспекты оплатить транспортные расходы и т.д. Кстати, многие охотпользователи, к которым мы направляем клиентов, абсолютно не знают, во сколько нам обходятся такие мероприятия и что мы неизбежно должны покрывать эти расходы. Иначе теряется смысл работы. Сама работа на выставке при её кажущейся простоте имеет некоторый изнурительный оттенок. Представьте, что от трёх до шести дней к ряду ты общаешься иногда только на иностранном языке (иногда на двух иностранных языках) с людьми, имеющимих желание поехать охотиться. Скажем, охотник хочет поехать на козерога в Киргизию. Но до этого он в горах не был, на лошади не ездил и выше, чем на стрелковую вышку, у себя в Германии не поднимался. При этом он утверждает, что он в прекрасной физической форме и может подняться, ну, если не на Эверест, то на Мон Блан точно. Ему надо объяснить, на какой высоте и в каких условиях проходит охота, какую одежду необходимо брать с собой. К сожалению, бывает, что и после таких рассказов человек на высоте около 3000-4000м не может двигаться! Слишком отстаёт физическая подготовка у «расслабившихся» от благ цивилизации европейцев. Редко кто может хорошо ходить по тайге в Сибири или по тундре в Якутии. Я уже не говорю про горные охоты на козерогов и баранов. А те же знаменитые своими охотничьими традициями немцы и австрийцы приезжают на глухариную охоту в одежде, которая своим шумом выдаёт его ещё на подходе к глухариному току. Вот такая индивидуальная работа и проходит у нас с 9 утра и до 6 вечера каждый день. К вечеру значительно садится голос, от пыли появляется резь в глазах. От большой массы народа, постоянно двигающейся перед стендом, голова идёт кругом, что представляет проблему с концентрацией внимания. Приходишь вечером в номер гостиницы после такого дня и, поужинав, просто валишься с ног. Но благодаря такой работе совместно с западными партнёрами нас лучше знают клиенты. Когда они увидели и поговорили с представителем российской стороны, который будет организовывать охоту и сопровождать их на всём протяжении маршрута, у них это вызывает больше доверия и к нам, и к своей западной фирме. Некоторые охотники иногда едут к нам только в том случае, если ты лично будешь их сопровождать. А обусловлено это тем, что для оформления приезда охотника в Россию для охоты необходимо оформить целый пакет документов. Наша законодательная база во многих вопросах зачастую просто противоречит здравому смыслу и логике. Оформление документов на ввоз охотничьего оружия и прохождение таможенных формальностей в аэропортах, оформление ветеринарных и других разрешений на вывоз трофеев и многие другие детали поездок просто ввергают иногда наших охотников в легкую прострацию. И когда они видят, как мы проходим через это «игольное ушко», то многие сразу и навсегда проникаются к нам огромным уважением и порой держатся за нас, словно дети за маму. Если ты ещё и присутствуешь непосредственно на охоте в лагере и помогаешь им проходить трудный охотничий маршрут, то твой авторитет становится просто неоспоримым! Ввиду того, что наш основной рынок на протяжении последних 20 лет составляли в основном зарубежные охотники, то многие из моих коллег всеми путями пытались овладеть иностранными языками, хотя бы одним. Некоторые могут общаться на двух или даже трёх языках. Я, например, свободно говорю на английском и немецком языках. Могу объясниться на итальянском. Кстати, знание иностранных языков очень помогает избегать многих нелепых ситуаций в оперативной работе на маршруте. Итак, сезон выставок завершён. Что дальше? А дальше идёт кропотливая работа по подготовке самих охотничьих туров. Это объёмная переписка по согласованию районов охоты, трансферов, формулы перелётов. Когда это согласовано, то мы начинаем оформлять документы для приезда охотников. Это отдельная история, и мы её не будем подробно затрагивать в этот раз. В феврале-марте уже определяются группы для весенней охоты на глухарей, тетеревов и весенних медведей. Придётся всё же отдельно остановиться на тех «подводных камнях», которые нам периодически подставляет чиновничий аппарат нашего российского Правительства. Надумав очередную перестройку в конце 2004 начале 2005 годов в организационной структуре ведения охотничьего хозяйства на территории России, наши всё знающие лучше всех аппаратчики в очередной раз «выкинули вместе с водой из таза и самого ребёночка»! Им вдруг показалось, что не так и не теми проводится экологическая экспертиза, утверждающая квоты изъятия объектов животного мира. В нормативных документах забыли установить государственный орган, контролирующий проведение ЗМУ (зимний маршрутный учёт). И на основании этого не нашли ничего лучшего, чтобы просто НЕ ОТКРЫТЬ весенний охотничий сезон на медведей на Дальнем Востоке страны. И самое главное, как всегда в нашей стране, виновного за весь этот бардак, так и не найдут. А результат этого головотяпства таков: 1. Люди на Камчатке, Сахалине, Магадане и других районах России остались без работы и средств к существованию на ближайшие полгода. Охотхозяйства этих регионов ориентированы на сезонную работу по организации охот и денег им больше заработать в это время негде! 2. В очередной раз был подорван авторитет России как государства, не способного нести ответственности за свои действия перед своими гражданами и перед зарубежными фирмами. 3. Нанесён сильный удар по репутации наших аутфиттерских фирм. По большому счёту, мы оказались крайними перед нашими партнёрами на Западе и перед их клиентами. А есть ли в этом хоть толика нашей вины? Нет абсолютно. Но отвечаем за всё всё равно мы, потратив приличные средства на проведение рекламной кампании и вложив деньги в организацию весенних охот. Удивительно ещё и то, что в результате сложившейся ситуации первыми забили тревогу по поводу нарушения элементарных прав охотпользователей не сами охотпользователи, а именно мы – аутфиттеры. И самое интересное особой поддержки от самих охотхозяйств в тот момент мы не получили. Слишком сильны видно у нашего народа стереотипы такого рода, что «Всё это бесполезно!» «Всё равно ничего не получится!». Или же превалирует некая заскорузлая болезнь чинопочитательства, проявляющаяся в том, чтобы ненароком не разгневать чиновников, стоящих у власти. Смеем уверить, что получится, если ты будешь добиваться от аппаратчиков, чтобы они сначала думали, а потом делали. Подобная ситуация - лишь один пример сложностей нашей работы. Отдельно стоит вопрос о ввозе оружия иностранными гражданами для охоты на территории России. Долгое время на нас как на юридические лица пытались переложить ответственность за частную собственность физического лица. Такой парадокс у нас существует из-за недоработки нормативно-правовой базы в Законе об оружии, приказах и инструкциях МВД России. Хотя в той же Киргизии уже давно разрешение на ввоз оружия оформлялось на конкретного охотника, которому и принадлежало оружие. Затем, когда мы всё же добились спустя 20 (!!!) лет изменения этого абсурдного положения, нам ввели новое ограничение. Об этом можно долго говорить, но на этих страницах не хочется уделять таким вопросам слишком много внимания. Вдобавок к этой законодательной казуистике, частенько бывает и так, что какой-нибудь милиционер, плохо знающий свои же нормативные документы вознамериться вдруг, проверять у нас визы, документы на ввоз оружия или ещё интереснее, ветеринарные документы на трофеи.           Статистика нашей работы такова, что за 15 лет активной деятельности в сфере охотничьего туризма не было ни одного случая применения ввезённого охотничьего оружия в противоправных целях. В то же время сколько у нас совершено за это время вооружённых нападений с применением российского штатного военного оружия?! Только от конфликтов на бытовой почве от топоров, молотков, сковородок и другой бытовой утвари в России гибнет ежегодно около 24 000 граждан. В автомобильных авариях ежегодно погибает от 25 000 до 30 000 граждан. А сколько ещё травмированных. При этом никто не вводит ограничения на пользование топорами или личным автотранспортом. Многие граждане нашей страны и функционеры вообще не представляют, какую социально значимую нагрузку порой выполняет аутфиттер по защите авторитета нашей страны. Зачастую мы оказываемся на рубеже невидимого фронта в битве за престиж страны. Не редки случаи, когда иностранцы приезжают к нам с определённым негативным настроем, искусно подогреваемым на Западе. И всё им у нас не так, и ни эдак. И Президент диктатор, угрожающий всему «цивилизованному» миру. И люди у нас малограмотные, неспособные сами управлять своей страной. Информационное и моральное невежество некоторых представителей западной «цивилизации» иногда приходится развеивать прямо по ходу охотничьего тура. Так, например, будучи в Северной Осетии пришлось заехать в школу Беслана, которую захватили обкуренные террористы, показать и рассказать венгерским охотникам, что и как здесь произошло. Кто и каким образом спонсировал тех, кто покусился на самое святое в жизни - ДЕТЕЙ. Они у себя об этом практически ничего не знали. Даже те иностранные охотники, которые живут в России на протяжении многих лет, почему-то отказываются попытаться понять нашу страну и наш народ, постоянно желая обвинить нас во всех земных грехах перед всё тем же «цивилизованным» миром. Удивительно то, что, несмотря на все свои предубеждения, все они стремятся вновь и вновь попасть к нам на охоту. Этому в немалой степени способствует именно наше отношение к своей работе, как аутфиттеров. Иногда удаётся в корне переменить отношение иностранного охотника к нашей стране и людям, если, конечно, этот охотник искренне хочет разобраться в сути происходящего. Так что мы действуем зачастую как профессиональные дипломаты, неся дух миролюбия и просвещения свойственные нашему народу. Когда наши клиенты приезжают, мы их встречаем в аэропорту и едем в угодья для проведения охот. Закон долгое время обязывал нас сопровождать ввезённое иностранными охотниками оружие. Так что если кто-то подумал, что, встретив клиентов их можно отправить в Горный Алтай, Курган или на Камчатку и потом спокойно поспать, то он глубоко ошибается. Итак, день прилёта – он же день вылета в охотугодья. Обычно это бывает во второй половине дня. Вылет – ближе к ночи. Полёт от двух до 9 часов над просторами нашей необъятной Родины или же за её пределы в Киргизию или Таджикистан. Прилетаем, допустим, в Барнаул. Получение оружия, машина или автобус и от 7 до 12 часов переезда до охотничьего лагеря. Там небольшой отдых, лошади или лодки и переход в угодья в течение следующего дня. При охоте на лося в Якутии полётная формула выглядит примерно так. Москва-Якутск - 6 часов перелёта. В Якутске тут же пересадка в АН-24 и ещё три часа перелёта. После этого прямо из аэропорта перегрузка в вертолёт и ещё 1,5 часа перелёта на винтокрылой машине. Итого – 10,5 часов перелёта на трёх транспортных средствах, и мы оказываемся за полярным кругом в якутской тундре в 8 часовой разнице поясного времени. Организм порой просто не понимает, что ему надо делать, отдыхать или бодрствовать. Но всё это просто статистика. Что за этим бывает – это отдельный разговор. Тур распланирован с предельной точностью, и даже малейшее отклонение или задержка могут сорвать успешное проведение охоты. Стоит особо отметить организацию и проведение горных охот. Один путь в лагерь на высоту от 3 000м до 4 500м занимает от 7-8 часов до 1,5 суток. При этом хватает и приключений. Однажды в 1999 году мне пришлось сопровождать одного американского охотника на Памир для охоты на барана Марко Поло. Из Душанбе до лагеря мы ехали на «УАЗ 452» двое суток. Причиной тому была новая дорога вдоль афганской границы по реке Пянж. Нас постоянно проверяли какие-то военные детского возраста и роста чуть выше, чем знаменитый АКМ, который, свисая с их хрупких плеч, волочился по земле. При этом вся проверка на постах сводилась к тому, что, повертев в очередной раз наши паспорта (42 раза на протяжении всего маршрута), они просили сигарет, или какую-то резко пахнущую гадость. По-моему это называется «насвай». Её на востоке используют вместо курения табака, а местные кладут под язык. После того, как наши сопровождающие удовлетворяли их просьбы, мы могли продолжать путь. До этого люди с погонами предупредили нас, чтобы мы не выходили из машин на открытых местах и не фотографировали, т.к. с афганской стороны могут стрелять, приняв объектив фотоаппарата за прицел снайперской винтовки. Времена тогда были, мягко говоря, неспокойные. Когда мы застряли в горах, не имея возможности разъехаться со встречными машинами, и нам пришлось сдавать УАЗ назад, я остановил водителя, чтобы не свалиться в пропасть. Через несколько секунд, в полуметре от задней части нашей машины пролетел сверху валун размером с половину машины. До сих пор благодарен небесам, что не дали нам проехать лишние полметра. В итоге на вторые сутки в кромешной тьме в горах Памира мы остановились в горной долине на высоте около 4 000м, потому что местный проводник не мог сориентироваться и вывести нас в лагерь. За бортом – 20 С. Головокружение и тошнота в первые дни пребывания на высоте – это нормальное явление, но после двух дней такого путешествия – это воспринимается иначе. Далее должна последовать охота на самый, пожалуй, престижный трофей – барана Марко Поло. Но поверьте, что после двух дней такой дороги и, оказавшись на такой высоте, порой не хочется ничего. 100 метров от столовой до своего домика ты идёшь с двумя остановками. Приходится постоянно бегать в туалет, потому что из тебя вытекает влага как из треснувшего сосуда. При этом ты должен постоянно восполнять эту потерю и очень много пить жидкости для восстановления водного баланса в условиях гипоксии. Нельзя резко двигаться до момента пока не закончится адаптация. Любые резкие движения ведут к резкому изменению деятельности сердца и органов дыхания. Ты чувствуешь, что тебя будто зажимают тисками изнутри. При халатном отношении к своему здоровью в данных условиях вам обеспечена горная болезнь. Последствия таковы: резкая сердечная недостаточность; отёк легких (на этой стадии есть шанс выжить); отёк мозга, когда вам уже ничто не поможет. Читатель может спросить, откуда я всё это знаю? Настоящий аутфиттер должен быть хорошо информирован о том, что может ждать его и охотника в различных климатических условиях. Я много изучал и этот вопрос и прошёл определённые стадии этой болезни сам! Но, порой пройдя всё это, у нас с охотниками бывает мало возможностей провести полноценную охоту из-за плохих погодных условий, что в горах – не редкость. Иногда проделав весь этот путь, приходится возвращаться обратно пустыми. К счастью, это бывает крайне редко. Ещё одно испытание, которое приходится преодолевать – это езда на лошадях в условиях горной местности. Такие охоты мы проводим в Горном Алтае, Киргизии, Таджикистане. Без лошадей нам нечего было бы делать в горах при слабой физической подготовки охотников. Лошади в горах особые. Они – очень выносливы и хорошо ходят по горам. Это наши настоящие помощники. Но когда сидишь в седле по 5-7 дней к ряду с 5 утра и до 5-6 вечера – впечатлений хватает надолго. Однажды в Киргизии мы забрались на лошадях по скользкому скальнику на высоту более 4 800 метров в поисках баранов. Это высота самой высокой горы Альп – Мон Блана! В Таджикистане пришлось забраться ещё выше в «погоне» за зверем, хотя это слово мало подходит к медленному подъёму, на высоту более 5 000 метров. С лошадьми бывают другие проблемы. Самое плохое для лошади попасть копытом в нору сурка. Тогда лошадь может повредить ногу и тебе придётся идти пешком обратно в лагерь. Но самое опасное не это, а то когда после такого провала лошадь спотыкается, и ты летишь через её голову вперёд. При этом твоя нога может застрять в стремени, и тебе гарантированы очень серьёзные проблемы. Одна моя коллега в Казахстане попала под лошадь, которая протащила её около 500 метров по камням. После этого она довольно долго лежала в больнице. Мне в такой же ситуации «повезло» чуть больше. Мне лошадь всего лишь здорово отдавила ноги, не повредив внутренние органы. Но я до сих пор помню, как её копыта свистели у меня около головы, которую я закрыл руками. Меня спас мой рюкзак с фото- и видеоаппаратурой и наш проводник Бешен, который вовремя оказался рядом и с большим трудом удержал лошадь. Второй проводник, зная всю серьёзность ситуации, был готов уже выстрелить в лошадь из карабина. Вкратце скажу, какие ещё трудности приходилось преодолевать за время моей работы. Прохождение 10-15 километров в день в полсклона гор с двумя рюкзаками и карабином при температуре +25-30 С при отсутствии достаточного количества воды. Конные переходы в горах по 20-40 км за сутки от 4 до 7 дней. Переход на лошадях через снежный перевал при глубине снежного покрова 1,5 метра. И после этого ночёвки в лёгкой палатке на снегу при температуре – 15 С при полном отсутствии одежды, соответствующей зимним условиям. Даже ожидание медведя в течение 6-8 часов на очень лёгкой засидке в Сибири весной не покажется простым развлечением. А те же 6-8 часов у нас зимой на стрелковой вышке при температуре – 20-25 С будут казаться большим испытанием силы воли и всего организма. Спросите, зачем тебе-то сидеть? Ну не может знать клиент, какой кабан является большим и трофейным для нашей местности, чтобы его можно было стрелять. А местные охотники порой смотрят на тебя как на чудака, когда ты им говоришь о необходимости находиться вместе с иностранцем, с которого они же и получают основную часть денег от охотничьего тура. Кроме помощи егерям на маршруте, аутфиттеры в России являются одними из тех людей, которые первыми стали прививать у местного населения культуру настоящей трофейной охоты. Высказывания, наподобие: «А чё, они приехали стрелять марала в «моих» угодьях? Я тут охочусь и мне плевать на этих … ранцев!», - частенько приходилось слышать особенно от подвыпивших аборигенов в Хакасии, Туве, Горном Алтае. Хотя основная масса местных охотников не только стали понимать, что коммерческая трофейная охота – это не только добыча мяса, но ещё и приличный заработок. Но на доведение этого до сознания местных проводников ушло немало лет. Стоило нам это многих «проваленных» туров, и самое главное – подрыв репутации, которая для нас дороже денег! Недавно, уже в 2017 году мне пришлось услышать такую фразу в адрес моей профессии. «Аутфиттерам главное пропустить как можно больше клиентов!». Очевидно, автор этого высказывания имел в виду поток клиентов, с целью получения нами большой прибыли. Он опустил при этом основной смысл нашей работы, который состоит в том, чтобы выполнить работу качественно. Автор высказывания, вероятно, перепутал аутфиттера с туристической компанией, в которой туризм поставлен на поток. Именно из высокого качества работы и складывается наша репутация, которая для нас стоит гораздо дороже любых денег. Многие не имеют понятия, что с нами в те же горы идёт один охотник из 3-4 желающих, потому как часто бывает, что после подробного описания того, что может ожидать охотников в горах, многие отдают отчёт в том, что они просто не потянут такую охоту и морально и физически. Некоторые клиенты при таких тяжёлых нагрузках нагрузках, не рассчитав свои силы, просто чуть не плачут, другие молчат, низко наклоняют голову, не в силах выдавить из себя ни слова. Бывало, что мне говорили то, что они просто умирают. Я всегда в таких случаях смотрю в глаза клиента. Там написано всё. (но это нужно уметь прочитать). Вспомните, как на ринге боксёров ведёт себя рефери, заглядывая в глаза боксёру, посланному в нокдаун. Именно «мутный» взгляд говорит о неспособности продолжать бой. Приходилось видеть такой взгляд у клиентов и мне. Тогда уже думаешь не об охоте, а о спасении самого охотника. Необходим срочный отдых, вода и лучше всего сухофрукты, в особенности КУРАГА. Именно курага помогла мне довести одного клиента до лагеря вечером в кромешной темноте после целого дня пути (около 20км) по 30-ти градусной жаре в горах. Тогда в 90-х у нас ещё не было в свободной продаже спортивного питания, которое в настоящее время я могу эффективно применять в подобных ситуациях. Большую помощь в таких трудных ситуациях нам, конечно же, оказывают и местные проводники. Но о них мне бы хотелось рассказать отдельно. Единственное, что хотелось бы отметить, так это высказывания проводников о том, что мы с клиентами, порой, проходим по таким маршрутам и в таких условиях, которые не выдерживают некоторые служащие спецподразделений ФСБ, приезжающие к ним на охоту. А им лично приходилось водить на охоты таких спецов. Чем ещё обусловлено наше присутствие на охоте, так это тем, что после того как трофей добыт, его надо правильно обработать и подготовить к транспортировке. К сожалению, до сих пор не везде егерский состав знает, как правильно снимать шкуру с животного и как правильно её законсервировать, не говоря уже об особенностях требований ветеринарных   служб в разных странах. Здесь нам опять приходится, засучив рукава, брать в руки нож и подключаться самому. Несколько раз мне приходилось предотвращать откровенную порчу трофея. И это ещё один существенный момент, за что нас уважают партнёры и клиенты. Наша работа невозможна и без хорошего знания охотничьего оружия и его соответствия условиям предполагаемой охоты и останавливающей способности патрона относительно зверя, на которого планируется охота. Мы должны дать советы по выбору калибра и вида пули для более успешной охоты. Этот опыт тоже приходит с годами и из практики охот. Важнейшим моментом при подготовке к любой охоте является экипировка и одежда охотника, в особенности обувь. Как одеться и какая в районе охоты погода – это один из самых первых вопросов, на которые нам приходится отвечать нашим клиентам. Не пройдя всех охот и не перепробовав на себе несколько видов экипировки, ты вряд ли сможешь предложить наилучший вариант одежды для конкретного вида охоты. Ещё одно обстоятельство без знания которого нам нельзя работать – это способность определения на расстоянии качества трофея. Хотя это – в основном работа егеря, но бывает так, что егерь молодой или просто неопытный и приходится всю ответственность брать на себя. Надо честно признать, что при определённой системе оплаты трофея, местные проводники, бывает, пытаются выставить зверя с явно заниженными по отношению к цене трофейными качествами. Или же егерь вообще не может сказать о возрасте благородного оленя по его «рёву» и о приблизительном весе рогов по визуальной оценке, в отличие от африканских «профессиональных охотников», которые могут сказать о качестве трофея и длине рогов, например, с ошибкой всего в 1-2см. Все эти вопросы нам тоже приходится регулировать. А для этого необходимо очень хорошо знать каждый вид животного, на которого организовываешь охоты. Теперь представьте наш график с начала охотничьего сезона в августе. Приблизительно это может выглядеть так. Кавказ, Курган, Якутия, Горный Алтай, Камчатка, Киргизия или Таджикистан, Хакасия. Всё это с возвращением в центр России каждый раз и с небольшими перерывами. Часовая разница, различные климатические зоны и погодные условия. Перепады высот и давления. За один сезон с сентября до февраля я, по грубым подсчётам, провёл только в воздухе, на различных авиасудах более 100 (!) часов чистого, полётного времени. В один из сезонов трижды слетал на Памир за 6 месяцев. Представьте, какое здоровье надо иметь, чтобы всё это выдерживать вместе с нагрузками на охотах. При этом нас не сопровождает медперсонал. О своём здоровье и своей страховке ты должен заботиться сам. Мой массажист, у которого я прохожу курс 1 раз в 6 месяцев каждый раз цокает языком и удивляется: «Как можно так «забить» мышцы плечевого пояса, поясницы и ног за столь короткий срок?» Хотя сам прекрасно знает, чем и как я занимаюсь. Эти курсы реабилитации крайне необходимы, и если не пройти его во время, то можно просто «встать» где-нибудь посреди маршрута из-за того, что мышцы просто будут «деревянными». Желание запечатлеть результаты охоты для рекламных целей постепенно развилось у меня в самостоятельное направление моей деятельности. Я много снимаю природу мест охоты, цветы и, конечно же, самих диких животных, что само по себе является отдельной «фотоохотой». Да и как можно пройти мимо той красоты, созданной величайшим творцом – Природой! Фотоохота, пожалуй, ещё более захватывающее занятие, нежели обычная. Ты вынужден подойти к зверю гораздо ближе, чем при охоте с карабином. Хороший снимок получается только с расстояния 10-20 метров. Я имел счастье быть на таком расстоянии от лося в Якутии; медведя, косули и марала в Хакасии; пятнистого оленя у себя во Владимирской области, косули в Кургане, дагестанского тура в Северной Осетии (Алании), кубанского тура и медведя в Адыгее. Даже опытные якутские охотники сказали мне, после того как увидели меня в 10 метрах от гиганта лося, что за всю их практику – это первый раз, чтобы охотник подошёл к лосю на такое расстояние. А происходило это на виду у всего нашего полевого лагеря. Это стало возможным только благодаря охотничьим навыкам, которые я получил, в том числе, и в процессе своей профессиональной деятельности. К очень осторожным турам на Кавказе я подходил на 20 метров, что вызвало неподдельное удивление и уважение горцев, с которыми я был на охоте. Из каждой такой поездки я привожу массу фото- и видеоматериалов. Кроме приятных воспоминаний они служат хорошей базой для моей информационной продукции. А умение хорошо подать свой продукт, является ещё одной составляющей нашей работы. Так получилось, что в силу определённых обстоятельств при таких колоссальных нагрузках я не ездил отдыхать более 15 лет. Многие мои знакомые говорят: «Зачем тебе отпуск? Ты и так каждый раз в поездках отдыхаешь!» На это я им предлагаю поехать со мной по нашим маршрутам и «отдохнуть» по полной программе вместе со мной. Никто почему-то пока желания не изъявил. Но я хочу сказать то, что я бы не выдержал столько времени без отдыха, если бы я не любил Природу, животных и свою работу! Быть аутфиттером – это не просто работа - это образ жизни! И по-другому быть не может.
18.04.2019
Под ногами – Восточный Саян

Под ногами – Восточный Саян

Саянский хребет тонул гольцами в молоке низкой облачности, ветер носился вихрями по мохнатым ущельям, временами взлетая к суровым «жандармам» из серого гранита. Охотники стояли на отвесных уступах, подставляя лица теплым потокам восходящего воздуха. По губам бродили счастливые улыбки, под ногами открывалась потрясающая воображение картина зажатого в скалистые теснины Енисея… Профессиональный путешественник все время пребывает в состоянии поиска места, где человек еще не успел вмешаться и испортить шедевры, тысячелетиями создаваемые Природой, или Всевышним. Зачем я еду в Саяны, спросили меня домашние. Не раздумывая, ответил: для того, чтобы это увидеть! С одной стороны еще Западная Сибирь с едва ли не среднеазиатскими пейзажами, с другой – через Алтай – уже Сибирь Восточная с могучим Енисеем, заполняющим собой пространство между горных круч.  Сочетание строгости камня и мягкости воды, бирюзы неба и изумруда летней тайги – все это не дает мне покоя еще с визита на Байкальский хребет и заставляет искать подобные места в разных уголках планеты. В прошлом году наткнулся в интернете на фотоотчет шведского охотника о неизвестных мне местах в России. После долгих выяснений узнал, где находится это охотничье хозяйство и кто его владелец. А также узнал, что туда ездят в основном скандинавы, и на ближайшие три года все лучшие даты выкуплены.  Надо сказать, что своему испанскому другу я обещал охоту на алтайского козерога, но в связи с ее закрытием в национальных парках Казахстана, возможность выполнить обещание была потеряна. Поэтому предложил поехать в Сибирь – за сибирским козерогом. Организатор рекомендовал ноябрь, но у Джорди в это время было много работы. Оставалось окно только в августе. С трудом, но договорились. И хотя в такое время козероги прячутся на самом верху, нас это не остановило! Так начался обратный отсчет до конца августа 2018 года.  Добирались до места долго. Сначала самолетом из Алматы через Москву в Сибирь, затем пару сотен километров на машине до Енисея, потом еще несколько сотен километров на быстроходном катере вверх по течению. Что испытываешь, когда отрываешься от цивилизации, а ближайший населенный пункт в сотнях километров? Правильно – СЧАСТЬЕ!!!  Гуд шот Базовый лагерь оказался опрятным, в скандинавском стиле. Вечером познакомились с проводниками, а утром вышли в горы. Выкидной лагерь был запланирован на водоразделе, туда уже занесли палатки, провизию и воду. Мы шли с полным набором снаряжения, поднимали свои палатки и спальники на случай, если придется перемещаться по гольцам. С первого же дозорного места, еще у реки, определили несколько групп козерогов. Самчишки, правда, небольшие, самки с козлятами, но уже приятно...  Наконец дошло дело до монотонного вертикального подъема длиной в километр. По дороге несколько раз останавливались, спотили и даже чай пили. Уже почти на гребне нас накрыло мощной грозой с градом, громом и молниями. Прятались под куском полиэтилена, прихваченного на такой случай гидом. Надо отметить, что всю дорогу мы видели козерогов – группами от 2 до 15 голов они паслись после дождя на всех открытых участках.  За пару часов до заката удалось добраться до выкидного лагеря. Времени на установку уже не было, поэтому сразу вышли на дозорное место и нос к носу столкнулись с группой из четырех козликов, которые, попозировав нам, спустились метров на двести ниже. Неожиданно из леса, в котором мы собрались переночевать, вышло стадо самцов! Больше полутора десятков голов! Но все от пяти до восьми лет. Напомню, что трофей у сибирского козерога значительно меньше, чем у среднеазиатского. Так, у чемпиона алтайского козла – 135 см, а у тяньшанского козерога – 160 см. Отсутствие старого самца особо не расстроило – путешествие только началось, и мы с удовольствием снимали происходящее на фото и видео. День заканчивался, козероги паслись ниже нас метрах в двухстах. И вдруг из-за соседней гривки вышла группа животных с матерым самцом во главе. В сумеречном свете была явственно видна его белая шея. Присмотрелись в оптику: точно – трофейный! Джорди решил не искушать судьбу, что очень профессионально: есть трофей – надо брать! В мою задачу входило снимать охоту и немного ему ассистировать. Козлы, как назло, сбились в одну кучу, но в конце концов выстрел прозвучал. Козерог упал, как подкошенный.  Гуд шот – отличный выстрел! Радость, обнимашки, поздравления... В последних лучах солнца провели фотосъемку, разделали трофей и поспешили вернуться в лагерь. Вечер имел кулинарно-фольклорное продолжение – жарили печенку и вырезку, пили ром и травили охотничьи байки. Находители приключений Утром второго дня не спеша собрали лагерь и начали спускаться – нужно было провести первичную обработку трофея и вынести мясо. Нещадно палило солнце. Не знаю, кто как, но я устал больше, чем за день до этого на подъеме.  В лагере отдыхали, купались в реке, парились в бане. Повар Вася на базе творил кулинарные шедевры и всячески нас закармливал. Вечером пошли со спиннингом на реку. Местные отнеслись к этому с некоторым скепсисом, но, когда за полчаса мы надергали отличных окуней, ребята тоже вооружились снастями. Джорди на следующий день решил остаться на базе – вечером хотел поохотиться на косулю. А мы с Василием, нашим гидом, в пять утра снова вышли в горы. Задача первая – добраться до горного лагеря и забрать часть вещей и продукты, задача вторая – в течение дня перейти на другой участок. Поднимались в тыр по южному склону, шли тяжело, затаскивали воду. В полгоры на соседнем склоне наблюдали елика, еще пара самцов отчаянно бранилась из зарослей. Карабкаться вверх без тропы всегда очень непросто, но за пару часов все-таки дошли.  Жаль, неправильно понял аутфиттера и с рюкзаком ошибся. Из переговоров мне показалось, что балаган поставим у реки, откуда будем выходить вверх каждый день на охоту, поэтому взял небольшой штурмовой рюкзак. Если бы знал, что охота будет в стиле бакпакингхантинг, выбрал бы побольше. Короче, мой шлюмбержак был обвешен кучей снаряжения и раздут, как бочка.  Снова подъем. Тропа идет местами по гребню, но в основном в лесу. Тайга тут разная, иногда даже приятная, светлая и не захламленная, но иногда просто дремучий лес из страшной сказки – вся в лишайниках, заросшая мхами и зарослями рододендрона. Где-то на середине пути после пары часов выхода из первого лагеря чуть не случилось ЧП. Идем мы, значит, с Василием, болтаем о том, о сем, как вдруг метрах в двадцати поднимается медведь. Здоровый взрослый самец черного цвета. Естественно, срываю карабин с плеча, щелкаю затвором, мишка встает на задние лапы, но потом разворачивается и бежит прочь. В принципе, ничего страшного не произошло – медведь спал, а тут мы.... Идем дальше. Замечаю, что-то мелькнуло в кустах метрах в двухстах впереди, правее нашего курса… А ведь медведь-то налево убежал. Говорю Дяде Васе, что дело неладно. Решаем выйти на полянку правее, где нет деревьев и кустарника. Сбрасываем с плеч рюкзаки, стоим. Тут я еще немного правее глянул, и вижу крадущегося вдоль кустов медведя. Мы неторопливо, если сравнивать со скоростью звука, перемещаемся на дальний край полянки, а медведь в рододендрон – нырк. Василий сильно удивлен: неужели скрадывает нас? Сейчас, говорю, узнаем – если с другой стороны кустов появится, стреляю. И точно, секунд через 30 медведь выходит из кустов прямо к нашим рюкзакам!  Глядя ему в глаза, я понимаю, что он еще до конца не решил, кого будет есть первым. Я же, нисколько не сомневаясь в том, что помимо двух тысяч долларов за лицензию на него мы потеряем еще и минимум два дня, так как придется снова спускаться-подниматься. В общем, стреляю поверх мохнатой головы. Зверь подпрыгивает от неожиданности и бросается прочь. На склоне, метрах в трехстах, выскакивает… потревоженный волк, и пока я думаю, стрелять в него или ожидать атаки медведя, серый благополучно скрывается в кустах.  - …!!! …! …! – вслед медведю кричит Дядя Вася. В его практике это первый случай такого поведения медведя. В моей – третий. Что было бы, если бы мы были без ружья?! Перевели дух немного, обругали косолапого по-всякому и дальше пошли. День выдался жаркий, и пока добрались до лагеря, воды выпили половину. К пяти залагерились, и – на площадку для наблюдений. К сожалению, ничего интересного нам этот вечер не принес, только с десяток самок с козлятами. Очень устали, поэтому, похлебав супчика, улеглись спать.  Другой человек Поднялись до рассвета, допили остатки воды и отправились проверять с гребня отщелки. Вся грива была завалена горелым лесом. Видно, частенько деревья молнией бьет. Идти по такому бурелому – отдельный кайф. Трава за много лет заплела ветви упавших лиственниц, и нет гарантии, что в этом месте ты не провалишься по пояс, ободрав ноги о сучья. Старались ходить только по стволам, перепрыгивая с одного на другой, как эквилибристы. За пару часов просмотрели в деталях несколько километров скалистых склонов – основного биотопа сибирского козерога. Но кроме самок и молодых самцов ничего интересного не обнаружили. По карте было видно, что на территории хозяйства это не основной скальный массив, и в качестве плана Б я рассчитывал сменить локацию, чтобы поискать трофейных самцов в более перспективных местах. Начал «закидывать» своему проводнику, но тот как-то от ответа уходил, что показалось странным. В конце концов Василий не выдержал и признался, что это невозможно, так как там сейчас охотится ДРУГОЙ ЧЕЛОВЕК! Тут пазл и сложился: необычная активность в базовом лагере, загадочный вид главного менеджера и прочее, и прочее. Оказывается, даже по центральному телевидению показывали… Проводник чувствовал себя неловко, но я поспешил его успокоить и сказал, что и тут найдем, раз такое дело. Действительно, уже в девятом часу в трех километрах выше по ущелью заметил большого рогача. Внутри екнуло и сразу отлегло: что делать дальше – ясно. А пока собирались, Василий разглядел ниже нас спящего марала, и это еще больше подняло настроение! Оставалось сделать всего-ничего: дойти до палаток, найти воду, перенести лагерь и обнаружить этого козла вечером.  Так и поступили. Найти воду! Больше всего меня смущала идея искать воду в лесу. Сразу вспомнился старик Конфуций с его черной кошкой, но Василий убедил, что обязательно найдем «мочажины» – естественные скопления воды в лесу. Меня смущало начало этого впервые услышанного слова – «моча». А главное то, что за весь пройденный многокилометровый путь мы ничего похожего не видели – лес был сухой. Больше всего боялся, что будем ходить по тайге, измотаемся, а воды так и не найдем.  Но буквально через час ходу к лагерю под №3 воду нашли! Мочажина оказалась обычной лужей с чуть зеленоватым оттенком. Возле нее обнаружились дикие плантации черной смородины и брусники. Устроили привал и накипятили чаю! На душе стало окончательно спокойно. Тайга по гребню была светлой, для взора и души приятной. Пушистый ковер из толстых мхов и лишайников смягчал наши шаги, грибы всех цветов и форм горели ярким орнаментом на зеленом бархате, брусника и костяника светились рубинами в тонких лучиках света, пробивающихся сквозь лиственничный полог леса. Острые пирамиды скал вставали под кронами небольшими причудливыми островками, подобно затерянному миру из кэмероновского «Аватара».  Иногда с громким шумом с дерева срывался каменный глухарь, а порой взмывала с тонким писком стайка рябчиков. Очень хотелось верить, что мы тут первопроходцы. Хотя сознание не оставляло надежд – это было, несомненно, не так, этот лес человека видел. И не раз. Василий в нем провел последние тридцать лет. В какой-то момент мы вышли к небольшой вершине. На глаза попались остатки тригопункта, установленного в нереально далеком 1932 году… Да, время первооткрывателей нашей эры закончилось между 30 и 60 годами минувшего столетия, когда силами геодезических и геологических экспедиций была дотошно исследована и подробно описана вся территория необъятного СССР. От размышлений оторвал резкий свист и движение в кустах в метрах тридцати от нас. «Шо, опять?!» К счастью, это была кабарга – небольшой олень серого цвета с длинными клыками вместо рогов спрятался в чаще, возле небольших скалок. Постояв там секунд десять, зверь бесшумно скрылся в сумеречном лесу.  - Открывается тайга перед вами, – уважительно произнес проводник,  - Да, открывается, – согласился я и отшутился: – Главное, чтобы в объятьях не задушила. Друзья говорят, что охотничья удача меня любит, но проведите в лесу столько же времени, сколько и я, и вас полюбит. А может, как один старый охотник сказал, это бог охоты воздает нам за дела хорошие, за то, что природу любим...  Мысль эта мне понравилась, но развить ее не получилось – пришли к пункту №3. Времени было около 15 часов. Быстро установив лагерь, повалились на спальники и уснули без задних ног. Организм за дни экспедиционных мытарств истощился. Сильно помогали изотоники «Изостар». Влажность тут высокая, как в тропическом дождевом лесу, пот ручьями течет, а электролиты восстанавливать надо – в день минимум три литра выпивал, плюс чай и супы. Есть вообще не хотелось, питался только углеводными батончиками и шоколадом с сухарями.  Трофей На вечерку вышли подготовленными – ствол карабина почищен мягким шомполом, антабки смазаны салом, линзы протерты салфетками. Сели спотить. Темнеет, по «Гармину», в 19.56, но низкая облачность сгустила сумерки уже в семь. Как раз минут через десять показались первые рогачи. Правда, исключительно молодежь.  Они совершали странные маневры: то выходили, то заходили в лесной колок ниже нас метрах в шестистах. Прятаться днем в лесу их заставляет нещадно палящее в этой части Сибири солнце. Думаю, в горах Заилийского Алатау сейчас прохладнее. Уже практически закат, а трофейных нет. Неожиданно молодежь собралась в группу и решительно перебралась в соседний распадок. Мы тоже решили поменять место – рванули бегом за гривку левее, а там – дальше на склон с доминирующей скалой.  Уже в сумерках я увидел суперов, которые только вышли из соседнего леса и стали пастись. Мы сразу начали скрадывать, да так быстро, что пот глаза заливал. Финальный подход делал сам, оставив гида на гребне. Главное, чтобы света хватило увидеть прицельную марку (уже забыл, когда менял батарейку в своем видавшем виды «Вортексе»). Информация для педантов: карабин Christensen Arms custom carbon 300 Win Mag; Vortex scops Viper 4-16x50; Federal ammunition 180 gr Accubond; Kryptek gear; Shlumberjack carbine 2500 backpack; Harris bipod.  Больших самцов было два, но к моменту, когда подкрался на расстояние уверенного выстрела, в зоне видимости остался только один. Значит, выбирать не придется. Быстро приложился на камне, но в последнюю секунду козерог запрыгнул в большой куст и скрылся из вида. Чуть сменив позицию, увидел другого козла, и это точно был тот красавец, которого засек утром. Не раздумывая, поймал лопатку в оптику и выстрелил. Пара самок и один самец опрометью кинулись бежать. Только одна самка стояла и смотрела в кусты... Поймав в прицел направление, увидел поверженного козерога! Василий сверху закричал, мол, бей еще, убегает! Но я сделал отмашку руками и крикнул в ответ, что все, мы победили! Буквально в последних лучах сделали фотосессию, сняли трофей и скинули требуху. Голову укрепили на дереве рядом, чтобы не попортили дикие звери. А дальше, собрав остатки сил, пошли наверх, в лагерь – 600 вертикальных метров по заросшему колючей караганой склону. Добрались глубокой ночью, лесную дорогу хорошо освещала луна, страшно не было. Сил хватило только на чай из мочажины.  Утром опять работа: лагерь на спину и – за добытым. А потом еще шесть часов до лодки по непроходимой тайге. Остановились только раз на избе Василия у ручья. Вечером, после бани выпили немного вина, привезенного Джорди и обменялись историями о том, кто как провел эти дни. Испанец, как оказалось, тоже на месте не сидел и добыл хороший трофей сибирской косули.  Остается добавить, что аутфиттером выступила компания Prohunt.KZ, за что им отдельное спасибо. 
29.03.2019
Али Алиев
Филогеографическая история популяций снежных баранов Восточной Сибири

Филогеографическая история популяций снежных баранов Восточной Сибири

Настоящий материал подготовлен на основе статьи «SNP-анализ генома раскрывает генетическую структуру и филогеографическую историю популяций снежных баранов (Ovis nivicola), населяющих Верхоянские горы и Момский хребет (северо-восточная Сибирь)», опубликованной в Ecology and Evolution (8/2018). Авторы: Арсен В. Доцев, Татьяна Е. Денискова, Иннокентий М. Охлопков, Gabor M Sz Ros, Иоганн Силькер, Генри Рейер, Клаус Виммерс, Готфрид Брем, Наталья М. Зиновьева. Снежный баран, или Сибирский толсторог (Ovis nivicola Eschscholtz, 1829) занимает самый северный ареал среди всех видов азиатских баранов: от плато Путорана на западе до полуострова Чукотка на востоке и от берега Охотского моря на юге до берега Северного Ледовитого океана на севере. Будучи единственным крупным растительноядным млекопитающим в горных районах северо-востока России, снежные бараны играют важную роль в экосистемах региона, основными особенностями которых являются слабая устойчивость, уязвимость и низкая способность к восстановлению окружающей среды. Обитают снежные бараны в нескольких природных зонах с различными типами климата и природной среды. Несмотря на то, что снежный баран обладает высокой устойчивостью к различным климатическим условиям, он не смог пережить изменений окружающей среды, вызванных антропогенными факторами. Почти во всех горных системах снежный баран был вытеснен деятельностью человека, такой как добыча полезных ископаемых, прокладка дорог, развитие промышленных районов и интенсивное оленеводство. Причиной того, что многие подвиды снежных баранов встречаются преимущественно в высокогорных районах, стало длительное давление со стороны человека. Это подтверждается данными о том, что ряда популяций, которые несколько десятков лет назад обитали в низинах, прибрежных районах и горах средней высоты, в настоящее время не существует. Следовательно, распространение снежных баранов сейчас прерывисто, они обитают на фрагментированных территориях в различных горных системах. По данным Министерства природных ресурсов и экологии РФ, в 2016 году общее количество снежных баранов составило 78 тысяч особей. Крупнейшие группы населяют Якутию, Камчатку и Охотское морское побережье. Несколько лет назад Путоранский и Чукотский подвиды получили особый природоохранный статус – они занесены в Красную книгу РФ. Чтобы охарактеризовать важность отдельных популяций для выживания и приспособляемости видов, а также выработать меры по их сохранению, необходимо изучить их генетическое разнообразие, что позволяет сделать анализ ДНК. ДНК, как известно, главная молекула мельчайшей единицы живого организма и представляет собой «двойную спираль», то есть две сложные биохимические молекулы, закрученные спирально одна вокруг другой. Каждая из спиралей состоит из определенной последовательности более мелких биологических молекул – нуклеотидов. Каждый нуклеотид одной спирали надежно связан химическими связями не только с предшествующим и последующим нуклеотидами, но и с одним из нуклеотидов второй спирали. Грубо говоря, ДНК образует как бы веревочную лесенку, скрученную спирально по продольной оси. Тридцать пять лет назад английский генетик Алек Джеффрис обнаружил, что цепочки ДНК разных индивидуумов имеют уникальные последовательности нуклеотидов, то есть не повторяются у разных особей. С тех пор появился метод ДНК-анализа, который со временем был серьезно усовершенствован и стал активно использоваться для выявления малейших различий в составе образцов ДНК, полученных от разных организмов, с целью выявления степени их родства. Большая часть последовательностей ДНК разных животных совпадают по составу, однако встречаются повторяющиеся элементы (тандемные повторы), количество которых варьирует от особи к особи. Чем больше участков генома (или локусов) анализируется при составлении ДНК-профиля, тем выше точность исследования. Несмотря на научный прогресс, ДНК-анализ остается технологически сложной процедурой, поскольку речь идет об исследовании микроскопических структур, состоящих из миллионов «букв», последовательность которых следует установить. Для того чтобы «прочитать» молекулу, ее для начала нужно выделить, затем многократно скопировать (амплифицировать), а после секвенировать – «нарезать» на небольшие кусочки, удобные для последующего анализа. Наиболее перспективным методом исследования генетического разнообразия и структуры популяции является анализ однонуклеотидных полиморфизмов (SNP). А для их выявления широко используются специальные ДНК-микрочипы. ДНК-микрочипы представляют собой множество небольших одноцепочечных молекул (зондов), которые ковалентно пришиты к твердому основанию. Каждый такой зонд имеет строго определенную последовательность нуклеотидов и место на микрочипе. Фрагменты исследуемой ДНК метят различными флуоресцентными метками (для последующего обнаружения) и наносят на микрочип. В процессе инкубации под действием фермента полимеразы происходит гибридизация комплементарных одноцепочечных молекул. При последующей промывке чипа все некомплементарные части ДНК удаляются. После этого производят сканирование микрочипа при помощи лазера, который вызывает флуоресценцию меченных молекул образца. Подключенный к компьютеру микроскоп оценивает флуоресценцию каждого сайта ДНК-микрочипа, и, соответственно, выявляет последовательности нуклеотидов в ДНК исследуемого образца. Создание базы SNP диких животных было бы важным шагом для лучшего понимания их филогенетических связей и генетики в целом и могло бы использоваться в «дактилоскопировании» диких животных. Но проблема состоит в том, что отсутствуют эталонные геномы. Нами было сделано предположение, что межвидовое применение коммерчески доступных чипов SNP, предназначенных для домашних животных, будет полезным и при исследованиях их близкородственных диких сородичей. Известно, что в 2009 г. была оценена популяционная структура европейского бизона с помощью чипа BovineSNP50 BeadChip, созданного для крупного рогатого скота. С помощью того же чипа в 2012 г. дифференцировали местные виды оленей в Северной Америке, в том числе оленей-мулов, чернохвостых оленей и белохвостых оленей. Российские исследователи в 2015 г. показали применимость BovineSNP50 BeadChip для изучения полного генома северных оленей. А в 2011 г. с использованием «овечьего» чипа OvineSNP50 BeadChip было выполнено SNP-генотипирование двух диких видов Ovis – снежного барана и тонкорога Далла. Целью нашего исследования было изучение генетического разнообразия и структуры популяции снежных баранов (O. nivicola) северо-востока России и получение информации, которую можно было бы использовать при разработке стратегий сохранения и в качестве первого шага в понимании таксономии и эволюции снежных баранов, основанной на генотипах. Исследование Образцы мышечной ткани снежного барана собирались по разрешениям, выданным Департаментом охоты Республики Саха (Якутия) в ходе научных и охотничьих экспедиций. Некоторые образцы были представлены представителями коренных народов, имеющих лицензию на охоту на снежных баранов для личного потребления, в соответствии с ФЗ РФ. Места отбора проб отдельных снежных баранов представлены на рисунке 2а. Образцы, отобранные для анализа (n = 80), были добыты в разных частях Республики Саха (Якутия), на территории между 63 и 71 градусом северной широты и между 128 и 146 градусами восточной долготы в течение 2011–2016 гг. Они были разделены на пять групп в соответствии с их географическим положением. Четыре популяции представляли цепь Верхоянской горной системы, включая Хараулахский хребет в районе бухты Тикси (TIK, n = 22), хребет Орулган (ORU, n = 22), центральную часть Верхоянского хребта (VER, n = 15) и хребет Сунтар-Хаята (SKH, n = 13). Пятая популяция включала баранов, населяющих хребет Момский (MOM, n = 8). Выделение, обработку ДНК и анализ однонуклеотидных полиморфизмов проводили в соответствии с принятыми методиками с использованием чипа BeadChip Illumina OvineSNP50. Статистический анализ и математическая обработка результатов проводились с использованием соответствующего программного обеспечения. Было исследовано в общей сложности 80 образцов от разных животных с не менее 90% генотипированных SNP. Было показано, что MOM, SKH, VER и ORU все связаны друг с другом, TIK была изолированной группой, связанной только с ORU, то есть хребет Орулган является территорией, где произошло смешение двух групп. Мы обнаружили, что уровни гетерозиготности в популяциях снежных баранов увеличились на юг; минимальные значения наблюдались в самой северной популяции – TIK, а максимальные значения – в самой южной популяции – SKH. Обсуждение Снежный баран (Ovis nivicola Eschscholtz, 1829) является наименее генетически изученным видом в пределах подрода Pachyceros, который также включает баранов Далла и Стоуна (Ovis dalli), толсторога Скалистых гор и пустынного толсторога (Ovis canadensis), населяющих Северную Америку. Из-за труднодоступности среды обитания снежных баранов сбор образцов проблематичен, и такие исследования ограничены. На сегодняшний день Банч с соавторами (2006) провели филогенетический анализ четырех особей снежных баранов Магаданской области. Данилкин (2005) проанализировал митохондриальные ДНК 40 образцов, полученных с Камчатского полуострова, Корякских гор, Чукотского автономного округа, Плато Путорана, Верхоянского хребта и хребта Кодар. Денискова с соавторами (2016) продемонстрировали успешное использование при оценке снежных баранов чипа BeadChip OvineSNP50, предназначенного для домашних баранов. С использованием чипа BeadChip Illumina OvineSNP50, разработанного для домашних баранов, нами проведен анализ 80 образцов снежных баранов, добытых в различных хребтах Якутии, а именно в Хараулахском и Орулганском хребтах, центральной части Верхоянского хребта, хребта Сунтар-Хаята и хребта Момского. Численность снежных баранов, населяющих эти территории, составляет около 40 тысяч особей, что превышает половину численности видов. Для анализа были отобраны 1121 полиморфных SNP, распределенных по всем аутосомам. Многомерное масштабирование (MDS) показало, что все образцы в нашем исследовании были сгруппированы в соответствии с их географическим местоположением (рис. 2). Затем была проведена оценка индивидуального происхождения для выявления уровня примеси между популяциями. Полученные данные позволили предположить, что TIK и MOM имеют либо различное наследственное происхождение, либо долгосрочную изоляцию, а три оставшиеся популяции характеризуются различными уровнями примеси между ними. TIK (99,4%) и MOM (100%) не показали никаких следов примеси с другими популяциями. В TIK был обнаружен только незначительный компонент ORU (0,6%). ORU (84,3%) был значительно смешан с TIK (10,5%) и VER (5,1%). Более высокий уровень примеси с TIK наблюдался для самых северных образцов ORU. В VER (94,9%) и SKH (96,6%) были обнаружены только незначительные компоненты других популяций. Такие результаты показывают низкий уровень потока генов между популяциями снежных баранов. Это может быть объяснено тем фактом, что снежные бараны являются немигрирующими животными. Это было подтверждено и другими методами. Когда говорят, что данный организм гетерозиготен, это означает, что копии генов (или данного гена) в каждой из гомологичных хромосом несколько отличаются друг от друга, то есть у них есть небольшие отличия между собой. Анализ SNP показал, что гетерозиготность в популяциях снежных баранов увеличились на юг. Это можно объяснить тем фактом, что на эти параметры влияют скорости потока генов и генетический дрейф. TIK, который характеризуется самыми низкими значениями гетерозиготности, находится на северной границе распространения вида. Для этой популяции возможен только перенос генов с помощью ORU, а уменьшение разнообразия, вероятно, произошло из-за потери редких аллелей (гетерозиготный организм содержит две разные формы – аллели – одного и того же гена, расположенные в одинаковых локусах гомологичных хромосом). Наибольший уровень гетерозиготности был обнаружен в СХ, который расположен на пересечении различных хребтов, включая Центральный Верхоянск, Черский и Сетте-Даббан, и животные из различных популяций могут смешиваться на этой территории. Такая примесь позволяет поддерживать параметры генетического разнообразия на более высоком уровне. Было обнаружено, что происхождение TIK отличается от MOM, SKH и VER. ОРУ был охарактеризован как смешанная популяция. Скорее всего, ТIК была изолированной популяцией от других групп снежных баранов в период позднеплейстоценового оледенения Верхоянского хребта. Ледники в этом регионе достигли максимальной степени около 140 тысяч лет назад, а дальнейшие серии оледенений продолжались до 50 тысяч лет назад. Ледяные массы, как правило, были сосредоточены в горах и не простирались более чем на 270 км за пределы хребтов. Видимо, невысокие Хараулахские горы играли роль ледникового убежища для популяции снежных баранов. Когда последнее таяние ледников произошло в Верхоянском хребте примерно 50 тысяч лет назад, его территория была заселена животными, населявшими свободные от ледников территории на юге и юго-востоке, а также животными Хараулахских гор. После нескольких тысяч лет в изоляции, группы снежных баранов встретились в хребте Орулган и породили смешанную популяцию – ОРУ. Эти результаты демонстрируют основную роль событий оледенения в генетическом разнообразии и распределении субарктических видов, таких как снежные бараны, и согласуются с исследованиями по выживанию группы тонкорогов (Ovis dalli) в малом рефугиуме (Sim , Hall, Jex, Hegel & Coltman, 2016). ВЫВОДЫ Наши исследования показали, что изученные популяции снежных баранов генетически структурированы в соответствии с географической структурой. Параметры генетического разнообразия (наблюдаемая и ожидаемая гетерозиготность и аллельное разнообразие) увеличивались к югу с минимальными значениями в самой северной популяции – TIK и максимальными значениями в самой южной популяции – SKH. Было установлено, что снежные бараны, обитающие на территориях Верхоянского хребта и Момского хребта, происходят из двух разных популяций предков, хотя их обычно считают одним подвидом, известным как якутские снежные бараны (Ovis nivicola lydekkeri). Исследуемая популяция из Хараулахского хребта (TIK) представляет потомков группы, которая долгое время была изолирована от других групп снежных баранов, скорее всего, во время оледенения северо-восточной Сибири. Смесь между этой популяцией и мигрантами из других изученных групп произошла в хребте Орулган. Поскольку численность снежных баранов Хараулах довольно мала, и они населяют ограниченную территорию, расположенную в низкогорной местности, что делает их легкой добычей для браконьеров, мы предлагаем, чтобы к этой группе обращались с особой осторожностью. В качестве одного из решений мы предлагаем классифицировать эту группу как отдельный подвид. Благодарности Работа выполнена при финансовой поддержке Российского научного фонда с проектом № 14-36-00039. Мы благодарны Эдуарду В. Бендерскому и Клубу Горных Охотников (http://kgo-club.ru) за предоставление образцов. Мы благодарим анонимных рецензентов за их внимательное прочтение нашей рукописи, комментарии и предложения.
21.03.2019
Арсен В. Доцев
Баран Марко Поло

Охота Сергея Ястржембского в Таджикистане

Охота Сергея Ястржембского в Таджикистане в декабре 2018 года. Трофеи - баран Марко Поло и Памирский козерог.
05.03.2019
КГО
Буду помнить всю жизнь

Буду помнить всю жизнь

Наступил декабрь, последний месяц охоты на копытных на территории Республики Казахстан. Чем же привлекателен этот зимний месяц для охотника помимо того, что дает последнюю возможность закрыть лицензии? А привлекателен он тем, что хорошие трофейные экземпляры горных козлов с большей вероятностью покинули труднодоступные вершины и спустились в лиственную зону, где переждать непогоду и холод гораздо легче (хотя есть конечно и те, кто всю зиму остается наверху, если солнцепеки открыты и есть возможность кормиться). В преддверии новогодних праздников решил поохотиться несколько дней в Алматинской области – на руках имелась одна незакрытая лицензия на самца сибирского козерога. Договорившись о времени и дате с егерем, начал подготовку. Дневная температура постоянно держалась на отметке ниже нуля, что настраивало на выбор одежды из теплой, но ходовой линейки. Много лет использую модель «Кадог» известного горным охотникам бренда «Криптек». Одежда хорошо работает на ходу, даже при температуре минус пятнадцать градусов, хорошо отводит влагу от тела в сочетании с термобельем «Мерино». Теплый спальный мешок. Обязательно солнцезащитные очки, иначе можно сильно подпортить глаза. В машину закинул пару лопат и обязательно цепи. Плюс всегда беру один дополнительный спальник для егеря (спать скорее всего будем в машине). Цепи у меня надеваются только на задние колеса, но хорошая зимняя резина с шипами отлично вгрызается в мерзлую землю и лед. Вот и все – вещи сложены, впереди горы. Егеря забрал из дома в десять часов вечера, чтобы не стоять в пробках. По пути заправили машину и выпили кофе. Дорога была сухая (в отличие от обратной дороги домой – при плохой видимости и чистой наледи время в пути возросло раза в три). Путь прошел в разговорах и обсуждениях планов на утро. В угодьях, куда мы ехали, я уже бывал весной и осенью, так что примерно представлял места охоты. Больше всего переживал за подъем в предгорья – речка в одном месте перемерзает, и образуется наледь… Свернув с трассы, надели цепи, чтобы потом не мучиться на склоне. Снега было немного, но по ущелью то и дело пробивались через передув. На наледи цепи сильно облегчили задачу! Лед был крепкий, и машина с легкостью прошла опасный участок. Весь путь до базового лагеря (места, где планировали оставить машину) занял три часа. Ночь. Попив чая из термоса, легли спать. Проснулись с первыми лучами солнца – вставать затемно не имело смысла, поскольку мы никуда не спешили и по светлому времени планировали найти следы и самих зверей. На улице стоял хороший минус. Закипятили воду, что в наше время очень простая задача, если есть современная горелка. Разогрели гречневую кашу с медвежатиной и плотно поели. В горы шли по «строчке», которую оставил молодой кабанчик. Через некоторое время на противоположном склоне срисовали двух косуль. Они лежали с теневой стороны, друг напротив друга, наблюдая, нет ли хищников поблизости. Пройдя километров шесть и набрав высоту в четыреста вертикальных метров, стали биноклевать.  Первую группу егерь заметил в трех километрах от нас. Пять коз и один молодой козлик. Понаблюдав за ними, пошли дальше. Наша цель – взрослый самец. По моим наблюдениям и рассказам егеря, такие здесь есть. Остаток дня провели в пути. Видели группу уларов на южном склоне. Тут практически не было снега. Очень интересный контраст – на севере снега по колено, а на юге можно сидеть и загорать на солнце.  Спустившись к машине, решили попробовать пробиться в другое ущелье. Переехали в него уже в полной темноте. Склоны тут были гораздо круче, но с рассветом мы увидели большое количество следов и переходов. Правда, были они весьма далеко. Но мы парни крепкие и покорять горы нам не впервой. Трекинговые палки в этот раз я не взял, о чем пожалел позже. Егерю дал свой рамный рюкзак, который хорошо себя зарекомендовал при выносе мяса. Этот рюкзак потом сослужит мне хорошую службу. Стоял солнечный, морозный день, было много следов на снегу, и чем выше мы поднимались, тем они оказывались свежее. И все-таки по ходу восхождения зверей не видели. Только когда прошли больше пятнадцати километров и набрали шестьсот вертикальных метров, заметили группу козерогов. В ней были три хороших самца с отличной базой рогов и три текухи с двумя сеголетками. Звери паслись на противоположном склоне, через ущелье. Необычным показалось, что теки держались близко к лесу. Начали их скрадывать. Пройдя по тропе, сократили расстояние до пятисот метров. Можно было стрелять, но я предпочитаю, если есть возможность, подходить ближе и увеличивать таким образом свои шансы. Поспешный выстрел потом может сниться всю жизнь, будешь перематывать его в голове сотни раз. Не люблю стрелять через ущелье – не знаешь, как подует ветер. Особенно если нет травы, то его направление практически невозможно определить. Крадясь как барс, наблюдая добычу краем глаза, стал выбирать место для выстрела. Но места не оказалось: крутой склон с осыпью, без крупных камней и деревьев. Не было даже смысла выдвигать сошки. Егерь шел впереди. Посмотрел ему на спину, и тут меня осенила идея – попросил снять рюкзак.  Поднявшись по мерзлой осыпи, замерил дистанцию – почти триста восемьдесят метров. Угол в тридцать пять градусов. Егерь заломил кустик и поставил поверх сломанных веток рюкзак с непромокаемым мешком внутри в виде рулона. Я выдвинул сошки. Куст под рюкзаком и карабином ходил ходуном. Но, что делать?! Козел стоял грудью ко мне. Палец медленно потянул спусковой крючок, перекрестье прицела колебалось в области убойного места. Выстрел! Потом тишина. И уши режет голос егеря: «Промах!» Как промах?! От таких пуль не уходят! И в то же мгновение слышу: «Нет, готов!» Все! Сразу все отступило – холод, метры, жажда.  Поймал козла в прицел. Тот лежал за кустом арчи. Только рога хорошо виднелись на фоне серых скал. Остальные медленно поднялись вверх и скрылись за перевалом. Взяв карабин, отправился забирать добычу. Проводник остался на склоне для координации. Быстро поднялся по осыпи, подошел к добыче. Козерог дошел. Я попросил его простить меня и отдал почести Байанаю. Когда спустил добычу вниз, дал себе время отдохнуть. Заварили чай, посидели и принялись за работу – начали разделывать. Мясо срезали с костей, так как лишний вес нести не хотелось, да и было достаточно далеко до лагеря.  Наконец погрузили все мясо в мешок. При помощи егеря взвалил ношу себе на плечи, и мы пошли. По пути в лагерь вспоминал былые охоты и уже строил планы на следующий год. Этот год можно считать закрытым. Но то, как он был закрыт, буду помнить всю жизнь.
09.02.2019
Роман Полисецкий
Российский кубок горного охотника

Российский кубок горного охотника

Прошло три полных года с момента учреждения Клубом горных охотников Российского кубка горного охотника (Russian Mountain Hunting Award). Напомним, что этот кубок присуждается за добычу 13 видов и подвидов (по версии КГО) горных охотничьих животных, обитающих в России. На сегодняшний день лауреатами награды стали восемь человек из трех стран – России, Беларуси и США. Два года назад мы рассказывали об этой награде и истории ее создания, но читателей журнала и Клуба горных охотников становится все больше, а потому нам кажется уместным напомнить читателям «Магии настоящего САФАРИ» о необыкновенно красивом призе. Это произведение искусства имеет традиционную форму русского ковша, выполненного из хрусталя и украшенного по верхним граням посеребренной бронзой. Металлическое украшение представляет собой стилизованные скалистые образования, на одном краю которого находится горный баран, а на противоположном – охотник. Размышляя над формой приза, оргкомитет клуба пришел к решению отталкиваться от тех исторических наград и знаков отличия, которыми в Российском государстве награждали за выдающиеся заслуги на протяжении многих веков. В конце концов остановились на традиционно русской форме – ковше. Ковш, как посольский или императорский подарок, восходит к традициям русской братины. Такая форма была популярна среди мастеров российской школы ювелиров XIX-начала ХХ вв., поставщиков Императорского Двора – Ивана Петровича Хлебникова, Павла Акимовича Овчинникова и других. Истории известны императорские знаки отличия, имевшие форму ковша с серебряными композициями и вручавшиеся в начале ХХ века. Например, ковшом с композицией «Охотник с рогатиной и медведь» император Николай II награждал особо отличившиеся военные части во время Первой мировой войны. Посеребренная бронзовая композиция Российского кубка горного охотника создана петербургским скульптором Владиславом Масловым, одним из лучших скульпторов-анималистов нашего времени, работы которого широко известны как в области станковой скульптуры, так и в области скульптуры малых форм. Хрустальная чаша изготавливается на Дятьковском хрустальном заводе в Брянской области. Приз, как уже сказано, вручается за добычу 13 разновидностей горных животных России: Баран снежный колымский Баран снежный корякский (добытый на Корякском нагорье в Камчатском крае) Баран снежный охотский Баран снежный якутский Баран снежный камчатский Баран снежный чукотский (добытый на Корякском нагорье в Чукотском АО) Серна западно-кавказская Серна средне-кавказская Тур кубанский Тур средне-кавказский Тур дагестанский Горный козел алтайский (добытый в России) Горный козел сибирский (добытый в Саянах) Решение о присуждении кубка принимается Комиссией по трофеям и наградам КГО, а вручение происходит в торжественной обстановке на новогодней встрече членов клуба. Первыми номинантами, собравшими в своей трофейной коллекции все 13 разновидностей горных копытных России, стали три человека. Приз под №1 получил член Попечительского Совета клуба, всемирно известный охотник Александр Егоров. Упомянутый выше список он закрыл трофеем Саянского козерога. Два других обладателя кубка – живая легенда горных охот Хусейн Голабчи, и Президент клуба Эдуард Бендерский. Тринадцатым трофеем Эдуарда Витальевича стала средне-кавказская серна, добытая в Кармадонском ущелье. А о Хусейне Голабчи наш журнал рассказывал в №4/2015, но, вероятно, нелишним будет напомнить, что Голабчи, известный широчайшему кругу охотников всего мира под именем Суди, американец иранского происхождения, которому принадлежит ряд самых выдающихся трофеев «поднебесного короля» – барана Марко Поло. Одержимый горными охотами, он добыл около 50 баранов и более 30 козерогов. Из них 25 различных видов/подвидов козерогов и 35 различных видов/подвидов диких баранов. Вслед за первыми тремя лауреатами Российского кубка горных охотников, удостоенных награды в 2016 году, еще двое охотников стали обладателями приза в 2017 году – это бизнесмен Сергей Мазуркевич и ставший персоной года 2017 по версии нашего издания Виктор Ким. Думается, что очень почетно оказаться вторым после легендарного Хусейна Голабчи иностранным охотником, удостоенным такой награды. Им в нынешнем году стал белорус Сергей Пузанкевич. Его статьи и охотничьи рапорты хорошо известны нашим читателям, благодаря чему Сергей стал в 2018 году еще и обладателем «Звезды на Аллее Славы» «Магии настоящего САФАРИ». Горным охотникам и читателям журнала не нужно представлять депутата Госдумы Владислава Резника. Интервью с этим охотником, его статьи и краткие охотничьи отчеты журнал неоднократно публиковал и продолжает публиковать. Но наряду с этими замечательными людьми обладателем Российского кубка горных охотников в 2018 году стал и Алексей Седов, который пока не известен нашим читателям, а потому мы хотим познакомить вас с этим увлеченным охотником. Как и Виктор Ким, Алексей Семенович пришел в горную охоту уже в солидном возрасте. Однажды по окончании традиционной для него загонной охоты, он возвращался из охотхозяйства в Москву в компании с одним опытным горным охотником, который и предложил Алексею попробовать свои силы в горной охоте. Разумеется, при этом было рассказано о тех трудностях, опасностях и невыразимых восторгах, которые человек может испытать только на охоте в горах. Детство Алексея прошло в городе Сочи, где мальчишкой он занимался легкой атлетикой, и горы для него были местом отдыха, туристических походов и тренировок. Но никогда он не рассматривал возможность оценить их с точки зрения охоты. И вот, ломая стереотип «горы – дело молодых», он с присущей ему настойчивостью и упорством стал постигать новую для себя науку. Весьма редкие дни отпусков практически целиком были посвящены горным экспедициям. В итоге за три года Седову покорились все основные горные массивы России. Что-то получалось с первого раза, куда-то приходилось возвращаться вновь, опыт приобретался вместе с собственными успехами и ошибками. Так или иначе, но «ген горной зависимости» проявился в его организме и постоянно направляет Алексея в новые экспедиции, куда он часто отправляется со своими друзьями. И мы хотим пожелать ему новых незабываемых путешествий и великолепных трофеев! Итак, вот имена лауреатов почетного приза – Российского кубка горного охотника (Russian Mountain Hunting Award): Александр Егоров Эдуард Бендерский Хусейн Голабчи Виктор Ким Сергей Мазуркевич Владислав Резник Сергей Пузанкевич Алексей Седов Редакция журнала от души поздравляет удачливых охотников и желает им покорения все новых и новых вершин!
07.02.2019
Магия настоящего САФАРИ
Дергач

Дергач

Однажды, ранним летом, гуляя вечером с собакой по полям, я услышал странные крики, резкие, скрипучие. Что это за звуки? Какие-то скрипы, похожие на кваканье огромной лягушки. Чудо какое-то! Никогда раньше не слыхал такого. Эти звуки манили меня, я забыл про собаку, обострил зрение и  уши и осторожно начал прокрадываться  на крики по густой росистой траве к зарослям между полем и небольшим леском. Здесь даже один неосторожный шаг может испортить все дело, не говоря уже про маламута, который вместо того чтобы бегать по полям , ведь такое раздолье кругом,  ходит за мной как хвост , да еще и на ноги наступает. А все почему? Потому что ему до всего есть дело. Он просек, что у меня интерес, и ему обязательно тоже надо узнать,  что хозяин от него скрывает. Мало того, что маламут совсем не охотник, так еще и большая помеха в такой важный момент. Я не стал его бранить. Будет только хуже. Начнет возмущаться и ворчать. А между тем звуки то появлялись совсем рядом, то пропадали, а потом крэкали совсем в другой стороне. Кто-то водит меня за нос! Меня охватило чувство, что это не я выслеживаю, а за мной наблюдают. Определенно, кто-то меня видит. Это какая-то птица. Небольшая и очень хитрая. Крэк-крэк, крэк-крэк. То там, то тут, она петляет словно заяц. Около часа я пытался выследить ее, несколько раз думал что вот-вот и я ее увижу, но все тщетно.  Лицо мое истекало потом, ноги промокли от росы, страшно искусали комары и так быстро начало темнеть, что  еще на сером небе стали виднеться яркие белые звезды—надо идти домой. Всю дорогу я представлял себе маленького юркого бекаса, вальдшнепа, но они не издают такие звуки. Мне хотелось поскорей узнать что это за птица и рассказать всем  о ней, придумать план охоты на завтра, с чем я пойду, с кем я пойду? Одно я знал точно—я пойду! Дома я сразу все выяснил. Это был коростель. Его еще называют дергач. Небольшая черно-рябенькая курочка, сантиметров 20-25. В энциклопедии птиц России она так и называется на латыни Крэк-Крэк. От преследования она уходит пешком, в самом опасном случае взлетает на небольшое расстояние и потом опять убегает. Я уже представляю себя с пером коростеля на шапке! Утром я был в том самом месте, где вечером выслеживал птицу. Обошел все заросли  и кочки на сыром лугу. Стрекотали насекомые, щебетали птицы в лесу, а мой трофей молчал. Настроение сразу ухудшилось и я медленно побрел по стежке к дому. Целый день я пытался заниматься своими обычными делами, но  в ушах у меня были крики коростеля. Хоть бы разок увидеть его своими глазами! О своей находке я никому ничего не сказал, поэтому был весь день заведенный и нервный, и все думал как мне его изловить, эдакого хитреца. Я взял ружье и пошел своим обычным маршрутом. Дикое поле пестрело от зацветающих трав. Их запахи сливались в какой-то лекарственный аромат, похожий на сироп от кашля. Повсюду трещали кузнечики и пели сверчки,  жужжала мошкара. Луговой оркестр. Кто  бы мог подумать, что это был концерт для коростеля с оркестром! Он начал солировать, да еще громче чем вчера! Какая удача! Сегодня уж я его добуду! Воздух звенел от его пения. Пока он поет к нему можно приблизиться, как к токующему глухарю. Он  в этот момент «связывается» с космосом и кроме самки никого не видит и не хочет видеть. Я читал про дергача, что он очень хитрая птица, но я не думал что настолько. Он поворачивает головой в одну сторону ,  а кричит в другую. Почему бы вообще не убежать подальше от опасности, притаиться и замолчать на какое то время? Нет. Он будет крутиться поблизости, постоянно меняя направление бега,  и громко крэкая как будто совсем рядом. Это сбивало меня с толку. Что это за певец такой скрытный?  А между тем начинало темнеть, комары сошли с ума, я почти выбился из сил. Но идею добыть его во что бы то ни стало не оставил. Что-то я делаю не так. Наверное преследованием его не поймать. Надо отдохнуть немного. Я присел на небольшой камень возле канавы, достал телефон и набрал в интернете: видео коростель. Как только видео загрузилось и на экране появился он,  громко орущий на всю округу, как вдруг совсем рядом, в нескольких шагах от меня , в канаве, ему отозвался мой коричневый, с серыми чешуйками и светлой грудкой дергач. Я был в шоке, видео с коростелем сработало как манок!!! И как я раньше не догадался! Такого обманщика можно взять только его приемом!!! Задам же я ему жару, этому коростелю! Я осторожно взял ружье и прицелился… А он смотрел на меня в упор и переговаривался с птицей из телефона. Такой маленький и красивый. Два дня я жил мечтой добыть этот трофей, столько сил и нервов потратил, а сейчас опустил винтовку, и сижу наблюдаю за ним, как дурак. И такая радость в душе. Он водил меня кругами, уводил от гнезда, а я думал, он дразнил меня. Умная птица.  Несмотря на то, что пришел домой я без добычи, это была удачная охота. С той поры я как услышу скрип коростеля, забываю куда шел. Хоть с пол-часика , но погоняюсь за ним. Опять попался на его ловушку, заманил, разбойник.
02.02.2019
Горные системы Гиссаро-Алай и Памир в границах Республики Таджикистан

Формы сибирского горного козла в Республике Таджикистан

В Республике Таджикистан ареал сибирского горного козла охватывает две горные системы: Гиссаро-Алай и Памир (рис. 1). Географически они разделены между собой Алайской долиной и протекающей по ней реке Вахш и ее верхними притоками – реками Сурхоб и Кызыл-Суу. Горная система Гиссаро-Алай состоит из четырех крупных хребтов. Западную и среднюю часть образуют Туркестанский, Гиссарский и Зеравшанский хребты и их отроги; восточную часть составляет Алайский хребет. Памир включает множество крупных и средних горных хребтов, чаще всего имеющих меридиональное направление. В северной части горной системы Памира расположены хребты Петра Первого и Заалайский, восточная граница простирается до гор Кунь-Лунь, южная часть ограничена горным хребтом Гиндукуш, а на западе условной границей Памира принято считать реку Пяндж. Необходимо отметить, что на территории Памирского нагорья отсутствуют значительные географические образования (равнины, крупные реки), которые способны препятствовать перемещению козерогов. Большая часть рек течет с востока на запад. Примерно в таком же направлении расположено и большинство хребтов, входящих в состав горной системы. Следовательно, с географической точки зрения, нет обоснованных предпосылок делить ареал обитающего на Памире козерога на разные формы. Тем не менее, горные козлы, обитающие на Гиссаро-Алае и на Памире, имеют достаточно четко выраженные морфологические отличия. Изучение и сопоставление значительного объема полевого материала, собранного в ходе проведения трофейных охот и наблюдения за животными в природе, позволяет сделать вывод, что горную систему Гиссаро-Алая населяет среднеазиатский подвид сибирского козерога (Capra sibirica alaiana), а в горах Памира обитает гималайский подвид (Capra sibirica sakeen). Указанные подвиды сибирского козерога на территории Республики Таджикистан имеют значительные морфологические отличия, которые особенно хорошо выражены у взрослых самцов. Так, взрослые самцы гималайского козерога характеризуются темно-бурой, иногда почти черной окраской верхней части тела. Хвост от темно-коричневого до почти черного цвета, вокруг корня хвоста имеется небольшое зеркало из светлых волос. Борода коричнево-бурая длиной 10-15 см. У старых самцов (10 и более лет) имеются своеобразные бакенбарды, которые соединяются с бородой. Начиная с 4-х лет у данного подвида козерога появляется на спине белое пятно, так называемое «седло», которое увеличивается по мере старения животного и резко контрастируют с общей темной окраской тела (рис. 2). С восьми лет у некоторых особей этого подвида на шее появляется второе небольшое светлое пятно. Около 70% самцов гималайского козерога имеют серповидную форму рогов, которые загнуты прямо и назад, с небольшим развалом. Около 20% самцов имеют саблевидные рога, которые в начале и середине достаточно прямые и загнуты назад только на конце. Самцы с раскидистыми назад или в стороны рогами встречаются реже, примерно в 10% случаев. Взрослые самцы среднеазиатского козерога более светлые, в окраске преобладают серые тона. Белое пятно на спине выражено незначительно и иногда практически незаметно на фоне общей светлой окраски спины. Рога взрослых самцов этого подвида практически всегда саблевидной формы с небольшим развалом (рис. 3) На границе Гиссаро-Алтая и Памира иногда встречаются особи, которые имеют морфологические признаки обоих подвидов. Это так называемые переходные формы. Такое явление довольно часто встречается в природе и характерно для других видов и подвидов горных копытных животных, например, кавказских туров.
09.01.2019
Юрий Морозов
Инвестиции в завтрашний день

Инвестиции в завтрашний день

В Минприроды РФ 12 ноября я присутствовал и выступал на совещании, проходившем под председательством замминистра Ивана Валентика. Обсуждались вопросы, связанные с развитием трофейной охоты в России, в том числе была поднята и такая тема, как финансирование охраны и изучения редких видов животных за счет ограниченной охоты на эти виды. Тема эта нам представляется актуальной, а такая охота весьма рациональной, но я бы хотел начать совершенно с другого – с проекта Клуба горных охотников по интродукции серны в горах Крыма, о чем я как раз и рассказал на упомянутом заседании. Сегодня, на мой взгляд, и такой же точки зрения придерживаются многие знакомые охотники, создалась достаточно благоприятная ситуация для того, чтобы позаботиться о будущем, о том, чтобы сделать третий шаг в наполнении российских лесов, гор и равнин охотничьими видами животных, причем вовсе не для скорейшей охоты на них. Я говорю о долгосрочных инвестициях в весьма отдаленное будущее. Почему это третий шаг? Может быть, я ошибусь, но первый, по-моему, в свое время сделала Главохота РСФСР, занимавшаяся в советское время расселением охотничьих животных – тех же кабанов, оленей, бобров и других видов по всей пригодной для этого территории СССР. Благодаря Главохоте в европейской части страны были созданы популяции благородных и пятнистых оленей, на которых сегодня охотятся в Тверской, Владимирской, Московской и других центральных областях. В Якутию, на Ямал и Таймыр были завезены овцебыки, и сегодня это уже устойчивые популяции, часть которых можно изымать и расселять в другие регионы. Работы по интродукции и реинтродукции (в советское время это называлось акклиматизацией и реакклиматизацией) начались практически сразу же после окончания Великой Отечественной войны, но до сих пор мы можем видеть плоды этой работы, которая закончилась, увы, с развалом СССР. Вторым шагом, на мой взгляд, стали инвестиции преимущественно частных, а отчасти и общественных охотничьих организаций в воспроизводство охотничьих животных. И хотя эта работа велась и ведется в границах отдельных угодий, нельзя не замечать того, что угодья эти не ограничены загородками, и расселение зверя за их пределы происходит естественным путем. Особенно показательна в этом плане экспансия бобров, создающих уже кое-где проблемы дорожникам, лесникам и сельскому хозяйству. Но охотники не остановились на простой кормежке и лечении зверя. В стране стали появляться вольеры с копытными, сафари-парки. Об одном из весьма продвинутых оленьих парков «Мушкино», что под Калининградом, журнал довольно подробно рассказывал в 2015 году (№№10,11). Идея, как говорится, витает в воздухе. Совсем недавно мы сообщали о том, что член Президиума КГО Игорь Донцов взял в аренду на 49 лет остров Завьялова, находящийся сравнительно недалеко от Магадана, и переселил туда 25 овцебыков из Якутии. На острове есть горы, где планируется развести снежных баранов, северного оленя. Пролетая там на вертолете, мы наблюдали китов, стадо сивучей на побережье. На острове есть нерестовая речка, возле которой Игорь планирует построить эко-отель, посетители которого получат возможность насладиться красотой местной природы, поснимать, порыбачить, отдохнуть. И вот тут я хотел бы обратить внимание читателей на то, что никакой охоты на острове не планируется. Разве что тогда, когда возникнет необходимость регуляции численности переселенных животных. И это может случиться никак не раньше, чем лет через 10-15. А то и больше. Игорь делает инвестиции в будущее, как это делала в свое время Главохота. Я замечаю, что уровень сознательности охотников эволюционирует, и сегодня это хорошо видно на примере Клуба горных охотников, в недрах которого разрабатываются проекты, не связанные с трофейной охотой, а, может быть, и с охотой как таковой. Мы сегодня можем и должны вкладываться в такие прорывные проекты. Должны потому, что государство по разным причинам не в состоянии это сделать. Должны потому, что «Красная книга» не решает проблемы сокращения видов, занесенных в нее. Должны потому, что мы граждане своей страны. Мы должны думать о биоразнообразии и о том, что оставим следующим поколениям. Поэтому в 2019 году КГО хочет начать реализацию нескольких программ по изучению и восстановлению популяций нескольких видов горных животных, а также по интродукции одного из видов в подходящие условия обитания. Начну с последней, о которой мы уже объявили в МПР РФ. Речь идет о создании крымской популяции серны. По мнению ученых, занимающихся изучением горных копытных, горные массивы Крыма идеально подходят для этого животного. В свое время на территорию южного берега Крыма был интродуцирован европейский муфлон. Сейчас объективной картины по его численности нет, поскольку в годы украинского владения Крымом такие работы не велись, да и сложно посчитать животных в лесных массивах в отсутствии снежного покрова. Тем не менее, известно, что муфлон прижился, то есть условия обитания его устроили. Есть большая надежда на то, что и серне они придутся по вкусу. Причем с муфлоном она не будет конкурировать, поскольку предпочитает горные ландшафты со скальниками. Не предвидится и конкуренции за пастбища с домашним скотом, поскольку на той части Крымских гор, которая идеально подходит для серны, нет скотоводства. Разумеется, прежде всего будет проведена научная проработка вопроса, во-первых, о целесообразности и, во-вторых, о практических возможностях реализации этого проекта. Особенно это важно, когда идет разговор о заселении нового для данной территории вида. Серна наверняка стала бы не опасным конкурентом для животных, которые уже обитают на южном берегу Крыма, а хорошим дополнением к ним. Что касается нашего охотничьего интереса, то нужно ясно понимать, что категорический запрет на охоту на этого зверя продлится лет двадцать. Во всяком случае до тех пор, когда станет ясно, что создана устойчивая, постоянно развивающаяся популяция. Хотя, говорить об этом будут скорее всего следующие поколения охотников. Еще два проекта клуба связаны с реинтродукцией. Сегодня в «Красной книге» находится безоаровый козерог. Раньше этот подвид горного козла обитал на всей территории Кавказских гор. По различным причинам, в отношении которых ученые только строят гипотезы, он почти повсеместно пропал. На сегодняшний день популяция этого животного в нашей стране сохраняется только в Ингушетии, Чечне и на какой-то части Дагестана. Мы хотим попытаться восстановить популяцию безоара на территориях, где его сегодня нет, но где раньше он обитал. Эту идею активно поддержали сотрудники охотхозяйств Кабардино-Балкарии и Северной Осетии. Программа предполагает живоотлов животных с правильным половозрастным составом. Речь идет не об одной-двух особях. Необходимо будет отловить оптимальную для реинтродукции группу, численность которой определят специалисты. Понятно, что любая такая программа требует серьезной научной проработки – а есть ли сегодня условия для такого расселения, не существует ли каких-либо ограничений? Поэтому мы планируем привлечь ученых и специалистов-практиков с опытом работы. Как отечественных, так и зарубежных. Если предварительные проработки подтвердят целесообразность проекта, мы будем его двигать. И работа эта тоже будет достаточно кропотливой и финансовоемкой. И еще раз уточню: делать мы ее будем вовсе не для того, чтобы завтра попросить разрешение на добычу. Это также весьма и весьма долгосрочный проект. Еще одна интересная идея, которую предложили реализовать иркутские ученые, связана с аргали. Сегодня, как известно, этот зверь обитает в ограниченном количестве на Алтае и занесен в «Красную книгу». Раскопки на байкальском острове Ольхон показали, что там аргали обитал. Его ареал вообще был довольно обширным и доходил едва ли не до Тувы. Сегодня Ольхон – ООПТ, в теплый период года имеет естественное «ограждение», соответственно, можно попробовать восстановить здесь популяцию аргали. По данным МПР РФ, численность этих животных на территории России растет, и сегодня их уже около 1200 голов против 600, выявленных предыдущим учетом. Живоотлов некоторого количества аргали не скажется сколь-нибудь заметно на общей численности популяции. Если в России по каким-то причинам живоотлов будет сложно сделать, мы готовы обсуждать этот вопрос с монгольскими коллегами. Что касается научной проработки вопроса, то нас поддержала иркутская школа охотоведения, и это будет живая работа для ученых и студентов. Вообще нужно сказать, что три этих проекта – только начало. Впереди у нас много планов и идей. Например, почему Уральские горы лишены копытных? Может быть, и там стоит осуществить интродукцию или реинтродукцию? Но для начала мы планируем остановиться на перечисленных выше проектах и посмотреть, как пойдет дело. В этом смысле 2019 год для нас – это год прорывных инициатив. Разумеется, это проекты не одного года. Срок только запуска подобных программ – 2-3 года. Сначала будет проведен сбор и анализ научного материала, будет осуществлена оценка экспертами и только потом – живоотлов, выпуск в природу и мониторинг. У читателей может возникнуть вопрос об источниках финансирования этих проектов. Прежде всего следует сказать, что речь не идет о бюджетных деньгах. Многие члены нашего клуба готовы вложить в эти программы свои средства. Но я не сомневаюсь, что желающих поддержать наши идеи окажется больше, и мы не собираемся создавать препятствия для сторонней благотворительности. Со своей стороны могу обещать, что финансирование будет предельно открытым, и мы будем отчитываться за каждый рубль, инвестированный в упомянутые выше проекты. Мне хотелось бы обратить внимание читателей на тот факт, что подобные проекты инициируют именно охотничьи организации. Мы в этом смысле не пионеры. В разных странах мира охотники создают фонды, либо проводят аукционы, где продают охоты на редкие виды животных с целью изучения и воспроизводства этих зверей. На последнем аукционе, проходившем в США, где «зеленое» движение представлено куда мощнее, чем в России, охоту на одного из редких разновидностей толсторогов продали более, чем за 300 000 долларов! Эти деньги пойдут на изучение популяций редких животных. Один из свежих примеров – Таджикистан и Пакистан достигли огромных успехов в сохранении и последующем увеличении численности винторогих козлов благодаря открытию ограниченной охоты на них. В свое время из-за слабой охраны этот зверь стал объектом бесконтрольного отстрела местным населением, имевшим весьма невысокий доход. CIC совместно с СИТЕС инициировали программу, принятую правительством Пакистана. Суть ее сводится к тому, что местным общинам выделяется 12 лицензий в год на добычу этих трофейных зверей при приоритетном распределении доходов от продажи охоты в пользу местных общин. С учетом того, что стоимость трофея винторогого козла сегодня составляет порядка $ USA150 000, местное население из браконьеров довольно быстро переквалифицировалось в рьяных охранников этих животных от хищников и тех же браконьеров. Аналогичным образом поступили и в Таджикистане, где в течение довольно длительного времени охота на винторогих козлов и бухарского уриала была запрещена, они были занесены в «Красную книгу» и особо настойчиво охранялись в заповедниках. Только результат этой пассивной деятельности не принес ощутимого результата. В конце концов власти страны стали передавать угодья в охотпользование и после изучения ситуации начали предоставлять ограниченное право на охоту на этих редких животных, создав таким образом экономический инструмент для стимуляции инвестиций в их охрану и воспроизводство. В результате сегодня численность винторогого козла в Таджикистане оценивается в 1900 голов. Проанализировав результаты деятельности охотхозяйств, СИТЕС с 2014 года легализовала вывоз 6-9 особей мархура за пределы страны. Приведу еще один пример. Правительство Казахстана после многолетнего запрета на охоту на аргали в этом году приняло решение о выделении 3 разрешений, которые будут выставлены на ежегодно проводимом аукционе SCI (Международный Клуб Сафари, США). Организаторы гарантируют начальную сумму торгов от 100 000 долларов за одно разрешение. Каких величин достигнет окончательная цена, можно только предполагать, но, я думаю, она будет около 200-250 тысяч долларов США. Популяция аргали в Казахстане оценивается в 16 000 голов, и конечно же ограниченная охота не может нанести никакого ущерба. При этом трофейная охота привлечет значительные инвестиции в охрану и изучение аргали. В этой связи мне хотелось бы сказать несколько слов об охоте на редкие виды животных, о чем было объявлено в самом начале этой статьи. В традиционном природоохранном представлении упомянутая тема звучит, по-видимому, как нечто кощунственное. Одна только мысль о том, что может быть легализована пусть и ограниченная охота на редкие виды животных, у инертно мыслящих людей вызывает едва ли не истерику. То есть, когда идет разговор о положительном подобном опыте за рубежом – это воспринимается спокойно. Но у нас почему-то так быть не может. На самом деле такая охота лишь ломает сложившиеся стереотипы и предлагает новый, эффективный механизм быстрого увеличения численности редких видов животных. На совещании в МПР, о котором я говорил выше, были представители природозащитных организаций, которые говорили о том, что бюджетного финансирования на охрану, мониторинг и изучение редких видов животных (за исключением нескольких культовых, таких как тигр, дальневосточный леопард, снежный барс) откровенно недостаточно. Какая-то работа ведется с краснокнижными видами в заповедниках, но все это на уровне энтузиазма, поскольку денег едва хватает на хозяйственные нужды и зарплату сотрудникам. Поднимался вопрос и о нашем пилотном проекте по путоранскому барану. Ситуация, сложившаяся с этим проектом, оставляет желать лучшего. Но не потому, что проект плох, а потому, и я говорил об этом на совещании, что общественность нас не услышала. А услышала тех, кто, публикуясь в более доступных для большинства людей средствах массовой информации, либо не знает деталей проекта, либо, руководствуясь корпоративными интересами, трактует их в нарочито искаженном виде, либо доносит до общественности информацию однобоко. В результате общественность услышала только одну сторону – сторону противников проекта. Но мы не опустили руки. Я планирую организовать по этому поводу публичную пресс-конференцию, чтобы рассказать о целях проекта, о том, что стоит за нашей идеей – какая научная составляющая, кто ее будет реализовывать, какие финансы предполагается инвестировать в это дело. Один из участников совещания высказался в том плане, что по нескольким угрожаемым видам они работают с крупными компаниями, в том числе, с нефтяниками. И эти компании взамен ничего не просят для себя, а КГО скрыто просит 6 баранов. На что я возразил, что ничего скрытого тут нет. Мы прямо говорим, что хотели бы получить 6 лицензий (по две в год), поскольку это тот самый принцип, который уже дал позитивные результаты в других странах, и который, я уверен в этом, станет со временем, с изменением традиционных подходов к охране и воспроизводству редких видов животных, основополагающим в деле их сохранения и приумножения. Прежде всего следует сказать, что программа родилась после того, как Путоранский заповедник обратился к нам с просьбой о содействии в уточнении ареала путоранского снежного барана, который простирается далеко за территорию заповедника. Если в заповеднике какая-то работа проводится, то за его пределами мониторинг уже не осуществляется. И суть программы была в изучении баранов как в заповеднике, так и за его пределами. «Путоранский проект» предполагает участие Заповедников Таймыра, научного учреждения МПР РФ и Клуба горных охотников. Приходилось читать заявления совершенно некомпетентных людей о том, что изучение животного, в частности анализ ДНК можно проводить по шерсти или фекалиям, то есть без отстрела. Вот, что говорит по этому поводу квалифицированный ученый-практик: «Добытый зверь дает биологической науке несопоставимо больше материала, чем обследование живого иммобилизованного зверя. У добытого животного можно провести полный анализ внешних и внутренних паразитов, в том числе взятых из разных органов, сделать полный морфологический анализ тканей, в том числе скелета, физиологического состояния, исследовать микрофлору и питание достаточно полно, качественно снять все промеры тела и шерстяного покрова, взять полноценный материал для всех типов физиологического, анатомического и генетического исследований. Что касается последнего, то в волосе и помете животных недостаточно генетического материала. Используя их, можно сделать только анализ митохондриальной ДНК. Ткани животных позволяют сделать анализ и митохондриальной, и ядерной ДНК (полногеномный анализ), то есть значительно расширяют возможности генетического исследования, что способствует точности определения систематической принадлежности той или иной популяции. Те, кто с этим спорит, просто не понимают и не осознают всей важности целей и задач науки в сфере изучения диких животных и среды их обитания». Добыча шести баранов не нанесет никакого вреда популяции. Тем более, что планируется добыча старых особей, уже не участвующих в размножении, только за пределами территории заповедника и только после первичного изучения состояния популяции. Мало того, члены КГО готовы подписать документ о том, что полностью откажутся от владения добытым трофеем и передадут его научным организациям для исследований. Вначале мы обсуждали бюджет в районе 12-15 миллионов. Но масштаб работ, которые необходимо провести, чтобы получить полноценный результат, таков, что сумма довольно быстро выросла до 40 миллионов! Предполагается использование современных дронов для оценки поголовья путоранских баранов. Речь идет не о тех квадрокоптерах, которые можно купить в любом магазине. Речь идет о серьезных беспилотниках, которыми могут управлять только сертифицированные летчики. Предполагается живоотлов 12 особей, установка на них современных спутниковых датчиков для изучения миграционных процессов в популяции. Это большая научная работа, которую никто никогда не делал – последние 30 лет не делал точно. Сейчас уже понятно, что программа потребует порядка 60-70 миллионов рублей. Но эта работа даст реальный результат, и мы, как никто, заинтересованы в том, чтобы этот блин не оказался комом. Мы хотим снять научный фильм, показать, как эта работа организована. То есть от идеи реализации «Путоранского проекта» мы не отказываемся и продолжаем консультации с МПР РФ. На совещании высказывались разные мнения. Но большинство склонялось к тому, что это хороший проект с понятным содержанием, правами и обязанностями сторон, понятным и прозрачным финансированием. У любой работы, у любой инициативы есть сторонники и противники – это нормальное явление. Мы можем ошибаться. Нам могут что-то подсказать. Мы за сотрудничество с учеными, экологами, «зелеными». Всегда плоха радикальность взглядов и подходов. Как со стороны охотников, так и со стороны «зеленых». Я всегда за диалог. В целом «Путоранский проект» правильный, а, если так, то давайте искать пути соприкосновения интересов, а не повод объявлять друг другу войну до победного конца. Это наша общая страна, это наша земля, и за нас никто ничего не сделает. Никакие иностранцы не помогут, либо будут делать это сугубо в своих интересах. Я убежден, что им лучше, чтобы мы ничего вообще не делали, чтобы не было никаких научных, творческих, деловых процессов. Проще закидать Россию грантами, лишь бы в ней остановилась жизнь. Поскольку, если мы не делаем ничего, мы теряем специалистов, технологии, компетенцию, желание работать. Понятно, что мы не решим всех проблем и не снимем всех вопросов, но наша инициатива станет хорошим стартом для тех, кто решится продолжить наше дело. Нам не будет стыдно смотреть в глаза последующим поколениям и с гордостью говорить о том, что сделали мы для биоразнообразия, для того, чтобы редкие и исчезающие виды животных стали обычными и встречались в изобилии.
16.12.2018
За куку-яманом в страну Йети

За куку-яманом в страну Йети

Я стоял в пробке в дождливой осенней Москве и без ущерба для дорожного движения уже в который раз просматривал на айфоне фильм Сенкевича о Непале. Как оно все там будет? Смогу ли я? Что надо еще предусмотреть? Будет ли это самая крутая моя охота, после которой все остальные будут казаться детским лепетом? Ведь, если эта охота состоится, то она должна стать вершиной! Или это просто повышение планки, после чего новые охоты планировать будет сложнее?  Решение было принято на выставке в Гостинке, когда выяснилось, что Алексей Подтяжкин сопровождает Николая К. на охоту в Непал – на голубого барана и тара. Николай любезно согласился на мое участие в экспедиции. К сожалению, лицензию можно было приобрести только на барана, да и то последнюю в этом сезоне. На таров все было давно забронировано – на них лицензий выдается в два раза меньше, чем на брахалов. И вот мы, проведя около 10 часов в воздухе с пересадкой в Катаре, попадаем с широко раскрытыми глазами на неведомую землю, в диковинную страну, зажатую между Китаем и Индией восьмитысячниками с севера и малярийными болотами с юга, в страну Будды, Йети, садху и шерпов, страну с самой бедной столицей и с самыми высокими горными вершинами в мире. И, как будто ударившись о невидимую стену, закрываем глаза, а вместе с ними рты и носы – на улицах клубами пыль, нескончаемый шум и тошнотная вонь одновременно от грязи и благовоний. Ну, здравствуй Катманду!!! Дыша через раз, с облегчением загружаемся в кондиционированную машину Самшера, принимающего организатора от Global Safari Nepal. Это жизнерадостный, никогда не унывающий деловой парень, верующий в какого-то своего бога и любящий свою семью. Похоже, что в Непале такие все (за исключением, может, деловитости), потому что по-другому здесь нельзя.  Оружие оставили в какой-то стремной комнатке в аэропорту, поскольку оформление займет следующий полный день. Благодаря опыту Лехи и сноровке Самшера все операции с оружием, начиная от Москвы и заканчивая Катманду с максимально забюрократизированной последовательностью процессов, прошли практически без нашего с Николаем участия. Мы только ставили подписи в многочисленных бумажках, оставили отпечатки пальцев и полдня ходили толпой в сопровождении всяких местных начальничков. Однозначно надо лететь Катарскими авиалиниями, в которых процедура оповещения о перелете с оружием построена наиболее дружелюбно, в чем мы убедились и на обратном пути, без проблем поменяв перелет. Остаток дня провели в отеле, поскольку на осмотр достопримечательностей времени уже не оставалось. И, правду сказать, отели в Катманду представляют собой оазисы посреди столичного смога и пыли, покидать которые без острой нужды не возникает жгучего желания. К моему глубочайшему удивлению, даже жилище самого богатого человека Непала возвышается в центре этой помойки. Правда отгорожено от нее забором, за которым, видимо, гуляют райские птички…  На раннее утро у нас был запланировал вертолет для заброски в горы на высоту 3500 м н.у.м., и, оказавшись в отеле, мы попытались задобрить местных богов погоды употреблением исключительно безалкогольных напитков под непальские закуски. Видимо, это было ошибкой – наутро небо заволокло тучами и пошел дождь. Тем не менее, мы поехали в аэропорт. И не ошиблись. Как только дождь прекратился, и видимость, по мнению авиаторов, стала приемлемой, с задержкой в 2 часа вылетели в горы.  Помахав лопастями Катманду, вертушка застрекотала над предгорьями, которые начинались сразу за чертой города. Весь полет, не отрываясь от иллюминаторов жадно смотрели вниз, с удивлением констатируя достаточно плотную, по меркам Непала, застройку и возделанные холмы на протяжении всего маршрута до промежуточной дозаправки в Покхаре. Несмотря на повальную бедноту, непальцы крайне трудолюбивый и выносливый народ. Похоже, что других вариантов жить и выживать у них просто нет. На запланированную точку, где нас уже ждала команда шерпов, два проводника, два повара и инспектор охотничьей концессии Дорпатан, вертолет опустился примерно в два пополудни и, едва мы выгрузились, поспешил обратно. Вокруг бесконечные горы, цветущие рододендроны, свежайший воздух, улыбчивые шерпы, в небе парит огромный орел и от всего этого возникает ощущение полного счастья и свободы. Вот, в какой Непал мы так стремились попасть! Познакомившись с командой, двинулись к первому лагерю.  Стоит сказать пару слов о команде. К месту нашей встречи они шли пешком – кто семь, а кто-то десять дней. Они принесли с собой гору амуниции, которой существенно прибавилось с нашим прилетом. Один шерп весом около 60-70 кг и ростом около 160 см тащил на себе вес в 30-50 кг. Я понимаю, что у них особая адаптация к горам и все такое, но откуда столько сил? И ходят они в сланцах, а кроссовки одевают только, когда надо идти по глубокому снегу. Для меня так и остались загадкой эти их уникальные способности – на протяжении всей экспедиции я ощущал себя на их фоне тепличным ростком, обделенным способностями к выживанию в дикой природе. Первый лагерь разместился около аутентичной деревушки, состоящей из шести дворов. Домики были построены из местного известняка, обмазаны глиной и покрыты синим металлическим профилем. Не смотря на обилие разнообразного скота повсюду, деревенька оказалась относительно негрязной, особенно в сравнении с теми, в которых нам «повезло» побывать впоследствии. Разве что у них не было воды. За ней жители постоянно спускались на километр, к ручью. Может, они именно таким образом тренируются таскать по горам тяжести?  Лагерь состоял из палатки-столовой со столом и стульями, общей палатки для шерпов, индивидуальных палаток для каждого из «господ-охотников», Самшера и проводников, а также из горы провизии и всякой разной утвари.  Первым делом я выявил наиболее англоговорящего шерпа и вручил ему привезенную из Москвы банку молотого кофе. Промотивировав его чаевыми, попросил (предварительно обучив всем премудростям) готовить для меня этот чудесный напиток. Думаю, что будет нелишним немного рассказать о своей подготовке к высокогорью. Ну, во-первых, исключил полностью алкоголь за 3 месяца до старта, минимум 2 раза в неделю занимался спортом. За 2 недели до поездки начал принимать витамины и милдронат для мозга. За 2 дня до подъема в горы в дело пошли витамины, милдронат, ферменты для пищеварения и печени с целью подготовить организм к местному питанию и недостатку кислорода, а также глицин для профилактики горняшки. В случае малейших симптомов горняшки употреблял половинку или целую таблетку диакарба. Не рекомендую, кстати, пить его вечером, чтобы не бегать туда-сюда всю ночь – это эффективный диуретик. По сути легкое недомогание в виде головной боли я испытывал только на высотах выше 4500 и то почему-то тогда, когда долго сидел на одном месте, а не когда двигался. Ну а ночные сны мне расцвечивал донормил. Что касается одежды и ночевок, то важно понимать, что в Непале везде, и горы не исключение, очень высокая влажность – порядка 70-80 %. Так что температура в -5ºС градусов ощущается как -10ºС и даже -15ºС, поэтому тут целесообразно руководствоваться принципом «Пар костей не ломит». Например, в спальнике с температурой комфорта -5ºС я пару ночей на самом верху комфортно спал только с дополнительным флисовым вкладышем, будучи при этом одетым в пуховые штаны и куртку. Снаружи палатки было -10ºС, а внутри всего -5ºС. На следующее утро нам предстоял семичасовой переход в места охоты. Но, в горах, как выяснилось, поспела какая-то дорогущая травка, на собирание которой ринулись многочисленные толпы местных жителей, разукрашенных и разодетых, босоногих и не очень, а кто побогаче, те в сопровождении вьючных мулов, разукрашенных не меньше хозяев и с огромными бубенцами на шеях. Горы алели цветущими рододендронами, заснеженные вершины сияли немыслимой белизной в лазурном небе, а прозрачный воздух полнился мелодичным звоном этих самых бубенцов. Было в этом что-то божественное! В связи с паломничеством собирателей травы организаторы приняли решение осуществить еще один дневной переход за пятитысячный перевал, подальше от собирателей, которые явно не способствовали результативности охоты. Настолько умело шерпы собирали и разбирали лагерь, что мы даже не замечали этого. От нас требовалось лишь подготовить свои сумки. Для лучшего понимания происходящего скажу, что у меня была с собой та же сумка на колесиках, с которой я прилетел из Москвы. Весом в 32 кг. Ее связывали еще с какой-то сумкой, и кто-нибудь из шерпов взваливал ее себе на спину и топал с ней, распевая песенки. Несколько человек шли побыстрее, и на обед нас ждала свежеприготовленная еда. Я был в шоке! На следующий день мы двинулись на штурм заснеженного перевала. И буквально на половине подъема в стороне обнаружили баранов. Но далеко, километрах в четырех-пяти. Тут же рассредоточились, достали трубы-бинокли и принялись изучать подробности увиденного. После примерно получасового разглядывания и обсуждения было принято решение, что я с Маном (главный проводник) и его сыном Бикезом попытаемся подойти к обнаруженному стаду, в котором вроде бы присутствовал трофейный экземпляр. А Николай с остальной группой двинутся дальше, за перевал в поисках более породистого трофея. Этот подход был не из сложных, и у меня была возможность со стороны понаблюдать за взрослым юнцом, коим был шестнадцатилетний сын Мана. У Мана четверо детей и две официальные жены (в отличие от крупных городов, в деревнях Непала многоженство не редкость). Бикез старший из детей, по причине чего Ман взял его с собой на охоту. Так вот, Бикез всю дорогу играл в какие-то одному ему понятные игры, в процессе которых он то неожиданно вставал на четвереньки, то пил воду из ручья, а то и забирался на подвернувшийся камень или гребень с палкой и начинал что-то жестикулировать. В результате пришлось его с помощью отца утихомиривать, чтобы не распугал все зверье. Такое поведение никак не вязалось с его вполне взрослыми рассуждениями о религии, семье и жизни вообще, о чем мы вели беседы по вечерам на вполне сносном английском.  Подойдя к баранам на километр, Ман определил в трубу, что самец в стаде недостаточно взрослый, и мы вернулись на прежний маршрут.  В тот день, поднявшись на пятитысячный перевал, мы еще немного походили по горам и уже под вечер обнаружили достаточно приличное стадо с трофейными самцами буквально над местом предполагаемого лагеря. Собравшись у палаток, еще раз убедились в наличии баранов и сверстали план на следующий день. Лагерь располагался на высоте 3800 н.у.м., и это была первая относительно бессонная ночь, несмотря на донормил.  Еще по темному прозвучал подъем: «Good morning, sir!» Мне принесли кофе и горячее влажное полотенце для умывания. На небе звезды, а за палаткой легкий утренний морозец. Подгоняемый воспоминаниями об увиденных вчера баранах, глотнул горячий напиток, оперативно оделся и направился в палатку-столовую, где уже кипела жизнь. По плану, мы с Маном идем воевать увиденных вчера баранов, а Николай с Лехой и проводником уходят «на дальний кордон». М-да, никто не мог предположить тогда, чем же закончится этот день… Я медленно ползу вертикально вверх, пока Ман, как тренированная легавая, сканирует пространство справа-слева от выбранного маршрута. С нами опять Бикез и еще один шерп (нести обратно добытого барана).  Вчерашних баранов нет, а до седловины уже рукой подать. И Ман, оставив меня подниматься, уходит подальше влево. Выбравшись на седловину, я ложусь на живот и потихоньку выползаю осмотреть долину. Вижу только полтора десятка самок. Внимательно оглядываю все возможные окрестности и, убедившись, что больше точно никого, начинаю снимать самок на видео. В этот момент сзади и снизу появляется Ман. Жестикулируя и недовольно цокая языком, дает понять, что надо «слиться со склоном» . Метрах в шестистах слева появляются рогачи, которых он, похоже, стронул в результате своих похождений. Бараны видят внизу самок, которых я немного подшумел, и все движутся от нас вверх. Мы на высоте 4200, и похоже, что животных надо догонять, поскольку среди них есть очень достойный экземпляр.  Пересекая долину, спускаемся по вертикали на 300 метров, поднимаемся на 600. Снег жесткий, держит хорошо, иногда только проваливаешься между камнями.  Осматриваемся, потом поднимаемся еще, и тут все окружающее пространство накрывает таким туманом, что видно не дальше 30 метров.  Все, «кина не будет».  С пониманием полной бесперспективности продолжения охоты сидим часа полтора. Начинаю подмерзать и, как уже писал выше, страдать головой. Ман не выдерживает высиживания и уходит на разведку в туман в одном известном ему направлении. Моя голова просится вниз, а тело в горячую ванну. Остатки воли стараются бороться. Еще по прошествии получаса-часа возвращается Ман и не очень уверенно сообщает, что кажется нашел в тумане баранов. Надо только подняться на пару сотен метров и пройти с километр снежного козырька. Так как я уже определился, что идти лучше, чем сидеть, вскакиваю первым. Удивленный Ман ведет за собой.  Еще час мы бредем вверх, останавливаемся и предпринимаем отчаянную попытку перекусить. Сникерс в рот не лезет, даже с изотоником. Но я себя заставляю потому, что надо.  Вокруг сплошной туман. Ман периодически, хотя и не очень уверенно указывает в предполагаемом направлении, и мы усиленно пытаемся пронзить туман взглядами. Совершенно непонятно, как далеко от нас бараны. И есть ли они вообще. И еще более непонятно, как Ман умудрился их обнаружить два часа назад. Не подшуметь бы случайно, если они все-таки есть.  Все тщетно. И понятно, что ждать больше нечего. Но солнце еще светит, время еще есть, и мы ждем… То, что произошло потом, я объясняю так: какой-то из непальских богов, удивившись упорству сумасшедшего русского, предложил другим богам немножко повеселиться. На полминуты они разредили туман. И мы их увидели! Не богов конечно, а баранов. Самый крупный спал под камнем и полностью сливался со склоном. Может, он был не самым выдающимся на свете, но точно трофейным, а для капризов условия уж точно были не самыми подходящими. Впрочем, богам такой расклад показался не самым забавным, и, подразнив виденьем, они еще на полчаса спрятали зверей в тумане, заставив меня отчаянно волноваться. И вот, когда напряжение уже близилось к точке кипенья, они снова разогнали молочную мглу на целую минуту. Могу лишь вообразить, с какой иронической усмешкой они любовались тем, как я, наверное, секунд пятьдесят искал зверя в прицел. Но я нашел его! И буквально перед очередной порцией тумана выдохнул и нажал на спуск, послав на 300 метров из 300 Win Mag пулю массой 180 гран.  Ман успел увидеть, что мой зверь остался лежать, где лежал. Под камнем. Ман с одобрением поцокал языком. Практически так же, как он цокал в расстроенных чувствах, когда полдня назад я позволил баранам нас обнаружить. На меня нахлынула такая буря чувств, что первой же волной вынесла из меня все эмоции и ощущения от произошедшего. Позади осталось все – все, что накопилось за многие годы размышлений, полугодовой подготовки, все, на что я сам себя невольно настроил. ВСЕ! Но счастье осталось, и я с ним бережно спустился под вечер к лагерю. С каждым шагом вниз голова говорила мне спасибо, а удовлетворение заполняло все клетки организма.  P.S. Когда уже в полной темноте закончился непременный здесь снежный буран, и небо осыпалось звездами, Николай с Лехой так и не вернулись. Весь лагерь в ожидании вестей бодрствовал до часу ночи. И когда наконец по рации сообщили, что они в порядке, добыли барана и тормознулись у каких-то местных собирателей травы, я спокойно пошел спать, чтобы предаться смакованию необыкновенно насыщенного охотничьего дня. (Продолжение не за горами)
16.12.2018
За бараном на край России, или туда и обратно

За бараном на край России, или туда и обратно

По завершении третьих суток пути мы (мой тезка и я) уже начали сомневаться в том, что вообще доберемся до охоты! А ведь потом еще все предстояло повторить в обратной последовательности… Этот сон никак не хотел прекращаться. В нем (во «сне») проносился самолет Москва – Петропавловск-Камчатский, потом улетающий от урагана самолет из Петропавловска в Палану, потом гусеничный военный вездеход, потом лошади... Между всем этим был реальный сон, достопримечательности Камчатки, еда, горячие источники, красивейшие пейзажи и общение с новыми людьми. Но теперь казалось, что все это было как бы и не с нами… Изначально проинформированные паланским аутфиттером Виктором Степановым о возможных рисках мы, конечно, готовились к непредсказуемому пути, зависящему, как и все на Камчатке, от погоды. Но нам на удивление везло. Особенно ощутили это везение, когда после вылета Петропавловск-Палана небо над Петропавловском закрыли по погодным условиям из-за пришедшего от японцев урагана. Правда, пережили мы тогда несколько очень неприятных минут на борту ЯК-40, мотавшегося перышком в небе. И вот, забегая вперед, хочу сделать несколько выводов, исходя из нашего опыта преодоления всего пути на север полуострова и обратно: 1. Надо быть готовым к тому, что по погодным условиям вылет самолета между ППК и любым из аэропортов севера могут откладывать буквально у вас на глазах, а потом и вовсе перенести на завтра. Так может продолжаться несколько дней. В этом плане, видимо, менее рискованно прилетать в августе, когда погода более стабильна. Я уж не говорю о том, что самолет может просто поломаться. На обратном пути так случилось с ЯКом (что-то отвалилось прямо в Палане) и вместо него за нами прилетел АН-26. А еще – по выходным внутренние рейсы не выполняются. Это означает, что рейс с пятницы переносится на понедельник, и вы «отмокаете» минимум 2 дня в горячих источниках. 2. Если у вас заброска на вездеходе, не отпускайте его обратно в поселок, договаривайтесь, чтобы он ждал на базе (в лагере), так как в случае более раннего возвращения найти его в поселке может быть нереально (уехал за грибами-ягодами, нечаянно попал на свадьбу случайного знакомого и прочее). 3. Заведите знакомство в каждой маршрутной точке (в нашем случае – ППК и Палана) на случай непредвиденной помощи с билетами, гостиницей и так далее. 4. Можно эффективно отправлять багаж почтой EMS. Хотя туда мы и не рискнули, а вот обратно сумки пришли в Москву за четверо суток. С учетом наличия платы за перевес на рейсах по Камчатке так оказалось даже дешевле, не говоря уже об удобстве. 5. И наконец – предупредите дома, что можете вернуться и на неделю, а то и на две позже!!! И даже если с вами сопровождающий представитель аутфиттера, все перечисленное, на мой взгляд, не будет лишним. Но возвращаюсь к нашим баранам, к тому, ради чего мы оказались в очередной раз на Камчатке. А с ними, со слов Виктора, все было в порядке – бараны пасутся, медведи в кедраче! В Палане нас любезно встретила жена Виктора Наталья, и все вместе на ГТСке мы к ночи прибыли на базу Виктора. Медведей насмотрелись по дороге из Паланы, но трофейный не попался. Будем искать…. Наконец, по завершении третьих суток пути, как я уже сказал, после шестичасового перехода на лошадях мы оказались у подножья горы и разбили палаточный лагерь на границе ольховника и кедрача с изумительным видом на гору с одной стороны и речную долину с другой. Наша команда – проводники Гена и Антон, главный по гужевому транспорту Витя, повар Аня, ну, и мы с Мишей. Первый день, как обычно, был запланирован «разгрузочным», и мы достаточно поздно утром, оставив Аню отгонять от лагеря медведей, неспешно двинулись наверх… Первый выход в горы всегда как первая кружка свежей прохладной воды после долгой изнурительной жажды. Ты впиваешься в нее и начинаешь смаковать, запоминая каждый глоток. Последующие выходы становятся уже более обыденными, не смотря на неменьшую насыщенность событиями. Первый час пути нам надо было проломиться через кедрач, что мы без потерь сделали, и еще через час вышли на высоту в 1000 метров. Здесь нашли ложбинку, сравнительно закрытую от ветра, который с энтузиазмом дул все последующие дни, и принялись наблюдать. С соседнего хребтика можно было полюбоваться водными просторами – с одной стороны Охотское море, с противоположной – Тихий океан. Невообразимая красота и самоутверждение в роли «царя горы». В общем, наслаждались видами, ощущением свободы и началом охоты. И даже не подозревали, что за нами все это время наблюдали… Антон с Геной не ленились таскать с собой постоянно газовые горелки с кастрюльками, и мы принялись неспешно чаевничать. С нашей ложбинки открывался прекрасный вид на дальние хребты и огромный цирк, в котором и вокруг которого, со слов проводников, накануне они видели баранов. Натрапезничавшись, снова принялись биноклевать окрестности, теперь уже более тщательно. И в 4 километрах, на дальних от нас хребтах обнаружили в трубу пасущихся важенок с ягнятами и… следившего за нами все это время одинокого самца. Даже с такого расстояния по всем его повадкам удалось определить, что это самец, хотя достоверно оценить трофей не было возможности. Вел он себя нервозно, периодически каждые 10-15 минут вставал и передвигался выше и дальше от нас метров на 200-300. Между ним и важенками было полкилометра, а между нами, как я уже сказал, открытое четырехкилометровое пространство с небольшими складками местности. Надо было на что-то решаться, так как время играло против нас. Бросили жребий, и «джек-пот» выпал мне – надо было быстро и незаметно обойти по дуге цирк. Да так, чтобы начать подъем между бараном и самками, иначе они двинутся в его сторону, и все дело провалится. Горы на Камчатке конечно невысокие и относительно пологие, но каменистой, как на Кавказе, сыпухи хватает, да и присутствует камчатский «эксклюзив» в виде склонов с большими валунами вулканических пород, бегать по которым то еще удовольствие. А с полпути нам с Антоном пришлось практически бежать. В начале подхода шли тупо на виду у барана, который от такой наглости переместился от нас еще дальше и выше. Потом, уже прикрывшись холмом, спустились по дуге к реке и по ней вверх поднялись аккурат между бараном и важенками, которые были очень нам удивлены и неохотно стали удаляться прочь. Самца мы уже не видели, так как он успел перевалить за хребет. А знали об этом наверняка потому, что оставшиеся в ложбинке все время информировали нас по рации о передвижениях рогача, что весьма и весьма помогало. И вот, взобравшись по вертикали на 300 метров, после аккуратного скрадывания уже на хребте мы обнаружили барана и подошли к нему на 250 метров. Самец лежал на каменистом склоне, переваривая утреннюю трапезу. Я видел, что трофей не выдающийся, но «стрелябельный». Понимание того, что Камчатка непредсказуема, а если представится еще шанс, никто не запрещает использовать и его, привело к однозначному решению – надо добывать трофей, к которому так долго шел. Как всегда дул сильный ветер, аккурат поперек траектории выстрела, и пришлось делать на него хорошую поправку. Ох, как хорошо, что не стал торопиться и заметил в 5 метрах от себя пару камушков, которые могли помешать выстрелу. Поднял рюкзак повыше. «Трехсотый» выполнил свою задачу безукоризненно – отчетливый шлепок был. Но баран встал и почему-то остался стоять, весь дрожа. Со вторым выстрелом все-таки поспешил и попал прямо в эти самые камушки. Баран продолжал стоять. Я понимал, что дело сделано, но для уверенности надо стрелять еще. И третьим выстрелом прекратил мучения зверя. Охота состоялась! Как передать это незабываемое ощущение – вот и свершилось то, к чему ты так долго шел, начав организацию поездки за полтора года! Теперь уже более спокойно, в полную силу наслаждаясь природой, можно продолжать охотиться дальше. Как это бывает обычно, до лагеря добрались «насквозь» уставшие уже в темноте, пройдя около десятка очень длинных (потому что обратные) километров. Так закончился первый «разгрузочный» охотничий день. На следующее утро, находившись изрядно накануне, встали достаточно поздно. В лагерь с базы приехал Виктор, который искренне удивился добытому в первый день трофею и любезно согласовал возможность добычи мною еще одного (если попадется). Но главной задачей теперь было найти барана моему напарнику. И мы с оптимизмом по уже проторенному маршруту двинулись в горы, отправив Антона немного раньше на разведку. Второй день не оставил по себе особенных впечатлений. Опять прошли около 15-20 километров, успев при этом изведать новые подходы к местам обзора. На следующий (третий) день приняли решение перенести лагерь ближе к месту, где был добыт баран, и мониторить сразу два больших цирка. За полдня управились, собрались, погрузились на лошадей и через пару часов оказались в новом живописном месте, на берегу горного ручья и в 400 метрах выше по вертикали от предыдущего лагеря. Вдоль ручья росло множество кустов золотого корня, с помощью которого можно эффективно поднимать бодрость духа и физическую активность. Гена с Антоном ушли на разведку до вечера. Мы же с Мишей размяли ноги до ближайшей вершинки, где провели остаток дня, исследуя долину на предмет косолапых. Развлечение нам обеспечивали грызуны всех сортов, обитающие тут повсеместно и свистящие со всех сторон едва ли не в унисон. И так они меня раззадорили в тот день, что я твердо решил добыть при первой же возможности тарбагана (сурка), но так, чтобы не мешать основной охоте. Вечером Аня приготовила баранину в разных видах и даже состряпала оливье – так она была рада, что ей не пришлось одной весь день охранять лагерь от местных косолапых. Следующий (четвертый) день было решено сделать «ударным». Встали еще потемну, оперативно позавтракали и двинулись вверх. План был прост. Мы с Геной залегаем с трубой на господствующей вершине, а Миша с Антоном потихоньку на среднем уровне обходят все ложбинки. Достаточно комфортно вышли с нового лагеря к вершинам и примерно в 10 утра начали реализовывать задуманное. На этот раз скучать не давала лиса, которая, не обращая на нас никакого внимания, ловила в 10 метрах леммингов. Потом мы с Геной почаевничали и даже умудрились поспать, поочередно неся дозор у трубы. А потом началась движуха! По рации Антон сообщил, что в нашу сторону цепочкой движутся четыре барана, два из которых очень достойные. То есть даже не в нашу сторону, а прямо на нас, через хребет. От них бараны находились в 800-х метрах, и Миша стрелять не решился. Антон принялся судорожно разрабатывать план, итогом которого стало резюме – не пускать баранов через хребет. Мы с Геной начали медленно передвигаться по своему хребту в поисках идущих к нам баранов, чтобы завернуть их обратно. Миша с Антоном ускоренно стали подниматься к нам. Антон, видевший наши перемещения, осуществлял наводку. Вот наконец я замираю с экшн-камерой на голове на фоне одиноко торчащего на хребте камня. И на меня в упор выходит первый из цепочки самец. Расстояние между нами – 20 метров! Я говорю ему: «У-у-у-у». Бараны разворачиваются и… План удался частично. Бараны пошли в полгоры вдоль нашего хребта, но, к сожалению, не в сторону Миши и Антона, а с явным намерением прорвать «границу» в другом месте. Я, насколько это было в моих силах, бегал вверх-вниз, пока не «загнал» баранов на прилегающую к нашему хребту гору. И тогда оставалось только лечь, взять их на прицел и долго с сожалением провожать взглядом. Если бы я выстрелил, то у меня, скорее всего, был бы второй, более крутой трофей, но шансы моего напарника явно уменьшились бы. Я смотрел в оптику на баранов, пока они не разделились по парам. Теперь оставалось только запомнить места, чтобы потом наводить охотника на цель. К сожалению, до темноты догнать баранов, оставшихся в нашем цирке, не удалось и на следующий день, увы, мы их также не нашли. Когда все это мы потом рассказывали Виктору, он был в шоке. Совсем, говорит, сдурели! Кто ж охотится на снежного барана загоном?! На следующий день мы решили опять переместить лагерь еще ближе к верхам, но уже без Ани и Вити – только охотники и на подножном корму. Миша с Антоном ушли в соседний цирк, а мы с Геной остались мониторить соседние горы и наш цирк. Из произошедшего в этот день оставил впечатление только сюжет с росомахой, которая сначала шла медленно на прицеле у Миши (он до сих пор жалеет, что не стал стрелять, боясь сорвать охоту на баранов), а потом бежала в пятистах метрах от меня, и я не успел ее догнать. В ту ночь разверзлись небесные хляби, похолодало до нуля, а под утро еще и все заволокло туманом. Мой напарник, увидев это, да еще и получив по спутнику какие-то известия по работе, предложил сворачивать экспедицию и возвращаться домой. Я не стал возражать. Хотя свою задумку все-таки успел реализовать. Тарбаган был добыт со 100 метров с рук из .300 WinMag. Мясо его мы потом с удовольствием съели, а шкурка пойдет на чучело. Спускался я в промежуточный лагерь с сурком и карабином, наслаждаясь ощущениями и вспоминая яркие моменты этого путешествия – все то, что не описать никакими словами… Ну а дальше была авантюра, которую мы запомним надолго. Мы с Мишей, еще когда только проделали на лошадях шестичасовой путь от базы к месту палаточного лагеря, рассудили так – раз есть река, которая течет в сторону базы, значит обратно можно сплавиться на лодках, любуясь природой. Обсудили эту идею с Виктором, который никогда в этом месте не сплавлялся, но подогреваемый изнутри тягой к авантюрам и исследованиям, повелся на нашу идею и даже где-то нашел две резинки – одну для себя и одну для нас с Мишей. К сожалению, описать достоверно все, произошедшее с нами, невозможно. Примерно через 5 минут сплава мы были наполовину мокрые после первого же порога. Река горная, а на улице +5. Еще через 5 мин я, стоявший на коленях на носу лодки, окунул в воду камеру и карабин. При этом у нашей лодки были два незащищенных клапана, которые постоянно при неаккуратном нажатии на борт подсдували баллоны, и нам приходилось вылезать на берег для надува лодки… ртом. Нужно сказать, что условия сплава были настолько жесткими, что мы достаточно быстро стали отъявленными водниками, работавшими всеми частями тела, чтобы не утонуть и не замерзнуть. Но оно того стоило – места по дороге были фантастически красивыми! Через 4 часа от начала сплава стемнело, и мы, выйдя на берег, еще 2 часа топали под яркими звездами через кедрач, распугивая медведей. На базе нас ждали все те, кто ушел на лошадях, две бутылки водки, припасенные еще по прибытии из Паланы, и натопленная баня. На следующий день, пока ждали вездеход, удалось три часа посвятить рыбалке. Наталья, жена Виктора, оказалась отъявленным рыболовом. А какая может быть рыбалка на Камчатке? Только сумасшедшая!!! Наловив полмешка гольцов и кижучей, заполнили контейнер икрой и довольные вернулись на базу, где основательно попарились и до полной темноты просидели с разговорами за столом под уху и непременную тут икру. А утром, выйдя из домика, замерли от вида гор, покрытых за одну ночь снегом. Теперь предстоял путь обратно.
12.11.2018
А ведь сначала не заладилось…

А ведь сначала не заладилось…

Побывать в Саянах и добыть там сибирского козерога – задача, вроде бы, не самой большой сложности, однако с учетом непредсказуемости местной погоды и непростого маршрута из Минска в Хакасию миссия вполне могла оказаться невыполнимой… К принятию решения стимулировало то, что возможно Саянского сибирского козерога в обозримом будущем внесут в «Красную книгу», так что тянуть с добычей этого трофея, как минимум, неразумно. Но из-за моего непростого рабочего графика согласование сроков охоты с фирмой-организатором затянулось. В конце концов остановились на начале ноября. Прежде всего потому, что во время гона, который как раз в это время и проходит, имелась возможность добыть хороший трофей. Смущал только тот факт, что до места охоты часть пути предстояло пройти по воде на катере, а вот гарантировать такую возможность из-за особенностей погоды в это время никто не мог – была вероятность, что река попросту покроется льдом, по которому ни плыть, ни ехать невозможно. Нельзя сказать, что выбора вообще не было, но это был выбор от противного – в том смысле, что прочие варианты представлялись еще менее перспективными. В общем, поездку поставил в план и начал готовиться. Не скажу, что какие-то роковые предчувствия или фатальный пессимизм владели мной накануне вылета, но обстоятельства следующего утра стали сразу складываться так, что поневоле вспомнишь о злом роке или «черной полосе». Поначалу казалось, что просто «не заладилось», но потом создалось впечатление, что всему этому не будет конца. Началось с задержки авиарейса в Москву, на который уже сданы багаж и оружие, по причине невылета борта из столицы России. Пришлось переоформлять все на ближайший самолет, что само по себе способно доставить удовольствие разве что мазохисту. Полет можно было бы считать спокойным и комфортным, если бы не удачно расположившаяся вокруг меня компания из пяти прелестных особ женского пола, у каждой из которых было на руках по одному, отчаянно заявляющему о своем праве на голос, «грудничку». Так что когда сосед нечаянно опрокинул стакан с чаем мне на колени, я уже был готов принять это безропотно, как знак свыше, как очередное испытание судьбы – если выдержишь, то хорошего трофея достоин! Потому последующую пробежку из терминала F в терминал D «Шереметьево» со штурмовым рюкзаком, кейсом с оружием и амуницией, а потом и очередь в «оружейке» перенес стоически. В самолет на Абакан попал за 5 минут до завершения посадки. После взлета волновала только одна мысль: «Это все или испытания только начинаются?» В Хакасии меня встречал Валера, с которым мы были знакомы до тех пор только заочно. Чтобы не томить читателя, сразу скажу, что «черная полоса» вдруг закончилась, хотя путь к месту охоты еще продолжался. По плану предстояло около трех часов ехать на автомобиле и далее преодолеть 190 километров на катере. Завершить маршрут Валерий намеревался до наступления темноты, а потому рассчитывать на отдых после перелета не приходилось. Впрочем, ехать в машине – не пешком идти, тем более, что машина оказалась вполне себе комфортной, а дорога весьма приличной. В Саяногорске подобрали повара Василия, который сразу же и навечно завоевал мою симпатию, предложив подкрепится перед дальней дорогой превосходным завтраком. Разумеется, даже в условиях ограничения по времени было просто невозможно упустить случай сфотографироваться на фоне мощного сооружения Саяно-Шушенской ГЭС, после чего, обогнув ее через перевал, прибыли на базу на берегу водохранилища. Здесь погрузились на катер, и незабываемые четыре часа хода я не мог оторваться от созерцания величественных скал и зеркальных вод Енисея, способных навсегда пленить своей нереальной красотой сердце даже самого равнодушного к картинам природы урбаниста. Что уж говорить об охотнике, который только в единении с дикой природой и ощущает всю полноту человеческого счастья! В базовом лагере нас встретил еще один Василий. Следопыт и проводник, чья жизнь неразрывно связана с охотой в этих местах. Василий предложил встать пораньше, поняться в гору и обследовать распадки за горным хребтом рядом с базой. При отсутствии результата здесь, он считал целесообразным перейти на катере выше километров на двадцать и заняться поисками зверя там. Завершили этот день баня, шикарный ужин (нашему шефу Василию очередной поклон) и глубокий сон, какого обычно не бывает на новом месте и тем более в ожидании то ли радостных, то ли горестных впечатлений завтрашнего дня. «Нас утро встречает прохладой…», и в самом деле температура на улице соответствовала этой поэтической строке – минус 3°С. Прекрасная погода – ясно и легкий ветерок. Сюрпризом стала «Нива», которая обнаружилась на базе. Для чего же тогда мы четыре часа шли по воде? Оказалось, что российский внедорожник попал сюда все-таки своим ходом, но… по зимнику, то есть по льду реки. Иначе – никак. Оседлав стального «коня», максимально поднялись по северному склону. А дальше спешились и двинулись вверх по редколесью. Идти было не слишком сложно. Толщина снега составляла 15-20 см, но он еще не уплотнился. Хотя без снега было бы намного легче. К вершине хребта подошли часа через два. Последние метры Василий преодолел в одиночестве, выглянул за камни и сразу присел. Сердце ощутимо забилось от радостного предчувствия. – Козероги! – прошептал он, обернувшись ко мне. Осторожно подполз к нему, выглянул из-за камней и увидел впереди и немного ниже 6-7 голов молодняка и самок. Еще через мгновенье заметил позади стала уходящего прочь трофейного козла. Дальномер показал вполне приемлемую дистанцию – 260 метр. Но козел уходил, а его зад не самая лучшая мишень. И тут удача, которая и так уже мне благоволила, решила развернуть зверя к стаду, подставив его правый бок под выстрел. Я нажал на спусковой крючок, и сраженный козерог покатился по склону. Стадо мгновенно сдуло ветром, а у меня с некоторым запозданием кровь забурлила от адреналина. Неужели все!? Охота закончена! Трофей взят! Мы неоднократно потом рассуждали на предмет скоротечности нашей охоты. Что стало причиной? Фарт, сезон, погода, профессионализм организаторов, благорасположение ко мне Дианы-Артемиды вкупе со Св. Губертом? Или просто это был наш день? А что потом творил шеф! Валера не зря предупреждал об умении Василия не повторяться в блюдах и высоком профессионализме в готовке. Мы расстались Друзьями. Впереди была легкая дорога домой и надежда на новые экспедиции. А в качестве бонуса – уверенность в том, что далеко не всегда неудачное начало экспедиции предвещает и ее неудачный финал.
12.11.2018